Когда нет времени писать - просто вставлю еще кусок моей драконьей эпопеи... Я там своих героев оставила в самый неподходящий момент.

Когда я открыла глаза, то первым, что я увидела, было ясное, синее, безоблачное небо. «Дождь кончился…» - подумала я и только потом сообразила, что лежу на расстеленном плаще. Села. Почему-то кружилась голова.
Рядом со мной сидели мои друзья. На их лицах была тревога и еще что-то такое…
- Мар, у меня что, второй нос вырос? – поинтересовалась я.
- Слава Светлым богам! – воскликнула маленькая волшебница и… расплакалась.
- Да что с тобой? Что со всеми вами?
- Ты что, ничего не помнишь?
- Почему «ничего»? – пожала я плечами. – Горы, гроза, дождь, пещера… Потому – грохот и синяя вспышка… Что это было?
- Тебя завалило камнями, - ответил Стирх.
- Не путай, воспитатель, - дракон фамильярно положил парню на плечо кончик хвоста, как человек положил бы руку. – Ее чуть не завалило камнями. И это «чуть» - весьма существенно.
- У-у, как все запущено… - протянула я. - Так вот почему вы на меня как на воскресшую покойницу смотрите…
- Ты была недалека от этого… - всхлипнула немного успокоившаяся Мара. – Помнишь, по старому руслу шла волна – и Лепесток втолкнул тебя в пещеру?
- Еще бы…- я потерла ушибленные коленки. Досталось им сегодня…
- Ну вот… Когда волна прошла, я видела, как ты выглядывала из «своей» пещеры. И вот именно тогда грянул гром. Грохот был такой, что мы чуть не оглохли. А потом ударила молния – беззвучно, страшно… И прямо в карниз, под которым ты стояла… – Мара даже губу закусила.
- Это произошло так быстро, - подхватил повествование Стирх. – Мара даже закричать не успела. Время словно остановилось, Камни начали падать – медленно, как во сне… Но вот видишь, какое дело… Когда молния ударила в скалу над тобой, в пещере, где ты пряталась, вспыхнул вдруг голубой свет. Он окутал тебя, заполнил собой каменную нишу…
- Стирх с Лепестком бросились к тебе, ты упала прямо на них. Они вынесли тебя из пещеры… И знаешь, мне показалось, что этот синий свет… Он словно поддерживал свод пещеры, защищая тебя… потому что когда ребята тебя вынесли, синий свет выплыл вместе с тобой… и только тогда пещера обрушилась. Потом свет этот… такой шар светящийся… стал как бы съеживаться, уменьшаться в размерах… и – мне так показалось – впитался в перстень на твоей руке… какое-то время он еще светился… А гроза утихла – словно только того и ждала.
Я коснулась пальцем перстенька. Надо же… казалось бы – такая безделица… Граф… а я вам, кажется, жизнью обязана…
- А потом Лепесток перевез тебя сюда, на эту площадку… - вздохнула Мара. – Но ты была без сознания. И мы стали волноваться – всё ли с тобой в порядке? К счастью, все обошлось.
- Спасибо…
- Кого ты благодаришь? – легонько боднул меня в плечо Лепесток. – Стирха, меня или того, кто тебе этот перстень подарил?
- Всех сразу…
Пока я валялась без сознания, мои друзья сумели наломать сухостоя, развести огонь и даже вскипятить воду. Огнедышащий дракон в походе – очень удобный и полезный спутник. В который раз в этом убеждаюсь. Мы вымокли до нитки во время ливня, в рюкзаках тоже ничего сухого не осталось. Поэтому живое тепло костра и горячее питье пришлись явно кстати.
Я жмурилась на огонь, как довольная жизнью кошка. Грязная, исцарапанная, чудом оставшаяся в живых – я всё-таки была счастлива. У меня сегодня второй день рождения! И я знаю, кого должна за это поблагодарить.
Мара тронула меня за руку:
- Рута, покажи, пожалуйста, свой перстень.
- Но ты же его сотню раз видела!..
- Да, но… Я не обращала на него особого внимания. Я же не знала что это украшение – не просто ювелирное украшение. Я хочу попытаться «прощупать» его – уж настолько моих умений хватит. А вдруг это мощный защитный амулет? Он бы пригодился всем нам. Нет, не на твоей руке. Сними его, пожалуйста. Да не бойся, я его не испорчу!
Нехотя я стянула с пальца перстенек – словно частичку себя отдавала в холодные ладошки Мары. Маленькая волшебница склонилась над ним, что-то шептала, осторожно касаясь кончиками пальцев светлого серебра. А я… а я ревновала ее в этот момент ужасно. Мне было неприятно, что колечка моего касаются чужие руки – не мои и не графа Анри, подарившего мне его.
