Вот хочу выложить фик своей лучшей подруги...







Часть I
Пролог

– …Неужели ты знал эту женщину?
– О да. Я больше, чем просто знал ее. Я любил ее.
– Любил? Это, наверное, потрясающее чувство, верно?
– Любил… Всю жизнь любил…
– Как жаль, что мне еще не удалось испытать любовь. Как жаль!
– Знаешь, всему свое время, сын. В жизни каждого человека есть любовь. Все когда-нибудь проходят через это.
– И что… Кроме нее ты больше никогда не влюблялся?
– Никогда, мой мальчик. Я любил однажды и навсегда и только эту женщину… Были, конечно, жалкие романы, но все они ничто по сравнению с ощущением любви, поверь.
– Я верю. Надеюсь, что и мне когда-нибудь посветит такое счастье.
– Будь уверен. Надо просто ждать.
– А твоя история любви, какая она? Прошу, расскажи мне о ней!
– Ну что ж. Я с удовольствием поведаю тебе эту легенду, уже поросшую былью. Слушай, мой мальчик, слушай…


Глава Первая
Судьба воинов

Банни захлопнула за собой дверь, устало бросив тяжелые сумки на пол, с досадой вспомнив, что забыла купить пакет молока без которого хлопья у Малышки не едятся.
Что ж! Поест и с обычным, коли папочка не изволит помогать.
– Это ты, милая? – из гостиной раздался голос мужа. – Ты уже вернулась с работы? Рано сегодня.
– Ах, я так спешила к своему любимому супругу, просто жуть как спешила! – иронично произнесла Банни, предугадывая то, что скажет Маморо.
– Как, ты приготовишь новое жаркое по новому рецепту? Это великолепно, дорогая!
Девушка закатила глаза и, дойдя до дивана, где муж с увлечением обозревал телевизионный мир, проворковала:
– Кстати, милый, в прихожей тебя ожидают сумочки с продуктами. Будь добр, отнеси их на кухню.
– О, ну милая, ну пожалуйста, ну у меня же матч чемпионата!.. Футбол!..
– Иначе ужина не будет! – отчеканила она, поворачиваясь на 180 градусов.
Она прошла на кухню. Все как обычно. Такой же вечер, как и сотни предыдущих. Все так же и просвета нет.
Тут на кухню с извиняющей улыбкой вошел Маморо.
– Я принес, – сказал он.
– Я это вижу, – сквозь зубы процедила Банни, чувствуя, что, если сейчас он не возьмет ноги в руки и не скроется с глаз долой, то она за себя не отвечает. Но ее муж, как нарочно, решил поиграть «в любовь».
И это-то за столько лет?!
Подойдя к ней со спины, он попробовал произвести поцелуй в шею… Однако не тут-то было! Банни резко вскочила, просверлив супруга уничтожающим взглядом и чуть ли не отпрыгнув при этом в сторону. Невооруженным взглядом можно было заметить сквозь какую силу она сдерживает в себе злобу.
– Э, дорогая, ну что с тобой?
– Что со мной?! – взвизгнула она. – С каких пор ты решил сделаться Ромео? А?
– Ну… Ну ты же моя жена… и-и-и…
– И?
– Ну, и я решил сегодня, что не пора бы нам завести второго ребеночка? По-моему, замечательная идея.
– Интересно знать, когда был предпринято столь знаменательное решение? Сидя за столиком в McDonalds’e и при этом дожевывая очередной бигмак? Или заправляя машину на бензоколонке? Когда? А может быть, в тот момент ты рассматривал картинки в «Play Boy»? – Банни разошлась явно не на шутку. По крайней мере, Маморо был в значительном заблуждении.
– Э-э-э… м-м-м… ну-у-у… Как бы сказать… – замялся он. В принципе, Банни почти верно угадала о месте принятия решения. Почти верно. Им оказался не McDonalds, и даже бензокалонка. Им оказался магазин нижнего мужского белья. – Я просто решил, что Малышка скучает одна, а братик или сестренка не повредили бы… Эй! Подожди!.. Что?! Что ты делаешь?!!! Дорогая, я ни в чем не ви… ААААААА!!! – в ужасе завопил Маморо, углядев руках жены мощную сковородку от Тефаль. Он сразу же вспомнил, что сам недавно купил целый набор таких сковородок. Недешевых, кстати. Однако, вчера в этой сковородке было отменное мясо, а сегодня…
– Как? Будешь еще такие мысли мне высказывать?! – яростно вопрошала девушка, потрясая в воздухе своим оружием.
– Я просто… Нет! НЕТ!.. предложил! Я просто предложи… ААА!.. Успокойся, дорогая!
– Я тебе не «дорогая»!
– Ну не дешевая же? – удивленно вставил Маморо, после чего еле увернулся от удара.
– И не думай, что после всего произошедшего, я буду спать с тобой в одной постели! Даже не рассчитывай на подобное! – победоносно закончила Банни, вскидывая голову.
Грохнула дверью и ушла, оставив мужа в полном недоумении от посыпавшейся дверной штукатурки. Почесав затылок и, проверив, не осталось ли на дне сковороды царапин, Маморо вышел из кухни, про себя решив, что в следующий раз надо будет купить нечто подешевле. И полегче.
И футбольный матч, наверное, в самом разгаре…

– Козел… – прошипела Банни, оставшись одна в своей комнате. – Муженек!.. – однако, сразу почувствовала дикое изнеможение и повалилась на кровать.
За окном наступала ночь. Теплый влажный ветерок трепал занавески, заставляя их мерно шуршать в темноте. Всходила луна.
Банни вот уже несколько часов лежала, не двигаясь. Впрочем, спать тоже не хотелось. Да и какой сон может быть в полнолуние? А тем более у нее, принцессы Луны? В том-то и дело, что никакого.

