Героями данного фика являются Фелтон и Редклифф, так что запихиваю его в раздел RPS.
ЗЫ: слэша вы там не найдёте, но почитать стоит.

ЭСКАПИЗМ
Автор: E-light
Герои: Томас Фелтон, Дэниэл Редклифф

Он такой странный, такой отстраненный, такой трогательно жалкий.
 
Ему говорят, что он талантлив – и это правда. Он кивает, выслушивая это, но за ледяной голубизной глаз, под прядями обесцвеченных волос таятся совсем другие мысли.
 
Он говорит, что как только закончит сниматься в «этой картине», как тут же займется делом своей жизни. Вчера это контора адвоката, сегодня – офис «зеленых» (спасем аквариумных рыбок от жестокого обращения владельцев), что будет завтра, не знает никто. Папа советует не глупить и прорываться в кинобизнесе, пока его помнят по роли юного негодяя-аристократа, мама молчит – она надеется, что сын повзрослеет и одумается сам, остальным, по большому счету, все равно.
 
Режиссер хлопает его по плечу: «Ты талант, мальчик», гримерши любят его – он терпелив и часами готов сидеть неподвижно, когда ему мягкими кисточками наносят грим, превращающий обычного английского парня с фермерской внешностью в капризного отпрыска древнего рода с изогнутой в презрительной усмешке верхней губой, насмешливым взглядом серых глаз и надменно приподнятыми бровями. Но как только гасят свет, и мир замирает: метлы сданы в реквизит, сняты мантии, замыты следы на площадке, - он становится никому не нужным. Все забывают о его существовании.
 
Он бродит привидением среди людей в цивильной одежде: Алан пересмеивается с Дэном, Руперт играет в карты с «близнецами», Эмма, нарядившись, словно на вечерний прием, кокетничает с молодыми ребятами из технической обслуги, при этом она пытается подражать Одри Хепберн, Лиз Тейлор в «Клеопатре» и Грейс Келли одновременно. Его никто не зовет.
Раньше звали, пытались вовлечь в разговор, в обсуждение планов на будущее (молодежь), рассуждения о перспективах нынешнего проката (взрослые), но он смотрел широко открытыми, пустыми глазами, отвечая невпопад, и его оставили в покое.
 
Не от мира сего. Это о нем.
Он не обижался – зачем обижаться на правду. Ведь он и в самом деле был не из этого мира, так?
Иногда он удивлялся, как могут другие, допущенные в настоящий мир, так легко сбрасывать с себя его оболочку, без сожаления снимая одежды и сдирая приставшие личины. Будь его воля, он не переодевался бы никогда. Но он один, а их большинство, и, значит, правы они, а не он.
Он никогда не идет против потока: проще покориться течению. Но ему всегда жаль слышать слова: «Стоп, снято», и когда на лицах других разливается неприкрытое облегчение: Гарри снимает очки и становится Дэном, более терпеливый и взрослый Алан дожидается, когда парик снимет с него гример, - Драко стоит и впитывает в себя последние мгновения исчезающего волшебства, следя за стремительным разрушением своего мира. Это - маленький Армагеддон.
 
Большой настает тогда, когда заканчиваются очередные съемки, и команда разъезжается на каникулы, звучат смех, звон бокалов с шампанским, поздравления, тосты и радостные речи. В такие минуты он задумчив больше обычного, и ребята из технической обслуги снова начинают шептаться, возьмут ли его в следующий фильм, и жалеют, что у него нет ни родственников, ни друзей в этом жестко структурированном мире, основанном на связях и симонии. Актерам это все равно, актеры это не обсуждают, они думают о своем будущем, где все уже расписано, как по нотам, обдумано на сто рядов тремя головами: своей, менеджерской и режиссерской. А сейчас наконец-то блаженная передышка, время, когда настает пора пожинать плоды посеянного недавно, наслаждаться вниманием таблоидов, ходить по вечеринкам и отдыхать, отдыхать, отдыхать…
 
Одному ему это кажется каторгой, порой отлучения от радости настоящей жизни, временем долгой печали. Ямочки на щеках Гарри удивляют его: неужели он радуется своей игрушечной популярности в скучном, сером мире, когда здесь он – герой, рыцарь без страха и упрека, лучший из магов. Веселое выражение на лице Рикмана таких вопросов не вызывает: Алан и Снейп совсем разные люди. Нет на площадке человека приветливей Рикмана, как в мире Хогвартса нет человека неприятнее Снейпа. Преображение идеально, и он глубоко уважает Алана за его талант лицедея, однако по тем же причинам – за фальшивую суть - не причисляет к своим.
 
