В период подготовки к Мифам очень мало фотографируется. А то, что фотографируется, всё равно особо не покажешь. Зато очень хорошо пишется в перерывах. В качестве разгрузки. Так что, буду выкладывать, а то чего оно зря лежит... Заодно приведу мысли в порядок, а может, и порадую тех, кто следит за нашими с Мор историями.

Авторы: [J]Morlynx[/J] и я.


[показать]На первый взгляд, дорогу к замку отыскать было невозможно - она петляла и извивалась, словно бьющаяся в агонии змея. Огромные ели, что по высоте могли поспорить с корабельными соснами, закрывали небо, хищно протягивая к земле косматые лапы. Древний лес вовсе не спешил делиться своими тайнами со случайным прохожим, он наблюдал, словно затаившийся во мраке огромный зверь, готовый поглотить незваного гостя, растворить его в зарослях папоротника и россыпях залежавшейся хвои, постепенно превращая в ничто. Но стоило только вырваться из под его сумрачных сводов, как на пути вырастали горы, острыми вершинами рвущие облака в клочья.
Замок почти невозможно было заметить сразу, лишь только очень острый глаз различил бы прихотливо вписанные в камень готические своды и галереи. Этот старый, переживший века исполин не был частью скалы, он и сам был этой скалой. И вряд ли нашёлся бы кто-то, кто точно мог сказать, сколько сотен лет исполнилось фамильному гнезду фон Кролоков. По крайней мере, из ныне живущих.
Впрочем, особенно отчаянные храбрецы могли бы спросить об этом у самого хозяина замка, и даже рассчитывать на ответ. Если очень повезёт. Однако, стоит заметить, что Граф никогда не отличался особенной разговорчивостью. Или же за все эти годы почти никому из его собеседников не везло настолько, чтобы после состоявшейся беседы что-то утверждать наверняка. Поэтому и по сей день Николас Йохан Олдрих фон Кролок являлся персоной, у большинства вызывающей не совсем здоровое любопытство и окружённой целым сонмом догадок, предположений и легенд. При этом, сам Граф не делал ровно ничего, чтобы оправдать или наоборот, развеять даже малую их толику. И казалось, его это только забавляет.
Любое его появление в свете было сопоставимо со взрывом, иными словами, где бы не появился фон Кролок - он производил фурор. К вампирам, а тем более, к высшим представителям этой расы в обществе относились двояко. Кто-то открыто избегал их, считая крайне непредсказуемыми и опасными существами (а чего ещё ждать от мутантов, пусть даже с веками устоявшимся генотипом?), у прочего же большинства вампиры вызывали живейший интерес: окружённые мистическим ореолом загадочности, прекрасные и непостижимо таинственные. Словом, вокруг всегда находилось немало охотников приподнять манящий краешек этой туманной завесы или попросту желающих подобраться к возможности попробовать пожить вечно. Но, как бы не относились к бессмертным и те, и другие, никто и никогда не осмеливался повернуться к фон Кролокам спиной. Количество прожитых веков и упоминаний их имён в истории позволяло им стоять в присутствии королей разве что только из уважения. При этом, исключительно к возложенному на плечи правителей тяжкому грузу забот о судьбе вверенных им государств и народов.
Сама же политика, как таковая, перестала занимать фон Кролока вот уже несколько веков. Возможно, не последнюю роль здесь сыграл тот факт, что при желании Граф мог бы перевернуть устоявшийся миропорядок во всей Восточной Европе. Осознание этого делало сурового властителя Валахии совершенно равнодушным к правительственным игрищам - скорее, он просто милостиво позволял людям и дальше вписывать свою историю в анналы прожитых лет. Не особенно интересно Графу было и светское общество, ибо люди и прочие существа, всё ещё населяющие мир, по сути, всегда оставались самими собой и вряд ли могли удивить его хоть чем-нибудь неожиданным.
Единственное, к чему ещё теплился интерес в сердце Графа - это наука и магия. Какому-нибудь научному трактату было вполне по силам вновь наполнить его взгляд жизнью, а жизнь - смыслом. В научных изысканиях он являлся одним из непревзойдённейших авторитетов, и те, кто так или иначе удостаивались его внимания, чувствовали себя поистине облагодетельствованными. Разумеется, стоило ещё упомянуть тот факт, что фон Кролок был одним из сильнейших магов Крови, по крайней мере, в этом мире. И то, что он вампир по рождению, нисколько не умаляло ценность его вклада в эту науку. Вместе с этим, Граф весьма хорошо (а может быть, и слишком хорошо) был известен как оккультист и некромант. До сих пор ходят слухи о том, что именно он утопил в крови всю Европу пять или шесть столетий назад. Но, учитывая давность лет, сей факт, разумеется, не может быть ни доказан, ни опровергнут, а смельчаков спросить фон Кролока напрямую почему-то так и не нашлось.
Как бы там ни было, но за последние двести лет Граф ни разу не был замечен за чем-либо противозаконным, хотя, охотников доказать противоположное всегда находилось в избытке. Что ж, Николас вполне справедливо считал, что каждый имеет право развлекаться, как захочет.

