«Петрович! – представился слесарю плотник. –
А ну-ка, давай пятерню!»
«Помилуйте!! – взвился ремонтный работник. –
You think, that Pietrovitch – it’s you?»
«Да вот ведь Петрович-то, ВОТ он я!»
«Oh, yeaaaaaaah!» – ...
Наш слесарь застыл: что за рёв неприличный?
Стал всадником без головы.
«Там сбоку «Пэ–ич» в домофонной табличке!
Не верите? Я – это Вы».
«...с-С...с-с-С-с-с...» – давятся смехом
Другие рабочие. «Пусть
Петровича голос пройдёт сквозь помехи,
Развеет нам радио-грусть!»
«Так вот оно что! Это радиоточка?!?
А что же с моей головой?» –
Но всё это были пока лишь цветочки...
Его забирает конвой.
«Ах, дядя! Ты выступил в радиопьесе,
И всё населенье села
Уже превратилось в Петровичей местных,
Чтоб их лихоманка взяла!»
Помощник плотника смахнул со своего лица паутину напраслины
и сказал: "И впрямь, дядя, после твоих радиопет
едва ли не все наши мужики превратились в п-Петровичей"
"Давай, пошевеливайся!" -- прикрикнул на него
мастеровой, а Петровичу -- одними глазами -- сделал знак,
дескать, ну и молодёжь! Работают еле-еле, душа в теле.
Вообще ничего не умеют. Только издеваются сами над собой. Ну вообще...