1847
Джон Кэмпбелл Гамильтон-Гордон (John Campbell Hamilton Gordon)
7-й граф Абердин и 1-й маркиз Абердин и Темер, британский колониальный деятель. Занимал посты лорда-лейтенанта Ирландии (1886; 1905—1915) и генерал-губернатора Канады (1893—1898). Джон Кэмпбелл Гамильтон-Гордон родился в Эдинбурге, в аристократической шотландской семье. Его дед, 4-й граф Абердин, много лет занимал пост министра иностранных дел Великобритании, а в первой половине 1850-х годов, в первые годы Крымской войны, был премьер-министром. Его жена и три дочери умерли от туберкулёза. Отец Джона Кэмпбелла, 5-й граф Абердин, убеждённый пуританин, умер достаточно молодым, в возрасте 47 лет, возможно, от этой же болезни, из-за чего будущий 7-й граф с юности боялся умереть в столь же раннем возрасте. 5-й граф оставил после себя троих сыновей. Старший брат Джона рано отказался от титула и эмигрировал в США, где стал морским капитаном и утонул в 1870 году; к этому моменту в живых не было и второго брата, в 1868 году не то погибшего в результате несчастного случая, не то покончившего с собой. Джон Кэмпбелл окончил Сент-Эндрюсский университет в Эдинбурге, а затем Оксфордский университет, который окончил со степенью бакалавра искусств в 1871 году, уже нося титул графа Абердина. Вместе с титулом он унаследовал место в Палате лордов, где близко сошёлся с Уильямом Гладстоном — лидером британских либералов. Занимаясь благотворительностью в Восточном Лондоне, он познакомился с Ишбел Марджорибэнкс, дочерью банкира, с которой у него завязались романтические отношения. Абердин взял Ишбел в жёны в 1877 году; в этом браке родились пятеро детей, один из которых умер в младенчестве.
Начало политической карьеры
Общее влияние Гладстона и Ишбел привело к эволюции политических взглядов графа Абердина от умеренного консерватизма к таким позициям, которые позволяли ему заявить, что либерализм — это «христианство в политике». В 1880 году он занял пост лорда-лейтенанта Абердиншира, уже к этому времени бывший практически полностью церемониальным, и оставался на нём вплоть до своей смерти в 1934 году. С 1881 по 1885 год Абердин занимал пост лорда — верховного комиссара Церкви Шотландии, а в начале 1886 года Гладстон назначил его лордом-лейтенантом Ирландии. К этому времени данный пост тоже был во многом декоративным (и как правило сменяемым вместе с очередным правительством), тогда как реальные рычаги управления были в руках у обер-секретаря наместничества. Роль либерального и демократичного по меркам своего времени Абердина, к тому же бывшего убеждённым сторонником гомруля, заключалась в пропаганде идеи духовной, а не только административной связи Англии и Ирландии. Лорд-лейтенант наладил хорошие отношения с лорд-мэром Дублина и произвёл в Ирландии фурор, публично пожав руку бывшему главарю фениев и политзаключённому Майклу Девитту. Важная роль, которую сам Абердин и его жена играли в благотворительных обществах, завоевала им симпатии в народе, хотя ирландские националисты (в частности Артур Гриффит) поздне́е рассматривали благотворительную деятельность лорда-лейтенанта в Ирландии как фарс, учитывая, что его содержание оплачивалось из налогов, собранных с ирландцев. Первое пребывание Абердина на посту лорда-лейтенанта Ирландии оказалось коротким, окончившись вместе с падением кабинета Гладстона уже летом 1886 года. По окончании пребывания в должности лорда-лейтенанта Ирлании граф Абердин был включён в Тайный совет Великобритании и произведён в рыцари Большого креста ордена Святых Михаила и Георгия.
Генерал-губернатор Канады
В 1890 году Абердин посетил с трёхмесячным визитом Канаду и проникся тёплыми чувствами к этой стране. На следующий год он приобрёл в собственность ранчо Голдстрим в долине Оканаган (Британская Колумбия). Площадь имения превышала 13 тысяч акров (более 53 км²), поголовье скота включало 2000 коров, более 60 лошадей и по 70 овец и свиней. По распоряжению нового владельца на участке площадью 100 акров было высажено 25 тысяч яблонь, груш и вишнёвых деревьев и начала работать фабрика по производству джемов, что положило начало коммерческому садоводству в долине Оканаган. Абердины поощряли переезд в долину новых фермеров, продавая небольшие участки земли под фруктовые сады. Одновременно с этим Ишбел Абердин продолжала уделять большое внимание Ирландии, в частности, поощряя развитие малого предпринимательства. Когда в 1892 году в Великобритании был вновь сформирован либеральный кабинет под руководством Гладстона, встал вопрос о повторном назначении графа Абердина лордом-лейтенантом Ирландии, однако против такого шага резко выступил Джон Морли — министр по делам Ирландии, опасавшийся, что сочувственное отношение графа к идеям независимости отпугнёт ирландских протестантов. Вместо этого Абердин был в 1893 году назначен генерал-губернатором Канады, сменив на этом посту лорда Стэнли; это назначение было встречено с большим удовлетворением канадцами как шотландского, так и ирландского происхождения. Вскоре новый генерал-губернатор завоевал популярность и у франкоканадцев, в защиту чьих конституционных прав последовательно выступал. Этой популярности способствовало и то, что, выступая в Квебеке, чередовал в своих речах английский и французский языки, а в Новой Шотландии мог вставлять и реплики на шотландском языке. Хорошие отношения сложились у Абердина с коренными народами Канады, в том числе с вождём черноногих Вороньей Ногой, о мудрости и дальновидности которого он позже с восторгом отзывался в мемуарах. Сам Абердин был избран почётным вождём как у черноногих, так и в Союзе шести племён. За пять лет пребывания графа Абердина на посту генерал-губернатора в Канаде трижды менялся премьер-министр, причём в двух из трёх случаев Абердин играл в процессе смены власти важную роль. После смерти в 1894 году Джона Томпсона ему пришлось выбирать следующего премьер-министра из числа как минимум четырёх претендентов, входивших в правительство. В итоге Абердин остановил свой выбор на Макензи Боуэлле — протестанте, входившем в Оранжевый орден, но только после того, как удостоверился, что эта кандидатура не вызывает отторжения у канадских католиков. В 1896 году, когда на выборах потерпело поражение недолговечное консервативное правительство Чарльза Таппера, Абердин отказался утвердить серию назначений новых сенаторов и судей, предложенных Таппером за короткий промежуток времени между его поражением и формированием нового либерального кабинета Вильфрида Лорье. В результате представитель британской короны был обвинён канадскими консерваторами во вмешательстве в дела самоуправления, но для будущих генерал-губернаторов эти действия стали образцом для подражания. Позже у семейства Абердинов сложились с Лорье не только хорошие профессиональные, но и дружеские отношения, что тоже вызывало негодование у консерваторов, неоднократно бойкотировавших приёмы в резиденции генерал-губернатора, пока этот пост занимал лорд Абердин. Лорд Абердин прилагал усилия к укреплению связей между Великобританией и её доминионами и в 1894 году председательствовал на II Колониальной конференции, проходившей в Оттаве при участии делегатов от Австралии, Новой Зеландии и Южной Африки (помимо собственно Канады и Великобритании). На конференции было принято решение о прокладке Тихоокеанского телеграфного кабеля между Австралией и Канадой, которая завершилась уже после окончания срока полномочий Абердина, в 1902 году. Как и в Великобритании и Ирландии, Абердины продолжали активную благотворительную деятельность в Канаде. Они внесли важный вклад в развитие общественных организаций в Канаде, в том числе местных отделений Национального совета женщин Канады. Генерал-губернатор оказывал поддержку Армии спасения, а его жена основала в Канаде благотворительный Клуб Мэй Корт, а в 1897 году — Викторианский орден сестёр милосердия, существующий до настоящего времени. Она также стала в 1893 году первой председательницей Международного совета женщин. Лорд Абердин поощрял развитие в Канаде спорта и активного досуга. Его семья популяризовала в Оттаве лыжный спорт, а в 1895 году лорд-губернатор пожертвовал Королевской канадской ассоциации гольфа приз, получивший название Кубок Абердина. При нём был построен большой выставочный павильон в Лэнсдаун-парке (Оттава), известный как «Павильон Абердина» и являющийся одним из старейших сохранившихся крытых катков. В 1904 году в здании павильона проходили хоккейные игры на Кубок Стэнли. Помимо павильона, в честь лорда Абердина названы улицы в Торонто, Гамильтоне, Кингстоне и Сарнии.

