А в начале был один лишь студент первого курса философско-психологического факультета Андрей Корниенко. По-моему это было 29-е или 30-е марта. Простите, но точно вам ответить я сейчас не в силах, потому что тогда бредовые рассказы пьяного Андрея не производили на меня никакого впечатления, а сейчас уже просто невозможно

А все началось с самого обыкновенного утра. Сонные руки Андрея намыливали руки. В следующее мгновение глицериновая масса с запахом лимона опустилась на его лицо. Ему было противно это делать, но он всеми силами старался терпеть.

“Может быть хоть так мне удастся наконец-то избавиться от этих прыщей?” - подумал он, ища в зеркале подтверждения рекламы, которую крутили недавно по

Такой метод имел и отрицательные стороны. Например, мыло при усердном втирании начинало жечь лицо. От этого физиономия становилась красной, как у алкоголика. Особенно болели глаза. Бывало даже такое, что Андрей ходил целый день с припухшим оком.

Но что бы то ни было, метод давал результаты. Пусть не такие, какие обещают при использовании косметических средств, однако лучше иметь маленькие незаметные бугорки на фэйсе, чем лицо, представляющее собой месиво желтого гноя и красных капель крови.

Не взирая на уже начавшееся жжение возле висков, Андрей завершил свою процедуру до конца. Ледяная вода окатила его там, где совсем недавно еще находилось мыло. Холод перехватил его еще сонное дыхание. От этого Андрей судорожно раскрыл свой рот, пытаясь поймать необходимый для него сейчас воздух. И он поймал его. Он открыл залипшие гноем глаза и увидел впереди себя физиономию больного человека. Но, усмехнувшись, Андрей всего лишь проговорил фразу, которую повторял каждое утро, стоя перед этим зеркалом:

- Чтоб, я сдох.

Ледяные капельки воды начали быстро замерзать на его лице, и Андрей немедленно стер их полотенцем. Его волосы, разбросанные по голове влажным полотенцем в разные стороны, принялись укладываться в нужном направлении при каждом движении расчески.

Наконец-то принятие утренней ванны закончилось, и Андрей направился на кухню перекусить. Хотя слово “перекусить” здесь неуместно, поскольку он никогда не питался утром (точно так же, как и в течение всего дня). Почему он так делал? А чёрт его знает. Может, он не хотел быть похожим на свою мать, которая только и делала, что ела с утра до вечера. Только она делала это не специально. Ей просто надо было чем-нибудь себя занять. Кстати, в последнее время Андрей стал за собой замечать такую же привычку. Когда нечем заняться, он ходил по комнатам, и, в конце концов, его путешествие заканчивалось на кухне. Там руки, шаря по ящикам и холодильнику, искали занятие для желудка на ближайшие полчаса.

Но сегодняшним утром 31 марта 2003 года за ним такой привычки не замечалось. Андрей с трудом присел на скрипевший стул и посмотрел все еще залипавшими глазами на свой завтрак. Сегодня он состоял из замерзших макарон и ломтя черного хлеба с небрежно накиданными на него кусочками маргарина. Питаться все равно пришлось…