Ну, не для всех интересный. Потому как опять -

Гроза в горах – это что-то особенное! Гроза – сама по себе явление величественное. Но когда расстояние между твоей головой и грозовыми тучами сокращается настолько, что кажется: подпрыгни – и коснешься их кончиками пальцев… согласитесь, это настраивает на определенный лад.
…И все-таки, не смотря на предупреждение Лепестка о предстоящей смене погоды, мы не стали задерживаться. Не все ли равно, где мокнуть? А в горах, может, сумеем пещерку найти, чтобы дождь переждать.
Мы шагали к уже недалекому Хребту Монахов. Странное дело: горы, казалось, сами торопились нам навстречу. Они приближались быстрее, чем мы могли ожидать. Я даже подумала, что Лепесток, позабыв на время о своих опасениях, ступил вместе с нами на какую-то потайную тропу. Впрочем, кто его знает, этого дракона. Может, именно так все и было?
Горы возникли перед нами во всей своей красе. Остроконечные вершины взметнулись к небесам. Макушки нескольких самых высоких пиков искрились белым снегом.
Как-то незаметно мы перешли границу между равниной и предгорьем. Просто – начались невысокие холмы, от ходьбы по которым даже дыхание не сбивалось. И только бросив случайный взгляд назад, заметила, что мы таки поднимаемся все выше.
Но горы – это горы. Чтоб мы вдруг не подумали, что так легко отделаемся, дорога быстро перестала быть удобной. То я, то Мара со Стирхом попеременно ойкали, поминая Мрака, когда оступались или ушибались об острые камни. А их хватало. Лепесток шел позади нас. Вот уж, верно, потешался в душе – или что там у него? – над тремя неуклюжими двуногими… Ему-то какие-то камешки не могли доставить неприятностей.
Холмы закончились. Начались настоящие горы и скалы. Шипение и нехорошие слова всё чаще прорывались сквозь зубы. Мраку икалось поминутно. Но это пока были только цветочки по сравнению с тем, что поджидало нас впереди.
Отвесна вертикальная стена преградила нам путь. Стирх присвистнул. Я задрала голову, оценивая высоту преграды. А летать-то я не умею… Жалко. Потому как иначе, чем на крыльях, туда, наверх, не взберешься. Так, где там наш дракончик?
- И не думай, - осадил меня Лепесток, даже не дав толком сформулировать вопрос. – У меня опыта полетов не было. Навернусь вместе с пассажиром – никаких твоих примочек не хватит.
Упс… а хорошая была идея. Рубят инициативу на корню.
- Что ж делать-то будем? – почесал макушку Стирх.
- Путешественнички! – коротко хохотнул дракон. – В горы собрались, а о веревках даже не побеспокоились!
- Можно подумать, сам ты всю жизнь кроликом по горам скакал, - огрызнулся парень.
- Один-один, - подвела итог Мара.
- А если серьезно: как дальше? – подключилась к дискуссии и я.
- А! – беспечно махнул лапой дракон. – Давайте просто пройдем мимо этой скалы в любую сторону. Где-то же должна она закончиться!
- Это тебе память предков подсказывает? - фыркнула Мара. Лепесток сделал вид, что обиделся.
- Так мы идем или стоит, друзья-товарищи? И если идем, то куда?
- А мы монетку бросим, - показал Стирх ладонь с серебрушкой. – Ну! Выпадет орел – идем направо, решка - налево!
Монетка сверкнула в воздухе, со звоном упала на плоский камень… мы бросились к ней. Стирх успел первым.
- Решка! – объявил он во всеуслышание – даже эхо отозвалось. Всё! Идем налево!
- Эх ты! – огрела его рюкзаком – моим! – Мара. – Мужик! Всё бы ему налево идти…

…А стена тянулась и тянулась, и конца-края ей не было видно. Горы словно мстили нам за то, что мы так быстро сумели их достичь. Молчаливые великаны взметнули к небу свои верхушки, заслонившись от нас каменным щитом. «Ага!.. – чудилось мне в молчании гор. – Вы уже здесь? Хорошо же! Теперь наш ход. Теперь вы – в нашей власти. И мы так просто не отпустим вам, не надейтесь! Мы будем водить вас столько, сколько захотим…» И, злорадствуя, горы, что называется, оттягивались по полной. Казалось бы, вон те камешки, сложенные замысловатой пирамидой – совсем близко, рукой подать; а вот пока дойдешь до них – умаешься.
