Это цитата сообщения El_Mariachi Оригинальное сообщение

Давно пора было это сделать, да руки не доходили. Для простоты.

В колонках играет - Мои песни
Настроение сейчас - Сонно-предпасхальное

- Для простоты чего? - спросила Алиса
- Чего, чего?... Гриба! Для простоты поиска и восприятия…

Вместо Эпиграфа

Однажды среди ночи я проснулся
И на листе тетрадном чистом
Оставить пару строк не поленился…
Которым я той ночью удивился,
Которым я наутро улыбнулся…


* * *

Мы не оставим все, что нам хотелось
Чтоб осталось
Не слишком справедливо время
Но даже если есть,
Что сохранить -
Хотя бы малость:
Ты будешь вспоминать туман осенних дней
А я зимы конца усталость
Затем весну...
И дело только в ней -
в Моей весне
Она дала такую радость
И счастье, что тебе и мне
С дождями майскими досталось.



* * *

Когда апрельский теплый дождь
Закрыл собой твое окно
Но ты его совсем не ждешь
Тебе, как видно, все равно
(А ей милей осенних дней
Покой, и в радость непогода)
А нам осталось лишь полгода
Ждать наступления дождей
Осенних...


* * *

Ты рисуешь на бумаге
Лес и поле, рожь и маки,
Тучи, небо, облака...

Я, потрепанный годами,
Вижу топь в глухом овраге
И ушедшие века...

Ты рисуешь снег и речку,
Домик, сад, скамью и печку,
Мостик, волны, камыши...

Я смотрю и улыбаюсь:
"Хорошо, мое сердечко.
Только слишком не спеши..."

Ты рисуешь маму, кошку
Дождик, солнце, свет в окошке,
Много самых разных тем...

Я возьму тебя за ручку:
"Дай-ка мне свою ладошку -
Ты запачкалась совсем..."



* * *

Ветер…
Ты закрой меня от мертвой тишины
Я устал от песен наглых и слогов
Слишком много было на моем веку
Мертвых звуков от войны и дураков

Море
Ты умой меня молитвою своей
Слишком черен стал мой лик и моя стать
Пепелище моей веры и оков -
Стен где нет дверей и вышла благодать


* * *

в подражание Шевчуку


Когда зима
Без снега
Когда туман

Когда в полуночный песок
Зарывшись
Тянется рассвет

К началу
И
Концу

И млеет
перед ликом
неба

Свой срок
Любым
И людям и векам

И снегу
И
Осенним сапогам



* * *

По черно-белым,
По серебряным
Посеребрянным,
Во воле ритма
И во власти звуков,
Что срываются
С оставшихся
И здесь и там
Мелодий и слогов,
Скрываются
И прячутся
От радостей
И горестей
Последних,
Что были первыми,
Но заняли
Места
В отрядах
Дураков...



* * *



ХэДэ

В шестнадцать лет любой – поэт
Скорее встретишь белую ворону
Чем персону,
Не написавшую сонет, памфлет, куплет, припев, мотив и рифму
Любимому, любимой, подруге, другу и соседу – строчкой длинной
Ну а врагу – четверостишьем эпиграммы
Для выраженья чувств (саморекламы?)
Но к двадцати пяти годам
Пора
понять
«поэтам»
«критикам»
«литературным знатокам»
Ту грань,
что красной линией проходит,
В том месте,
где «талант»
в диагноз переходит


* * *


Мы видели…
Пашке Антипову

Мы видели развалины дворянских гнезд, усадеб
В запекшейся крови немого кирпича –
Свидетели балов, приемов, раутов, свадеб,
Не избежавшие советского бича

И графский парк, в тени его ручей
Тропинка дикая да и дощатый мост
Беседка среди сосен с ликами свечей,
Стоящих вдоль дороги на погост

А кладбище – музей истории нетленной
Вот тут плита без имени и цифр
А дальше - братская расстрелянных военнопленных,
Под камнем со звездою - красный командир

Арабской вязью, литерой латыни,
Под каждый почерк есть своя плита,
Заботливо горожены и ныне
Согреты взглядом с брамы Господа Христа

* *

Воспоминанья
Да все с привкусом дорожной пыли
Культурные:
Не оставляли надписей
«Здесь Пашка с Женькой были»


(Потом пришел ответ от Пашки:

Видали мы…(воспоминания)

Да, помню я прекрасно, что видали
На тихом кладбище суровый обелиск.
Батон с сырком мы пивом запивали,
И грустный слушали велосипеда писк.

Видали мы могил наверно сорок,
Подписанных фамильей Карачун.
Кота облезлого видали под забором,
Костел, глядящий на людей с укором,
Людей, страдающих идей запором,
Что переделали костел тот в дом культуры,
Но что поделать, коли дураки да дуры…
Не видели лишь лошадей табун.

Эх, многое тогда мы повидали.
А помнишь ли, как на вопрос: «Вы где?»
Я, не соврав, ответил: «Мы — в Узде!»
А помнишь ли как Кухтичи искали?

Прошлись мы по дороге из дорожной пыли,
Следами написав на ней: «Здесь Пашка с Женькой были».)


