Моя прекрасная Риска!!!
В школе за одной партой.
В моём романе "ЖенщиНАМ ВЕРИТЬ!" про эту мою девочку так:
С Рисой мы учились вместе всего 2 года – 9 и 10 класс, в специализированной школе, педклассы – экспериментальный второй набор.
Нагрузки ненормальные, потому что выпускные в школе являлись вступительными в институт, так планировалось. И институтские педагоги читали свои предметы в стенах школы.
Я перенервничала, и систему замкнуло, диагноз- невроз лицевого нерва.
Произошло всё мгновенно – только что я улыбалась, и тут правая часть губы не растягивается в улыбку, застыла.
Паралич случился в школе, я ушла с уроков, выписали кучу уколов, массаж, две недели домашнего ареста.
Никому, кроме Риски не сказала о срыве.
Вот ещё, решат, что я нервная, психическая.
Ирочка - Иришка - Ириска - Риска приезжала в гости, мы делали вместе уроки, её волшебная мама передавала для меня запеченные фрукты с печеньем. Сливы, груши, яблоки были сложены в картинку рожица человечка, печеньем были уши и волосы – так вкусно и так жалко было рушить красоту.
Две недели прошли, понемногу мое лицо приобретало живость, я вернулась в школу. Надо было зайти к врачу, отдать справку, заодно она меня посмотрела.
В следующий четверг на классном часе была объявлена тема: «НаркомАния среди подростков».
Надежда Леонидовна – старушка древняя и по совместительству наш классный руководитель, так и произносила это слово с ударением на последний слог.
Наркоманы среди нас.
Мы лениво посмотрели на Кобзона, ну, потягивал он иногда траву с хоккеистами, подумаешь. Теперь и наша Надежда Крупская об этом знает.
Но тут громом мои координаты на плоскости.
- Адодина, встань и посмотри своим друзьям в глаза.
Электорошокер с мощностью разряда в 120 тысяч вольт по сравнению со звуковым эффектом моей фамилии - укус комара.
Я медленно встаю из-за парты и тупо наблюдаю, как головы одноклассников с вылупленными от удивления глазами поворачиваются в мою сторону.
Значит, они тоже услышали мою фамилию, меня не глюкануло…
Сцена, словно в замедленной съемке, длится невыносимо долго и в полной тишине.
И вот, «средь шумного бала, случайно, в тревоге мирской суеты, тебя я уууу..слышал, но тайна»… осталась тайной – как могла 16 летняя девочка, воспитанная в духе поклонения и уважения к учителям, школе, и всему социалистическому беспределу – открыть рот и спросить:
- Вы, Надежда Леонидовна, в своём уме?
Именно этими словами Ириша начала свой гневный спич на тему «НаркоманИя, мама, это, конечно, хорошо, но в доме должны быть и мясные закуски».
Риска за 5 минут сдала все мои тайны: про 2 недели сидения дома, про уколы и тонкие вены, про невроз, паралич,массажи, и ЭНМГ.
Кстати, про десерты от своей мамы, она предусмотрительно промолчала.
А то мало и захочется всем отведать - начнут валиться в постели, как мухи.
Результат был умопомрачительным - Надежда Леонидовна извинилась, и сняла обвинения.
Я, конечно же, хотела найти ответ – почему Ириша смогла восстать и защитить меня?
Что дало ей смелость и дерзость на публичное объяснение с заслуженным учителем России?
Нашла.
Папа Ириши был военным, и служил он в ГДР, в округе Магдебург был такой город – Стендаль.
Надо говорить, что росла девочка с гувернанткой, учила несколько языков, и привыкла к уважению взрослых, могла свободно высказывать свое мнение.
Жизнь разбросала.
Она в Нерюнгри (*центр Нерюнгринского района Якутии), я в Москве. Старшая дочь - Наташенька в Москве, отучилась и осталась здесь, живут с экс-мужем на Курской, бывший муж в подмосковье, его родители, инициировавшие их переезд в Якутию тоже в подмосковье, родители Ирины - обожаемые мною прекрасные люди в Воронеже - и .....только девочка Риска с сыном Сашей и лабрадором в Якутии.
Мы взахлёб 4 часа, в воскресенье решили встретиться с девчонками, нашими повзрослевшими доченьками.
Такая вот роскошь воскресного вечера - море любви и радости от общения, дружбы и понимания.
Спасибо, небо за сохранность моих!!!
МЫ Уцелели!
ЛЮБЛЮ

