Но, в стране теней скользя,
Обозреть ее - нельзя.

Эдгар По. "Страна снов"

Есть в японском языке понятие "юмэ-моногатари". Означает оно "рассказ о сновидении", а также - "литература снов". Под этим термином подразумевается главным образом повествование о таинственных и загадочных чудесах. Есть и другие названия подобного рода литературы - например, "кайдан" ("повествование о загадочном и ужасном") или "кидан" ("повествование об удивительном"). И если до "ужасного" дело доходит отнюдь не всегда, то уж "загадочное и удивительное" представлено в средневековой японской фантастике во всем блистательном великолепии ирреального мира: около двухсот разновидностей всяческой нежити и нечисти населяют страну волшебных сновидений.

...Призраки и ожившие мертвецы; привидения, духи погибших воинов и убиенные роженицы; одноглазые карлики и трехголовые демоны; голодные духи - гаки, ведьмы и водяные - каппа; длинноносые лешие - тэнгу, русалки, черти всевозможных мастей и оттенков, чудовища с бычьими и лошадиными головами; небесные демоны - аманодзяку, бесы-мучители, истязающие в аду бедных грешников; девятихвостые лисы, тысячелетние кошки, гигантские змеи, рыбы и пауки, волки, обезьяны и прочие оборотни, способные принимать человеческий облик и насылать порчу и морок на смертных; причудливые, фантасмагорические создания: чудище райдзю, являющееся с раскатами грома; безгласый, безносый, безротый оборотень ноппэрапо; длинношеее страшилище року-рокуби; животное нуэ - с головой обезьяны, лапами тигра, туловищем енота, хвостом змеи и голосом дрозда... В сонме этих немыслимых существ есть даже забавный одноногий зонтик (в ночном хороводе демонов немало одушевленных предметов).

Вся эта злодейская колдовская рать, норовящая ввергнуть людей в беды и страдание, переселилась в мир японской волшебной повести и новеллы из разных "пределов" - из древнеяпонского мифа, зиждившегося на архаических верованиях, которые впоследствии легли в основу религии синто; из китайских, индийских легенд и сказаний; из буддийской притчи, пришедшей в Японию в середине VI века вместе с новым вероучением и значительно пополнившей легионы японской нечисти всевозможными демонами и чертями; наконец, из средневековой китайской новеллы чуаньци. Характерно, что иноземные пришельцы никогда не пытались вытеснить, уничтожить коренных обитателей темного царства, напротив, они не только мирно уживались с японскими традиционными духами и злыми богами, совместными усилиями изводя род человеческий, но и сами стремительно изменялись под воздействием исконных верований и представлений, приобретая новые, специфически японские национальные черты...