Что нужно для счастья?
Деньги? Любовь? Молодость? Здоровье? Да. Но главное – мир в стране, в которой ты живёшь, мир во всём мире. А остальное приложится, наживётся.
Я оптимистка и считаю, что в Ташкенте можно найти работу, можно найти мужчину, который помогал бы материально. В Ташкенте можно неплохо жить. И если мы с мамой живём не достаточно хорошо, например, последнюю неделю вообще умудряемся обходиться без денег (обе в вынужденном отпуске), то это исключительно потому, что я ленива и пока ничего не сделала для того, что бы улучшить наши условия, не нашла другую или дополнительную работу.
Не знаю. Возможно, что за последнее время я очень сильно отстала от жизни и совсем перестала разбираться в ней. А возможно, я просто не хочу об этом думать.
Знаю, что вся провинция живёт в ужасных условиях, что денег там не видели уже давно. Что тяжело живётся старикам. Что если мама потеряет работу (а к этому всё идёт), она, скорее всего новую уже не найдёт. Её мечта - доработать спокойно 2 года до пенсии.
Знаю, что зарплаты мельчают, а оплата коммунальных услуг, плата за проезд цены – всё растет. Слышу, как водители, пассажиры жалуются, что дальше так жить нельзя.
И всё равно, я думаю, что худой мир лучше хорошей войны.
Я, наверное, слишком сильно испугалась в 1999 году, когда случилась первая заварушка. Такой был хороший день, у меня было назначено свидание. За месяц до того, мы разругались в пух и прах с любимым и у меня было тяжело на сердце. Но, когда всё это произошло, я поняла, что мне плевать на любимого, на нового возможного любимого. Что наплевать вообще на всё, лишь бы не было войны. Я испугалась, что могу умереть я или кто-то из моих родных. Ведь всё имеет значение только если ты жив – и любовь и деньги и тому подобное.
Руководство страны, конечно же имеет народ куда только сможет. Но, если придёт новое руководство, кто даст гарантию, что оно будет лучше относится к народу? Я боюсь новой власти. Ещё я боюсь, что жизнь больше не будет такой, какой была всегда.
Я работала с детьми-беженцами, видела их родителей. Хоть эти семьи и находились под опекой ООН; думаю, что потерять свою страну, привычную жизнь это так страшно.
Я эгоистка, но я так хочу, чтобы ничего не менялось. Мне всё мечталось выйти замуж и уехать куда-нибудь заграницу, забрать туда маму, а что будет здесь потом, мне уже всё равно. Но я здесь, я эгоистка. И я не просто в панике. Я в ужасе!