Лорд и леди Абердин, между 1900 и 1910 годом
Второй срок в должности лорда-лейтенанта Ирландии
Завершив свою деятельность в качестве генерал-губернатора Канады в 1898 году, семью годами позже граф Абердин был вторично назначен лордом-лейтенантом Ирландии после прихода к власти в Англии либерального кабинета Генри Кэмпбелла-Баннермана. На сей раз он оставался на этом посту до 1915 года — самый долгий срок в истории должности с момента принятия Акта об унии 1800 года. В 1906 году он был произведён в рыцари ордена Чертополоха, а в 1911 году — в рыцари Большого креста Королевского Викторианского ордена. Поскольку роль лорда-лейтенанта оставалась преимущественно представительской, основным занятием четы Абердинов в этот период оставалась благотворительность — деятельность, в рамках которой Джона Кэмпбелла совершенно затмевала его жена. В 1914 году националистическая газета «Sinn Féin» язвительно писала, что именно Ишбел Абердин, а не её муж, является истинным лордом-лейтенантом. Ишбел возглавляла антитуберкулёзную кампанию в Ирландии, боролась за женское равноправие как внутри страны, так и на международном уровне, а во время жилищного кризиса 1913—1914 годов активно пропагандировала реформы городского планирования в Дублине и других населённых пунктах страны. Несмотря на активную деятельность на благо простых граждан, лорд Абердин в свою бытность лордом-лейтенантом Ирландии постоянно подвергался жестокой критике. Его критиковали как юнионисты, которых раздражала его поддержка идей гомруля, так и социалисты и радикальные ирландские националисты, рассматривавшие само существование его поста как символ британского империализма, а всю благотворительную деятельность — как ширму, призванную скрыть факт оккупации.
Последние годы жизни
С 1913 по 1916 год граф Абердин был почётным ректором Сент-Эндрюсского университета в Эдинбурге (большую часть этого срока всё ещё выполняя обязанности лорда-лейтенанта Ирландии). Через год после возвращения из Ирландии он получил титул маркиза, став первым в линии маркизов Абердин и Темер. В 1932 году ему было присвоено звание почётного профессора Университетского колледжа в Оксфорде. В 1920 году Абердин передал управление родовым поместьем в Хаддо своему сыну Джорджу и остаток жизни провёл в другом имении — Кромаре, рядом с абердинширской деревней Тарланд. В 1920-е годы как он, так и его жена занимались написанием и изданием мемуаров. Первый маркиз Абердин и Темер умер в Тарланде 7 марта 1934; его супруга пережила его на пять лет, до самой смерти продолжая занимать пост председательницы Международного совета женщин. Награды: Рыцарь Большого креста ордена Святых Михаила и Георгия; Рыцарь Большого креста Королевского Викторианского ордена.
Идеологические взгляды
Благодаря влиянию жены и Уильяма Гладстона лорд Абердин уже в первой половине жизни стал убеждённым либералом. Его взгляды на социальную справедливость для своего времени были достаточно прогрессивными, что выражалось как в поддержке идей ирландского гомруля и развития британских доминионов, так и в активной благотворительной деятельности, в том числе по развитию общественных организаций. Абердины активно пропагандировали техническое и общекультурное образование, в том числе среди своих слуг, организовав клуб, который назвали «Вперёд и выше» (Onward and Upward), а затем национальную ассоциацию и журнал, издававшийся под тем же названием. В то же время либерализм Абердина и его жены был во многом нереалистичным. Их романтические представления о Шотландии (перенесённые впоследствии и на Ирландию) как о стране маленьких деревушек и патриархального христианства не учитывали реальные процессы урбанизации и индустриализации, шедшие в обоих регионах. Такой либерализм современники презрительно называли «капустным» (Kailyard). Вполне вероятно что именно лорд и леди Абердин были выведены под видом персонажей сатирической пьесы Джеймса Барри «Крайтон Великолепный», чьё демонстративное обращение на равных с собственным дворецким переживает удар при попадании на необитаемый остров, где тот становится лидером в борьбе за выживание. Несмотря на либеральные взгляды, последовательный морализм Абердина заставлял его выступать сторонником цензуры; он долгое время был активистом Национальной ассоциации бдительности (англ. National Vigilance Association), выступавшей за цензуру прессы и литературных произведений, а в 1911 году возглавлял кампанию её ирландского аналога по уничтожению «неприличных» газет и журналов. Возможно, что именно влияние лорда-лейтенанта помешало в своё время издательскому дому Монселла выпустить книгу рассказов Джеймса Джойса «Дублинцы». Литература: Patric Maume. Lady Microbe and the Kailyard Viceroy: The Aberdeen Viceroyalty, Welfare Monarchy, and the Politics of Philantropy // The Irish Lord Lieutenancy c. 1541-1922 / Peter Gray, Olwen Purdue (Eds.). — University College Dublin Press, 2012. — ISBN 9781910820971.


1849
Жюль Дежерин (французское имя — Joseph Jules Dejerine)
французский врач-невролог и невропатолог швейцарского происхождения, анатом, педагог, член Французской медицинской академии (1908 г.). Родился в Женеве. Происходил из савойской семьи, его отец был владельцем экипажной фирмы. С 1866 по 1870 год учился в Женевской академии. В период Франко-прусской войны (1870—1871) добровольно работал санитаром в Женевской больнице. 21 марта 1871 года прибыл в Париж, когда там была провозглашена Коммуна, чтобы изучать медицину, был студентом Альфреда Вульпиана; получение образования завершил в 1879 году. В том же году стал заведующим отделением в больнице Сен-Луи, в 1882 году возглавил её. С 1886 года стал профессором-агреже в больнице Бисетра, с 1887 по 1894 год возглавлял в ней клинику нервных болезней; в 1888 году женился на своей студентке Августе, которая стала его близкой соратницей в научных исследованиях до конца жизни. С 1895 года, вместе с женой Августа Дежерин-Клюмпке, работал в парижском госпитале Сальпетриер, возглавляя там Pavillon Jacquart. С 1900 по 1911 год был профессором и заведующим кафедры истории медицины в этом госпитале, с 1907 года возглавил также кафедру внутренней патологии, что не мешало ему продолжать чтение лекций. С 1910 по 1917 год возглавлял кафедру нервных болезней в Парижском университете. Во время Первой мировой войны участвовал активное участие в организации военных госпиталей, что сказалось на его здоровье. В 1916 году у него появились первые признаки уремии. Награды : Кавалер ордена Почётного легиона. Скончался в Париже 26 февраля 1917 года.

