Вчера утром умер наш Тошка. Умирал очень тяжело - целых трое суток. Какие сволочи придумывают такой яд для крыс ? Он так стонал, глаза ничего не видели, зрачки не реагировали на свет, но он все равно открывал их и все куда то пытался идти. Наверное у него был отек легких, потому что дышать с каждой минутой ему становилось все труднее и труднее. Я было бросилась звонить друзьям, врачу, собралась срочно везти его в город к врачу, но услышав по телефону описанные нами симптомы, он сказал, что это практически конец. И мы стали ждать этого конца. Это самое ужасное, что может быть, ждать без надежды на выздоровление.

Окончательно я почувствовала, что он не выживет, когда увидела, как на него реагирует Дуся. Она его мама, и они очень привязаны друг к другу…были. Она всегда его ждала вечерами, открывала ему окно по ночам, когда мы все спали и не слышали, что он скребется, возвращаясь с ночных гуляний. И если он приходил полумертвый после многочисленных драк с другими котами, то она всегда была рядом ,вылизывала его. Долго друг без друга они не могли. А в этот раз она осторожно приблизилась, обнюхала и вдруг отшатнулась как от прокаженного и больше она к нему не подходила. Наверное для нее он уже был не жилец, хотя его сердечко еще пыталось отчаянно биться.

В конце я вдруг поймала себя на том, что мне страшно входить в дом. Невозможно заниматься повседневными делами, обедать, когда рядом страдает живое существо. Я уехала, трусливо бросив маму. Приехала домой, открыла альбом и долго плакала над его фотографиями.

Дом в деревне теперь не мыслим мне без нашего Тошки. И смерть от яда не для него. Скорее от зубов или когтей другого кота, в бою. Такой уж он был, мужик от наглого, холодно-желтого разреза глаз, длиннющих клыков и до почти на 300 градусов загнутых когтей. Черный, вальяжный, независимый, нелюдимый, неласковый, очень гордый , покрытый огромным количеством шрамов от драк и неповторимый - одним словом настоящий котяра. Привязаться к такому тяжело, а потерять еще тяжелее.