«Свои» - это Филч, Рон, близнецы, Айзек Джексон, лукавый и хитроумно-надменный, удачно вписавшийся в образ пронырливого Люциуса, но более всех это Гарри, конечно же, Гарри.
Гарри с круглым юным ликом, блестящими глазами, румяннощекий и неправдоподобно обаятельный.
Он знает, почему гордый аристократ Драко так хотел подружиться с мальчиком в обтрепанной одежде из явно бедной семьи. Гарри покорял моментально - своим обаянием, всем видом, излучавшим добродушие и отвагу, смелость и благородство.
Тем, что так подкупает сердца людей во все времена и в любом мире.
 
Дэн был таким же и на площадке, и вне ее, он был рожден Гарри Поттером, как утка рождается водоплавающей птицей. В голове у Тома постоянно настойчиво звенело: если кто-то ходит, как утка, крякает, как утка, и плавает, как утка, то, наверное, это и есть утка.
Дэн думал, говорил и выглядел, как Гарри Поттер. Так говорили взрослые, рефреном добавляя, что только это его и спасает. Что неплохо бы к этому чуть актерского мастерства. Что мальчику нужно многому научиться, если он хочет и дальше сниматься в высокобюджетных фильмах.
Лишь он знает, что все это глупости. Дэн и есть Гарри Поттер, а Гарри по жизни не умеет играть. Ему трудно изображать приличествующую моменту печаль – неудивительно для мальчика, столкнувшегося с жестоким миром лицом к лицу с момента рождения и не имевшего возможности спрятаться от него за спины взрослых родителей. Все, чему его здесь научили – выживать, и недаром вторым именем к нему намертво прилипло бесившее Драко прозвище «Мальчика, Который Выжил».
Выживанию мешает сентиментальность, оно не нуждается ни в слезах, ни в жалости к себе и к окружающим. Для него требуются лишь жизнерадостность и упрямство – качества, которых Гарри/Дэну хватало сполна.

Играть приходилось Тому: за это его хвалят, и он знает, что это неправильно, потому что он - совсем не Драко. Мир был его, но место, занимаемое им в этом мире, – чужое.
Разве его большое, угловато-нескладное тело, состоящее из локтей и коленок, было стройным, изящным, хрупким и стремительным Драко? Разве его голубые глаза были похожи на серый туман над озером, серебристые омуты, отблескивающие наследственным стальным холодом потомственной гордости? Разве его перекрашенные волосы, темные у корней, были платиной волос натурального блондина?
Слишком широкие ладони – в противоположность узким кистям Драко, слишком большой рост, слишком крупное телосложение – нет, Драко Малфой был совсем другим. Он мог, стоя на коленях, выгнуться назад, и коснуться затылком пола между раздвинутыми пятками, мог, оседлав метлу, лететь с раскинутыми руками, он был хрупким и легким, как охотничий сокол, и таким же опасно хищным. Как стремительный абрис, прорисованный одной зигзагообразной чертой, рисунок тонкой кисточкой и тушью.
Том пытается стать максимально похожим на Драко, но он всего-навсего актер, играющий Драко, а это совсем не то. Но за это – умение хорошо играть - ему предрекают великое будущее. Он отдал бы его без колебаний за то, чтобы быть Драко на самом деле.
 
Его тоска порой прорывается в опрометчивых высказываниях о том, что он не связывает свое будущее с кино, что все его роли в жизни уже сыграны, и дальше он будет работать в семейном бизнесе и удить рыбу по выходным. Поклонники пожимают плечами: глупо – зарывать талант в землю.
Они не понимают, что ему не нужен талант. Он имеет то, что не дано Дэну, и готов бросить это в грязь и растоптать.
Дэн, в свою очередь, имеет то, что не дано ему, и не ценит этого. Для него Хогвартс с магами – всего-навсего скучная сказка, написанная для детей младшего школьного возраста: он до сих пор так и не удосужился прочесть пятую книгу.
На то, что он – часть этого мира, его олицетворение, живое доказательство того, что настоящий мир существует, ему плевать. Ему безразлично то, что он и есть Гарри Поттер, он не воспринимает это всерьез.
 
Так они и живут, запутавшиеся в петлях насмешницы-судьбы.
Актер, что хочет быть героем.
Герой, что хочет быть актером.
И если поменять их ролями – они станут счастливыми
kleine_fritz