Она поднялась, поежилась – мурашки побежали по всему телу. Подойдя к распахнутому окну, сразу же уловила запах роз, жасмина, которым воздух был пропитан насквозь. Втянув в себя их сладостный аромат, Банни мечтательно закрыла глаза, предаваясь грезам десятилетней давности.
Прохожий, проходивший мимо того тома, мог бы заметить красивую молодую женщину, стоящую у окна второго этажа и задумавшуюся о чем-то. Ей можно было дать не более двадцати пяти-шести лет. Светлые волосы, растрепавшиеся на ветру, красивые, сомкнутые в замок руки, подпирающие голову… Лунный свет, мерно заливающий ее серебром… Ту девушку можно было принять за видение, настолько хороша была она собой!..
А Банни тем временем подумала о Маморо. Сейчас, он, верно, спит, как младенец. Вообще, с недавних пор его жизнь круто изменилась. Теперь, у него было три цели: поспать, поесть и покататься на своей крутой машине. Конечно, ей не приходилось жаловаться на денежное обеспечение со стороны мужа. Успешная работа в фирме, регулярная зарплата, кстати, весьма не маленькая. Банни могла даже не работать. Но, не смотря на это, девушка работала, получала небольшие деньги и чувствовала себя самостоятельной, не зависящей от мужа в повседневном быту. Однако, все это не могло заменить ей любовь, теплоту, преданность, тем более с таким сердцем, какое было у нее. Муж уже много лет подряд просто не проявлял никаких симптомов любви – он вообще забыл о подобном чувстве.
Конечно, она могла завести себе кучу любовников, потому что мужчины просто преследовали ее, осыпая подарками в виде драгоценностей и букетами цветов. Все считали Банни утонченной и неприступной женщиной, милой и обворожительной красавицей. Некоторые сравнивали ее с принцессой, а другие говорили, что она ангел во плоти. Но она никому не отвечала взаимностью, считала, что обязана блюсти семейный покой и уют. Однако Маморо было, видимо, наплевать на все: и на красавицу жену, и на ее усердие сохранить семейный очаг, даже дочь он не ставил во главе!.. Для него существовала только работа и больше ничего.
Однажды, Банни решила проучить его, заставить ревновать, чтобы хоть как-то пробудить в нем чувства, но… все было напрасно! Он не то что стал ревновать к ее ухажерам, но даже завел с ними приятельские отношения. Девушка была в шоке. Впав в отчаяние, уехала на несколько недель жить к маме, оставив дом и дочку на попечение мужу. Конечно, он умолил ее вернуться. И она вернулась опять к своему разбитому корыту.
И вот сейчас, облокотившись на подоконник, глядя на луну и вдыхая в себя ароматы влажного воздуха, Банни с грустью осознавала, что все могло быть и по-другому, вся жизнь могла быть другой! Если бы не ее малодушие и трусость.
Девушка открыла маленький медальончик, висевший у нее на шее. На одной фотографии была она сама, а на другой – Маморо. Банни аккуратно вытащила фотографию мужа и под ней, наполовину порванная и растрескавшаяся, оказалась фотография человека, оставившего в ее душе неизгладимый отпечаток. То был Сейя. Больше у Банни не было фотографий воина с другой планеты, готового отдать жизнь за ее счастье. Да, он любил ее. А она? Что она чувствовала к нему? Банни этого не знала. Не могла разобраться в ощущениях, даже до сих пор. Слишком пьянил тогда аромат их любви с Маморо.
Вспомнив о Сейе, ей вспомнились и его братья – Ятен и Таики, а вместе с ними и все остальные воины в матросках. Где они? Что с ними? Счастливы ли они?
В последнее время Банни удавалось общаться только с Рей и Ами, продолжавшими жить в Токио. А что до остальных – все разъехались кто куда. Минако, например, укатила в Америку, став там самой настоящей звездой. Впрочем, как она и мечтала. Закрутив там бесчисленное множество романов, пропала из виду. Но кто-кто, а уж Банни-то точно знала, что у Мины все путем. Вот уже года три она на слышала ее шутливого голоса. Ну да ничего! Бывало и похуже.
Хотару Томое стала блестящим хирургом. Еще бы! Ведь у нее был дар лечить людей. Вместе со своим отцом она отправилась в Австралию, где основала частную школу докторов.
Мако, так и не найдя человека похожего на ее первого парня, погрузилась в аскетизм и, бросив свою жизнь, как сказала Рей, коту по хвост, уехала в Тибет, «настраивать себя на путь истинный» вместе с тамошними монахами. Может быть, Макото Кино найдет Шамбалу?
Мичиру Кайо и Харуку Тено Банни не наблюдала с тех пор, как они отметили победу над Галаксией. Эти воины как были высокомерными, так ими и остались. Став лучшей в Японии скрипачкой, Мичиру начала ездить по свету с гастролями, а Харука, превратившаяся в первоклассного гонщика, тоже колесила из страны в страну, участвуя в разных чемпионатах и соревнованиях.
Рей вышла замуж за Ючиро, так старательно добивавшегося руки девушки. Однако Банни чувствовала, что даже стоя у алтаря, Рей видела на месте жениха другого человека. Какого? О, она никогда не признается в этом. Но Банни знала его имя. Рей Хино не стала певицей, как хотела раньше, во времена их далекой юности. Она осталась в храме Хикава в качестве главной жрицы и управляющей. С тех пор, как умер ее дед, все заботы повисли на ней. Иногда, по вечерам, заперевшись в своей каморке, она плачет, вспоминая любовь всей своей жизни – человека, так и не ответившего, ей взаимностью, потому что его сердце принадлежало другой девушке. Ее лучшей подруге.
Мидзуно Ами, пройдя долгий и трудный путь обучения в медицинском институте, а затем и в академии зарубежом, приехала обратно в Японию и открыла свою личную клинику, прославившуюся после на всю страну и, даже за ее пределами. Однако, в личной жизни девушка терпела одни только неудачи.
Сецуна Мейо не осталась на родине. Как только ей удалось закончить колледж, сразу же уехала в Париж, где устроилась к знаменитому кутюрье помощником…
Да, судьба раскидала их по всему свету, оставив лишь тончайшую связь на уровне подсознания. Банни еще раз вдохнула росистый запах роз. Почему столь странные мысли пришли ей в голову именно сегодня? Прошлое… Бывшие друзья… Нет, определенно что-то должно случиться!.. Этим даже как будто пропитан сам воздух. На небе слабым розовым светом уже показалась заря. Банни подумала, что пора и меру знать, захлопнула ставни… И тут резкая боль в висках оглушила ее. В глазах помутнело, словно перед ними встала пелена. Она содрогнулась всем телом, глубоко вобрала в себя воздух и, падая, успела подумать: «О нет! Опять! Опять…»
Видение необычайной силы охватило сознание девушки. Перед глазами предстала картина. Или, нет, много обрывочных картин – до боли ярких и реалистичных. Она видела Вселенную…
…Галактики… Миллионы звезд…
…Космические корабли… Десятки тысяч космических кораблей… И среди них самый страшный и великолепный, оснащенный сверху до низу оружием невиданных конструкций… Мрачный и странный…
…На их борту пираты… грабители, галактические корсары…
…Что? Что они несут? Зло… Огромное зло… Страх… Погибель… Пустоту… Что они ищут? Кто им нужен?
…А вот и чья-то высокая тень, скрытая мраком… Черный плащ… Меч… Лицо…
Однако как только видение Банни стало открывать лицо человека в черном, все сразу пропало.
Девушка с трудом открыла глаза. Вот уже который месяц ей мерещится этот страшный сон, сопровождаемый нестерпимой болью. Как с ним бороться она не знала, просто хотела, чтобы он поскорее пропал.
Поднявшись с пола совершенно обессиленной, она кое-как доползла до кровати и, рухнув на нее, погрузилась в сон.


