Какой странный сон… В третий раз…

Будильник.
Издерганный вопль.
Господи, когда же это кончится, думаю я и вылезаю из-под одеяла. Выключаю это истерическое создание – пора в универ.
Я учусь на филфаке, на информатике в гуманитарной сфере и по совместительству журналист в университетском журнале. Пишу, беру интервью и все прочее, что с этим связано. В моей двухкомнатной квартире всегда пахнет маслом, везде раскиданы тюбики с краской и кисти, какие-то бумажки, две мои гитары, работают компьютеры и кофеварка. Что-то бормочет радио. Газеты валяются Альпами по всей кухне. Грязная посуда, батарейки, книги – похоже на мусорный бак. Но это всего лишь кухня, как и у любого студента…
«Профессор Торнверд изобрел машину иллюзий…»
Да, многообещающее начало дня. Открываю газету, а там – статья про одного из преподов нашего универа. А он молодец, работал в поте лица. Только я не очень понимаю, что такое эта машина иллюзий, но, судя по тому, что до меня пытаются дозвониться все утро, скоро это пойму: интервью для студенческого журнала придется брать мне.
Иногда я думаю, и зачем мне вся эта журналистика? Ведь все гораздо глубже – у меня есть легенда…
Свой первый рассказ я написала в шесть лет. Тоже мне, нашла, чем гордиться. Но это все не важно. Важно то, что рождение моей легенды произошло в пять лет, когда я впервые решила придумать себе свой иллюзорный, вымышленный мир. Странно, до сих пор в нем живу…
Итак, в шесть лет я на бумаге написала то, что целый год носила в голове. Если убрать весь детский лепет, то получалась удивительная история с реинкарнациями, параллельными мирами, борьбой света и тьмы и огромной любовью. Сначала я так и думала – выдумка. Но когда в моей жизни появились необъяснимые совпадения с тем, что я написала, я задумалась: что же это? Воспоминания о прошлой жизни? Эзотерика?
Даже карты таро подтвердили: все правда. Но только…
Философские искания привели меня к мысли о том, что в этой жизни ничто не случайно. У меня было слишком много вопросов. И тогда я решила искать ответы. Да, это будет непросто, но каждый человек, встречающийся на пути, чему-то учит. Как сказал один мой знакомый, поиск кристаллов даст тебе намного больше, чем они сами…
О, кристаллы, я совсем забыла… Кристалл света и кристалл тьмы. Две величайшие энергии. В одной из книг я прочла, что они дадут ответы на все мои вопросы. И прежде всего, на вопрос, кто я. Банальный вопрос, кстати. Просто, когда смотришь на небо, чувствуешь себя песчинкой, а когда втягиваешься в ритм современной жизни, кажется, что ты нечто большее…
Итак, если давать название всей моей жизни, то можно назвать ее поиском кристаллов.
« Ровно через неделю жители северных регионов страны будут свидетелями полного солнечного затмения…»
Это – в новостях по радио.
Звонок.
« Привет, я надеюсь, ты уже оторвалась от своей любимой подушки. Тебя ждет Торнверд. Я договорилась с ним на двенадцать. Интервью для нашего журнала…»
Как всегда. Я крайняя. Что ж, мне пора…
* * *
По сравнению с метро, где мне в очередной раз пришлось ехать, изогнувшись, как $, пытаясь достать до регулятора громкости плеера, в котором Александр Васильев под гитару старательно выводит Бродского, кабинет Торнверда был просто дворцом. Кожаные кресла, стеллажи для книг, а по средине кабинета нечто, накрытое белой тканью – машина иллюзий.
Профессор – норвежец-эмигрант - приехал в Россию, чтобы продвигать свою любимую физику в массы. Хотя, среди студентов бытует мнение, что его просто не признавали в Норвегии, вот и сбежал в далекую Россию. Что ж…
Во всяком случае, сначала про него никто ничего не слышал, обычный препод: ставил зачеты, внимательно вглядываясь в глаза каждому студенту, объясняя материал, уплывал куда-то настолько далеко, что даже не замечал окончания пары. Про таких говорят: фанатик. Но зато на его лекциях было очень интересно, все сидели с открытыми ртами, а по сему многие запросто имели пять. Говорил он на русском также, как на норвежском. В общем, странным был человеком.
И вдруг – машина иллюзий. Это странное изобретение сразу же перевернуло все представление о нем. Что же это такое? Интересно, загадочно и невероятно. Как в научной фантастике, как у Стругацких, как в песнях Сплина.
Итак…
Профессор Торнверд опустился в одно из кожаных кресел напротив меня.
- Что бы вы хотели знать? – голос сухой, но не лишенный того самого фанатизма.
- Ммм, - протянула я, - расскажите, как вы дошли до идеи о машине иллюзий.
- О, я всю жизнь занимался феноменом иллюзии, понимаете, но, я думаю, вам будет интересно узнать о том, что же такое машина иллюзий.
- Да, конечно, - согласилась я.
Тогда профессор поднялся и подошел к тому, что было накрыто белой тканью:
- Смотрите внимательно, это гениальная вещь…
О да, подумала я, а он не лишен эгоизма…
Белая ткань с легкость соскользнула на пол, обнажая странную машину, провода, кабели, огромный экран, кнопки, рычаги и все тому подобное… Честно говоря, я так до сих пор и не осознала, что же это было на самом деле…
С этого момента все и пошло наперекосяк. Торнверд объяснил, что эта машина считывает информацию с коры головного мозга и создает иллюзию, так скажем, «по вашему желанию». И тогда я вдруг выпалила: «А сделайте иллюзию для меня». В моей голове, как сон, моментально пронеслось: «С помощью иллюзии я смогу понять, что же на самом деле эта моя легенда…»
Торнверд замолчал. Минуту мы оба осознавали, что произошло. А потом он вдруг воскликнул: « Замечательно!»
Я от неожиданности упала с кресла. А он продолжал:
- Я искал того, кто согласится! И наконец, наконец…
Боже… Так что же это… Дальше все помню как во сне.
Проводки на голове, мигание ламп, а потом я вдруг окунулась в свое подсознание, как в мягкий, бархатный океан. И понеслось: солнце, какие-то лица, строки из песен, что-то там про пластмассовую жизнь, фотографии, снег, дождь, самолет. В общем, все то, что на протяжении моих девятнадцати лет составляло меня. И вдруг чьи-то карие глаза. Я узнала. Но это не вероятно! Это значит, что иллюзия уже появилась и теперь она переплетается с моими мыслями, становится мной… или…