* * *


Одностишье
Кате Капшук

Катюш, ты прям как лааааааандыши… :-)


* * *


Эрике

Спой мне романс. Пожалуйста. Я подыграю.
Я знаю, рассмеявшись, скажешь: не пою
А я твои стихи лишь выбираю
И лишь они унять способны боль мою

Ты скажешь: - Не Цветаева
– И слава Богу!
Я не люблю печатного стиха
Склоню колени перед почерком и слогом
Избавленным от первородного греха

Пускай в аду – не захочу я рая
Пускай во тьме – не нужно мне светил
Спой мне романс. Прошу. Я подыграю
И подпою, насколько хватит сил.



* * *


Пустыми буднями, субботними попойками
Для выхода скопившейся тоски
Слова врезаются в бумаги лист
За стойками
Кабацкими
Рождаются стихи

Стихи не о любви, о ней все сказано
Я буду пить и пить за упокой
И я не беспокоюсь –
Все заказано
Как русский приговор
[подписанный]
Есенинской строкой

На откуп всем тоскою горькою
Что рюмкой выпита до дна
Еще строка за барной стойкою
Еще одна
Строка
Еще
Одна


* * *


Словно вхож я в чертоги Одина
И стою на краю земли
Где границей кончается Родина
А рефреном слова мои

Где ракиту заиндевелую
И уснувшую под рождество
Отогрею я песней несмелою
И почувствую с нею родство

Одержимый грядущими родами
Снег на землю ложится зимой
Но отпившийся вешними водами
Он ославит дорогу домой.


* * *


Белые поля
Зима. Метель
Черная земля
Все ждет
апрель

Затянулось небо
Серой простыней
Нивы просят хлеба
Да воды сырой

Слышен тихой песней
Ветра свист
Состав ведет по рельсам
Машинист

Мерные раздумья
Ручка да блокнот
Снова в полнолунье
Рифма расцветет

Исписаны страницы
Белые поля
С каждой строчки лица
Смотрят на меня

Вдоль дороги ели
Машут мне рукой
Стряхивая пепел
Снежною золой

Словно белый ангел
В лютый снегопад
С мыслями о главном
Сад...


* * *

Сонет

Мне никогда не сказать тебе слов, я могу только спеть
Да и то не о том, о чем ты захотела бы слушать
Я предвинусь к тебе, перед этим поставлю гитару,
Обниму тебя нежно и так же нежно губами
Своими коснусь твоей шеи
И мы будем молчать, потому что слова
Не важны, не сегодня, не этой зимой
И я буду смотреть в глубину твоих глаз
Находя в них свое отраженье
И я буду спокоен, так как в них я открою
И прохладу, и солнце, и май...
И мне вряд ли приснится что-то иное...
Чем дыханье твое, еле слышимый
Твой поцелуй.


* * *



Все песни, все тексты написаны
Укрытым цветною сорочкою
Я видел себя под рябиною
Купальскою теплою ночкою

Одетый в цветную рубаху
Из листьев, что щедро дарила мне
И ветви узорчатой плахтою
И корни резными перилами

Я видел себя под рябиною
Купальскою теплую ночкою
Все песни, слова все записаны
И сшиты последнею строчкою.


* * *


Последней осени замерзшие следы
Останутся чернеть на пройденных страницах
Рассказывать о воле и о птицах
Которые весну несут в сады

Последних листьев шумный хоровод
Шуршащий по дорогам и оврагам
И пестрым разноцветным флагом
Укроет землю, сохранит до вешних вод

Уже прохладно и последние недели
Бегут, стремятся прочь, как будто рвутся к цели,
Как мы бежим к любимым и родным...

И ветер сменят зимние метели
И черно-белым полотном замена красочной пастели
И утренний туман последних теплых дней... как дым



* * *


Хотел бы стать поэтом питерским осенним
Хотя бы на мгновение, на час
Когда "ноябрь уж наступил" и в нас
Сквозь души и сердца церковным пеньем
Проходит осень. Та, которую так ждал

А ветер яростный - он мой судья
Кружит вокруг меня, пытаясь с ног свалить
Разбить, унизить, разорвать, но научить любить
Бросая листья предо мною: "Вот он я,
И говорю: ты не о том писал!"

И волны по реке и люди под дождем
Бегут, стараются прожить как можно дольше
В своем движении они теряют больше
А впрочем, как все мы: всю жизнь чего-то ждем
И радоваться не умеем...

Потом свыкаемся,
Смиряемся,
Стареем

Тогда и годы мудростью меняешь...

И осень жизни старостью седой
Где каждый день ноябрьским откровеньем
Хотел бы стать поэтом питерским осенним
Чтоб видеть все пока я молодой
И рано умереть:
зачем же жить, когда все знаешь...


* * *


Ветер, опускаясь ниже
В кронах у окна,
Шепчет нежно:
"Тише, тише...
Не твоя она

Не тебе твоей рукою
Обнимать ее
Те, отказанный покою,
Ты дитя мое

Я покину скоро ветки
Под твоим окном
Я не создан был для клетки
Мне не нужен дом

Ты такой же - дай мне руку
Хочешь покажу
Пусть весь мир? - уйми же муку
И забудь, прошу

Ты ищи свои дороги
И оставь ее
Отведу твои тревоги,
Горюшко мое..."