Глава Вторая
Вопрос без ответа

Принцесса Кагуйя стояла на огромном балконе, выходившем из трон-ного зала и смотрела в темное небо. Восход еще не занялся, но уже было заметно его невесомое проникновение в воздухе. Три луны повисли в небе – одна почти у самого горизонта, совсем бледная; другая светилась намного ярче, отливая розовым светом. Она уже находилась в стадии убывания. Третья – слегка зеленоватого оттенка, недавно претерпела новолуние и сейчас виднелся лишь один хрупкий полумесяц, который слабо поблески-вая, заходил за горы. Первая называлась Стеллой, вторая – Минасом, а тре-тья носила название Гарда. Стелла была особенно похожа на спутник Зем-ли – Луну, такая же серебристая и холодная.
Принцесса сорвала красивый цветок в форме лилии со свисавшей лиа-ны и воткнула его себе в волосы каштанового цвета. Она смотрела на свою страну, свой город, где была самой главной. Их цивилизация достигла пика эволюции еще много тысяч лет назад, но Великий Всплеск уничтожил то-гда почти все. И потом надо было начинать почти с нуля.
Кагуйя прислонилась к стене и задумалась. Правильно ли она сделала, послав своих воинов на Землю? Сумеют ли они справиться с поручением, которое она им дала? Хотелось бы верить в это.
Она вошла обратно в зал, села на трон и снова подумала о братьях Ко. Может быть, Лунная принцесса сможет им помочь? Лунная принцесса… При мысли об этой девушке сердце Кагуйи больно сжалось от отчаяния. Сейя.
Поднявшись с места, она подошла к стене с портретами, где была изо-бражена вся правящая династия их страны. Сначала взглянула на свою мать, а потом и на своего прапрадеда, который прожил около одной тыся-чи шестьсот пятидесяти лет. Прадеда звали Нарнон. Именно он правил во времена Великого Всплеска и именно он был Первым Хранителем Черно-го Мориона. Говорили, что как раз Черный Морион и способствовал столь продолжительной жизни правителя, хотя секрет так и не был раскрыт. Да… А вот ее дедуля, являвшийся Десятым Хранителем, постарался тыся-челетие назад на славу, в один прекрасный момент взяв, да и отправив Мо-рион неизвестно куда. Правящие потомки после смерти Хиориса (так зва-ли деда), искали его долгие десятилетия, избороздив все соседние Галакти-ки. И только она, Кагуйя, смогла, наконец, напасть на след. Он привел к Солнечной системе.
Собственно, никто толком так и не знал, что есть Черный Морион в действительности – знали лишь, что это шар, в котором заключена нево-образимая разрушительная сила, и этой силе, следовательно нельзя дать выйти на свободу.
Когда здесь царствовал Нарнон, Первый Хранитель, была война. Страшная, жуткая, обжигающая болью. Война уничтожила этот город. Она убила сотни миллионов людей. Война? Нет то была не воина, то был страшный загадочный Великий Всплеск. Выжило тогда не больше десяти тысяч людей, а все остальные… У Нарнона, как у главного очевидца, спрашивали об этом событии, умоляли рассказать больше, умоляли дать больше фактов, но он молчал. Все знали, что Черный Морион появился как раз после Великого Всплеска, но откуда? И неужели он был связан с этим самым Всплеском? О, господи, помоги разобраться!
Внезапно резкое силовое поле ударило в голову Кагуйи. Опять то же ви-дение, как и несколько месяцев назад! Опять этот корабль и странная муж-ская тень. Черт возьми, что им нужно?..
Кагуйя передернулась, отходя от стены. Как глупо! Миллионы звезд, со-звездий, планетных систем! И почему-то именно на этой дрянной Земле разворачивается весь театр действий! Конечно, Земля не дрянная. Планета как планета, но вот та, кто на этой планете живет… Ох! Если б не Галаксия, то не видала бы Кагуйя девушки с Луны… А впрочем, все, возможно, и к лучшему...
Она подернула плечом, и, обернувшись к двери, заспешила к выходу из зала.

