Подельник то мой, Дима – декадент, совсем с дистанции сошёл. Всё ходит, квасит… Говорит мол, коли я урод, то весь мир так испоганю, что буду в нём казаться самым хорошим. Лучшим значится стать хочет, тока не сам улучшаться хочет, а всех уродами сделать хочет, чтоб на их фоне лучшим и быть. Я раньше тоже так хотел… Да чего уж там… Времени то прошло…
Уже он и на дело не зовёт меня. Дел значится у него нет никаких на примете… Только зовёт на гоп меня, да в новогоднюю ночь. А я не пойду. Где это видано, чтоб в новогоднюю ночь абакумыч с собой на улице носить. И припас не возьмешь… Ментов то вон сколько по улицам теперь… А ежели поймают, то за него на пятёрку раскрутят. Мысли мо ли дело! Мне такие дела не нужны. Аннушка это. Вот пусть он идёт ещё с кем ни будь на Аннушку и пятнашку строгого получает… А я не пойду.
Я сам дельце организую, получше… А время то идёт. Уходит время… А мы всё ждём, чего ждём? И я не пил, ждал всё… Три месяца не пил, а теперь напьюсь. В новый год напьюсь… И чтоб им всем пусто было… В хлам напьюсь, молодость вспомню, мне ж ведь 21 через месяц стукнет. А я всё прозябаю, не знаю куда деть себя…
Говорил на днях с одним синяком в больнице, так мы к выводу пришли, что спиртное это универсальный заменитель всего, чего нет. И ещё выяснили, что пока не найдёшь себе дело по душе, так и будешь пить, и никто тебя не спасёт… Я и с психологом об этом говорил. И ещё больше убедился. А она то конечно говорила, что обязательно дело для души найдётся, обнадёживала меня, значится. Но мы то с вами знаем, что совсем не обязательно…
Значится буду я в грязном бушлате, около ларька мелочь стрелять… 13 рублей, чтобы в аптеке фурик спирта взять. Его если водой разбавить, в окурат чекушка водки получается… Вот будущее моё, незавидная доля. Неумолимо оно приближается, а время то уходит всё… Надо дело найти, дело всей жизни, как говорится… А нету дела, и время уходит…
Есть, правда выход ещё… С колен встать, плечи расправит, стряхнуть с них ношу, и стать, как говорится игроком без правил… Автомат купить, и стрелять. Без разбору стрелять, во всех стрелять, и пули для себя не оставить. У них то пуль хватит, и так пристрелят… Многих такой выход устраивает. И берут автомат, и стреляют. Только это тоже рабство, они ж ведь не сами этот путь выбирают. Они же тоже заложники положения, жертвы тоже…
Ежели оказался в жопе, начинаешь искать виноватых, и проклинать всех. Мол, кровью умойтесь суки! У кого решимости хватает, тот идёт убивать, мстить значится. Эти экстраверты. А иные, кто послабее всю ненависть в себе копят, интроверты, значится. И сами же от злобы своей и гниют изнутри. Так в дерьме и сидят, до конца, и дохнут в дерьме... А первым, что? Их общество накажет, а они ещё злее становятся, выходят из тюрем и больниц, и мстят опять, ещё больше. А бывают и поэты, наркоманы, значится. Так те всё песенки пишут и стишки, злые тоже. Протестуют всё, против всего... Всё любви им не хватает. Ищут всё её, а сами не знают, что в мире этом нет любви то. Любовь она между двумя может быть. Это она может. А между всеми не может. А им всё вселенская, большая любовь нужна. А человек человеку волк. А всеобщая любовь это всё сказки фанатиков церковных... Церковь нас другому учит совсем. Терпимости учит. А они что хотят слышать то и слышат. Идиоты, у кого чего болит...
Можно и поэтом… Тока, коли я пишу всё это, значит уже поэт…