[400x600]
Творчество топ-стилиста Сергея Зверева признано во всем мире. Количество регалий мастера поистине впечатляет: чемпион мира, абсолютный чемпион Европы, четырехкратный обладатель национальной премии «Овация», владелец Fashion-салона с одноименным названием на Тверской-Ямской, креативный директор женской и мужской секций ОМС (Organization Mondial Coiffure), профессор парикмахерского искусства, дизайнер. И все это он, легендарный Сергей Зверев — человек, которому свыше дана самая главная составляющая успеха — талант. Таких людей единицы, их не может быть целое поколение. И хотя у Сергея, по его словам, есть уже все, он постоянно учится, работает над новыми проектами. Ведь нет предела совершенству! Несмотря на то что по знаку Зодиака наш герой — Рак, глядя на его творчество (не вдаваясь в толкования гороскопов, а проводя аллегорию с поведенческой особенностью земного представителя данного астрологического символа) этого никак не скажешь. Он делает все возможное, чтобы постоянно идти вперед, а не пятиться назад. Имя Сергей Зверев сделал себе не с помощью людей, за которых «зацепился», а благодаря своим рукам, которые у него и вправду золотые…

— Сергей, откуда у вас столько энергии и сил, которых, безусловно, требует профессия стилиста?

— Активность мне передалась от мамы, с которой я всегда вместе. Она — сибирская девушка, блондинка со светлыми голубовато-зелеными глазами. Сколько помню, мама всегда была женщиной со вкусом, стройной, подтянутой, эффектной, яркой. Воспитывалась она в детском доме, поэтому к большинству вещей относится очень строго, считает, что все должно быть правильно, вовремя. Именно дисциплина помогает мне в жизни быть достаточно собранным. Я удивляюсь, как стойко мама переносит болезни, недуги. Ведь многие женщины, у которых чуть заболит голова, тут же вещают об этом на всю страну. Мама никогда не скажет, что у нее температура. Она не успокоится, пока не сделает все как надо, поэтому в доме всегда порядок. Ее сила воли, поддержка очень помогают мне. Говорят, что не только характером, но и внешне я похож на маму. А если сын похож на мать, значит будет счастливым!

— Откуда вы родом? Какие воспоминания у вас сохранились о детстве?

— Я родом из Забайкалья. Родился и жил в городе Култуке, недалеко от Иркутска. Когда говорю об этих местах, сразу вспоминаю ясли. Мне было четыре года. летом воспитательница часто водила нашу группу в лес за ягодами. Мы перебирались через железнодорожные рельсы и попадали на полянку среди деревьев. А там земляники — видимо-невидимо… И вот, помню, на какой-то опушке мы собираем ягоды и поем: «Солнышко во дворе, а в саду тропинка, сладкая ты моя, ягодка малинка» (я, кстати, как-то спрашивал своего сына Сережку про эту песню. Оказывается, они ее тоже пели в саду… Интересно!). И потом либо папа, либо мама забирали меня домой. Я возвращался такой уставший, но довольный, с букетиком ягод. У меня было очень счастливое детство, какое-то ягодное, правда, к сожалению, короткое.
Меня рано отдали в школу, рано бросили в модельный бизнес. Будучи еще совсем юным, я окончил профессиональное училище, получил образование сразу по трем специальностям: парикмахерское искусство, декоративная косметика и дизайнер по одежде, и начал работать.

— Сергей, а что повлияло на ваш выбор профессии? Когда впервые задумались о карьере в индустрии красоты?

— Ножницы я вообще не брал в руки, мне это было неинтересно. Любил рисовать, мечтать. Рассматривая фотографии в журналах, замечал, что прическа не подходит к платью, и дорисовывал необходимые элементы, переделывал стрижку или фасон. Иногда изменял макияж. Наверное, уже тогда я чувствовал, что нет единого, гармоничного образа, и мне хотелось его создать. Ведь как было в советских парикмахерских: завернет мастер свою жертву в простыню, сделает прическу (вполне возможно, хорошую), снимет покров, и перед нами динозаврик — голова к туловищу абсолютно не подходит! Нужно, чтобы прическа соответствовала фигуре, одежде, макияжу… Впрочем, далеко идущих профессиональных планов в детстве у меня не было. Сегодня я мечтал стать летчиком, завтра — космонавтом. Но все почему-то думали, что я буду артистом.

— Но вы выбрали профессию парикмахера… Были какие-то трудности, с которыми вам пришлось столкнуться при поступлении в училище?

