8 декабря, среда «Дочка ушла в школу к девяти часам. Они выступали три раза со своей сказкой перед младшеклассниками. Дочка играла роль ученицы. После спектаклей «артисты» хотели отпроситься с начинающегося урока географии, но учительница не отпустила. И пришлось сидеть им на уроке голодными и без учебников, без ручек. Отпустили их только после урока алгебры – в 15 часов 30 минут. А пацаны в их отсутствие спёрли из другого кабинета математики фигуры – наглядные пособия и сдали их в «свой» кабинет учительнице, заявив, что они сами их сделали. Им за это поставили «пятёрки».
Кривой привёз сегодня обналичку на двери и петли правые. Занимался весь день всякими мелкими делами, даже и сказать не могу определённо, чем же я сегодня занимался.
Покупал «ТОЗ». Пришла «Роман – газета» № 17 - 18 с романом В. Пикуля «Три возраста Окини – сан». Первый раз сегодня, начиная с лета, сел в автобус № 25 утром на «Инд. посёлке» и вечером доехал до этой же остановки. Кажется, что и «25 – е» стали ходить по Южному кольцу.
У Тани на работе сегодня появился заточник инструмента - его пригласили поработать временно со «второго предприятия». У Тани сегодня первый раз появилась (возможность, видимо) за четыре года работы на этом предприятии заточить свой инструмент. Офицер Т***ев рекомендовал гравёрам подходить к заточнику по одному, чтобы там зазря не толпиться, но Таня пошла туда вместе с Таней П***ых. Т***ев, который был сегодня дежурным по части, увидев такое вопиющее нарушение его «рекомендации», загородил своим телом Тане (моей) дорогу и стал допытываться у неё, почему она не выполняет его распоряжение. «Да пошёл ты… куда подальше!!" - в последний момент всё же сдержалась Таня, вернулась в отделение и там расплакалась. А вечером шантажировала меня угрозой своей истерики и вынуждала меня вести себя смирёно, не давала мне возможности повыкобениваться, и пришлось мне почистить картошку, заклепать ручку у сковородки отвалившуюся и распилить - разрубить на куски мяса. Первый раз попробовал сегодня пилить кости ножовкой - нормально получается, а топор мне жалко было тупить на костях».