- До конца учебки оставалось немного. Нам предстояло сдать выпускные экзамены и разъехаться

по частям. К началу экзаменов в часть должна была приехать комиссия из штаба округа с проверкой.

Вероятно, к этой проверке и был приурочен конкурс художественной самодеятельности, который был

объявлен в полку. Замполит нашей роты объявил, что в этом конкурсе могут принять участие все

желающие. От желающих отбоя, естественно, не было - участие в самодеятельности предполагало

освобождение, на период подготовки к конкурсу, от нудных занятий строевой, специальной и других

видов боевой подготовки. Да и разнообразие некоторое было бы тоже кстати. Замполит объявил,

что наша рота будет играть мини-спектакль, минут на 30. Сценарий был уже готов - действие

происходило во время Великой Отечественной войны, а суть сводилась к тому, что несколько

советских солдат сидят на привале и разговаривают о том, как именно они разобьют фашистскую

нечисть, что готовы погибнуть за Родину, что не отдадут и пяди родной земли и так далее. Потом их окружают фашисты и в неравном бою наши солдаты все гибнут.

Над всем этим разносится голос диктора с микрофоном, который играет роль как бы голоса за

кадром, из серии Штирлиц спал, но он знал, что через 5 минут проснется. В общем, вариант

беспроигрышный, по мнению замполита-режиссера.

Неделю мы репетировали. По сюжету, вместе с солдатами должна была находиться медсестра, на ее

роль пригласили местную школьницу-десятиклассницу. И ее подружка должна была исполнять роль

диктора. Теперь следует напомнить, что до конца учебки оставалось уже немного, и поэтому

курсанты были уже довольно расслаблены. Сержанты нас уже особо не доставали, и на утренней

зарядке, к примеру, вместо забега на три километра, мы вместе курили за казармой. Настроение

у всех было отличное, и мы даже позволяли себе шутить и смеяться. Суть задуманной каверзы была

следующая.

По ходу спектакля бойцам предстояло выпить за погибших товарищей. На репетициях мы с особым

удовольствием репетировали этот момент, разливая по алюминиевым кружкам воду из фляги.

Вот мы и решили немного разнообразить спектакль и устроить пьянку прямо на сцене, на глазах у

всей части, и чтобы никто об этом кроме нас не догадался. Купили литр водки, налили полную

фляжку, а что не влезло во фляжку, употребили перед выходом на сцену, на троих. Это мы зря

сделали, поскольку для организмов, отвыкших от алкоголя, это оказалась ударная доза.

В результате спектакль выглядел следующим образом.



Зрительный зал полкового клуба. Все места заняты солдатами. В переднем ряду сидит командование

части и приезжий генерал, глава проверочной комиссии. Номера программы идут один за другим.

Одни пляшут, другие поют песни... Доходит очередь и до спектакля.

После объявления на сцену выходят двое бойцов в плащ-палатках, несущие носилки с раненым.

Их ведет солдат в офицерской фуражке, играющий командира. Вместе с ними девушка с сумкой с

красным крестом - медсестра. Голос диктора.



ДИКТОР(с пафосом): Маленький отряд красноармейцев, неся тяжелые потери с боями отходил на

восток. Комиссар Клычков был смертельно ранен, но пока оставалась хоть малейшая надежда,

товарищи несли его на себе. Видя, как измучены бойцы, командир дал команду на привал.

КОМАНДИР: Стоп, товарищи. Привал.

Бойцы располагаются на привал. Один из них немедленно достает из вещмешка флягу, алюминиевые

кружки и разливает по ним содержимое фляги.

КОМАНДИР: Выпьем же за товарищей, павших в неравных...

МЕДСЕСТРА(шепотом): Мальчики, это что, правда водка?!

КОМАНДИР: ... боях за нашу советскую Родину!

Все выпивают. Медсестра краснеет и начинает с непривычки кашлять.

ПЕРВЫЙ БОЕЦ(протягивает ей шапку): Занюхай, родная.

РАНЕНЫЙ: Пиить:

КОМАНДИР: Комиссару налейте.