— В профессиональное училище попасть было невозможно. Первый раз я попробовал поступить после восьмого класса. Не взяли. Я был тогда худенький, маленький. Сказали: «Вас же из-за кресла не видно. Клиентка чихнет, вы исчезнете. Нужно вырасти, набраться сил». Еще год я отмучился в школе, снова приехал в училище. Сидят те же дяденьки, тетеньки. Говорят: «Вы не особо подросли». Я за год еще больше похудел, одни глаза сверкали. Теперь я понимаю, почему меня не хотели брать. Профессия парикмахера — это тяжелый физический труд, здесь нужны сильные руки, выносливость. Я сообразил, что надо выглядеть солиднее. Надел туфли на высоких каблуках. Опять пришел. Оказалось, что набор уже окончен. Меня пожалели и направили к мастеру, Марье Ивановне. Она попросила: «Покажите ваши руки». Я показал. Говорит: «Хорошо, я тебя возьму. Но в списки пока не внесу. Если будешь стараться, оставлю в группе». Как я потом понял, Марья Ивановна увидела во мне своего преемника. Через полгода в училище проводился профессиональный конкурс. Я выступил, взял Гран-при. Через год — снова соревнование. И снова Гран-при. Затем — городской конкурс. Марья Ивановна говорит: «Выступишь в группе мастеров. Я научу тебя, что делать. Будем тренироваться».

— Это училище было на тот момент вашей единственной тренировочной базой?

— Высших учебных заведений тогда не было. Это сейчас спецкурсы при известных брендах, академии… А тогда (несколько позже, конечно) я ездил по миру и изучал всевозможные западные школы, ходил на тренинги и получал дипломы известных мэтров, но все это на Западе. Когда в России появились первые профессиональные высшие учебные заведения по данным специальностям, я уже стал в них преподавать. Но учиться продолжаю и по сей день. Эту же любовь к практике и познанию передаю своим преемникам.





— Помимо вашего педагога вас кто-то поддерживал на первом этапе?

— Так получилось, что я рано потерял отца и брата, но они и по сей день незримо присутствуют в моей жизни и деятельности, помогают мне творить, создавать новые образы. Я всегда мысленно обращаюсь к ним, когда делаю мужские коллекции. Несколько моделей причесок я даже назвал в честь брата — Саша. А отец, мне кажется, ведет меня по жизни и защищает до сих пор. Но так или иначе у матери на тот момент я остался один, и надеяться было не на кого. Меня жизнь заставила работать за двоих, а может, даже и за троих. Надо было делать какой-то рывок, менять что-то в жизни. Тут главное — не раскиснуть. Ведь творческие люди могут запить, увлечься наркотиками. Но я делал все возможное, чтобы идти вперед, расти. После училища я попал в очень важный салон, где обслуживали VIP-персон. Меня сразу заметили, стали приглашать на радио, телевидение, я стал городской знаменитостью. Ну а потом — Москва и международное признание…



— Как вы совмещали карьеру с семьей?

— Я рано женился по любви, и это было все так серьезно. Почти как стать членом партии. Но потом что-то не сложилось. Семья и моя работа оказались совершенно несовместимы. Мы с супругой стали отдаляться друг от друга. И через несколько лет я развелся. Сегодня мы живем втроем: я, моя мама и Сережа. Я уверен, что ничего не может быть важнее детей. Все остальное банально. Дети — это дар. Мой сын — самый любимый человек и самый преданный друг.

— Вы ему прививаете вкус к одежде, прическе?

— Безусловно. Но он и сам любит наблюдать, как я куда-нибудь одеваюсь. Например, на какое-нибудь шоу…



— Но они проводятся не только в Москве…

— Если бы не мой спортивный характер, который я выработал с годами, не знаю, как бы я справлялся со всеми этими переездами. Признаться, они на меня очень плохо влияют. Причем это касается поездки в любую страну мира, как бы хорошо там ни принимали. Потому что дом есть дом и сюда всегда тянет. Но все равно езжу я очень много: показываю новые коллекции, устраиваю в разных городах мастер-классы, fashion show…
Очень хорошие впечатления у меня остались от Польши. Был смешной момент, когда мы летели в самолете и местные организаторы мне все время говорили, что Польша — это же не Сочи, где зал встает, аплодирует и скандирует, просят номера на бис. Все-таки в Польше мастера многое видели, знают и вообще всех принимают очень холодно. Вы готовьтесь, мол, к тому, что все будет довольно скромно. Я расстроился ужасно. Подумал, что буду бороться, делать все возможное… Началось мое шоу. Вышли модели, рассыпали лепестки роз. Я улыбаюсь, идет фонограмма, сделал три мужских прически и… вдруг вижу, что как-то неудобно сидит публика, очень высоко. А когда присмотрелся… Боже мой, зрители не сидят, весь зал стоит! Настолько они были в восторге от моей техники.