Когда терпение истощилось у всех двуногих, а четвероногий и двукрылый с невозмутимым видом обогнал нас и мел хостом камни шагах в десяти впереди нас, Мара сказала:
- Стирх, какой это ты монетой дорогу мерил?
- Да обычной, а чего?
-А того, что монетка у тебя неправильная была! Сколько нам еще по ее милости ноги бить?
Парень только хмуро отмалчивался. Мара на минутку задумывалась, ища к чему бы еще придраться… и снова начинала перемывать ребрышки монетке.
«Милые бранятся…» - подумала я и пошла быстрее, догоняя Лепестка.
Нет, что ни говорите, а чувства у дракона намного острее, чем у меня! Хвостом он, что ли, ощутил, что я хочу подобраться поближе к его морде? Только я знаю, с какой скоростью способен передвигаться наш чешуйчатый друг. Потому будьте уверены: если бы он сам не захотел, мрак бы я его нагнала. А так… Лепесток замедлил шаг, чуток посторонился, давая мне место на узкой каменистой тропинке.
- Слушай, дружище, может, и вправду нам надо было пойти в другую сторону? – спросила я у ящера.
- А смысл? – обнажил дракон в улыбке свои внушительные зубки.
Я удивилась:
- Ты что, хочешь сказать, что мы обречены бродить под этой скалой до конца дней своих? Тогда ну ее вообще, дуру каменную…
Под ноги сверху скатился камешек. Небольшой. Пока. Я прикусила язычок.
- Горы все слышат, Рута. И требуют к себе уважения.
Я остановилась и повернулась лицом к скале. Подняла глаза к белеющим где-то там вершинам…
- Горы, милые горы! Простите меня, неразумную! Я не хотела вас обидеть! Просто устала. Мы все устали. И я, и эти двое, что там за нами идут, и этот чешуекрылый, хоть и притворяется, что ему все по барабану!.. Горы, я выросла так далеко от вас. Горы, вы никого не оставляете равнодушными! Я люблю вас, горы! – последние слова я уже почти кричала, раскинув руки, как крылья. Казалось, стоит легко оттолкнуться от земли – и я взлечу туда, ввысь, к сверкающим белизной пикам Хребта Монахов… Кто-то коснулся моего плеча.
- Рута, ты что, колдовать пытаешься? – спросила за спиной Мара. Момент невероятной легкости был безвозвратно упущен. Придется и дальше ножками топать.
А Лепесток снова отошел от нас на пар десятков шагов; внимательно изучая скалу, чуть не водил по ней носом. Потом оглянулся на нас, кивнул – мол, топайте сюда. Мы так и сделали.
- Люди, вы будете смеяться, но тут мы, кажется, сможем подняться…
…И всё-таки я не буду в подробностях расписывать это, с позволения сказать, восхождение… Слишком уж много сил и нервов оно стоило всем нам. Слава Светлым Богам, этот кошмар остался позади. Теперь мы сидели на относительно ровной площадке – потные, грязные, исцарапанные, бесконечно уставшие, в рваной одежде, с ободранными ладонями и коленками. Стирх только шипел, когда я обрабатывала его ссадины, а у Мары даже на это сил не оставалось. Лепесток, последним выбравшийся на скалу, сделал абсолютно невозможным наше будущее возвращение этим же путем – если только мы не научимся летать или не обзаведемся прочными веревками и крепкими мускулами: каменная «лестница» обрушилась под тяжестью дракона.
Стирх, неловко шевельнув ногой, сбил булыжник. Камень сорвался вниз со скалы, увлекая за собой другие – и помельче, и покрупнее. Я поёжилась. Нам крупно повезло, что камнепад не случился по время нашего подъема. Дракон, может быть, принял бы бьющие по спине булыжники за легкий массаж, а вот нам пришлось бы очень туго… если бы было кому.
- Лепесток, а что это за лесенка, по которой мы взбирались? То есть я хотел сказать – «была»… - спросил Стирх, покосившись вслед упавшим с горы камням.