Несколько минут спустя Мара протянула мне перстень. Я еле сдержалась, чтобы не выхватить его из рук девушки. Прохладный металлический ободок легко скользнул обратно на палец, заняв привычное место. И сразу стало легко и спокойно.
- Ну и?.. – только и спросила я.
- Что тебе сказать… Я не чувствую в твоем перстне никакой магии. Это не магический амулет. И все-таки он защитил тебя и, как я полагаю, сможет сделать это снова… Мне приходилось читать о подобных оберегах. Видимо, человек, который тебе его подарил, очень много думает о тебе и всеми силами души хочет уберечь тебя от несчастья, не смотря на то, что сам не может быть рядом с тобой…
- Мара… - я встретилась с ней глазами. – Смогу ли я когда-нибудь его отблагодарить?..
- Будем надеяться, - ободряюще улыбнулась маленькая волшебница.
А в нескольких шагах от нас на небольшом возвышении стояли наши друзья. Юноша и дракон напряженно вглядывались в небо. Мне показалось, или там действительно мелькали размытые и неясные тени?
- Птицы – из-за моего плеча выглянула Мара.
- Крупноваты что-то… - если их вижу не только я, значит, видений у меня нет. Пока. – Для птиц – крупноваты.
- Драконы… зябко поежился Стирх.
А Лепесток уточнил:
- Сторожевой дозор. Скоро о нашем приближении будет известно там, в долине.
- Это хорошо или плохо? – встревожилась маленькая волшебница.
- Если бы я знал… - и дракон совсем по-человечески вздохнул.

…А горы продолжали нас удивлять. После всего того, что они нам за последние сутки устроили, я ожидала чего угодно. Но вот к этому готова не была совершенно. Потому что горы вдруг решили… закончиться. Внезапно. Конечно, они никуда не исчезли. Просто, поднявшись к очередному перевали (или к тому, что мы приняли за очередной перевал), мы обнаружили, что почти пришли к цели нашего путешествия. Вниз вел широкий пологий склон. А там, внизу, сколько хватало зрения, раскинулась зеленая долина. Зеленая – потому что зелени в ней было больше всего. Ближе к горизонту угадывалась темно-синяя полоса океана. Вот здорово! Я ведь никогда не то что океана – моря не видела!
Пейзаж, раскинувшийся перед нами, был волшебным, завораживающим, чарующим, неповторимым, бесподобным, э-э… в общем, если хотите – добавьте еще пару десятков словечек. Видят Светлые Боги, Лишними они не будут, а я уже выдохлась. Представьте себе густую сочную зелень лугов, то и дело перечеркиваемую серебром речек и ручьев… Где-то там шумели водопады, а брызгах играли маленькие радуги. Кое-где вскидывались холмы, пригорки и скалы, было даже несколько самых настоящих горных хребтов – поменьше Хребта Монахов, конечно. Там что-то краснело, синело, желтело, переливалось и искрилось на солнце.
- Вот это да… - восторженно выдохнула Мара. – Сюда бы Ардану… О такой красоте петь надо…
Стирха тоже проняло. А дракон был явно доволен тем, что нам так понравился открывшийся с высоты птичьего полета вид.
- Вот, - с гордостью произнес Лепесток. – Это – моя родина.
- Я думал, что родина – это место, где ты родился, - заметил Стирх.
- Тогда это – моя первая родина, - ничуть не смущаясь, исправился дракон. – Ведь ты же не будешь отрицать, что представители моего племени рождаются дважды?
С этим трудно было не согласиться. Вот в чем Лепестку не откажешь, так это в несокрушимой логике – если он этого, конечно, хочет сам.
Идти вниз было очень легко. Долина словно сама стелилась нам под ноги. Быстро темнело, и на небе загорались звезды – огромные, яркие… И вечер опустился теплый, пропитанный запахами трав. Мы даже костер разводить не стали. Просто сели на траву – мягкую, свежую, шелковистую. Стирх и Мара о чем-то перешептывались, глядя на звезды. Я прислонилась к теплому драконьему боку. Было хорошо, спокойно. И – чуть-чуть тревожно. Самую малость. Лепесток держался молодцом. Но я чувствовала, знала, что он очень волнуется. И даже усталость, безмерная усталость не может перебороть его волнения.
Я закрыла глаза, прислушиваясь к собственным ощущения. Ноги немилосердно гудели. Напряженный денечек выдался, нечего сказать. Никогда в жизни я столько не ходила, не говоря уже о лазанье по сказам. Что ж, всё когда-нибудь случается впервые. Впрочем, об этом я, кажется, уже говорила.