[250x185] Первая Преждеосвященная вчера, а до нее, так же как и накануне, бесконечные исповеди. И, как всегда, чувство неясности: в чем смысл исповеди, такой, какой существует и практикуется она сейчас? Понятна мне исповедь католическая ("нарушение закона"), но не понятна православная – ни, так сказать, "догматически" (таинство покаяния), ни духовно. В ней очевиднее всего метаморфоза христианства, Церкви. Церковь родилась как реальность, противостоящая и внешне, видимо, и еще больше – внутренне, невидимо, - миру сему. Метаморфоза же ее заключается в том, что она стала постепенно, а теперь уже и окончательно - религиозным "обслуживанием" мира. Изначально таинство покаяния было целиком сосредоточено на одном: на измене Церкви, то есть воплощаемой и являемой ею реальности. Грех осознавался прежде всего как измена "новой жизни", выпадение из нее. Он был разрывом, отпадением, предательством, так же как святость понималась не как "нравственное совершенство", а как “онтологически” верность Христу и Его Царству. Нравственное учение Евангелия - эсхатологично, а не "этично". Сущность греха - не просто нарушение "закона", а отпадение от Бога и от жизни, от подлинного "вожделения". И, во-вторых, сущность его для христиан как измены Христу, отпадения от Него и от Церкви как Им данной жизни. Таким образом, таинство покаяния - это возврат, это возвращение, путем раскаяния, в "новую жизнь", уже данную, уже явленную... Современная исповедь обращена, однако, не на то, не в этом суть ее, а в некоем "моральном" регулировании жизни в "мире сем", регулировании его собственных "законов". Иными словами, таинство покаяния было вначале отнесено не к нравственному закону, а квере и к греху как отпадению от веры ("верующий в Него не грешит"(1 Ин.3,6; см. все первое послание Иоанна). Теперешняя исповедь есть разговор о нарушениях "нравственного закона", о слабостях и греховности, но без "отнесенности" к вере. И ответ в нем - не о Христе, а что-то вроде "старайтесь побольше молиться...", "боритесь с искушениями...". Как и все в христианстве, таинство покаяния - эсхатологично. Оно есть возврат человека в вожделенное Царство, в "жизнь будущего века". А чем стало оно - я просто не знаю, и как, в каких "категориях" понимать и объяснять это "разрешение грехов" после трехминутного разговора о "слабостях" - тоже не знаю.

o. Александр Шмеман. ДНЕВНИКИ. Четверг, 21 февраля 1980.