Похоронен на кладбище Пер-Лашез рядом с супругой.
Научная деятельность
Большая часть научных исследований Дежерина была посвящена клинической неврологии и анатомии нервной системы, а также афазии, введя понятие «чистой моторной афазии». Совместно с Г. Русси он описал характерные для поражения зрительного бугра расстройства, получившего название в честь учёных, совместно с Л.Ландузи — особый тип прогрессивной мышечной дистрофии, который до того не был исследован и получил название мышечной дистрофии Ландузи — Дежерина. Выделил (совместно с Ж.Сотта) в особую нозологическую форму гипертрофический прогрессирующий интерстициальный неврит детского возраста, который в честь учёных получил название болезни Дежерина — Сотта. В 1882 году установил локализацию поражения при так называемой словесной слепоте, получившую название центр Дежерина. Оставил подробное описание плече-лопаточно-лицевой миопатии, опубликовал в общей сложности более 100 работ по патологии спинного мозга и полосатых мышц. С 1908 года — член Медицинской академии в Париже. За свои труды был награждён орденом Почётного легиона.

Супруги Дежерин за работой
Семья: Августа Дежерин-Клюмпке (1859 — 1927) — жена, французский врач-невролог американского происхождения, в честь которой назван паралич нижних отделов плечевого сплетения вследствие поражения корешков нервов С8 и Т1, известный как синдром Дежерин-Клюмпке; Ивонна — дочь, стала врачом, вышла замуж за профессора Этьена Сорреля и посвятила себя лечению костного туберкулёза в больнице города Берк. Сочинения: Anatomie des centres nerveux, t. 1-2, Р., 1895-1901; émiologie des affections du système nerveux, ., 1914; в русском переводе - Наследственность и болезни нервной системы, Москва, 1887; Функциональные проявления психоневрозов, их лечение психотерапиею, Москва, 1912. Библиография: Gauckler E. Le Professeur J. Dejerine. 1922, Paris, Masson. Литература: Les Manifestations functionelles des psychonevroses, leur tratement par la psychotherapie, P., 1911 (совместно с Gauckler E.), в русском переводе Функциональные проявления психоневрозов и их лечение психотерапией, Москва, 1912; Semiologie des affections du systeme nerveux. P., 1914; Traite des Meladies de la Moelle Epiniere (совместно с Thomas A.); Anatomie du Systeme Nerveux (совместно с Dejerine A.); J.J.Déjerine, "Journal of the Americaп Medical Association", 1969, v. 207, №2.

[380x700]
1850
Мария Ружичка-Строцци (Marija Ružička Strozzi)
хорватская актриса. Родилась в городе Литовель, ныне Чехия. Училась у актера И.Фрейденрейха. В 1868 г. дебютировала в Загребе в Народном театре (приобрела славу «славянской Сары Бернар»). В ее репертуаре были трагедийные роли: Якуба, Федра («Андромаха», «Федра» Расина), Мать («Мать Юговичей» Войновича) и др. Выступала в ролях Анны Карениной («Анна Каренина» по Л.Н.Толстому), Мары Бенеша («Дубровицкая трилогия» Войновича), фру Альвинг («Приведения» Ибсена) и др. Была актрисой высокой сценической культуры. Умерла в Загребе 28 сентября 1937 года. Литература: Hrvatsko narodno kazalište, Zagreb, 1960, s. 258; Gavella В., Hrvatsko glumište, в книге: Pet stoljećca hrvatske književnosti, Zagreb, 1971, страница 329.

[568x700]
1851
Николай Иудович Иванов (дореформенное имя — Николай Іудовичъ Ивановъ)
русский военный деятель, генерал-адъютант (1907), генерал от артиллерии (с 13 апреля 1908). Согласно официальным данным, происходил из потомственных дворян Калужской губернии, сын штабс-капитана (выслужившегося из солдат сверхсрочной службы). По другим сведениям, сын офицера из кантонистов. По некоторым данным, сын ссыльнокаторжного. Окончил 2-ю Петербургскую военную гимназию, Павловский кадетский корпус и Михайловское артиллерийское училище (1869). Служил в 3-й гвардейской и гренадерской артиллерийской бригаде. Участник русско-турецкой войны 1877—1878 годов. Был инструктором румынской армии, затем состоял при Э.И.Тотлебене. С 9 августа 1884 года — командир 2-й батареи лейб-гвардии 2-й артиллерийской бригады. С 1888 года заведовал мобилизационной частью ГАУ. С 23 апреля 1890 года командовал Кронштадтской крепостной артиллерией. С 26 декабря 1899 года состоял для особых поручений при генерале-фельдцейхмейстере великом князе Михаиле Николаевиче.
Русско-японская война
Во время русско-японской войны 1904—1905 с 5 мая 1904 года состоял в распоряжении командующего Маньчжурской армией. После гибели графа Ф.Э.Келлера, с 31 июля 1904 года командовал Восточным отрядом, впоследствии преобразованным в 3-й Сибирский армейский корпус. Командовал корпусом при отступлении к Ляояну. Во время боёв на реке Шахе получил задачу обойти левый фланг японской армии и отбросить её к Корее, но в результате сильного сопротивления японцев вынужден был отступить. Зато ещё раз продемонстрировал свои успехи в обороне в битве при Мукдене, удерживая позиции до последнего и отступив, лишь получив приказ. За боевые отличия в войне был награждён орденом Святого Георгия IV и III степеней и золотым оружием, украшенным бриллиантами. После окончания военных действий — начальник тыла Маньчжурских армий. 1 января1906 — 19 ноября 1907 года — командир 1-го армейского корпуса (Петербургский военный округ). С 3 мая 1907 года — главный начальник Кронштадта и одновременно с 19 ноября 1907 года временный Кронштадтский генерал-губернатор. Принял решительные действия к пресечению беспорядков во вверенных ему частях. Член Совета Государственной Обороны. Генерал-адъютант (1907). Генерал от артиллерии (старшинство 26 апреля 1908 года). С 15 декабря 1908 года командующий войсками Киевского военного округа.