Целый день он пустословил
Был и пьян и лих
На одном осекся слове
И под вечер стих


* * *


Пытаемся любить, не научившись вере.
В попытках говорить, не зная как молчать.
В любви мы ценим лишь себя, не слушая ни в коей мере
Ничто и никого; -
Не чувствовать,
Не быть,
Не знать...


* * *


В полумраке запущенный сад
Воздух листья на вишнях колышит
И в беседке у старых оград
Тихо горлица песнь свою пишет

Плавно вечер ложется на луг
Темной шалью окутавши травы
И в зените пророческой славы
В небе месяц чертит полукруг


* * *


Неоконченный сонет

Потерялись где-то в городе большом
Средь парков, скверов, магазинов, улиц
Мы сотни раз друг друга взглядами коснулись
Но думали при этом каждый о своем

Средь парков, скверов, магазинов, улиц,
Среди толпы, в потоке серых масс
Глазами встретились, тотчас
Возможно, мы друг другу улыбнулись

Мы сотни раз друг друга взглядами коснулись,
И думая при этом каждый о своем,
Мы просто встретились и так же просто разминулись
И затерялись
В городе большом...


* * *


Пять утра. Не спится. Рано.
Темно и утренний туман.
Как незакрывшаяся рана,
Как недописанный роман,

И как фрагменты жизней прошлых,
Остатки прожитой любви,
Как след от песен, рваных, сложных,
Рождаются стихи мои.

Твой голос звонкий и весенний,
Отвлек меня от размышлений –
И снова брошена строка.
Ты знаешь все – ты чистый гений
Я неспокойный и осенний
Все будет позже. А пока

Мне в шесть утра не спится. Рано.
И недописанный роман
Как незалеченная рана
Из множества подобных ран.


* * *


От снов, от всякой чепухи,
От светлых грез рассветных
Встаю, курю, пишу стихи,
Но нет средь них заветных

И в голову идут слова,
Слагаясь в рифмы, строфы,
И разболелась голова
От криков у Голгофы

В них громкий звук пустых речей –
Открытым новой вере,
Иным с согласия врачей
Лишь петлю в «Англетере»

И мглой окутаны дома
Им сны в тепле и мире.
А я пишу, схожу с ума
В своей пустой квартире

А я сижу, схожу с ума
В свои двадцать четыре…


* * *


Ванильное небо - Моне акварелью;
И город дремал под рождественской елью.

Дремал убаюканный, видел он сны
О них и о нас, о приходе весны.

Уснул он, окутанный нежною негой,
Но так не дождавшись первого снега.

Мы снова с тобою на самом краю...
Спи сном безмятежным, я песню спою.

Спою колыбельную - вещие сны:
О них и о нас, о приходе весны.


* * *

Когда все чаще снится первая любовь,
Когда прикосновенья ночи
Забрали день еще один,
Я становлюсь чуть-чуть моложе,
Чуть ранимей, впрочем
Лишь ненадолго, стараясь выкрасть
Пускай лишь только лишний час:
Вернуть все то, что было светлым,
Что не увидишь в свете дня –
Мне нужен свет,
Но чтоб его понять
Мне темнота необходима…
Приходит та, что мной была любима,
И воскресают старые друзья,
Места, где не оставил и следа –
Что след? Песок.
Он будет вытерт ветром
И защищен лишь памятью одной
И песней самой лучшей – той,
Что до конца не будет спета.
Поэты вряд ли остановят время:
Слова сильны, но это лишь слова.
Дай руку мне, я не скажу ни слова,
Но ты поймешь и так, -
Я улыбнусь: да, ты права.
Когда нет прошлого,
То прошлое – роман;
Когда нет сна –
То сны идут рекою;
Я заплатил за сладостный обман.
Открыл глаза. Но был спасен.
Одной тобой.
Одной твоей рукою.


* * *

Ирине

Здесь все стихи - твоей подруге
И ненаписанное тоже
Но в чем-то мы с тобой похожи
Когда струны касаясь, руки
Рождают звук
И эти звуки
Печаль и радость преумножат

Ирина, где твои сады?
Скажи, куда ведут дороги?
Где рифмы наши, строфы, слоги?
Струна ложится на лады,
Оставив след...
Твои следы,
И лишь за ними все пороги.



* * *


Я песен не пишу уже давно
Неделю
Нет Чуть дольше
Она их не услышит все равно
И в этом потерял я много больше
Чем просто музу, цель и слог -
Нет мне ни выхода ни смысла
Мы и сейчас могли бы... -
Нет, я больше так не мог
Все. занавес.
И тишина повисла...



* * *

В кругу любимых и друзей
Многообразье мнений:
Одни мне лгут, что я орфей,
Другие – что последний.

А третьи просто промолчат,
И в этом будут правы:
Пустая похвала в речах -
Сестра второй отравы.


* * *

- И это че, все? - спросила Алиса.
- Ну нет, - ответила Гусеница, - просто диск со старьем искать лень…