Ээээх, вечна ты, прелесть умной красоты...
Иду я себе тихо по пустынному заснеженному парку, шаркаю кроссовками по серому снегу. Сумку приятно оттягивает свежекупленный диск Ольги Арефьевой и столь же неприятно - мобильный телефон. Последнее неприятно потому, что, как известно, телефон без денег - пустая побрякшука с парой гаек, совершенно непригодная для срочного звонка, который мне предстояло совершить. Посему я в
том пустом и холодном парке тщетно пыталась отыскать какого-нибудь доброго и сердобольногоо человнека, который одолжил бы мне сие достижение прогресса на пару сек. Домохохзяки с колясочками и пенсионеры с собачками в счет не шли - они ничего кроме домашнего пластмассвого монстра все равно никогда уже не признают.
Тут взор моих прекрасных глаз падает на два черных пятна сидящих на лавочке. Два черных пятна при бюлижайшем рассмотрении оказались двумя прелестными и понтовыми готическими девушками. Нормальные такие на первый взгляд готические девушки - все как полагается: и гриндера, и пальто черные до самх этихх гриндеров. и анкхи десятикилограмовые на шее. И беседа у них очень готическая: обсуждение преимуществ абсента перед пивом. Ну я против готов ничего не имею - знаю ведь, что большинство готов очень милые создания, на некоторых чуть ли не каждый день налюбоваться не могу. Да и абсент, в общем-то, штука вкусная. Подхожу я к ним, значит, делаю глазки, как у котика из Шрека, и жаалобно так: "Девушки, у вас чисто случайно телефона не будет?..". В наступившей гробовой тишине я пару минут слушала, как шевелятся их, как в последствии оказалось, немногочисленные извилины. Потом одна из них выдает: "Какого, мобильного чтоли?". Очень хотелось воскликнуть:"Нет, знаете, домашнего такого. с проводочками", но я побоялась накликать на себя гнев великого Сотоны, и я вежливо пояснила:"Да, мобильного". И снова звук шевеления их извилин. Наконец я услышаола ответ: "Нееету". Печально вздыхаю, и тут взгляд мой падает на точращий из под палто одной девушки балахон, который сразу пояснил мне состояние их маленьких сереньких клеточек. Но балахоне была очень гатичная надпись:РАСМУС. Меня начинает тихонько так загибать. Под их недоуменными взглядами сообщаю: "Да, девушки, Расмус - супер группа, очень готичная, прям тру!Уважаю!" В ответ: "Пошла на х.., цивилье попсовое, что ты тут понимаешь". Меня сгибает еще сильнее: "Ну, простите, милые как я могла так вас оскорбить!Уж вы-то точно знаете, что самая готичная в мире группа - это группа ХЕР!!" Тут я случайно пересекла их взгляд. В голове моей неожиданно шевельнулась мысль, что парк совсем пустой и никакие пенсионеры и домохозяйки не спасут меня от жертвоприношния, в главной роли которого эти девушки пристроят меня. Идея умереть от серебрянного заостренного анкха на могиле какого-нибудь Валеры Брюсова меня не прельщала, и я, на всякий случай пощупав свой оберег и помолившись великому Джя, поспешила ретироваться. Только когда я была на достаточном рассточнии, чтобы избавиться от их волчьего взгляда и воможных проклятий, обрушивающихся на мою карму, я дала волю обдумыванию великой фразы, ставшей крылатой: "Нет предела чеовеческой тупости!!"




Настроение сейчас - Цивилье попсовое
В колонках играет - Арефьева - Дорога в рай