Всё это занимало мысли одинокого путника, неспешно приближающегося к воротам старинного замка. Галька тихо похрустывала под уверенным шагом, а горный ветер яростно трепал высокий воротник дорожного плаща. Путешественник то и дело поправлял ворот рукой в чёрной перчатке, но в остальном, кажется, не терпел ни малейшего неудобства, так, словно он не шёл в гору под порывами ледяного пронизывающего ветра, а гулял по набережной в тёплый летний день. Наконец, путник остановился перед высокими дверями замка и потянул за шнур звонка.
Ему пришлось прождать довольно долго, прежде чем массивная дверь отворилась. В темноте блеснули глаза.
- Господин фон дер Молль. - раздался скрипучий голос, очень невнятно выговаривающий слова. Так что Герхарт скорее догадался, что слуга графа назвал его по имени, чем сумел разобрать сказанное.
- Он самый, - мужчина усмехнулся своим мыслям, поправил темные очки. Кто, как не он, мог явиться сюда на закате, да еще и пешком?.. Но у каждого свои странности, и другу хозяина замка их хватало с лихвой.
Куколь забормотал что-то совсем уж не членораздельное, но в его жестах угадывалось приглашение войти и, как догадался Молль, стать дорогим и уважаемым гостем.
В холле замка царила гулкая тишина. Снаружи на землю ложились мягкие сумерки, но в жилище Графа уже властвовала темнота. Или нет - тьма. Фон Кролок никогда не нуждался в особенном освещении и предпочитал не переводить свечи попусту. Густые тени ютились по углам и, казалось, пристально наблюдали за вошедшим. Впрочем, Молля это не смутило, и он уверенно зашагал к широкой лестнице, ведущей в верхние покои. Куколь изо всех сил старался поспевать за лёгкими шагами гостя, пыхтел и кряхтел, но угнаться за ним не мог.

- Добрый вечер. - звонкий детский голос вдруг разбил подкрадывающиеся тьму и тишину в острые осколки.
Молль остановился так резко, что запыхавшийся горбатый дворецкий едва не налетел на него. На гостя взирали слабо светящиеся, словно у кошки, небесно-синие глаза совсем юного существа. Герхарт подошёл к ребёнку ближе, присел на корточки, пристально разглядывая мальчонку лет пяти со светлыми ангельскими кудряшками.
- Ты кто? - уточнил он, зная, что хозяин замка не трогает детей - значит, это не еда. Но что тогда?.. Наследие одного из слуг или...
Ребёнок склонил голову набок, с интересом рассматривая неожиданного гостя. В его глазах не было страха, а тонкие ноздри чуть трепетали, словно он принюхивался. Впрочем, возможно, так оно и было.
- Ты… - детская ручонка, такая тонкая и белая, что казалось - она светится в темноте, коснулась волос Молля. - ...странно пахнешь. Снегом. - он чуть прикрыл глаза. - И пеплом. И горечью. Почему?
- Дитя, - раздался укоризненный голос Графа, выходящего навстречу. - Это не вежливо - вести себя подобным образом. Тем более, наш гость задал тебе вопрос.
Мальчик перевёл взгляд на хозяина замка, потом нехотя сделал шаг назад. Посмотрел на Молля и с достоинством произнёс:
- Меня зовут Герберт.
- Мой сын. - покровительственно добавил фон Кролок, тонко усмехнувшись.
Гость поднял голову и задумчиво посмотрел на своего друга - словно оценивал, не шутка ли это, и действительно ли “сын” - это сын. Потом снова повернулся к ребёнку и вежливо кивнул:
- Очень приятно. Герхард фон дер Молль.
- Герхард фон дер Молль. - повторил мальчик, словно записывая необычное звучание имени в память. - Ты интересный.
Фон Кролок-старший издал звук, больше всего похожий на подавленный смешок.
Тот, кто назвался Герхардом, снова оглядел мальчонку - на этот раз особенным, цепким взглядом. Сейчас, практически в полной темноте, его глаза почти не страдали, и видели ясно и чётко, хотя и не различали цвета. На первый взгляд, в маленьком ангелочке не было ровным счётом ничего от Графа . Но это только на первый взгляд. При более подробном и внимательном рассмотрении становилось очевидно, что в ребёнке пульсирует и бьётся та же неукротимая сила, что и в хозяине замка. Николас как будто прочитал мысли своего гостя, чуть насмешливо изогнул чёрную бровь, но затем широким жестом пригласил Герхарда располагаться в гостиной. Бросил взгляд на Куколя, и тот, как и всегда, безмолвно засуетился, исполняя полученный приказ. Фон Кролок и его старый слуга давно уже научились обходиться без слов.
- Приведи себя в порядок перед ужином. - непривычно мягко проговорил вампир, обращаясь к сыну.
Герберт кивнул и бесшумно растворился во тьме.

