Митингующие прорвались на площадь. Дальнейший ход событий по-разному оценивался властными структурами и участниками митинга. В сообщении МВД, МБ и прокуратуры говорилось, что "участники митинга попытались с ходу ворваться в здание Дома Советов, обстреляли его из боевого оружия и забросали окна первого и второго этажа булыжниками". "В целях предотвращения массовых беспорядков, - говорилось в официальном сообщении, - работники правоохранительных органов вынуждены были применить спецсредства и открыть огонь в воздух холостыми патронами".

По словам участников митинга, никто из них не собирался врываться в Дом Советов. Но когда со второго этажа начали стрелять, все инстинктивно бросились к зданию, на ступеньках которого произошло еще одно столкновение с солдатами внутренних войск. Независимые наблюдатели в тот период утверждали, что огонь велся с двух сторон. Об этом свидетельствовали следы пуль как на дверях Дома Советов, так и на внутренних поверхностях колонн здания.
Пулевое ранение в голову получила случайно оказавшаяся на площади 32-летняя жительница Нальчика Марита Апекова. В официальных сообщениях говорилось, что ее ранили выстрелом из толпы. Митингующие утверждали, что в нее стреляли из здания.
Ранение в лопаточную область получил 28-летний житель с. Псыгансу Арсен Хасанов. По его словам, он стоял в 10-15 метрах от ступенек здания, отвернулся от дыма и почувствовал сильный удар в спину. Он решил, что его ударили резиновой дубинкой, но затем увидел кровь.
Через четыре дня, 2 октября Марита Апекова скончалась в реанимационном отделении РКБ. Следствию удалось установить, что в нее попала пуля из автомата калибра 5,45 мм, однако виновников ее смерти так и не нашли.
События на площади 27 сентября обострили ситуацию в республике. Митингующие стали требовать отмены чрезвычайного положения, а затем заговорили и об отставке президента.
Поздней ночью у дверей Дома Советов случайным выстрелом одного из участников митинга из пистолета ТТ был ранен майор милиции Юрий Тлехугов.
Примерно в это же время между представителями ККН и руководством республики была достигнута договоренность о приостановлении чрезвычайного положения, содействии в освобождении Шанибова и выводе войск МВД РФ с территории КБР.
28 сентября на митинге выступил представитель председателя Кавказского парламента Юсупа Сосламбекова, сообщивший о вооруженных отрядах, готовых прийти на помощь Кабардино-Балкарии. Председатель Конгресса Кабардинского народа Юрий Калмыков заявил: "В наши внутренние вопросы мы никого не хотим вмешивать".
Около 18 часов 28 сентября приветствуемый сигнальными ракетами и автоматными очередями митингующих на площадь прибыл Юрий Шанибов, которого ликующие сторонники на руках донесли до микрофона. Он рассказал историю своего задержания и освобождения. По его словам, около полуночи 26 сентября он был доставлен в Ростов к следственному изолятору Министерства безопасности. Здесь уставший охранник уснул, и Шанибову удалось незаметно выйти из машины и бежать. Однако, по другим данным, побег Шанибова был организован правоохранительными органами, которые получили такую команду в связи с обострением общественно-политической ситуации в Кабардино-Балкарии. Вместе с тем для придания версии побега большей убедительности Шанибов был объявлен в розыск по Ростовской области. В ориентировке, разосланной в аэропорт, вокзал и на посты милиции, его называли "особо опасным преступником", однако ни в эти дни, ни позже его никто не задержал.
29 сентября Юрий Шанибов уехал в Грозный на съезд Конфедерации народов Кавказа, а митинг на площади продолжался. Митингующие требовали немедленного вывода российских войск и отставки руководства республики. Участники акции обживали главную площадь республики. Здесь появились котлы, в которых варилось мясо.
Тем временем появились разговоры о "третьей силе", которая не подчиняется ни властям, ни ККН. Вечером 29 сентября по республиканскому телевидению несколько раз передавали обращение руководства КБР, зачитанное президентом республики Валерием Коковым. В документе говорилось, что "определенные силы, не имеющие отношения к Конгрессу кабардинского народа, проводят линию на разрушение стабильности и спокойствия в республике". Руководство республики призывало "встать на защиту конституционного строя, законности и правопорядка".
В это же время ККН в своем постановлении отмежевался от сил, стремящихся к насильственным методам. Конгресс потребовал немедленного созыва сессии Верховного Совета для обсуждения проблемы выхода российских войск и предложил создать "правительство национального согласия". ККН отказался от требований об отставке президента КБР, однако стоял на необходимости досрочных выборов в парламент. Это постановление ККН было негативно встречено более радикально настроенными участниками митинга, которые настаивали на отставке всего руководства республики.
Необходимость вывода войск из республики поддержали не только участники митинга. Председатель Госкомнаца РФ Валерий Тишков, прибывший в Нальчик во главе специальной комиссии, заявил, что "дополнительные войска могли быть введены в неуклюжей форме, что вызвало негативную реакцию в республике".
Депутат Верховного Совета РФ и КБР Феликс Хараев в одном из интервью назвал ввод войск из других регионов ошибкой: "Ввести можно, но сделано было это келейно, рождаются слухи и домыслы. Военных размещают в детских образовательных и оздоровительных учреждениях".
1 октября на площади 400-летия в Нальчике состоялся митинг в поддержку конституционных органов власти. Митинги и собрания проходили в селениях и районных центрах, на предприятиях и в организациях. Резолюции этих встреч в поддержку руководства республики публиковались в официальных газетах. Здесь печатались обращения общественных движений, национально-культурных организаций и даже экстрасенсов, "обладающих уникальной способностью общения с Высшими Космическими Силами". Эти обращения иногда занимали до двух газетных полос и давались под шапкой: "Не дадим взорвать наш общий дом".
Исполком "Русскоязычного конгресса" поддерживал ввод войск и требовал введения чрезвычайного положения на всей территории КБР, а также привлечения к уголовной ответственности организаторов митинга. Республиканская партия отмечала в своем заявлении, что создавшаяся ситуация "выгодна только тем, кто безудержно рвется к власти, кто хочет поживиться на несчастье народа".
1 октября переговоры между представителями митингующих и руководством республики продолжались до позднего вечера. В результате дискуссии было выработано соглашение, предполагавшее роспуск Верховного Совета до
1 декабря после принятия им нового закона о выборах, вывод спецназа из Дома Советов сразу после завершения митинга, полное обновление состава Избиркома КБР и вывод войск МВД РФ из республики до 15 ноября. Соглашение должны были подписать после его одобрения на митинге, однако митингующие негативно восприняли документ из-за отсутствия в нем пункта об отставке президента и длительных, по их мнению, сроков вывода войск. Председатель ККН Юрий Калмыков предостерегал присутствующих на площади от необдуманных поступков, но участники митинга заявили о необходимости стоять до конца и о возможности всеобщей забастовки.
Вновь заговорили о третьей силе. Депутат Верховного Совета, председатель общественной организации "Адыгэ Хасэ" Заур Налоев скажет позже на пресс-конференции, что третья сила - это люди, которые были засланы на митинг в качестве провокаторов: "Они принесли оружие, они выступили против подписания соглашения между митингующими и руководством республики".