* * *

Принцесса Кагуйя вышла из замка через черный ход, чтобы лишний раз не сталкиваться со своими подданными. Этот ход вел в большой забро-шенный сад, тянущийся на многие акры вплоть до священной реки Аррос, где многие тысячелетия назад открывался проход в Древнюю Империю. Конечно, садом тот сад было назвать крайне трудно, ибо когда-то бывшие плодовыми деревья превратились в огромные дикорастущие заросли, вгры-зающиеся корнями в почву все глубже и глубже. То и дело на пути попада-лись поваленные полугнилые стволы. Многолетние цветы, украшавшие в прошлом клумбы, измельчали, выродились и стали похожи на жалкие гиб-ридные саженцы.
Давным-давно здесь располагался прекрасный величественный город, тот, в котором правил Нарнон. Он исчез после Великого Всплеска, больше не возродясь. Все поколения правителей Фаралии, начиная сыном Нарно-на и заканчивая ей, Кагуйей, бережно охраняли дикий многовековой сад от нападок дальновидных инженеров и архитекторов, рвущихся как можно более эффективно использовать «зря пропадающее выгодное» место.
Но память должна быть незабвенна.
Она шла мимо развалин города, от которого остались лишь груды рас-треснутых булыжников да кустарники, проросшие в останках домов. Она шла мимо статуй, облепленных мхом и лишайником. Статуи – это, конеч-но, сильно сказано. Разве что слабые силуэты скульптур, у которых уже не было ни головы, ни рук, ни чего-либо другого. Шла мимо разрушенных фонтанов и колодцев, где на дне плескалась, отражая Стеллу, мутная вода, отдающая плесенью.
Наконец, принцесса всей Фаралии остановилась. Она достигла места своего назначения. Перед ее взором открылась ограда, украшенная орна-ментами сетхов. Она являла собой почти развалившуюся конструкцию, всю покрытую ржавчиной и каким-то странным плесневатым оттенком. У самых ворот, давным-давно съехавших с петель и болтающихся на одном честном слове, росли разнообразные мхи, ползущие отовсюду с влажной земли, которые свисали с них, словно сталактиты.
Шаткая калиточка, врезанная неподалеку, со скрипом отворилась, и Ка-гуйя оказалась на древней-предревней дороге из гранита. Тут и там из ее камней виднелись ростки юных деревьиц, торчали сорняки и даже полевые цветы, неизвестно как попавшие сюда, в глушь.
Стелла, видневшаяся в предрассветном розовом небе, ярко освещала мо-гильные плиты, не уступающие по своему внешнему виду всему месту в це-лом. Девушка свернула вправо и, пройдя еще несколько склепов, очутилась у высокого постамента, ведущего к каменной двери. Это строение было, пожалуй, самым старым из всех, что находились на заброшенном кладби-ще. Надпись над дверью гласила: «Здесь покоится великий король Нарнон, принесший победу над Великим Всплеском. Вечная слава ему!…» И т.д. и т.п. в таком роде растянулось на весьма внушительный стих в не менее, чем десяток четверостиший. В общем, необозримое количество надписей, вос-хвалявших различные личностные, управленческие и даже репродуктивные особенности, почившего много сотен лет назад, короля. Рядом с могилой Нарнона находилась еще одна, правда, немного поменьше и поскромнее. Выглядел этот склеп вызывающе новым – на вид не более тысячелетия. «Король Хиорис» – сухо говорила надгробная надпись. И больше ничего сказано не было. Король и король. Обычный фаралийский гражданин.
Да, сразу было видно, кого подданные любили больше. Кагуйя пони-мающе подняла одну бровь. Она знала, почему Хиориса захоронили в этом поистине старом забытом месте, которое уже век назад было так же необитаемо, как и сейчас. Хиорис провинился. Он отправил Черный Мо-рион неизвестно куда, обрекая всех и вся на страх и муки сомнения. И даже не объяснил причины, побудившие сделать его столь опрометчивый по-ступок! Ну ничего, сейчас она все равно узнает эту тайну!
Девушка достала из складок своего платья невесомый мешочек из полу-прозрачной ткани. Внутри мешочка что-то слабо поблескивало, перелива-ясь всеми цветами радуги... или нет, всем цветовым спектром лазера.
– А вот и мое «сокровище»!.. – прошептала Кагуйя, развязывая веревочку у мешочка. Затем она ухватила щепотку блестящей пыли и, наклонившись, стала очерчивать ей вокруг склепов Нарнона и Хиориса замкнутую линию. Потом выпрямилась и, оглядевшись на всякий случай, – нет ли кого побли-зости, – сразу же выругала себя полной идиоткой – кто может быть в эда-ком месте, в эдакое время? Тут даже днем как в гробу.