Портрет Иванова. Рисунок по фотографии во французском журнале.
Первая мировая война
Во время Первой мировой войны 1 августа 1914 — 30 марта 1916 года — главнокомандующий армиями Юго-Западного Фронта. Под его командованием в августе-сентябре 1914 года русские войска одержали крупную победу в Галицийской битве, австро-венгерская армия потеряла 400 тысяч человек, в том числе 100 тысяч пленными, потери же русских войск составили 230 тысяч. Русские войска заняли всю Галицию. За успехи фронта был награждён орденом Святого Георгия II степени и орденом Святого Владимира I степени с мечами. В начале Варшавско-Ивангородской операции командовал всеми русским войсками, участвовавшими в ней, но 13 октября передал Варшавское направление (2-я и 5-я армии) в состав Северо-Западного фронта генерала Н.В.Рузского. В ноябре провёл Краковскую операцию, которая развивалась успешно, но приказ об отступлении, отданный генералом Рузским, сорвал наметившийся успех. В декабре войска Иванова — 3-я, 4-я, 8-я и 9-я армии в боях в Галиции и на Карпатских перевалах захватили 50 тысяч пленных. В январе 1915 года предложил Ставке начать вторжение в Венгрию и получил одобрение, но начавшееся наступление противника сорвало операцию. Весной в ходе т. н. 3-й Карпатской битвы 3-я, 8-я и 9-я армии под общим руководством Иванова разбили австро-венгерские 2-ю и 3-ю армии, взяв в плен 70 тысяч человек, при общем количестве потерь противника в 800 тысяч и при потерях русских до 1,2 млн. 10 апреля Иванов ввиду таких огромных потерь отдал приказ о остановке наступления. В ходе начавшегося 2 мая Горлицкого наступления германских и австро-венгерских войск русские войска понесли огромные (до 500 тысяч человек и 350 орудий) потери и вынуждены были оставить Галицию. В ходе Горлицкой операции неоднократно показывал примеры неудовлетворительного руководства войсками и неумение вовремя оценить создавшееся положение и принять верное решение — в частности не принял никаких мер по усилению 3-й армии, против которой наносился немцами главный удар, несмотря на неоднократные просьбы её командующего — генерала Радко-Дмитриева. В ходе кампании 1915 года проявил пассивность и постоянно отказывался вести своими войсками наступательные операции. Во второй половине июня 1915 года на посту главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта «дал распоряжение главному начальнику Киевского военного округа взять из числа немцев-колонистов заложников, большей частью учителей и пасторов, заключив их до конца войны в тюрьмы (соотношение: 1 заложник на 1000 человек населения). Также предписывалось реквизировать у населения колоний всё продовольствие, оставив лишь небольшую часть до нового урожая, а в места компактного проживания немцев поселить беженцев. За отказ выполнить это распоряжение заложникам угрожала смертная казнь. Это редчайший в истории пример, когда заложников брали из числа собственного населения». В конце 1915 года предпринял наступление на Стрыпе силами 11-й армии, но операция не была успешной. В марте 1916 года был заменён на посту командующего фронтом генералом А.А.Брусиловым, назначен членом Государственного совета и переведён в Ставку, где состоял генерал-адъютантом при Особе Его Императорского Величества. Брусилов вспоминал, что когда приехал принимать должность, генерал Иванов «расплакался навзрыд и говорил, что не может понять, почему он смещён». Брусилов предполагал, что смещение произошло из-за пассивности Иванова, считавшего, что его фронт не в состоянии наступать. Иванов, по-видимому, за свою преданность императору Николаю II пользовался полным доверием и любовью Александры Фёдоровны и Григория Распутина. После назначения генерала М.В.Алексеева начальником штаба Верховного главнокомандующего императрица в письме мужу советовала при отъездах из Ставки не оставлять Алексеева единственным ответственным лицом и вызвать в помощь ему Иванова: «Ты будешь покойнее, и Алексеев не будет нести один всей ответственности». Дальнейшая переписка показывает, что речь шла о том, чтобы Иванов контролировал действия Алексеева, которому императрица не доверяла. В свою очередь, Николай II также очень благосклонно относился к Иванову. 6 февраля 1915 года он писал Александре Фёдоровне: «Очень рад увидеться со стариком Ивановым. К счастью, он ворчал менее обыкновенного. Он просил тебя прислать ему твою новую фотографию; пожалуйста, сделай это — это успокоит славного старика». С сентября 1915 года императрица в письмах оказывала систематическое давление на Николая II с целью добиться вызова Иванова с фронта — в Ставку либо на пост военного министра. Лишь в марте 1916 года император принял компромиссное решение — Иванов был вызван в Ставку для прикомандирования к особе императора. Впоследствии, когда осенью 1916 года Александра Федоровна в своих письмах начала кампанию против Алексеева, к этой кампании «приложил руку» и генерал Иванов, который извещал царицу о положении в Ставке и доносил на Алексеева.

