Стрелка лежала, так что ехать мимо было никак нельзя. Не хотелось бы застрять ночью между городами. А тут я, возможно, найду бензин и смогу продолжать путь. Город огромный и шумный, но я совершенно не знаю языка этих людей, даже жесты у них совсем другие, нереально что-то понять или объяснить. Самостоятельно я тут заправку не найду. Попадалово.

Двигатель заглох, и я остановил автомобиль у тротуара. Рядом мерцал иллюминациями ресторан. Судя по уличным вывескам, их тут было полным-полно, но отходить далеко от машины как-то не хотелось, потому что в незнакомом городе да посреди ночи её могут запросто вскрыть и вычистить. Нет уж, буду рядом. Я зашёл в здание. Свободных столиков было навалом, на сцене кто-то пел и танцевал, но из-за сигаретного дыма сцену было не разглядеть. Что ж, ладно, я сюда не глаза таращить пришёл, а искать того, кого смогу понять и кому смогу объяснить, что мне нужен бензин.

Но я ходил от столика к столику, общался со многими, кто-то даже говорил на моём языке, но никто не знал, где достать горючее. Да, мне рассказывали, что в пяти кварталах есть заправка, но это слишком далеко, а я не могу бросить машину. Я выбегал на улицу, пытался поймать такси или тормознуть кого-то из проносящихся мимо, но до моих проблем никому не было дела, а таксисты все были заняты. Я вызывал такси по телефону, но ни один диспетчер не пошёл мне навстречу. Свободных машин не было, позвоните позднее.

Я вернулся в ресторан и понял, что выход надо искать здесь. Меня выручит даже стакан, чтобы проехать эти пять кварталов, ведь тут так много людей, неужели никто из них не сможет мне помочь, возможно кто-то сольёт из своего бака. Скоро я многих уже знал в лицо, научился смотреть сквозь дым и увидел сцену. На ней кто-то показывал голую задницу, кто-то вертел в руках развёрнутые транспаранты с порнографией, кто-то разбрасывал вокруг себя яркие визитки, которые липли на лбы танцующим возле сцены либо вылетали через форточку на улицу, и я вспомнил, что на моём ветровом стекле тоже прилипла парочка этих бумажек. А один чувак вместо головы держал на плечах телевизор, где постоянно переключались каналы, и многие пялились в него как завороженные. Ещё кто-то был, со сцены даже сквозь дым несло кровью и спермой, но особо приглядываться не хотелось.

Однажды я подсел за столик, где сидел перец в чёрной маске.
- Почему ты не покажешь лицо?
- Потому что меня тут слишком многие знают.
- Скажи, у тебя есть бензин? Мне нужно ехать дальше, но бак сухой.
- У меня нет, но ты поищи здесь. Народу много - может кто и поможет. - Он пожал плечами.
- Я тоже думал так, но сейчас вижу, что тут в основном любители выпить, потрахаться, посмотреть телек и поглазеть на голые тела.
- Неправда твоя, есть немало и других. Плохо ищешь.
- Посуди сам! Люди приходят, садятся за столик, общаются и пьют, но скоро видят сквозь дым вот эту сцену. И что же? Приятно им тут сидеть? Остаётся только тот, кто научился не оборачиваться на громкие звуки и не смотреть в ту сторону, ну и тот, кто именно за голыми задницами сюда и пришёл. Остальные скоро уходят. А я уверен, что бензин есть именно у них.
- Ты глупый. Бензин есть и у тебя, он под сидением твоего автомобиля, просто ты не хочешь им пользоваться, потому что боишься, что его не хватит на то, чтобы доехать до места, а новых городов по пути может не быть.
- Ты так хорошо меня знаешь, хотя мы общаемся всего пять минут.
- Теперь ты понял, почему я не снимаю маску?
- Да. Понял. Если ты такой мудрый, пожалуйста, выручи меня, ты же можешь сделать этот ресторан совсем другим, выгнать со сцены этих людей и вообще всё тут изменить. Не справишься один - я помогу, я найду ещё людей, столько, сколько надо.
- Для этого придётся снять штаны, показать людям задницу, одеть телевизор на плечи, крутить по нему порнуху и чернуху, ну и, конечно, разбрасывать вокруг визитки. Ты готов к этому?
- Я не хочу этого. Это дурдом. Неужели нет иных путей?
- Нет. Иных путей нет. Иначе этому ресторану не быть. Такие уж мы, люди. Так что лучше бери ту канистру и вали отсюда. А ещё лучше, оставайся здесь жить, тебе ведь тут нравится не смотря ни на что! А захочешь уехать - мы оба знаем, что у тебя есть такая возможность.
- Ладно. Уболтал, речистый. Пойду я массу придавлю, устал я что-то.

Я встал, подошёл к своему столику, сел на кресло и притянул к себе салфетку. Достал из кармана огрызок карандаша. Прежде чем уйти спать, надо записать всё, что я думаю о происходящем. Обязательно надо, а то завтра забуду, и чувство вины меня вновь настигнет. Да.

Я расправил свёрнутый мягкий лист и написал в первой строке заголовок: "Иносказательно".

LI 5.09.15