Кагуйя закрыла глаза и раскинула руки в стороны.
– Zanda se uijel… – сорвалось с ее губ. То был древний Забытый Язык.
Черта вокруг склепа засветилась синим огнем.
– Giizas morta telliaske ur quedef… – продолжала шептать девушка.
Стали раздаваться странные будоражащие звуки, исходившие словно из-под земли.
– Fenlia Solta Rira!.. – воскликнула напоследок Кагуйя, возвышая свой го-лос до максимума.
Голубая горящая черта исчезла, однако то, что образовывало эту черту, а точнее вещество из мешочка, закружилось в вихре, поднялось, замелька-ло… и через какую-то минуту перед девушкой, покачиваясь в воздухе и слабо мерцая, возникли два полупрозрачных силуэта.
– Кхе-кхе-кхе… – закашлял первый из них, недовольно осматривая принцессу. На вид он был ужасно древним, но, в то же время, и ужасно ве-личественным, его даже можно было назвать горделивым, не будь он при-зраком.
– Кто посмел нарушить мое спокойствие? – прищурил он один глаз.
– Я это сделала, король Нарнон, прошу простить меня за доставленные неудобства, – слега склонила голову Кагуйя. – Я нынешняя принцесса Фа-ралии, меня зовут…
– Ха-ха-ха! – заржал призрак. – Хох! Неужели ты думала, что твой пра-прапрапрапрапрадед не знает своей прапрапрапраправнучки? Ха-ха-ха! Но вот я удивляюсь, где ты умудрилась откопать пыль с Карсы? Ведь той пла-неты, кажись, уж нет!
Снова дикий хохот. Кагуйя стояла, открыв в недоумении рот. Тут до нее только дошло, что с другим призраком она так и не поздоровалась.
– Здравствуйте, Хиорис, простите, что…
– Э! Хиорис! И ты здесь? Мой расточительно-мудрый родственник! – Нарнон подлетел к другому призраку, хлопнув того по плечу.
– Здравствуй Нарнон, – произнес другой старик, видимо, менее возбуж-денный.
– Хех! Не будь такой занудой, Хири! – Нарнон коварно сощурился. – Уж я-то видал твои штучки, проделанные в бытность твоей молодости! При-знаться, я даже в гробу переворачивался не один десяток раз.
Опять дикий хохот. Кагуйе показалось, что, если бы Хиорис был из пло-ти и крови, то он бы залился красной краской до самых ушей.
– Нарнон! Что за шутки?! Какие штучки? – взревел он.
– Какие? Да… вспомни хо… хоть…ть фрейлину Туту… – великий ко-роль откровенно ржал, не умолкая. Бедной девушке показалось, что ее за-пихнули в дурдом, причем к самым трудновылечиваемым психам…
– Да я… – Хиорис приготовился к нападению.
– Стойте, стойте! СТОЙТЕ! – она замахала руками. – У меня же к вам серьезное дело!
– А? – удивленно повернулся на голос ржущий король. – Кто это, Хио-рис?
– Вы же сами только что сказали, что знаете меня! – воскликнула Кагуйя, уже чувствуя потерю контроля над своим самообладанием.
– Я? Знаю?! Хах! – вскинул брови Нарнон. – Хиорис, скажи мне – кто эта девушка с прекрасными формами и личиком?
– Это принцесса Кагуйя, Нарнон. Твоя правнучка, – спокойно заметил Хиорис, чем немного исправил предвзятое мнение принцессы о себе.
– Ах да! Вспомнил! Да, ну так откуда ты достала столь ценную и редкую пыль для вызывания духов умерших? Хм, по-моему, ты должна знать Забы-тый Язык?
– Ну конечно, – раздраженно ответила она, явно не довольная поворо-том разговором. – Я же правящая элита! Как я могу не знать этого языка?!
– Очень просто. Не всем может открыться эта истина – только мудрей-шим! Мужчинам. Хм, а ты женщина…
– Ну и что? Вы хотите сказать, что если я – женщина, то должна быть глупышкой?
– Вполне возможно… – многозначительно протянул многотысячелет-ний король, потирая усы.
Было такое ощущение, что еще немного и от принцессы пойдет пар – до того ее нервы разгорячились.
– Эй, Нарнон, приди себя. Кагуйя вызвала нас по важному делу. Я даже догадываюсь по какому. Так что давай выслушаем ее, – очень удачно встрял Хиорис, предотвращая неминуемую бурю.
Другой король моментально сделался серьезным.
– Хох! Ты прав, однако. Не будет же человек тратить столь драгоценную пыль просто для забавы! Верно-верно. Я чувствую, дело действительно важное.
– Ну спасибо и на этом, – Кагуйя удовлетворенно улыбнулась. – Мне нужна ваша помощь и советы. А ведь вы можете догадаться, насколько ред-ко правители Фаралии обращаются за помощью к предкам.
– Да! Это уж точно! На моем веку такое случилось лишь однажды! – за-метил Нарнон, как-то искоса взглянув на другого призрака. Девушка не предала этому значения и продолжала:
– Я хочу поговорить с вами о Черном Морионе.