Николай Иудович Иванов
Февральская революция 1917 года
12 марта рано утром началось вооружённое восстание части Петроградского гарнизона. Начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал Алексеев для восстановления спокойствия в Петрограде предложил направить туда сводный отряд во главе с начальником, наделённым чрезвычайными полномочиями. Император распорядился выделить по одной бригаде пехоты и по бригаде кавалерии от Северного и Западного фронтов, назначив начальником генерал-адъютанта Иванова. Николай II приказал ему направиться во главе Георгиевского батальона в Царское Село для обеспечения безопасности императорской фамилии, а затем, в качестве командующего Петроградским военным округом, взять на себя командование войсками, которые предполагалось перебросить для него с фронта. При этом в первый день восстания речь в Ставке шла лишь об усилении Петроградского гарнизона «прочными полками» с фронта. Позднее, когда остатки верных правительству подразделений гарнизона капитулировали, началась подготовка военной операции против столицы в целом. Генерал Алексеев приказал начальнику штаба Северного фронта генералу Ю.Н.Данилову отправить в распоряжение генерал-адъютанта Иванова два кавалерийских и два пехотных полка, усиленных пулемётной командой. Такой же второй отряд должен был выделить Западный фронт: «Государь Император повелел генерал-адъютанта Иванова назначить Главнокомандующим Петроградским Военным округом. В его распоряжение с возможной поспешностью отправить от войск Северного фронта в Петроград два кавалерийских полка, по возможности из находящихся в резерве 15-й кавалерийской дивизии, два пехотных полка из самых прочных, надёжных, одну пулемётную команду Кольта для Георгиевского батальона, который едет из Ставки. Нужно назначить прочных генералов, так как, по-видимому, генерал Хабалов растерялся, и в распоряжение генерала Иванова нужно дать надёжных, распорядительных и смелых помощников. […] Такой же силы наряд последует с Западного фронта…» — Красный архив. — Москва—Петроград, 1927. — Том 1(20). Западный фронт сообщил генералу Алексееву о подготовке к отправке в течение 13 марта —15 марта 34-го Севского и 36-го Орловского пехотных полков, 2-го гусарского Павлоградского и 2-го Донского казачьего полков; Северный фронт выделил 67-й и 68-й пехотные полки, 15-й уланский Татарский и 3-й Уральский казачий полки. В телеграмме начальника штаба Северного фронта генерала Данилова сообщалось, что головные полки группы Северного фронта должны прибыть в Петроград около 5 часов утра 14 марта. Части Западного фронта вышли на погрузку 13 марта. Пехота грузилась на станции Синевка, кавалерия — в Минске. В справке Ставки по поводу войск, командируемых в распоряжение генерала Иванова, указывалось, что кавалерия Западного фронта должна прибыть в Петроград через 60-65 часов, а пехота — через 75—80 часов. При самых благоприятных обстоятельствах «ударный кулак» под Петроградом мог быть собран не ранее 16 марта. В действительности, даже продвижение войск Северного фронта было сорвано необходимостью пропустить царские поезда. В итоге к 15 марта в досягаемости генерала Иванова был только 67-й Тарутинский пехотный полк, но и к нему Георгиевскому батальону так и не удалось прорваться. Чётких инструкций от Верховного главнокомандующего генерал не получил. Хотя для всех в Ставке было очевидно, что порядок в столице может быть восстановлен только с помощью надёжных воинских частей, но выделенные силы были ограничены — рассчитывали в основном на то, что несколько дисциплинированных и надёжных частей произведут в столице нужный психологический эффект, не проливая лишней крови и не прибегая к настоящим военным действиям. Первый эшелон Георгиевского батальона и рота Собственного Его Императорского Величества полка отбыли из Могилёва в 10:15 13 марта. Сам генерал-адъютант Иванов выехал позднее и нагнал эшелон в Орше. Следствие чрезвычайной комиссии Временного правительства впоследствии установило, что во время движения Георгиевского батальона на Петроград Иванов никакой разъяснительной работы не вёл и о цели экспедиции ни офицерский состав, ни рядовые оповещены не были. Царского Села отряд достиг со значительным опозданием, но без особых инцидентов. Рано утром 14 марта он прибыл на станцию Дно. Здесь, получив сообщение о том, что к станции вскоре должны подойти императорские поезда, он решил навести порядок по пути следования. Об этом же ходатайствовало перед ним местное военное начальство. Генерал лично стал обходить стоявшие на путях поезда. Ряд подозрительных лиц были им арестованы и заключены под стражу в поезд генерала, при этом у солдат было отобрано до 100 единиц оружия, принадлежавшего офицерам. В 6 часов вечера Иванов со своим отрядом прибыл на станцию Вырица. Здесь он остановился и отдал приказ: «Высочайшим повелением от 13-го марта сего года я назначен главнокомандующим Петроградским военным округом. Прибыв сего числа в район округа, я вступил в командование его войсками во всех отношениях. Объявляю о сём войскам, всем без изъятия военным, гражданским и духовным властям, установлениям, учреждениям, заведениям и всему населению, находящемуся в пределах округа. Генерал-адъютант Иванов». Добравшись далее до Царского Села, Иванов встретился с командованием гарнизона и узнал, что Тарутинский полк, выделенный в его распоряжение Северным фронтом, уже прибыл на станцию Александровская Варшавской железной дороги. В целом, однако, попытка создать в районе Царского Села мощную группировку войск сорвалась. Выделенные войска растянулись в эшелонах между Двинском, Полоцком и Лугой. Некоторые пехотные части, отправленные с Северного фронта в Петроград в распоряжение генерала Иванова, были остановлены и разоружены в Луге местным революционным комитетом. Далее Иванов направился во дворец, где императрица приняла его среди ночи. Александра Фёдоровна желала узнать, где находится её муж, потому что по телефону не могла получить этих сведений. Именно там Иванов ознакомился с телеграммой Алексеева, в которой ему предлагалось «изменить тактику» ввиду предполагаемого восстановления порядка и законности в столице. За сутки до этого, в ночь с 13 марта на 14 марта, Алексеев направил генерал-адъютанту Иванову телеграмму, копия которой позднее была также направлена командующим фронтами для информирования их о положении в столице. По выражению Г.М.Каткова, «вечером 13 марта Алексеев перестал быть по отношению к царю послушным исполнителем и взял на себя роль посредника между монархом и его бунтующим парламентом». Как впоследствии станет ясно из проекта манифеста, подготовленного в Ставке и посланного на подпись императору в Псков вечером 14 марта, в Ставке предполагали, что председателю Государственной думы Родзянко может быть поручено сформировать правительство, ответственное перед Думой. Рассчитывая, что план этот удастся, Алексеев, естественно, не хотел ускорять движение фронтовых частей к Петрограду. За 5—6 дней, необходимых для сосредоточения нужного количества войск под Петроградом, политические события легко могли опередить всякие приготовления и вооружённое подавление восстания в Петрограде и Москве легко могло стать первым эпизодом гражданской войны. Во избежание всего этого Алексеев, под влиянием Родзянко, приложил все усилия к тому, чтобы предупредить столкновение между Георгиевским батальоном генерала Иванова и петроградским гарнизоном. Если предыдущие сообщения о событиях в Петрограде, которые Алексеев направлял главнокомандующим фронтами, довольно точно отражали хаос и анархию в столице, то в этой телеграмме, направленной генералу Иванову, Алексеев рисовал совершенно другую картину. Он указывал, что, по сведениям, поступившим к нему по частным каналам, события в Петрограде успокоились, что войска, «примкнув к Временному правительству в полном составе, приводятся в порядок», что Временное правительство «под председательством Родзянки» «пригласило командиров воинских частей для получения приказаний по поддержанию порядка», а «Воззвание к населению, выпущенное Временным Правительством, говорит о незыблемости монархического начала России, о необходимости новых оснований для выбора и назначения правительства… <в Петрограде> ждут с нетерпением приезда Его Величества, чтобы представить ему всё изложенное и просьбу принять это пожелание народа». «Если эти сведения верны, — указывалось далее в телеграмме, — то изменяются способы ваших действий, переговоры приведут к умиротворению, дабы избежать позорной междоусобицы, столь желанной нашему врагу». Алексеев просил Иванова передать императору, прямой связи с которым у Алексеева не было, содержание этой телеграммы и убеждение самого Алексеева, что «дело можно привести мирно к хорошему концу, который укрепит Россию». По мнению Каткова, телеграмма Алексеева явно имела целью приостановить какие бы то ни было решительные действия по вооружённому подавлению мятежа, которые мог бы предпринять генерал Иванов. Уже после полуночи Иванов по просьбе Александры Фёдоровны встретился с нею. От императрицы генерал получил приказ отвести войска в Вырицу, чтобы избежать столкновения Георгиевского батальона с частями революционного гарнизона. Георгиевский батальон даже не покинул свой эшелон — по версии генерала Лукомского, начальник гарнизона и комендант Царского Села ранее убедили Иванова, что они смогут поддержать порядок в городе, а если батальон высадится, то произойдёт вооружённое столкновение, в котором может пострадать царская семья. Аналогичные указания генерал получал и из Петрограда. В.Н.Воейков вспоминал, что полковник генерального штаба В.Н.Доманевский был специально командирован начальником генерального штаба М.И.Занкевичем в Вырицу, где передал Иванову информацию о ситуации в столице. Сам Занкевич настаивал на соглашении с Временным правительством, так как в противном случае могли одержать верх радикально настроенные элементы. В три часа ночи с 14 на 15 марта поезд Иванова покинул Царское Село. В ночь с 14 на 15 марта генерал Иванов получил телеграмму от Николая II, которую тот отправил после своих переговоров с командующим Северным фронтом генералом Рузским, действовавшим на основании договорённостей с председателем Государственной думы Родзянко: «Царское Село. Надеюсь, прибыли благополучно. Прошу до моего приезда и доклада мне никаких мер не предпринимать. Николай. 15 марта 1917 г. 0 часов 20 минут». 15 марта генерал Иванов со своим эшелоном направился на станцию Александровскую, где находился выделенный в его распоряжение Тарутинский полк, но доехал лишь до станции Сусанино, где его эшелон загнали в тупик, а ему вручили телеграмму от комиссара Временного комитета Государственной думы А.А.Бубликова следующего содержания: «По поручению Временного комитета Государственной думы предупреждаю вас, что вы навлекаете на себя этим тяжелую ответственность. Советую вам не двигаться из Вырицы, ибо, по имеющимся у меня сведениям, народными войсками ваш полк будет обстрелян артиллерийским огнём». Далее Иванову было объявлено, что его действия могут помешать императору вернуться в Царское село: «Ваше настойчивое желание ехать дальше ставит непреодолимое препятствие для выполнения желания его величества немедленно следовать Царское Село. Убедительнейше прошу остаться Сусанино или вернуться Вырицу». Генерал был вынужден подчиниться. В 21:40 генерал Рузский от имени Николая II известил генерала телеграммой о том, что он снят с должности командующего Петроградским военным округом. Тогда же было приказано вернуть на фронт те части, которые были направлены на Петроград для подавления восстания. 15 марта Николай II отрекся от престола. 16 марта Иванов отправился назад в Могилёв. Из Могилёва генерал Иванов выехал в Киев, где был арестован по постановлению местного Совета рабочих депутатов и препровождён в Петроград в Таврический дворец. Там он был взят на поруки самим Керенским, освобождён и уехал в Новочеркасск.
Гражданская война в России
После Октябрьской революции присоединился к Белому движению на Юге России. В октябре 1918 года согласился на предложение П.Н.Краснова принять командование Южной армией. Осенью 1918 года она насчитывала более 20 тысяч военнослужащих, из которых на фронте находилось около 3 тысяч. Части армии, действовавшие на воронежском и царицынском направлении, понесли большие потери. В феврале-марте 1919 года они были переформированы и вошли в состав 6-й пехотной дивизии ВСЮР. Умер в Новочеркасске от тифа 27 января 1919 года «29 января 1919 года в Новочеркасске После непродолжительной, но тяжелой болезни (от тифа) в Новочеркасске скончался бывший главнокомандующий Южной армией генерал от артиллерии Николай Иудович Иванов. Погребение назначено на 31 января».
Воспоминания современников
«Главнокомандующим Юго-Западного фронта стал генерал Н.И.Иванов. Обязанный своей карьерой ряду случайных обстоятельств, в том числе подавлению Кронштадского восстания, он — человек мирный и скромный — не обладал большими стратегическими познаниями и интересовался больше хозяйственной жизнью округа. Но начальником штаба дан был ему генерал М.В.Алексеев — большой авторитет в стратегии и главный участник предварительной разработки плана войны на австрийском фронте. Впоследствии, после галицийских побед, имя ген. Иванова пользовалось большой популярностью и в русском обществе, и у союзников. И тогда — в большой прессе, и потом — на страницах военно-научных трудов приводились соображения и распоряжения ген. Иванова, двигавшие десятки корпусов к победе. В этих распоряжениях он был весьма мало повинен, ибо фактически водителем армий был генерал Алексеев.» — генерал А.И.Деникин. Путь русского офицера. — Вагриус, 2007. — Страница 220. Воинские чины и звания: В службу вступил (26 сентября 1866); Подпрапорщик (24 июля 1869); Прапорщик (17 декабря 1870); Подпоручик (21 января 1871); Поручик (20 апреля 1873); Штабс-капитан (8 апреля 1877); Флигель-адъютант (18 мая 1889); Капитан за боевое отличие (7 сентября1877); Полковник (11 сентября 1884); Генерал-майор (11 сентября 1894); Генерал-лейтенант (19 декабря 1901); Генерал-адъютант (1907); Генерал от артиллерии (26 августа 1908). Награды: Орден Святого Станислава III степени (1874); Орден Святого Владимира 4 ст. с мечами и бантом (1878); Орден Святого Станислава II степени с мечами (1878); Орден Святой Анны II степени с мечами (1879); Орден Святого Владимира III степени (1885); Орден Святого Станислава I степени (1896) Орден Святой Анны I степени (1902); Золотая сабля «За храбрость» с бриллиантами (1905); Орден Святого Георгия IV степени (14 ноября 1905); Золотая сабля «За храбрость» (1906); Орден Святого Георгия III степени (10 марта 1907); Орден Святого Владимира II степени (1907); Орден Белого Орла (1911); Орден Святого Александра Невского (1913); мечи к ордену Святого Александра Невского (дополнение к Высочайшему приказу 12 сентября 1914); Орден Святого Георгия II степени. (7 октября 1914, Высочайший приказ 17 октября 1914); Орден Святого Владимира I степени с мечами (14 января 1915); бриллиантовые знаки ордена Святого Александра Невского с мечами (дополнение к Высочайшему приказу 25 апреля 1915); Румынский крест «За переход через Дунай»; Французский орден Почётного легиона офицерский крест (1892); Французский орден Почётного легиона командорский крест (1898); Румынский орден Короны большой крест (1899); Французский орден Почётного легиона большой офицерский крест (1915); Британский орден Святых Михаила и Георгия большой крест (1915). Литература: Колпакиди А., Север А. Спецназ ГРУ. — Москва: Яуза, Эксмо, 2008. — Страницы 76—78. — 864 страниц — ISBN 978-5-699-28983-7.