Медсестра бережно приподнимает голову раненого и поит его из кружки. По рядам зрителей

проходит волнение - они начинают понимать, что происходит на сцене.

ВТОРОЙ БОЕЦ: Вот разобьем немецких гадов, приезжайте ко мне на Полтавщину. У меня мама такие

вареники с вишнями делает!:

МЕДСЕСТРА: А я вот в детдоме выросла. Маму свою и не знала...

КОМАНДИР(Знаком приказывая налить еще): Ничего, товарищи, кончится война и мы все вернемся к

нашим мамам. За родителей!

Все выпивают. Раненый при этом садится в носилках, опрокидывает кружку и опять ложится.

Зрители начинают потихоньку смеяться. Лицо командира полка мрачнее тучи.

Приезжий генерал, наоборот, ухмыляется сквозь усы.

МЕДСЕСТРА: Мальчики, а давайте споем! ?Катюшу?! Чтобы...

КОМАНДИР(Давясь смехом): Нельзя, родная! Кругом враги!

ВЫКРИК ИЗ ЗАЛА: Медсестре не наливайте больше!

Все актеры на какое-то время отворачиваются от зрителей, чтобы скрыть рвущийся наружу хохот.

Немая сцена в течение минуты. Командир полка порывается вскочитьс кресла, приезжий генерал его

удерживает, успокаивающе похлопывая по плечу. Замполит из-за сцены энергично жестикулирует

актерам, мол, хватит, прекратите этот беспредел.

Но актеры, видя, что терять им уже нечего, продолжают игру.

ПЕРВЫЙ БОЕЦ(Извлекает пачку Кэмела): Закуривай, ребята!

КОМАНДИР: Что же это за табачок у тебя такой?

ПЕРВЫЙ БОЕЦ: Трофейные. Верблюд называются.

КОМАНДИР: Пакость какая. Чего только фрицы не выдумают...

Все молча курят. Особенно колоритно смотрится раненый, курящий лежа и пускающий в потолок

кольца. Тем временем замполит решает повлиять на ход спектакля более действенными мерами и

начинает диктовать диктору текст.

ЗАМПОЛИТ(диктору): Но тут в лесу послышался шум. Боец Остапенко закричал: ?Немцы!?

ДИКТОР(С пафосом): Но тут в лесу послышался шум. Боец Остапенко закричал: ?Немцы!?

ВТОРОЙ БОЕЦ: Немцы!

КОМАНДИР: Спокойно, Остапенко. Это ветер шумит ветвями. Нервы у тебя не в порядке

- шутка ли, трое суток без сна. Выпей для успокоения.

ЗАМПОЛИТ(злобно бормочет):Нервы, б@я...(Чуть громче)Это уже белочка, товарищи:

ДИКТОР(С пафосом): Это уже белочка, товарищи!

Громкий хохот зала. Приезжий генерал закрыл лицо руками и беззвучно трясется.

КОМАНДИР: Что, Остапенко, осталось там еще?

ВТОРОЙ БОЕЦ: Так точно, товарищ командир!

ПЕРВЫЙ БОЕЦ: Надо допить, а то, неровен час, погибнем - врагам достанется.

КОМАНДИР: Наливай.

ВЫКРИК ИЗ ЗАЛА: На утро оставьте лучше!

Командир берет кружку, подходит к краю сцены, нетвердо держась на ногах, и произносит речь,

обращаясь к зрителям.

КОМАНДИР: Товарищи! Я поднимаю этот тост за самое святое, что у нас есть, за то, чего каждый

из нас с нетерпением ждет и когда-нибудь непременно дождется.

И пусть даже мы погибнем, но он обязательно придет, ибо он неизбежен, как разгром немецко-

фашистских захватчиков под Сталинградом. За дембель, товарищи!

Восторженный рев зрителей. Генерал уже смеется в открытую. Первый и второй бойцы берут носилки

с раненым и во главе с командиром строевым шагом уходят со сцены.

Медсестра чуть задерживается, берет у ошалевшего диктора микрофон и нетрезвым голосом говорит:

?И они пошли дальше!?

ЗАНАВЕС.