Глава Третья
Сюрприз

Маморо, как всегда, лежал на диване, отдыхая от работы. На полу возле него валялась стопка журналов, в большинстве своем посвященных маши-нам, бизнесу, экономике, однако, были и на более пикантные темы.
Сегодняшний день казался для него просто прекрасным – легкое весен-нее тепло, солнце, ясное небо, ветерок. А еще жены дома не было… Кра-сота!..
Входная дверь неожиданно резко растворилась и в нее на полном ходу влетела Банни, издав при этом возглас, очень похожий на те, которые из-дают индейцы, настигая в лесу добычу. Муж с удивлением взирал на нее: растрепанные по лбу волосы, один хвостик чуть ниже другого, сумка висит непонятно как, кофточка застегнута невпопад…
– Э-э-э… Дорогая… Тьфу-ты… То есть, Банни, э, что с тобой?
Она подняла на него свои глаза и тут только Маморо заметил разитель-ную перемену, произошедшую с женой. Ее синие глаза сейчас сверкали, горели, излучали жизненную силу, так, как когда-то давно в них светилась мечта и надежда.
– Привет, дорогой, – прощебетала она, пролетая мимо него по направ-лению к лестнице.
– Банни, с тобой все в порядке? – спросил Маморо, пытаясь показать, что очень обеспокоен, хотя, честно сказать, ему все было по большому ба-рабану.
– Конечно, милый. Отдыхай… от трудных будней! Ты ведь так устал, – иронично заметила девушка, сделав ему с балкона ручкой.
Маморо был ошарашен: «Моя ли это жена?» – подумал он, припоминая какое сегодня число и не праздник и на дворе, о котором он, естественно позабыл. Но, подумав немного, пришел к выводу, что сегодня самый обыч-ный день, как и все прочие.
– А как же обед? – незадачливо спросил он сам себя, не понимая что к чему.
Тут с лестницы свесилась Банни с ворохом платьев и пропела:
– Милый, кстати, чуть не забыла! Готовь себе сегодня сам, а то я убегаю. Некогда! – и, не дожидаясь ответа мужа, ставшем похожем на человека, ко-торому заехали дубиной по голове и он вот-вот должен был упасть, доба-вила без паузы: – Знала, что ты согласишься! Да, и не забудь отвезти Ма-лышку к бабушке.
С этими словами Банни скрылась за дверью в ванной, нагруженная оде-ждой и сумкой с косметикой, размером с чемодан.
Маморо плюхнулся на диван. «Черт, – подумал он, – придется вспоми-нать азы кулинарии с самого начала». И, поразмыслив, добавил про себя: «Начала? А оно у меня было?» Но не в силах что-либо вспоминать, он включил телевизор. Там как раз были новости культуры. Хорошенькая дикторша радостно сообщала: «Наконец-то! Свершилось! Вчера вечером в нашу столицу вновь пожаловали легендарные участники группы «Три Ог-ня»! Они устроят несколько концертов, после чего…»
Маморо переключил на другой канал, подумав, что смотреть совершен-но нечего.

Тремя часами раньше.
Возвращаясь с работы, Банни изумленно смотрела по сторонам. Ог-ромные толпы людей (в основном женского пола) куда-то спешили, ожив-ленно переговариваясь между собой. Банни слышала лишь обрывки фраз вроде: «А он совсем не изменился…» или: «Нет, ну что ты, конечно этот – самый симпатичный…» Конечно же, Банни стало ужасно интересно, куда это все так спешат и она решила последовать за возбужденной толпой.
Пройдя где-то минут десять, она поняла, что они, по-видимому, достиг-ли места своего назначения. Везде слышалась музыка, смех, радостные го-лоса. Банни оказалась на краю огромнейшей толпы людей. Она уже хотела было повернуть обратно, как вдруг раздалась музыка и до ее ушей донес-лась знакомая мелодия… А потом и звуки голоса. Голоса, которого ей ни-когда не забыть.
«Не может быть!.. – лихорадочно соображала девушка, пытаясь собраться с мыслями. – Нет! Нет… Этого не может быть… Не может быть, чтобы он был здесь!.. Господи…» Она стала медленно поворачиваться. Сейчас… Сейчас…
Далеко-далеко на сцене стояли три человека в черных костюмах. Банни не могла хорошенько разглядеть их лица, однако, ей все равно стало ясно, кто перед ней. То был ОН. Да, среди них был именно тот, кого до сих пор не забыло ее сердце.
Сумка упала с плеча.
– Сейя… – прошептала она, сжимая рот руками. – Сейя…
Брызнули слезы.
Банни протянула в немой мольбе к нему руку, словно пытаясь дотянуть-ся. Но разве Сейя может заметить ее в многотысячной толпе? Конечно, не может…
Вскрикнув, девушка схватила сумку и побежала прочь с этой рекламной акции. В ее душе сразу воскресла вся та радуга утерянных чувств, забытых надежд и бесконечного счастья. Но пока она не могла разделить одно от другого. Все смешалось в единый фантастический круговорот.
Вперед… Вперед… Главное – подальше… Прочь… Прочь…
Остановилась только, когда достигла какой-то длинной аллеи, где росли огромные деревья. На ватных ногах свернула в сторону, на траву. Дойдя до раскидистого дерева, Банни оперлась на него спиной и стала медленно сползать вниз. Сознание как-то странно блуждало между возможным, не-возможным и реальностью.
Внезапно ее будто бы прижало чем-то невидимым к стволу.
Темная энергия.
Снова… Снова режущая боль, снова яркие страшные картины космиче-ских кораблей в воспаленном мозгу… Опять…
Но… Но что это? Новое видение?..
Действительно, появилось что-то новое, еще более пугающее…
Банни закричала…
… Разрушенные города… Огонь, охватывающий все вокруг… Крики и плачь маленьких детей… Бесконечное количество мертвых тел… Иссу-шенные русла рек…
Она видела целые планеты, охваченные смертью и разрушением…
А на их фоне жуткий силуэт и смех… Смех, принадлежащий смерти.