1851
Джордж Фрэнсис Фицджеральд (George Francis Fitzgerald)
ирландский физик, член Лондонского королевского общества (с 1883). Джордж Френсис Фицджеральд родился в городе Дублине, учился там же в Тринити-колледже. Окончил курс университета в 1874 году и в 1881 году назначен был профессором физики в университет в Дублине. С 1892 по 1893 год президент Лондонского Общества Физиков. Последователь Максвелла, разрабатывал теорию электрических и магнитных явлений. Публикации по вопросам электромагнетизма — в «Transactions of the Royal Society» и «Transactions of the Dublin Society». Работы по изучению электромагнитных волн, электролиза, магнитооптического эффекта Керра, колебательного разряда конденсатора, рассеяния рентгеновских лучей. В 1883 г. получил выражение для энергии, излучаемой диполем. Для объяснения отрицательного результата опыта Майкельсона — Морли в 1892 году выдвинул независимо от X.Лоренца гипотезу о сокращении размеров движущихся тел в направлении движения (сокращение Лоренца — Фитцджеральда). В 1899 году учёный был награждён Королевской медалью Лондонского королевского общества. Джордж Френсис Фицджеральд умер в родном городе 22 февраля 1901 года. Память: В 1970 г. Международный астрономический союз присвоил имя Джорджа Фицджеральда кратеру на обратной стороне Луны. Литература: Храмов Ю.А. Фитцджеральд Джордж Фрэнсис (Fitzgerald George Francis) // Физики: Биографический справочник / Под редакцией А.И.Ахиезера. — Издание 2-е, исправленноеи дополненное — Москва: Наука, 1983. — Страница 278. — 400 страниц — 200 000 экземпляров (в переплёте)


1852
Николай Дмитриевич Чаплин
русский судебный деятель, сенатор (1905), управляющий Межевой частью на правах товарища министра юстиции в 1905—1917 гг. Православный. Из потомственных дворян Тверской губернии. В 1872 году окончил Императорское училище правоведения и поступил на службу по Министерству юстиции, был назначен кандидатом на судебные должности при прокуроре Казанской судебной палаты. С мая 1873 по ноябрь 1874 года исполнял должность судебного следователя различных участков округа Казанского окружного суда, а в 1874 году назначен был товарищем прокурора Вятского окружного суда. Затем последовательно занимал должности: товарища прокурора Петроковского и Санкт-Петербургского окружных судов, прокурора Радомского, Варшавского и Петербургского окружных судов, председателя Петербургского окружного суда, члена консультации при Министерстве юстиции и исполняющего обязанности вице-директора 2-го департамента Министерства юстиции, затем 1-го департамента, временно исполняющего должность директора 1-го департамента и, наконец, директора 2-го департамента. Чины: действительный статский советник (1892), тайный советник (1903), действительный тайный советник (1916). За время службы принимал участие во многих совещаниях и комиссиях в качестве представителя министерства юстиции, среди которых: по введению в России календаря по новому стилю, о порядке введения всеобщего обучения в империи, о поземельном устройстве крестьян и инородцев сибирских губерний. 6 мая 1905 года был назначен сенатором и управляющим Межевой частью министерства юстиции на правах товарища министра. Был членом высшей комиссии для всестороннего исследования железнодорожного дела в России, председателем юридической подкомиссии и заместителем министра юстиции в Комитете по заселению Дальнего Востока. В 1908—1911 годах, по Высочайшему повелению, производил поверку постановки технического надзора за межевыми работами во всех губерниях, где были созданы землеустроительные комиссии.

