[показать]- Не хочу я вам ничего рассказывать, - проговорила Маргарита Аллегровна, листая книжку по философии. Будто она искала в ней не нужную тему, а интересный эпизод из своей жизни. Она засовывала в рот свои толстые короткие пальцы. Наслюнявив их, принималась дальше искать страницу. Правда, мерзкое зрелище? Конечно, но Андрею это нравилось. Только не подумайте, что его привлекала эта женщина (которая далеко уже ею не являлась). Но что-то в ней было особенное.
Может быть ее глаза? Ее заинтересованный взгляд, прочитавший множество разных книг, переместился на аудиторию, в которой тут же раздался стон… просящий стон… умоляющий стон.… Но его никто не мог услышать (во всяком случае, в этом мире), но он был. Сознание каждого студента простонало так громко и сильно, что “трупы начали вертеться в могилах
”.- Маргарита Аллегровна, а вы смотрели вчера фильм “Сонная лощина”? - спросила у преподавателя философии Марина, пытаясь хоть на несколько минут оттянуть начало этой муторной лекции.
- Ну, вы же знаете, как я не люблю всю эту “массовую культуру”, - ответила женщина лет шестидесяти.
Теперь Андрей мог заметить, как меняется ее взгляд. Теперь в ее глазах заинтересованность уступила место отвращению. Будто в этом виноват не только Тим Бартон, снявший такой х*еновый фильм, но и все наше поколение. Последнее же, по сути, являлось продолжением ее поколения хиппи и панков. Ее веки прижались друг к другу так сильно, что Марина как бы увидела в районе переносицы преподавателя бегущую строку:
“
Еще раз мне задашь такой вопрос, дура, я тебя задушу, а потом закопаю в подвале на своей даче”Но Андрей не видел этого взгляда. Он мог увидеть только то, что нравилось ему в этой полной и далеко непривлекательной женщине с отвратительным вкусом и ненормальной походкой, с ее пухлыми губами, из-под которых торчат искривленные вперед зубы, с ее непостоянным взглядом и громким неприятным голосом. Это был ее ум, который мог понять все на свете. Даже то, что она пыталась всеми своими силами отрицать. Маргарита Аллегровна всегда шла в ногу со временем, за что ей удалось завоевать авторитет среди слушателей группы ПСИ-4. И даже сейчас легко и свободно завязался непринужденный разговор между студентами и преподом, который принялся рассуждать на тему начала и конца жизни человеческой, что само собой вытекло из сюжета фильма “Сонная лощина”.
- … А как вы замечаете начало новой жизни? - спросила у своих учеников преподаватель. Другой бы педагог, хорошо знающий эту “легендарную группу”, наверное, не стал бы задавать такой странный вопрос. Но у Маргариты Аллегровны бешено стучало сердце оттого, что она видела перед собой на втором ряду два светящихся глаза. Нет, вы, просто не понимаете, что значат эти два светящихся глаза. Могу охотно объяснить. Настенька Прокапенко, брюнетка с длинными каштановыми волосами, которые вились вокруг ее “светлой” головы и мягко спадали на миниатюрные плечики, устремила свой заинтересованный взгляд прямо в кривые зубы Маргариты Аллегровны. А у той внезапно появилось такое чувство, что проблему появления жизни человеческой Настеньке просто необходимо знать.
А почему, вы меня спросите, именно Настеньке, а не Насте, или Анастасии? Просто при этом взгляде сердце трепетало не только одной Маргариты Аллегровны, но и у нашего знакомого Андрея (да, ладно, что скрывать, мне она тоже нравится,… нравилась).
- Расскажите лучше сами, Маргарита Аллегровна, это будет интереснее, - сказала Настя нахальную фразу. Но это было проделано с такой искренностью, что никто не смог бы устоять. В том числе и преподаватель, которая уже была готова к интересному рассказу из своей жизни:
- Я вот раньше как-то не замечала наступления новой жизни. Ну, допустим, наступил Новый год, а этого чего-то нового так и не видно. А вот где-то лет в десять я зачем-то взглянула на веточки березы, на которой набухали почки. Сквозь тонкие створки этих почек рвалась на свободу зеленая листва. Она рвалась к солнцу, к воздуху. А за этим листочком прорезался другой, и третий, и четвертый. Так вскоре и все дерево заросло, а вместе с ним заросли и остальные деревья. И теперь я с тех пор каждую весну отмечаю для себя “Новый год” во время появления новых листочков.