– Мисс… Мисс, очнитесь… – послышался голос. – С вами все в поряд-ке? Может, вызвать врачей?..
Она открыла глаза – боль еще не отпускала ее, но все равно уже стано-вилось намного легче. Над ней собралось несколько обеспокоенных про-хожих.
– Нет-нет… Все в порядке. Не стоит беспокоиться. Просто солнце… Свежий воздух и все такое… Нет-нет… Спасибо, не стоит беспокоиться… – и, улыбнувшись на прощание, Банни помчалась дальше. Главное – не стоять на месте. Вперед… Вперед…
Ее мучили вопросы. Что это за видения? Почему появилось новое виде-ние? И не связано ли оно с… Сейей?
Внезапная догадка поразила ее. И вправду? Неужели визит братьев Ко не случаен, а ее кошмары каким-то образом могут быть связаны сними?..
Нет. Нет, это глупо. Просто совпадение. Случайность. Случайность? Разве бывают случайности?
Но эти вопросы быстро отошли на второй план в ту же минуту, когда ей вспомнился Сейя. Теперь Банни хотела лишь одного – встретиться с ним и вопрос: «Как это сделать?» долго не стоял перед ней, потому что переходя дорогу, в глаза бросился большой рекламный плакат с изображением «Трех огней». Под фотографией была надпись:
Все! Все! Все!
Хотите взглянуть еще раз на «Трех огней»?
Тогда приходите на один из трех их
концертов, которые они дадут только в этом месяце!

Центральный Токийский Зал

Пятница 21:00
Понедельник 21:00
Четверг 21:00

Билеты уже в продаже!

Прочитав вышеизложенное, Банни загадочно улыбнулась.
Была пятница.

* * *

– Черт, Таики, я видел ЕЕ! Ты понимаешь это? Или совсем тупой? – раз-дражался Сейя, повышая голос. Брат ну просто никак не хотел прислу-шаться к нему.
– Кого – ее? – спокойно спрашивал Таики, перелистывая книгу.
– БАННИ! Это была она! Могу поклясться, что видел ее! – злился Сейя.
– Это ты-то? Видел-то? В многотысячной толпе-то? – Таики даже слегка отодвинул очки с переносицы. – Э! Брат! Забудь о ней. В этот раз нам нет дела до всяких соплей. Хм… В этот раз наша миссия…
– Заткнись, идиот. Ты ли говоришь это? Неужели ты такой бесчувствен-ный чурбан?! – старший Ко вскочил с дивана.
– Я просто констатирую факты, Сейя. Да, и попрошу не оскорблять ме-ня. Думаю, ты и сам прекрасно понимаешь всю важность нашего задания. Принцесса надеется на нас. Именно на нас. Нет, изволь, я могу, конечно, понять твои чувства, но сам подумай, мог ли ты увидеть Банни среди всех поклонниц, пришедших на сегодняшнюю рекламную акцию? Это немыс-лимо! – невозмутимо прокомментировал Таики, с удивлением наблюдая реакцию Сейи, который становился похож на чайник со свистком – еще немного и его свист заглушит все вокруг.
– Ты не понимаешь! Ничего не понимаешь!
– Отчего же не понимаю? Что ж, если ты так хочешь, давай рассуждать логически. Возможно, ты видел девушку, похожую на Банни… Хорошо-хорошо, – быстро исправился он, заметив яростный взгляд собеседника. – Допустим, это действительно была она. А теперь скажи мне, зачем замуж-ней женщине (а так скорее всего и есть!) О, Сейя, прошу, не надо таких лиц! Мы ведь оба знаем о Маморо и обо всем к этому прилагающемуся. Так вот, учтя вышеизложенное, пошел бы ты к ней сейчас?
Сейя нахмурился, отвернувшись к окну.
– Нет, брат, если ты настоящий джентльмен, ты не должен ходить к ней, не должен беспокоить ее… Да и видеть ее тоже не должен… Сам подумай, у нее семья, дети, муж… Ну неужели ты хочешь записаться в любовники? И еще вопрос. Любит ли она тебя? Ответит ли она тебе взаимностью? Ведь за то время, что мы были здесь, Банни только и делала, что твердила о своем Маморо. Вспомни хоть ту же сцену под дождем, – прибавил к своей тираде Таики, явно довольный тем, что ему удалось охладить пыл брата.
– Но ведь все это было 10 лет назад. Я уверен, что многое могло изме-ниться, – возразил Сейя, совсем не будучи уверенным в своих словах.
– Вот что, брат. Хочешь мой совет? Просто убей в себе чувства. Все рав-но они тебе больше не понадобятся. Понимаешь о чем я? – добавил Таики таким тоном, которым дикторы по TV рассказывают о погоде.
Но с последним он, все-таки, переборщил, ибо реакцию Сейи психолог мог бы назвать «неадекватной». Почти безумными глазами тот посмотрел на оратора.
– Что?! Что ты сказал?
– То, что слышал.
– Невероятно, – медленно проговорил Сейя, подходя к брату. – Неверо-ятно… И эту мерзость говорит мне мой родной брат, который, помнится, 10 лет назад красочно изливал мне свои чувства к Ами…
– То было 10 лет назад… – поспешил вставить Таики, начиная волно-ваться. Действительно, с «убийством чувств» он переехал черту дозволен-ного. Но Сейя и глазом не моргнул, будто не слышал его замечания.
– О, боже, я и не думал, что ты такое дерьмо. Я не думал, что ты спосо-бен «убивать» любовь. А если ты думаешь… если в твою башку пришла мысль, что и я способен на такое, то ты крупно ошибаешься, Таики Ко! Я никогда не забуду Банни, даже во имя нашей миссии! Я люблю ее и толь-ко ее, понятно? И мне плевать на ее ненаглядного муженька! Я знаю, что он большая дрянь не лучше тебя. А еще он козел и придурок. Почему я так говорю, даже не увидев его? Да потому, что такие идиоты есть на каждой планете! Когда я посмотрел на него в первый раз, при нашем прощании, помнишь? Я сразу понял, что пройдет еще года три и он забудет о сокро-вище, предоставленном ему судьбой. Я уверен, что он уже забыл Банни, пусть даже они и живут вместе! Ее душа умирает, я это чувствую! Чувствую, понимаешь? Банни чахнет в суматохе обычных дней! Ей нужен воздух! Ой-ой-ой! Только не надо корчить гримасы – тебе не идет!
Он схватил куртку и шагнул к двери.
– Не смей идти к ней! Неужели ты хочешь стать тем самым «воздухом», о котором мне только что говорил? – почти сорвался на крик Таики. – Куда ты пойдешь?! А концерт? У нас концерт вечером, Сейя!
– Да пошел ты… Да, и мой тебе совет. Если хочешь еще остаться чело-веком, то позвони Ами… А впрочем…
Дверь с грохотом захлопнулась.
– Господи… Что же это такое?.. – спросил сам себя Таики, в бессилии опускаясь на диван.
– Что тут случилось?–беззаботно произнес Ятен, входя в комнату в двух полотенцах одно было на голове, другое – сами знаете где.
– Ничего, – буркнул Таики, недовольно косясь на свежевымытого брата. – Просто твой братец опять взбесился.
– А! Это он по поводу Банни? Ну, тебе не стоит огорчаться, ведь он все-гда такой бешеный, как только дело доходит до прекрасного пола, – мах-нул рукой младший Ко, роясь в ворохе одежды, сваленной в огромную ку-чу.
– Ятен! Ты меня поражаешь! Разве тебе непонятно, что любовь к этой Банни не доведет нас до добра. Она расхолаживает нас и потом… Что за брюки ты нацепил?!
– А что? По-моему, очень даже ничего, – пожал плечами Ятен, демонст-рируя на себе брюки едко салатового цвета, на которых пестрели синие и красные цветочки вперемежку со странными узорчатыми фигурами.
– Боже мой, Ятен! Мы же не на Гавайях! – воскликнул Таики, поражаясь безвкусице своего братца. – Что ты собираешься в них делать?
– Хм, дай подумать… Наверное, пойду по стопам Сейи… Эх, жаль нет веночка на шею…
– Что?! Что ты сказал?!
– Я сказал, что пойду по стопам старшего брата, – повторил Ятен, засте-гивая на себе рубашку, точь-в-точь такую же, как и брюки.
– Значит ли это…
– Да-да, брат, то это и значит. Я отправляюсь искать Минако, а ты по-ступай как знаешь, – Ятен взял белую пляжную сумку. – Только, пожалуй-ста, не делай такие гримасы – тебе не идет! А, кстати, у тебя не сохранились те розовые очки, ну, которые подарила та милашка стюардесса… М-м-м… Как ее? Деззи или Меззи… Так что, не сохранились? Жаль, жаль…
И уже стоя у двери, добавил:
– Позвони Ами, а впрочем…
Грохот двери. Таики ошеломленно смотрел на нее еще какое-то время, словно дверь могла разъяснить все вопросы, затем сел на диван и, сглотнув, проговорил:
– Два сапога – пара.

