1.

С неба шёл серый, промозглый дождь. Было прохладно, потому что случайно одела уже дырявые носки - и теперь большие пальцы на ногах совсем замёрзли. Новые сапоги давили куда только можно, Тушь потекла от дождя, и вся красота, которую наводила с утра, непонятно зачем, куда-то убежала. Мобильный сломался, свечи кончились, рутины поприбавилось. Мысли сменяли одна другую, не успев оформиться до окончательного завершения. Играла какая-то музыка, которую слышала уже далеко не в первый раз, и было противно осозновать своё ничтожество. А потом приходить к выводу о том что всё совсем не плохо, даже хорошо... может быть, если присмотреться.

Шёл дождь, но почему-то было красиво. Переживания, эгоистичные переживания были на пике своего развити. СТало так жалко себя, так жалко... а потом стало противно от самой себя. А потом гордо за себя... а потом никак. Потому что в плеере села батарейка и шум дождя вдруг спугнул мылси и звенящей тишиной ворвался через барабанные перепонки прямо в голову.

И действительно, зачем он мне? сама отлично справляюсь. Появилось время на то чтобы покрасить ногти.

Бред. Кого я обманываю?..

Да ладно, вовсе это и не обман. Если слабо вериться - ещё не значит что это вовсе неправда.

Совершеннейший хаос происходил в голове. Именно этим она развлекалась когда шла от дома до метро и от метро до дома. Хаосом в своей голове. Временами даже нравилось это занятие. В нём она чувствовала себя самой собой. Училась быть откровенной - прежде всего перед собой. Она дошла до дома, открыла вишнёвую дверь, пнув пару раз потому что иначе ключь не поворачивался, открыла вторую дверь, пихнув при повороте рукчи её плечом, вошла, сбросила сумки, закрыла двери и разулась. Позвонила по заученному номеру, сказала непонятные слова и сняла с охраны квартиру. Она повесила пальто, помыла руки в ванной, сняла порвавшиеся носки, забросила сумку к себе в комнату, переоделась в смешную пижаму и села на диван. Она заплакала. Потом перестала. Совсем одна - подумалось ей. Ну и хорошо - в ту же секунду убедила себя в этом.

Её звали Матильда.

Она жила в пригороде Парижа. В квартире, предназначение которой было совершенно иным, нежели оказалось сейчас. Она была задумана как квартира для них. Как квартира для двоих - чтобы стены эти слышали по утрам запах свежесваренного и разлитого на две чашечки черного кофе, чтобы соседи жаловались на слишком громкие и непристойные звуки по ночам, чтобы окна выходили на восток и эти двое встречали рассвет ворчаньем из своей постели. Но никак не для слёз на диване.

Она согрела сваренные вчера макароны, она села за стол. Она поужинала. Поработала. И легла спать.