Тихая таверна на краю города была самым подходящим местом для неё. Опустившись на жесткий стул в углу помещения, она, ставшими за последние несколько дней привычными движениями, скинула плащ и потянулась к кошельку. Мешочек с серебристыми монетами не мог порадовать девушку своей тяжестью, но она знала, что этих денег хватит, чтобы провести эту ночь, как и три прошлые – в раздумьях, не опасаясь, что кто-то может побеспокоить. Ну а завтра она добудет ещё. Тьма нежно окутывала улицу, колючие звёздочки виднелись из окна. Ей хотелось отгородиться от мира, окунуться в плавное течение мыслей. Трактирщик поставил на стол полусгоревшую свечу и заплесневелую бутылку недорогого вина. Оглядев залу, девушка пришла к выводу, что здесь ей ничто не угрожает, и отцепила клинки, аккуратно положив их рядом с собой. Хлебнув изрядно прямо из бутылки, юная воительница перевела взор на своё оружие, пристально вгляделась в блики, играющие на блестящей, хорошо заточенной стали. Огонёк свечи плясал и отражался от лезвия, зачаровывая и уводя мысли прочь из этого скучного места.
Она вновь и вновь возвращалась в тот день, когда последний раз увиделась с ним. Девушка знала, что теперь она свободна, свободна от всего. И она не знала, что же делать с этой свободой. «Я всегда так жаждала свободы… Боролась за неё, отвоёвывала с потом и кровью. Но то была иная свобода – возможность гражданам жить в своей стране так, как им будет лучше. А теперь? Что же теперь? Моя душа попрощалась со всем: со стремлениями, с чувствами, с желаниями. И что же, это тоже свобода? Но зачем она мне нужна? Как её использовать? Получается, что свобода – это пустота?» - так думала девушка, одиноко сидящая за самым дальним столиком. Вот уже четвёртую ночь она размышляла и не могла найти для себя ответа… «Как жить в пустоте? Чего в ней хорошего? На моём сердце больше нет цепей, запрещающих мне интересоваться кем-либо, больше нет границ для порывов моей души… Но так ли страшны были эти цепи, как казалось? И разве не ушли вместе с границами и порывы? Нет, нет… нельзя жить, нельзя любить, если нет этих границ. Нельзя! Неужели… Неужели чувства могут пылать лишь тогда, когда им что-то мешает? Неужели можно быть нормальным, чувствующим, любящим человеком только тогда, когда тебе есть что разрушать? Свобода – это пустота. Пустота – это отсутствие границ. Отсутствие границ – это смерть души в высшем её понимании. Значит, свобода – это смерть. Нет, не нужна мне эта свобода! Не нужна!» - мысленно вскричала она. «…Но теперь я не могу от неё избавиться… Теперь уже поздно… Свобода уже начала разлагать мою душу… Всё кончено для меня, я для общества по-настоящему живых людей потеряна…» - пронеслись в красиво склонённой головке мысли.
Девушка встряхнула волосами, огляделась, словно очнувшись от сна, вырвавшись из волшебства танцующего пламени. Звёзды по-прежнему мерцали на небе – это означало, что прошло не так много времени, как ей думалось. Но народу в таверне уже было очень мало. Оставив кошелёк и плащ, он взяла только клинки. Выйдя на слабоосвещённую улицу, воительница прошла чуть вправо и вышла к реке. Луна играла на воде, создавая серебристую дорожку, словно приглашавшую отправиться в чарующее путешествие по воде. Девушка поймала лучик мертвенно-жемчужного света на отполированную сталь меча. По лицу её ничего нельзя было прочесть, да никто и не пытался этого сделать в столь поздний час на окраине города. Мечи… то что было для неё дороже многого в жизни…Она не хотела расставаться с ними… Но ещё больше не хотела, чтоб они попали в грубые руки, которые не смогут правильно ухаживать за ними. Два блика стремительно скользнули вперёд и, глухо булькнув, отправились на дно почти недвижной реки. «Там вы останетесь навеки, я буду спокойна за вас…» - воительница думала о своём оружии, как о живом, дорогом, близком ей существе. На берегу не было никого, даже собак или кошек. Все мирно спали, не подозревая о происходящем. Да даже знай они об этом – ничего не изменилось бы. Пройдя ближе к воде, девушка достала совсем небольшой кинжал. Он был в прекрасном состоянии – она умела и любила ухаживать за оружием. Твёрдой рукой девушка подняла кинжал …
Утром на берегу тело совсем молодой, ещё недавно цветущей красотой и жизнью девушки с тонкой багряной полоской на шее обнаружила жена трактирщика, отправившись стирать в реке бельё.
Тихая таверна на краю города была самым подходящим местом для неё. А заросший сад на заднем дворе стал самой подходящей могилой для самоубийцы. На чуть заметном среди густой травы камне не хватало имени усопшей, даты рождения и фразы: «Она умерла от пустоты свободы»…Но никто не мог знать, кем она была и о чём думала в последние часы жизни… И никто не знает, сколько ещё людей, подобных ей внезапно осознают, что есть свобода души….