***
- Я рад видеть тебя у нас. - фон Кролок наполнил два бокала густым, красным вином. - Признаться, в этот раз ты не торопился с визитом. - заметил он, подавая бокал своему гостю.
- Не хотел приезжать с пустыми руками, - ответил Молль, удобно расположившийся в глубоком кресле рядом с камином. Он отметил это “у нас”, принял бокал из рук Николаса и привычным, неоднократно повторявшимся жестом отсалютовал хозяину. Сколько раз они сидели в этой гостиной вот так, друг напротив друга, с бокалами красного?.. Только за последний век - не меньше трёх дюжин раз.
- Ты поменял цвет стен, - заметил Герхард, слегка улыбнувшись.
- Мать Герберта посчитала, что замок слишком мрачен. - пожал плечами фон Кролок.
- У вас всё настолько серьёзно? - Молль иронично склонил голову.
- Было. - спокойно ответил Граф, однако, таким тоном, что Герхарду всё стало ясно без разъяснений. - И, пожалуй, это единственное, о чём я жалею за последние пару сотен лет.
Тем не менее, голос фон Кролока звучал равнодушно, так что было не совсем понятно, жалеет ли он о случившемся на самом деле - способность выражать свои эмоции никогда не была его сильной стороной.
- И что же случилось? - Герхард не стал уточнять, с чем именно: с романом или с самой женщиной.
Вместо ответа Николас очень выразительно посмотрел на друга, криво улыбнулся и напоказ обнажил внушительного вида клыки, так что его облик стремительно потерял сходство с человеческим.
- Ты её убил?.. - любопытство Молля было безжалостным и холодным, как скальпель.
- Да. - губы Графа сложились в издевательски-виноватую улыбку, сделавшую бы честь любому актёру. Не то, чтобы фон Кролок действительно сильно скорбел об этом досадном происшествии, но то, что его ребёнок остался без матери - это было чертовски неудобно. Прежде всего, для Герберта.
- Надеюсь, не за цвет гостиной. Довольно удачный оттенок, на мой вкус. - Молль улыбнулся, показывая, что это всего лишь дружеская шутка.
Фон Кролок расхохотался.
- Ну, а что нового у тебя? - осведомился он.
- Да как обычно, всё идёт своим чередом. В библиотеке одного знакомого нашёл упоминание об интересном труде летописца Карла Первого. Пришлось потратить немного времени, чтоб найти упомянутый труд - но оно этого стоило. Думаю, тебе будет любопытно почитать. - Герхард бросил взгляд на свою сумку, лежащую рядом с креслом, но даже не потянулся открыть её. Теперь, когда он добрался до замка, Молль останется здесь на несколько недель, а может, и месяцев - и этого времени вполне хватит и на чтение, и на обсуждение книги, этой и нескольких других.
- Успеется. - согласился Граф. - Ты…
- Папа! - в гостиную заглянул Герберт и обворожительно улыбнулся Моллю. - Агнешка говорит, ужин подан.
- Что ж, прошу. - пригласил фон Кролок, поднимаясь и кивая гостю.