Многих христиан смущала доктрина, восходящая, кажется, к св. Августину Аврелию, что человек добродетельный, но не ставший христианином, скажем, по неосведомлённости, всё равно попадёт в Ад, не исключая некрещённых младенцев.

Возьмём Данте Алигьери, представлявшего Лимб, где добродетельные нехристиане, по крайней мере, избавлены от адских мук, и задававшегося вопросом:

Родится человек
Над брегом Инда; о Христе не слова
Он не слыхал и не читал вовек;
Он был всегда, как ни судить сурово,
В делах и в мыслях к правде обращён,
Ни в жизни, ни в речах не делал злого.
И умер он без веры, не крещён.
И вот он проклят; но чего же ради?
Чем он виновен, что не верил он?
(Рай,XIX,70-78)

Были, однако, мыслители, вроде Готфрида Вильгельма Лейбница (1646-1716), автора "Теодицеи", полагавшие, что Бог способен подать в помощь такому человеку экстраординарное откровение, хотя бы и в смертный час. Оно может и не иметь внешних проявлений, но согласует Божью милость с Божьей справедливостью.

Вспомним историю раскаявшегося разбойника, распятого вместе с Иисусом - ведь нигде не сказано, что он был хотя бы формальным членом Церкви; да и фарисей-гонитель Савл сделался апостолом Павлом нестандартным способом.