02.06.07 Юнна Мориц: «Живи на то, что скажешь только ты, а не на то, что о тебе !»



Стихи Юнны Петровны Мориц, по ее же собственным словам, переведены на все главные европейские языки, а также на японский, турецкий, китайский. На ее стихи написано и исполняется множество песен, например «Когда мы были молодые» Сергея Никитина. Она много пишет для детей, с тех пор как опубликовала несколько стихотворений в журнале «Юность» (тогда Мориц запрещали печатать за независимость и непокладистость в творчестве и даже исключили из Литературного института им. Горького). Детские стихи - добрые, юмористичные и парадоксальные – увековечены в мультфильмах («Ёжик резиновый», «Большой секрет для маленькой компании», «Любимый пони»). Свои мысли Юнна Мориц облекает не только в буквы и строчки, но и в графику, живопись, «которые не являются иллюстрациями, это - такие стихи, на таком языке».

Юнна Мориц 2 июня отмечает юбилей. В эфире нашего телеканала 2 июня в 15:25 будет показан фильм из цикла «Осенние портреты» о Юнне Мориц. Прозвучит, чередуясь со стихами и картинами, рассказ поэта о творчестве.

Юнна Мориц:

Я с гениями водку не пила
И близко их к себе не подпускала.
Я молодым поэтом не была,
Слух не лелеяла и взоры не ласкала.

На цыпочках не стоя ни пред кем,
Я не светилась, не дышала мглою
И свежестью не веяла совсем
На тех, кто промышляет похвалою.

И более того! Угрюмый взгляд
На многие пленительные вещи
Выталкивал меня из всех плеяд,
Из ряда - вон, чтоб не сказать похлеще.

Так Бог помог мне в свиту не попасть
Ни к одному из патриархов Музы,
Не козырять его любовью всласть,
Не заключать хвалебные союзы,

Не стать добычей тьмы и пустоты
В засиженном поклонниками зале...
Живи на то, что скажешь только ты,
А не на то, что о тебе сказали!

Я выросла в рисующей семье, у меня сестра архитектор. Она божественно рисовала, вокруг нее все прекрасно рисовали, В детстве рисовать было трудно: не было красок, не было кистей – война. Возьмешь ветку дерева – зарисуешь всю землю. Кусочек мела достанешь – все дворы зарисуешь. В раннем детстве я расписывала стекла с обратной стороны. Мы с мамой иногда продавали их на рынке, чтобы купить стакан перловой крупы, луковицу и полстакана постного масла. Всю жизнь я рисовала, у меня накопились десятки тысяч картин, графика, живопись, черно-белая графика, цветная.
Я как бы не иллюстрирую книги свои картинами, а картины - часть моей поэзии.

Я родилась в Киеве. В одной комнате жила вся наша семья: моя замечательная сестра, которая окончила архитектурный институт, мама, папа. У меня даже не было своей отдельной постели. Частично я пробивалась в литературный институт потому, что знала, что получу общежитие, у меня будет какой-то свой отдельный угол. По окончании первого курса Киевского университета поступила в Литературный институт им. Горького, и у меня возникла, образовалась, койка в общежитии. На ту стипендию, которую я получала, жить было невозможно, я должна была по ночам работать корректором в типографии. Потом меня исключили из Литинститута «за нездоровые настроения в творчестве» и выслали из Москвы. Я должна была уже в другом городе устраиваться на работу, опять же это была работа корректором в украинской газете, на украинском языке. Тоже ночная. Ночная работа в ранней молодости входит в привычку. Кроме того отсутствие рабочего места и удобного для работы жилья так же способствует работе по ночам, когда все спят. Бытовая жизнь заканчивается и начинается жизнь другая. Со временем и это входит в привычку.

Жизнь - сказочная вещь. В один прекрасный день вы выходите в мир, где вам надо найти работу, быть только самой собой, одновременно быть как все, иметь друзей и выжить в том социальном пространстве, в котором выжить - тоже вещь сказочная. У меня даже была лекция, составленная из моих эссе, которая называлась «Выживание в России как форма искусства». Жизнь вообще вся целиком - сказочная вещь.

Ангел божий, ангел белый,
Ангел дымчатый, сквозной!
Что со мною ты не делай,
Все же сладок путь земной.

У действительности - клещи,
У действительности - плеть, -
Отвратительные вещи
Мне приходится терпеть.

Все же лезу вон из кожи,
Чтоб не рухнуть в мир иной,
Ангел белый, ангел божий,
Ангел дымчатый, сквозной!

Нет числа моим страданьям,
Испытаньям нет числа...
Сколько душу мы ни раним,
Радость жизни ей мила.

Вынесть можно только с верой
Эту стужу, этот зной...
Ангел божий, ангел белый,
Ангел дымчатый, сквозной!

Твоя воля звонче крови
В черный час и в светлый час,
Оборвать на полуслове
Можешь каждого из нас.

Укрепи мне душу, тело -
Откровеньями верну,
Ангел божий, ангел белый,
Мне приснившийся в плену.

Замечательная песня «Когда мы были молодые» написана на мои стихи. В 27 лет я могла уже сказать «когда мы были молодые» потому, что тогда люди жили с другими стержнями. Когда эту песню исполняет Сергей Никитин – это замечательно. И не только Сергей Никитин, но и много других людей поют мои стихи не один десяток лет. Были времена, когда стихи невозможно было печатать, но их можно было петь. У этих людей были концерты, они ходили в какие-то клубы, по домам тайком от структур, которые держали их под колпаком, и пели стихи. Тогда эта песня была замечательна тем, что был не оперный вокал, не эстрадная дрессура, а это была особая жизнь поэзии и музыки.

Наиболее востребованным оказался этот поэтический инструмент, который душа. Душа поэта - это же не просто кладезь какого-нибудь добра. У меня даже есть стихотворение о том, что «талант - не смесь всего, что любят люди, а худшее, что есть, и лучшее, что будет...». Очень наивно представлять себе, что хороший писатель – это кладезь добра, а плохой писатель кладезь зла. Часто бывает совсем наоборот. Трудоголики, отличники и усидчивые люди мало чего добиваются в искусстве, так же как и в спорте, кстати. С удовольствием недавно прочла о том, что для того, чтобы чего-то добиться в спорте, прежде всего надо быть личностью. Надо быть личностью, для того, чтобы то, что ты делаешь, делать божественно.

Я десять лет не издавала книг, я была в черных списках здесь за стихи «Памяти Тобидзе». Теперь у меня вышло сразу две книги. Я получила огромное количество писем совершенно замечательных. Мой читатель не только никуда не делся, судя по продажам, но даже расширился. Все же пишут, что поэзия никому не нужна, особенно не нужна поэзия, которая была до того-то и до того-то, что все старое сметено. Это все не так. Это все пропаганда и агитация.

http://www.owl.ru/morits/