Итак, как обычно: 2 часа ночи, работает Ворд, кухня, чай, в наушниках что-то без слов, и лишь мои мысли.

Толпа кричала изо всех сил. Толпа - глупое и опасное создание, обладающее зачатками ума и действующее по приказу лидера или же повинуясь своим инстинктам. Эта толпа была поглощена предчувствием кровавого действия, что вот-вот развернется в амфитеатре.
Инрол знал многое о толпе. Но сейчас его занимало куда более опасное создание, пока что рвущееся с привязи в пятнадцати шагах от него. Зубастая морда была покрыта клочьями зеленоватой от яда слюны, две пары красных глаз злобно смотрели на человека с копьем, застывшего напротив. Четыре когтистые лапы поочередно скребли камни сцены, два рудиментарных отростка хлопали существо по бокам, подначивая.
На сцену выбрался судья.
- Мы собрались здесь, - начал он отлично поставленным голосом, - чтобы насладиться этим великолепным поединком. Как мы знаем, Инрол, бывший начальник королевской охраны, когда-то был неплохим охотником. Если ты, Инрол, - он повернулся к человеку, судорожно вцепившемуся в жалкое копье, - принесешь мне голову Арраха, я отпущу тебя. Если же нет, я думаю, мы скормим твои останки грифам.
Толпа заревела при последних словах судьи. Восторженные голоса заставили существо встрепенуться и добавить громкий, мощный рык к ору толпы.
- Пусть бой начнется! - объявил судья, после чего спешно удалился, вскарабкавшись по лестнице наверх и утянув ее за собой.
Сцена амфитеатра напоминала дно чаши, лишь в самом центре имелась ровная площадка, примерно десять на пятнадцать шагов, вокруг которой начинались пологие стены, закруглявшиеся к верху. Со сцены было невозможно выбраться без лестницы.
Инрол молча глядел на то, как длинным копьем сверху перебили короткую веревку, державшую Арраха. Не было страшно, было лишь грустно погибать из-за того, что в общем-то, он всего лишь помог хорошему человеку. А еще было грустно из-за того, что он не увидит вновь серые глаза Фамны.
Существо пошло на него, плавно ступая всеми четырьмя лапами. В мягких движениях была заключена исключительная мощь и гордость от этой мощи. Когда зверь приблизился на расстояние пяти шагов, Инрол понял, что нужно делать. У него появился пусть маленький, но шанс победить.

***

- А ну ни с места! - рявкнул Сергей, легко ткнув шевельнувшегося стражника копьем в незащищенный лоб. Кровь тут же заструилась по переносице стражника, доведя его до исступления.
- Сергей, еще две минуты! - умоляюще крикнул Макс из-за двери библиотеки. - Я почти нашел!!!
Сергей слышал ровное гудение Ока, чувствовал вибрации магического поля, исходящие из-за двери. "Быстрее, Макс" - молил он про себя, зная, что каждая секунда может оказаться роковой. У них просто не было двух минут - максимум через полторы их найдет отряд стражи, от которого они оторвались благодаря усилию воли Макса.
- Я нашел! - воскликнул Макс. И тут же, - О, боги!!!
- Что там? - нетерпеливо спросил Сергей.
- Он в амфитеатре. Он дерется с Аррахом.
- Что такое Аррах?
- Это смерть.

***

Инрол покатился по каменистой сцене, копье отлетело в сторону. Аррах просто играл с ним, словно кошка с мышью - бил когтистой лапой так, чтобы не повредить сильно, и наблюдал за тем, как бывший начальник королевской охраны отлетал на три метра и падал, потом пытался встать, тряся головой, а в глазал плясали черные и красные точки. Но зверь бил снова, и вот Инрол остался лежать на камнях, не в силах подняться. Он знал, что сейчас умрет, но был вполне спокоен: умереть в схватке - это не так уж плохо для воина.
Но вдруг он снова вспомнил о Фамне, о ее серых глазах, ради которых он оказался здесь... и понял, что должен жить.
Аррах был уже совсем близко, и его жаркое дыхание коснулось шеи Инрола. Еще миг, и он запустит два верхних клыка в мягкую плоть человека, а потом выпьет его кровь и будет долго рвать мясо на части, прежде чем позволить себе набить желудок и улечься в тени своей клетки в ожидании следующей жертвы.
Но человек преревернулся в тот самый момент, как Аррах разинул пасть, и схватил его за клыки. За верхний и за нижний. Аррах возмущенно взвыл, и вдруг почувствовал, что не может сдвинуть челюсти на шее этого вкусного человека.
Инрол закричал от напряжения, на его бицепсах и шее вздулись вены. Лицо покраснело, но он держал пасть существа, не давая ей закрыться на собственном горле. Он начал разводить руки, и - слава всем богам Илина - челюсти начали разжиматься. Инрол извернулся, закинул ноги на холку Арраха и оседлал его; Аррах встрепенулся, но его челюсти по-прежнему держал сильный человек, продолжая разводить их, раздирая пасть. Аррах видел верхней парой глаз напряженное лицо человека, оседлавшего его, и взвыл от бессилия.
Он начал извиваться и взбрыкивать, но человек сидел крепко, все разводя и разводя руки, челюсти затрещали...
И вдруг пытка кончилась. Человек отпустил руки, свалился с шеи существа. А следом пришел удар кнутом по спине Арраха, и он зарычал, поднялся на задние лапы, оглушительно щелкнув пастью.
- О, черт, - проговорил Инрол, глядя снизу вверх на взбесившееся существо. Спина болела между лопатками, где полоснул кнут охраны. Он из последних сил перевернулся на коленки и так пополз к копью.
Аррах, заметив движение, лениво наступил задней лапой на ногу человека, и ответный хруст ломающейся кости ему понравился. Инрол глухо замычал от боли, пытаясь кончиками пальцев дотянуться до копья, словно утопающий - до обломка корабля, плывущего так близко и одновременно так далеко. И кончиками пальцев Инрол дотронулся до копья, но сил сопротивляться больше не было, и лишь в последнем порыве он сумел перехватить копье ладонью, развернулся, забыв об адской боли в расплющенной ноге, и встретил острием копья Арраха, решившего раздавить человека собственным весом и упасть на него.
Зверь завалился набок, не успев даже взвизгнуть: острие копья вошло ему в самое главное из трех сердец. Инрол лежал на спине, тяжело дыша и хрипя от боли в истерзанном теле.
- Мне нужна его голова! - как сквозь вату пришел крик судьи. И он нашел в себе силы (и откуда только, ведь только что не было самого желания жить) повернуться направо и выдернуть копье из тела. Потом он, как безумный, пилил острой кромкой горло Арраха, и наконец отделил голову с четырьмя глазами и длинными клыками от тела, и встал - не сразу, но встал, - и остался стоять, подняв над головой голову, опираясь на копье, живой, а теплая еще кровь существа капала ему на волосы.
Толпа бесновалась. Вопли переросли в бешеный ор, и вскоре ор перешел в скандирование его имени. Толпа кричала его, Инрола, имя.