“
Ах, эти глаза”, от которых совсем недавно Андрея хотело вывернуть наизнанку, до чего они прекрасны. Он так и не узнал их тайну, он знал только то, что сейчас напротив него появились на несколько мгновений Настины глаза, в тот период, когда их хозяйка бывает особенно счастлива. Пусть это были не те прекрасные глаза, с карим отливом, в которые можно было смотреть бесконечно, углубляясь в душу, в радости и проблемы. Что-то не верится, что у такого прекрасного и всегда искренне счастливого создания существуют проблемы. Как-то невольно вспоминаются слова:Удача с ней, жизнь удалась.
И без исключенья все с восхищеньем смотрят ей в след.
И не замечают, как плачет ночами
Та, что идет по жизни, смеясь...
У Маргариты Аллегровны же были другие глаза, без всякой искорки и бездонности заинтересованных зрачков. И были они у нее далеко не карими. Скорее ядовито-голубыми, с выцветшей от старости радужной оболочки. Только в одном сомневаться было нельзя. В том, что они были прекрасны. Ну, ладно что-то я заговорился. Давайте-ка, вернемся на лекцию.
- Ну, ладно, что-то я заговорилась совсем. Давайте-ка, вернемся к лекции. Что сегодня у нас за тема? - спросила сама себя Маргарита Аллегровна и опять принялась перелистывать свой учебник. - А вот нашла… “Буддизм”. Итак, буддизм является продолжением индуистской культуры. В ней оставили уже известную вам идею о переселении душ, но отбросили разделение людей на варны и касты. Основал эту религию Будда, который родился в 563 году до нашей эры и прожил восемьдесят лет. Но Буддой он стал не сразу, а только через тридцать с лишним лет после рождения. Он родился на севере Индии в княжестве семьи варны Кшатрии Шакьямуни, и назвали его Сидхартха. Ну, надо сказать, что первые тридцать лет жизни он прожил в роскоши и в постоянных развлечениях. Пока однажды не вышел из дворца в день своего двадцати девятилетия. В течение трех дней подряд он увидел тяжело больного человека, старика и мертвеца. Он спросил своего учителя, неужели и с ним может произойти то же несчастье, что и с этими. На что учитель ответил ему, что никто не застрахован от болезни, старости и смерти. Осознав неизбежность увиденного и всеобщее непостоянство, он не мог оставаться спокоен. На следующее утро он проходил мимо погруженного в медитацию йога, и произошла встреча их умов. Воодушевленный, принц оставил свой дом и семью и отправился скитаться по стране в поисках учения, которое может победить смерть и страдание. И вот однажды в возрасте тридцати пяти лет, он уснул в тени фигового дерева и проспал так четверо суток. Когда он проснулся, он стал Буддой, что на санскрите значит “просветленный”...
Ему…
Открылись…
четыре…
истины…
Группа ПСИ-4 дружно погружалась в сон. Кое-где в наглую раздавался храп, и только один человек в аудитории не спал. Как вы уже, наверное, догадались, это был Андрей.
Маргарита Аллегровна продолжала еще долго рассказывать про различных ботхисатве, про их учения, и даже про своего мужа, который сам пробовал медитировать. Правда, медитацией это можно было назвать с большой натяжкой. Скорее всего, это были глюки на почве голодных обмороков. Она описала метаморфозы, которые возникали у него во время голодовки. Первые семь дней ему очень хотелось кушать, потом появилось резкое отвращение от еды. Потом он представил, что все люди – братья. А на двадцать девятый день к нему пришло просветление, благодаря которому он за три часа смог написать дипломную работу. Закончилась вся эта эпопея на тридцатый день, когда внезапно Владимир Олегович решил, что все люди - сволочи. Такая е*учая медитация стоила ему язвы желудка.
А Андрей слушал и слушал, хотя ему было абсолютно наплевать на Владимира Олеговича, да и на Будду, в принципе, тоже…