И Лепесток рассказал, что когда-то давно, даже по драконьим меркам, в этих местах несла свои воды горная река. Величественное, вероятно, было зрелище. Река брала свое начало где-то высоко, в ледниках, спускалась и крепла. Здесь, где мы сумели подняться на скалу, низвергался водопад. Вода и выточила ту непрочную «лестницу», пережившую реку, но не устоявшую перед разрушительным влиянием времени и неловкостью неумелых альпинистов. Потом было землетрясение, и река изменила русло. Вода ушла, осталась только память о ней, навеки закрепленная в знании драконов, кусок старого русла, не изуродованный землетрясением…
Мы устали. Мы очень устали. Но задерживаться дольше на одном месте было неразумно. В небе клубились тяжелые черные тучи. Дракон, лучше нас чувствовавший приближение непогоды, заметно нервничал, поглядывая вверх. Его беспокойство передалось и нам. В самом деле, мокнуть под сильным дождем – занятие малопривлекательное. Тем более на незнакомой дороге, уводящей куда-то в горы. Мы старались идти как можно быстрее – так быстро, как только позволяло извилистое русло исчезнувшей реки.
По обе стороны от нашей каменной тропы поднимались отвесные неровные скалы, то и дело темневшие провалами пещер и пещерок. Вода в свое время немало потрудилась, создавая их. Но идти по этому извилистому коридору было бы жутковато даже в ясную, солнечную погоду. Что уж говорить о надвигающейся грозе!
Темнело быстро. Тучи сгущались и тяжелели на глазах. Еще мгновение – и они порвутся под тяжестью напитавшей их влаги. Однако раньше ливня над горами разразилась гроза.
Сначала заполыхали зарницы – беззвучные, но от этого не менее пугающие.Яркие вспышки ослепляли, заставляли зажмуриваться, и потом еще долгие несколько минут воспринимать окружающее мешали фиолетовые, малиновые и зеленые круги, плававшие перед глазами. Идти приходилось почти на ощупь. Вы никогда не пробовали ходить в горах на ощупь? Нет? И не пробуйте! Хватит с вас и моего опыта.
Первые раскаты грома были чуть слышными. Больше всего они напоминали очень далекий и потому нестрашный камнепад. Потом небо прорвалось Дождь – какое там, ливень, настоящий водопад! – обрушился внезапно, не смотря на то, что мы его ждали. Идти сразу стало намного труднее. Хоть и под небольшим углом, но дорога шла вверх. Сначала мелкие и нестрашные ручейки под ногами сливались в бурные потоки, мчались вниз, словно стремясь возродить и горную реку, и водопад. Мелкие камешки, подхваченные течением, больно били по ногам…
А дождь все усиливался. Молнии сверкали чуть ли не каждую минуту, грохот грома нарастал с каждым раскатом… Бы брели по щиколотку в воде, и ее уровень все повышался. Течение тоже усиливалось. Хрупкой Маре пришлось двумя руками вцепиться в Стирха, чтобы удерживать равновесие. Дракону было полегче, он шагал позади нас – на случай, если кто-то не удержится на ногах, он помешает потоку унести неудачника вниз. Но долго так продолжаться не могло.
- Надо искать пещеру! – проревел Лепесток. В шуме ливня я едва разбирала его слова. – Надо искать, где спрятаться! Если дождь еще усилится, нас просто смоет!!!
К счастью, ниш и пещерок в скалах хватало. Трудности были с их размерами - чтобы в пещере нашли временное прибежище дракон и три человека, она должна быть довольно вместительной. Нечто похожее мы сумели разглядеть в очередной вспышке молнии. Но и дождь полил сильнее. Впереди заревела вода, ее уровень стремительно стал подниматься. Шла волна. Если мы не успеем спрятаться, нам крышка!
Внезапно я ощутила мощный толчок в спину, сдавлено пискнула, влетая в скалу. В скалу? О нет, в незамеченную мною пещерку, несколько приподнятую над уровнем ущелья. Споткнувшись о камень у ее устья, я грохнулась на пол, больно ударившись коленками. Мрак… опять кровоточить будут… Ну, по крайней мере, здесь суше, чем в ущелье… Я рискнула высунуть нос из пещеры. Над ней нависал скальный «козырек», если б я была повыше, но непременно расшибла бы лоб. В очередной вспышке молнии я увидела моих друзей: они забрались в пещеру побольше моей – по другую сторону ущелья и чуть выше по «течению». Очередной раскат грома взорвался над самой головой. Уши заложило. Потом была вспышка молнии, новый раскат грома, странный голубоватый свет. Вспыхнувший в моей пещере… Больше я ничего не помнила…