Александра Чаплина, жена
Кроме того, состоял товарищем председателя Комитета правоведской кассы, почетным мировым судьей Слонимского округа, почетным членом Императорского Московского археологического института, а также членом комитета великой княжны Татьяны Николаевны. Судьба после революции 1917 года неизвестна. Семья: До 1909 года был женат на дочери тайного советника Софии Петровне Севастьяновой. Их дети: Николай (1876—1937), воспитанник Училища правоведения (1896), вице-директор 1-го департамента Министерства юстиции; действительный статский советник, камергер. В эмиграции в Югославии; Дмитрий (1880—1899). Вторая жена Александра Александровна фон Галлер, в первом браке Баралевская. Награды: Орден Святого Станислава I степени (1897); Орден Святой Анны I степени (1901); Орден Святого Владимира II степени. (1905); Высочайшая благодарность (1906); Орден Белого Орла (1909); Орден Святого Александра Невского (1913); Высочайшая благодарность (1913); Медаль «В память царствования императора Александра III»; Медаль «В память 300-летия царствования дома Романовых»; Знак отличия «за труды по землеустройству»; прусский орден Короны II степени (1897); болгарский орден «За гражданские заслуги» I степени (1903); французский орден Почетного легиона, офицерский крест (1903). Источники: Список гражданским чинам первых трех классов. Исправлен по 1 сентября 1914 года. — Петроград, 1914. — Страница 229; Правительствующий Сенат. Санкт-Петербург. Типо-литография Санкт-Петербургской Одиночной Тюрьмы. 1912. Страница 64; Мурзанов Н.А. Словарь русских сенаторов, 1711—1917 гг. — Санкт-Петербург., 2011. — Страница 468; Н.Л.Пашенный Императорское Училище Правоведения и Правоведы в годы мира, войны и смуты. — Мадрид, 1967.


1853
Мария Катарина Вийк (шведское имя — Maria Catharina Wiik)
финская художница. Родилась в Гельсингфорсе, в Великом княжестве Финляндском, в обеспеченной семье. Была дочерью Жана Вийка. Изучала искусство в 1874–1875 годах в Хельсинкской школе рисования. В 1875 году она продолжила изучать искусство в Париже у Тони Робера-Флёри в Академии Жюлиана, одной из немногих частных школ, принимающих женщин в то время. С 1875 года и по 1880 год она стала заместителем учителя в Хельсинкской школе рисования. Ее ранние картины, выставленные в Парижском салоне в 1880 году, были портретами. В 1881 году она написала серию небольших картин с более психологической атмосферой. В 1889 году в Великобритании познакомилась с финской художницей Хеленой Шерфбек, которая оказала сильное влияние на формирование её творческой манеры. Вместе с Хеленой весной 1889 года она вернулась в Париж, чтобы работать вместе с Пюви де Шаванном. Последнее десятилетие жизни было омрачено болезнью глаз, что сказалось и на творчестве. Скончалась в Хельсинки 19 июня 1928 года.
Творчество
Большинство картин художницы имеют миниатюрный формат и только полотно «Осознала» (другое название «Нечистая совесть») — большое полотно.

Karstaava tyttö 1883. 114x131 см

Snappertunan tyttö. 47,5 x 37 см

Hilja Tukiainen 1884

Maailmalle
Литература: Katerma, Pia: Maria Wiik. (Väitöskirja.) Helsingin yliopisto, 1954; Konttinen, Riitta: Maria Wiik. Otava, 2000. ISBN 951-1-16543-7.


1854
Иоганна Амброзиус (немецкое имя — Johanna Ambrosius)
немецкая народная поэтесса, автор первой «Песни Восточной Пруссии». Иоганна Амброзиус родилась в посёлке Тишкен в округе Тильзит-Рагнит (ныне посёлок Красное Село Неманского района Калининградской области), в семье высококвалифицированного рабочего. Она была второй из 14 детей в семье. Росла в очень скудных условиях. Деревенскую школу в Lengwethen (ныне посёлок Лунино) Иоганна посещала только до 11-летнего возраста, бросив учёбу из-за болезни матери. В дальнейшем занималась самообразованием. Иоганна работала в поле и в мастерских. Позже она вспоминала, что ей приходилось часто плакать от тоски по нормальной учёбе. Отец Иоганны сам много читал и разрешал детям читать его книги, но только после полностью сделанной работы. Долго эти книги и были её единственной литературой. Она познакомилась с немецкой классикой только после того, как появилось её собственное собрание стихотворений. Иоганна сочеталась браком, когда ей не было и 17 лет с крестьянским сыном Фридрихом Фоигтом. Получив небольшое наследство, молодые супруги приобрели домик в селе Groß Wersmeningken (рядом с нынешним посёлком Маломожайское). Сестра Марта, которая была убеждена в таланте Иоганны, тайком пересылала её первые стихотворения в литературный журнал, где они были опубликованы. В конце 1894 новая удача: Карл Вайсс-Шраттенталь, профессор литературы из Братиславы, занимавшийся поиском талантливой молодёжи, содействовал Иоганне. Благодаря ему в 1894 году вышло первое собрание стихотворений Иоганны тиражом в 50 тысяч экземпляров (книга вышла под девичьей фамилией поэтессы). Следующая книга была напечатана в 1897 году бо́льшим тиражом и выдержала несколько переизданий. Вскоре Иоганна Амброзиус познакомилась с известными писателями своего времени, включая Германа Судермана , Герхарта Гауптмана , Германа Гримма , Бруно Вилле и Генриха Харта. Книги Иоганны имели успех как в Германии, так и за рубежом (были переведены на английский и французский языки). Многие её стихотворения стали текстами песен. Самое известное переложение на музыку — это первая «Песня Восточной Пруссии»: «Мы поём дружно, разве не прекрасна наша приветливая родина…». Выходцы из Восточной Пруссии и сейчас вспоминают, что пели эту песню на уроках в школе. Грипп расшатал здоровье поэтессы, но даже испытывая большие боли, она продолжала работать в своём крестьянском хозяйстве. Кроме Восточной Пруссии, она ещё ничего не видела в мире, и первая поездка в Берлин стала прекрасным переживанием. Там она была принята наследной принцессой, которая щедро наградила поэтессу. Но вопреки успеху Иоганна оставалась скромной женщиной и никогда не стремилась к славе и чествованиям. Работая в поле и на ферме, она продолжала писать стихи. После смерти мужа Иоганна переехала в Кёнигсберг к своему сыну, где умерла 27 февраля 1939 года. Сочинения: «Ach, hätt' ich früher dich gesehn»; «Du»; «Ach, bindet mir die Hände doch»; «Dein Kuß»; «Mainacht»; «Mein treu Herzlieb»; «Warum ich weine»; «So geht’s»,; «Du hast zu mir gehalten»; «Vor Gericht»; «Dereinst»; «Frühlingsgedicht»; «O lieb' auch du», «Wein' nicht, ich bin dir gut», «Vorüber»; «Dein Bild»; «Enttäuscht», «Für Dich»; «Ich habe geliebt», «Frage»; «An meine Rose»; «Mein Herz»; «Mich friert»… Память: В старинном немецком особняке (улица Комсомольская, прежде Луизеналлее, дом 3) расположен калининградский Детско-юношеский центр. В довоенное время в этом здании находилась школа, которая носила имя Иоганны Амброзиус. Сейчас на здании установлена мемориальная доска, посвящённая Иоганне; В Германии десятки школ, музеи, объекты культуры носят имя Иоганны Амброзиус; В городе Немане Калининградской области в «Доме дружбы» ежегодно проводятся творческие дни памяти народной поэтессы Иоганны Амброзиус, на которые приезжают десятки зарубежных гостей.