— Ее по достоинству оценили во всем мире. Какова хронология ваших побед?

— К 1996 году я получил Гран-при практически во всех странах мира. В этот же период я стал вице-чемпионом Европы, а в 1997 году — абсолютным чемпионом Европы. В 98-м — чемпионом мира. Мы победили в тот момент, когда в стране был кризис, выстояли в неудобный и сложный час для России. Я вернулся домой уставшим и измученным, но удовлетворенным. Мы превзошли все страны. Надеюсь и верю, что застану то время, когда в России не будет столько проблем и разочарований. Может быть, сейчас это не модно, но я воспитан в духе патриотизма, команды, лидера-победителя. Именно благодаря этим качествам я не останавливаюсь, не почиваю на лаврах, а продолжаю работать, вести своих учеников, заниматься творчеством. Вообще, творческие люди очень чувствительны. И если я знаю, что в стране все хорошо, то тогда и у меня хорошая твердая почва под ногами. Хотелось бы сделать Россию намного цивилизованнее и демократичнее. Я привык гордиться Родиной и делаю со своей стороны для ее процветания все, что в моих силах. Какая еще профессия в нашей стране в сфере красоты и искусства может похвастаться, что она — номер один в мире? Я достиг потолка. Выше ничего нет, да и просто не бывает!

— Конкурсы, награды, звания, жесточайшая конкуренция — все это оказывает свое влияние на людей, которые заняты в данной отрасли. Как в этой сфере бизнеса строятся отношения?

— В нашей профессии всегда существовали интриги. Я почувствовал их с моего первого появления в команде. Их создают те, кто творчеством, делом не могут показать и доказать своего «я». Из года в год этими людьми копируются мои коллекции. Они сплетничают, противопоставляют меня Долорес. Но несмотря на это у нас с ней остаются замечательные отношения.

— А как вы познакомились с Долорес? Она повлияла на вашу творческую судьбу?

— Мы с ней знакомы, что называется, тысячу лет. В каком-то городе был конкурс, она меня увидела и сказала: «Что ты тут делаешь, давай приезжай в Москву». Я, конечно, приехал не сразу, но однажды почувствовал, что надо делать рывок, и сделал его. Долорес мне всегда во всем помогала и как бы незримо вела. Прошло очень много времени. Мы трудимся вместе в команде, в салоне, у нас показы, коллекции, конкурсы, творческая работа…





— Что вы скажете людям, которые только собираются выбрать профессию стилиста?

— Если кто-то хочет идти в эту профессию, нужно объективно решить, какой след ты можешь оставить, если выбрал подобную стезю. Для многих финал моего творческого пути наступил бы уже давно… Но я продолжаю работать и еще полон сил, которых хватит на много-много лет. Поэтому имею право сказать правду о профессии. Это не такая легкая, яркая и красочная жизнь. За всей внешней красотой скрывается адский труд, огромная колоссальная работа. Мое дело одно из самых сложных и тяжелых, я даже не завидую тем ребятам и девушкам, которые хотят войти в мир парикмахерского искусства, модельного бизнеса, декоративной косметики. Готовьтесь к сложной жизни и в профессиональном, и в личном плане!

— За окнами весна. Каковы основные модные тенденции в прическах этого сезона?

— Искрящиеся цвета, ультрамодное окрашивание, возможность изменяться и перевоплощаться в разные образы лишь с одной прической. Необычные переходы колористики, интересные краевые линии стрижек, легкие локоны, плетение и здоровый блеск волос! Много интересных «глухих» челок, много стрижек и упор на здоровье волос даже после окрашивания. Ведь только здоровые волосы могут блестеть и переливаться в лучах солнца!

— Сергей, вы — человек моды. Но ведь прежде чем что-то советовать, необходимо самому выглядеть соответствующе. Как вы добиваетесь такого лоска?

— Сегодня я нахожусь на том уровне, когда наконец-то могу позволить себе жить по-человечески. Например, время от времени люблю выехать за город и погулять, подышать свежим воздухом. Потом хорошо выспаться или провести часов пять-шесть в ванной. Да, мне нравится полежать в йогуртовой, хвойной, персиковой, лимонной или ягодной ванне. Я знаю, что любит мое тело. Могу смешать несколько бальзамов для волос, втереть их в голову, обмотаться пакетом и лежать так всю ночь. Словом, обожаю все, что помогает мне выглядеть хорошо. Если ты здоров, значит, ты сексуален и у тебя хорошее настроение. А это необходимо для моей профессии, которую я люблю, как своего ребенка. Все заключено именно в этой преданности делу, в том, что ты послан на землю Богом служить красоте.