Лауреат премии "БУКЕР – ОТКРЫТАЯ РОССИЯ" 2004 г. - В.П. Аксенов.

2 декабря 2004 года состоялась церемония вручения литературной премии "БУКЕР – ОТКРЫТАЯ РОССИЯ" за лучший роман 2004 года на русском языке. Победителем стал Василий Аксенов с романом "Вольтерьянцы и вольтерьянки".

Премия Русский Букер была учреждена основателем Букеровской Премии в Великобритании компанией Booker Plc в 1991 г., как первая негосударственная премия в России после 1917 г., присуждаемая ежегодно за лучший роман года. Она завоевала и заслуженно сохраняет репутацию самой престижной литературной премии. Первое вручение премии произошло в 1992 г. Основателем и первым спонсором Русского Букера выступила британская торговая компания Booker plc, которая и создала премию своего имени сначала для английского, а потом для русского романа.

Василий Аксенов родился в 1932 году в Казани. Ему не было еще пяти лет, когда его родители стали узниками сталинских лагерей. Школу он окончил в Магадане, где его мать - Е.С.Гинзбург (автор знаменитой книги "Крутой маршрут") - после десятилетнего срока находилась в ссылке. Закончив в 1956 году в Ленинграде Медицинский институт, молодой врач несколько лет работал по профессии, но с 1960 года, жизнь его круто изменилась и Аксенов стал профессиональным литератором. В это время была опубликована первая повесть - "Коллеги", сразу принесшая большую популярность автору. Вышедший следом роман "Звездный билет" закрепил успех молодого прозаика и определил его дальнейшую судьбу. В 60-е выходят произведения "Жаль, что вас не было с нами", "Затоваренная бочкотара" и др. В 1978 - "Поиски жанра", ставшее этапным в творчестве писателя.

В том же 1978 году Василий Павлович участвовал в создании скандально - знаменитого альманаха "Метрополь". И когда, в 1980 году писатель выехал по приглашению в США, он был лишен советского гражданства.

Василий Павлович Аксенов - один из лидеров, так называемой, исповедальной прозы, принадлежит к поколению шестидесятников. Его книги отличает пристальный интерес к современным проблемам, писателю свойствен открытый, часто окрашенный юмором диалог с читателем.

В следующем номере журнала "У книжной полки", творчеству Василия Аксенова посвящена статья С.Ф. Дмитренко, выдержки из которой мы и предлагаем вашему вниманию:

"Так или иначе, в «Вольтерьянцах и вольтерьянках» плодовитый романист Аксёнов свёл воедино и свои, и других (постмодернизма, товарищи, ещё никто не отменял) наработки и написал озорную, по-детскилитературному наивную и при том повествовательно изощрённую историю на вечную свою тему о вечной недоговорённости между личностью и государством. Да-да, настаиваю, что это именно так. И Аксёнов–человек (мне родные посоветовали идти во врачи: рано или поздно я должен был попасть в ГУЛАГ, а здесь врачам было всё же полегче, пересказываю его свидетельство), и Аксёнов-писатель (вполне успешный и на протяжении многих лет хорошо оплачивавшийся советскими издателями) не относятся к бунтарям во что бы то ни стало. Наверное, потому, что, кроме порыва к бунту, есть талант, с которым тоже надо обходиться не топорным образом. Его любимые герои всегда хотели жить по принципу: где родился, там и пригодился. Не всегда получалось, что Аксёнов в меру возможностей и показывал.

В новом романе он, наконец, решился докопаться до корней темы, которую разрабатывал и обрабатывал всю свою писательскую жизнь. Откуда и сюжет. Корни-то, основоположники ещё указывали, в так называемой Французской революции, а ея корни — в том самом веке Просвещения, одним из главных создателей коего и был человек, предоставивший псевдоним свой для заглавия аксёновского сочинения. Получилось, как и известном лозунге, только в зеркальном отражении: “Я князь-Григорию и вам //Фельдфебеля в Волтеры дам”. У Аксёнова Вольтер предстаёт эдаким фельдфебелем — при двух лоботрясах (любимый тип Аксёнова) дворянского принадлежности (в других сочинениях его — советско-номенклатурной). Похождения Миши Земскова и Коли Лескова (наверное, в таком имени некий намёк на приверженность Аксёнова, вслед за автором «Левши», к словесным эссенциям) и “двойняшек-курфюстиночек” Клаудии и Фиоклы в Европе забавны, порой попросту увлекательны, как любая старинная картинка. Чего стоят только одни только сны Миши, в которых ему снятся различные технические диковинки наших дней, например, тоннель в Париже (не под площадью ли Альма?!), благодаря которому рассасывается пробка XVIII века, вызванная столпотворением карет…

Но в итоге всё завершается предсмертным видением престарелого генерала, уходящего в мир иной летом 1812 года вследствие ревнивого удара ломом, произведённого мужем его возлюбленной из крестьянок.

Ах, Мишель, говорит Вольтер ему (да и всем читателям). — Меня обвиняли, что я внушил людям порочную утопию о рае на земле, а люди истребили своих властителей и превратили свободу в смирительную рубашку. Но я никогда не призывал к насилию! Меня извратили жрецы революции! Пусть Господь меня простит за утверждение прав мыслящего меньшинства, за попытку борьбы против ортодоксии и нетерпимости!"

--------------------------------------------------------------------------------