* * *

Сейя бушевал.
Господи! Невероятно! Какого мерзкого брата приготовила ему судьба. Это же надо? Надругался над чувствами! Открыто прямо-таки!
Он остановился и глубоко вздохнул. Его нервам требовался перерыв. Конечно, он хочет увидеть Банни, но… Но вопреки своим словам про му-жа-идиота и про то, что Банни умирает живя с ним, Сейе было трудно ре-шиться пойти к ней… Стоп, а вдруг она уже не живет с мамой? И Шинго, наверное, уже женился. Детишек нарожал… Штук шесть, не меньше.
Сейя подумал, что мог бы быть крестным отцом его детишкам.
Внезапно кто-то подлетел к нему, издав при этом радостный вопль.
– Ах, Сейя! Это вы… о… о… о, как я рада вас видеть!..
Он обернулся. Перед ним возникла несовершеннолетняя девочка непо-нятной наружности, в глазах которой мелькали звезды. Снова издав радо-стный вопль, она стала часто дышать, будто увидела призрака.
– О! А!!! Вы мой кумир на веки! Я вас так… ТАК люблю-ю-ю-ю!!!… Распишитесь, прошу здесь, – и она без зазрения совести задрала майку, оголяя живот и, одновременно протягивая фломастер. – О! Я больше ни-когда не буду мыться!
Сейю передернуло при виде ее живота и он, скривившись произнес че-рез силу:
– Нет-нет, ты ошиблась, крошка, я не Сейя… Я просто похож на него… Нет-нет, я не он…
Он надвинул бейсболку как можно больше на лоб, взял, что называется ноги в руки, и изо всех сил поспешил прочь, услышав позади себя возглас:
– А ведь так похож…
Когда Сейя дошел до любимого парка, того самого, где они с Банни ко-гда-то вместе гуляли, то он поспешил вглубь, к озеру…
До концерта еще полтора часа, а пока можно предаться воспоминаниям о прошлом. Если нельзя увидеть ЕЕ, то можно хотя бы мысленно прочув-ствовать и дотронуться до нее…


Продолжение следует.....