Вокруг драконьей пещеры было непривычно многолюдно. Митинг был в самом разгаре. Две сотни принцесс, с флагами и транспарантами, дружно скандировали: «Нет убийцам драконов!» На помосте, спешно возведённом парой десятков слуг, заседал оргкомитет из десяти самых активных защитниц прав дракона. Шёл пятый час активного обсуждения животрепещущего вопроса: «Как спасти несчастного Дракона от противных героев». Дискуссия была в самом разгаре.

В сторонке курил рыцарь, изредка нервно поглядывая на разгорячённых принцесс. Обычная спасательная операция медленно и неумолимо превращалась в выездное заседание бродячего цирка. Быть спасёнными принцессы явно не желали. Более того, шестое чувство настойчиво подсказывало герою, что кого-то скоро будут бить. Больно. И вероятность того, что это будет сам рыцарь, с каждой минутой всё возрастала.

А страсти всё накалялись. На трибуну взошла принцесса Оливия, страстная защитница малых и угнетённых, почётный председатель 127 обществ защиты животных. Она прокашлялась, откинула с лица непокорный чёрный локон и, зажав в руке непонятно откуда взявшуюся кепку, взорвалась яростной обличительной речью.

- Сёстры! Кончилось наше терпение! – взмахнула Оливия кепкой. Принцессы дружно зааплодировали. Насмерть испуганные вороны попадали с деревьев, затем с трудом сбились в стаю, построились клином и вылетели на юг, в сторону Мадагаскара, чего за ними никогда не наблюдалось.

- Сёстры, - продолжала воодушевлённо председатель. – До каких пор будет продолжаться эта позорная ситуация? Сколько ещё невинных, редких ящеров поляжет под мечом подлых убийц из рыцарских орденов? Это больше нельзя выносить! Доколе человек будет насиловать природу?!! И виноваты в этом они! – принцесса ткнула пальцем в сторону рыцаря. Тот посмотрел на коня и оба они сжались, предчувствуя недоброе. Две сотни пар прекрасных глаз гневно жгли их взглядом.

- Мы не хотим, чтобы нас спасали! – стукнула по трибуне предводительница. Взгляды митингующих снова вернулись к ней. - Мы требуем права выбора! Не желаем, что б ради нас грязный убийца лишал жизни прекрасное, редкое животное!

- Я не грязный. Я очень даже чистый, - прошептал покрасневший рыцарь. Но его никто не услышал. Гром оваций и зычный голос оратора заполняли собой окружающую действительность, не оставляя рыцарю ни единого лучика надежды. Он понял, что пропал.

-Правильно, так его!- хохотнул Дракон, потянулся к ближайшей принцессе, сгреб её лапой и отправил в пасть.- Я редкий вид. Нацменьшинство. И вообще угнетенный. Сто девяносто девять оставшихся принцесс, старательно отворачивасяь от зрелища жующих челюстей, громко скандировали "позор браконьерам!"