1856
Альфред Дикин (Alfred Deakin)
австралийский журналист и политик, второй премьер-министр страны. Альфред Дикин родился в Коллингвуде, пригороде Мельбурна. Он являлся младшим ребёнком в семье Уильяма Дикина из Англии и Сары Билл из Уэльса. Его родители покинули Великобританию в декабре 1849 года и после многочисленных разъездов в 1853 году обосновались в Коллингвуде. Дикин начал учиться с 4 лет, а в 1864 году пошёл в англиканскую среднюю школу. Он много занимался академическими предметами, получил несколько призов, но позднее вспоминал школьные годы как время упущенных возможностей. В 1871 году он окончил школу и продолжил образование в Мельбурнском университете. Он изучал закон, посещая лекции в вечернее время и подрабатывая днём школьным учителем. В 1877 году он окончил обучение и получил кресло в суде. Во время учёбы в университете Альфред Дикин посещал университетский клуб дебатов, а также воскресную школу спиритуализма.

Альфред Дикин с женой в 1907 году
В 1874 году он занялся литературной деятельностью, писал поэмы, эссе, критические статьи. Его сестра, талантливая пианистка, всё время поддерживала его интерес к литературе. В мае 1878 года Дикин познакомился и подружился с Дэвидом Симом, который предложил ему писать политические статьи для журнала «Age» и его еженедельной версии «Leader». Дикин проработал журналистом пять лет. 3 апреля 1882 года Дикин женился на 19-летней Элизабете Марте Анне. Её отец, известный спиритуалист Нью Джуниор Браун, был против этого брака. Первое время молодая семья жила у родителей Дикина, а в 1887 году переехала в свой дом в пригороде. У них родились три дочери. В 1890-х годах в ходе экономического спада Дикин потерял все свои сбережения, а также сбережения отца, однако позднее выплатил все свои долги, принимая участие в совете директоров различных компаний. В 1900 году он втайне вернулся к журналистской работе, делая под псевдонимом еженедельные статьи об австралийской политике для «Morning Post». В 1944 году эти заметки были опубликованы единым сочинением под названием «The Federal Story» («Федеральная история»). В 1904—1906 годах Дикин писал также для «National Review». Умер Альфред Дикин в Мельбурне 7 октября 1919 года. Его жена умерла 30 декабря 1934 года.
[550x699]
Альфред Дикин
Политическая карьера
Политическая карьера Альфреда Дикина также началась при поддержке Дэвида Сима, который предложил его кандидатуру на выборах 1879 года. В 1880-е годы занимал ряд государственных постов в Виктории. Дикин показал себя способным компромиссным политиком. В 1885 году он предложил акт о фабриках — во многом социалистический проект, устанавливающий санитарные нормы на предприятиях, предусматривающий ограничение продолжительности рабочего времени для женщин и детей, а также компенсации за производственные травмы. В 1886 году Дикин увлёкся идеей ирригационных систем и сохранения воды. Первый же законопроект в этой области передавал производство в руки местных компаний (ранее им занимались компании метрополии). Несмотря на то, что первая ирригационная система на начальных этапах столкнулась с большими трудностями, связанными с техническими проблемами, депрессией 1890-х годов и сильнейшей засухой, в дальнейшем проект стал будущим сельского хозяйства штата Виктория и Австралии в целом.

Эдмунд Бартон и Альфред Дикин в 1898 году.
В 1887 году Альфред Дикин представлял Викторию на конференции колоний в Лондоне. Он был настоящим патриотом Виктории с идеями колониального национализма. В Лондоне Дикин стал сторонником Австралийского Союза, а по приезде его ожидала триумфальная встреча. В 1891 и 1897—1898 годах участвовал в конференциях, посвящённой проекту создания союза. В 1900-м году, в составе австралийской делегации, Дикин отправился в Лондон и добился прохождения в британском парламенте акта о создании Австралийского Союза. На протяжении 1890-х годов Дикину неоднократно предлагали посты в кабинете министров, но он отказался от всех предложений. В это время он совершил путешествие в Индию, где занимался ирригационной компанией. В 1901 году был образован Австралийский союз, первым премьер-министром которого стал Эдмунд Бартон. В это время Дикин получил пост генерального прокурора Союза. Кроме того, он принимал участие в создании теневого кабинета и распределении портфелей. Когда в 1903 году Бартон перешёл в Верховный суд, Дикин стал его преемником. В 1903—1904, 1905—1908 и 1909−1910 годах он занимал пост премьер-министра, при этом первые два срока он был также министром иностранных дел. Будучи лидером либеральной партии, он формировал коалиционное правительство с лейбористами в 1903 и 1905 годах. Коалиция с консерваторами в 1909 году оказалась крайне непопулярной и привела к отставке. Ещё два года Дикин оставался лидером либералов, однако в 1912 году его стала подводить память и 8 января 1913 года он ушёл из политики.

1857
Александр Николаевич Виноградский
русский музыкальный деятель, дирижер и композитор. Родился в Киеве. Окончив там же юридический факультет (1876), изучал затем теорию композиции в Санкт-Петербургской консерватории (Соловьев), после чего работал еще некоторое время под руководством М.Балакирева. Карьеру дирижера начал в Саратове, где управлял в 1884—1886 симфоническими концертами Императорского Русского Музыкального Общества, состоя в то же время директором тамошнего музыкального училища. По отъезде из Саратова, В. избран был председателем киевского отделения Императорского Русского Музыкального Общества и с 1888 по настоящее время дирижирует симфоническими концертами отделения, число которых с 2—3 в сезон поднято им ныне до 8—9. Благодаря успеху этих концертов, скоро давших Киеву значение одного из крупнейших, после столиц, музык. центров, В. стал получать приглашения на гастроли и от других отделений Императорского Русского Музыкального Общества, концертами которых управлял в разное время в Санкт-Петербурге, Москве, Одессе и других русских городах, а также за границей, где до сих пор исполнял только русские сочинения. В Париже Виноградский выступал в качестве дирижера три раза (в том числе 1900, на всемирной выставке); он дирижировал также русским концертом на всемирной выставке в Антверпене и филармоническим концертом в Вене и Берлине (1899). Между прочим Виноградский первый исполнил в 1897 в Киеве 1-ую симфонию Калинникова, после чего исполнял ее как в обеих русских столицах, так и в Париже, Вене и Берлине, чем завоевал всеобщее признание таланта этого рано скончавшегося композитора. Как дирижер, Виноградский при некоторых внешних недостатках (утрированность движений) отличался и крупными достоинствами: темпераментом энергией, вкусом. Умер 17 октября 1912 года.