Часть 7.

- Ну, наконец-то, - обрадовался я, - Вопрос первый. Как я тут оказался? Ведь не будешь же ты утверждать, что снишься мне! Сон таким реальным не бывает.
- Вынуждена тебя огорчить, Веня, я уже сама не уверена в реальности всего происходящего. Я помню, что мы прилетели сюда две недели назад, что завтра уже возвращаемся домой. Но, когда на пляже ненадолго задремала, то увидела странный сон. Очень странный. Будто еду я в метро к Светке, Новый Год отмечать. Слушаю музыку, никого не трогаю, и вдруг чей-то голос в наушниках говорит мне, что все вокруг – неправда. Что на самом деле я сплю, и вижу про это сон. А потом, вроде, еду я уже с каким-то типом к нему домой. Самое интересное, что я его, будто бы, давно знаю. Короче, приехали, и он неожиданно признается мне в любви, и все такое. А я начинаю понимать, что он - это ты, только непохожий на себя. И ты, типа, говоришь, что даришь мне четыре часа на Маврикии. А потом я должна дать ответ на твое предложение руки и сердца. Тут я проснулась, и ничего понять не могу. Вокруг Маврикий, и ты рядом лежишь… Я решила, что перегрелась на солнце, окунулась в море и сразу тебя будить начала. А ты просыпаешься – тоже сам не свой. Чужой какой-то. Мне страшно стало. Словно это и не сон был. Может, на Солнце сейчас магнитные бури бушуют, и они каким-то образом на мозги действуют?
- Погоди, - перебил я Севиль, - Ты сказала, что мы уже две недели тут живем? Мы с тобой что, любовники?
- Мы обручены Вень. Ты что, совсем ничего не помнишь? Даже то, что поездку на Маврикий мне в честь обручения подарил? И вот это кольцо тоже не помнишь? - Севиль вытянула руку, и на безымянном пальце сверкнуло бриллиантовыми искорками золотое кольцо.
- Странно, - вспомнил я подробности своего сна, - Ты тоже не похожа на ту девушку, которая мне приснилась. И еще… Я совсем ничего не могу вспомнить. Голова, как новый жесткий диск – никакой информации. Вот ты рассказываешь - а для меня это, словно чья-то чужая жизнь.
- И меня ты тоже не узнаешь? – насторожилась Севиль.
- Если честно, то нет.
- Блин. Вот и "отдохнули". Прилетим домой – срочно к врачу. И я с тобой за компанию.
- Скажи, Севиль, а мы с тобой давно знакомы? Извини, но я, честно, не могу вспомнить.

Она внимательно посмотрела мне в глаза, словно проверяя, смеюсь ли я, или действительно не в себе.

- Мы познакомились еще весной, - наконец, ответила Севиль, убедившись, что я не шучу, - Но вместе живем чуть больше месяца Вернее, месяц в Москве и две недели тут.
- Наверное, за это время я успел тебе многое о себе рассказать?
- Не уверена, что многое, но самое интересное я про тебя знаю. Например, то, что в школе тебя дразнили "веником", а в институте – "шваброй", - улыбнулась моя новоявленная невеста.
- Да уж. Кажется, я что-то вспоминать начал…
- Ну, и слава Богу, - облегченно вздохнула Севиль, - Тогда давай вещи паковать. Может, завтра перед отъездом успеем напоследок в океане поплавать.

Мы достали одежду из шкафов, и стали раскладывать ее по чемоданам. Во втором шкафу я обнаружил короткую черную шубку с и белую пуховую куртку. Значит, в Москве сейчас холодно. А когда приподнял валявшуюся на тумбочке рубашку, то обнаружил под ней цифровой фотоаппарат. Заинтересовавшись, я начал просматривать сохраненные на карте памяти снимки. Все верно. На фотографиях были запечатлены виды Маврикия и мы с Севиль – по отдельности и вместе. А на самом первом снимке моя любимая улыбалась в здании аэропорта на фоне взлетающего за ее спиной самолета. На ней была надета та самая черная шубка, а на аэродромном поле местами лежал снег. Я вспомнил про наручные часы и взглянул на циферблат. Пятнадцать тридцать, понедельник, двадцать девятое декабря две тысячи восьмого года.

- Мы прилетим под самый Новый Год? – удивился я, - Сколько отсюда до Москвы лететь?
- Часов пятнадцать, - ответила Севиль, перебирая вещи в чемодане, - В Шереметьево-2 будем в семь утра последнего дня старого года. Немного отдохнем после перелета, приведем себя в порядок, а к десяти вечера должны прибыть в ресторан "Эль Инка" для встречи Нового года. Там Светка столик на четверых уже заказала. Так что, как говорится, с корабля – на бал.

Упаковав все, кроме тех вещей, что могли еще пригодиться, мы сели в арендованный джип и отправились в столицу острова, город Порт-Луи, за подарками. По дороге Севиль болтала без умолку, рассказывая то, что я забыл "перегревшись на солнце". Но я уже и сам начал что-то вспоминать. Словно изображение на фотобумаге, память медленно, но верно, проявляла скрытую до того информацию.
Мы погуляли по городу до темноты, а, вернувшись назад, переоделись, и пошли в ресторан "Ле Корал Блю Бар" на живой джазовый концерт. Уже за полночь мы возвратились в гостиницу, довольные прослушанной музыкой и разгоряченные выпитыми коктейлями. Как только дверь номера за нами закрылась, мы, не сговариваясь, словно одержимые, набросились друг на друга. Нам обоим казалось, что эта была наша первая близость. Меня особенно восхитил пряный вкус ее тела. Вкус, который я любил с детства, вкус горячего молока с гречишным медом, которыми бабушка часто лечила меня от ангины.
Всю ночь мы купались в обжигающих волнах страсти, пили волшебный нектар любви, растворялись друг в друге, теряя свое "я" в нашем "мы", открывали снова и снова укромные уголки наших тел, дрожали от нетерпения, и таяли от изнеможения. Словно две вселенные пролетали одна сквозь другую, образуя вихри туманностей и вспыхивая Сверхновыми. Мы то насыщались друг другом, то вновь припадали к источнику наслаждений. Заснули только под утро, когда уже совсем рассвело.