Последний день - 16 июня...
Осталось ровно пять недель сежепа. Ещё двадцать пять невыносимых дней, пятьдесят поездок туда-обратно и около 150 часов, проведённых в затхлом и душном помещении. Затем - солнечная свобода.
Это будет моими последними усилиями, ибо больше пяти недель грёбанного квакского языка я выдержать уже не смогу - извилины откажуть.