[602x698]
1901
Ахмед Хаджи Сукарно (индонезийское имя — Sukarno, согласно правилам индонезийского языка, действовавшим до 1972 года — Soekarno)
президент Индонезии в 1945—1967 годах. Один из основателей Индонезийской национальной партии, считается одним из основоположников индонезийского национализма. Известен под прозвищем товарищ Карно (индон. Bung Karno). Сукарно родился на восходе солнца 6 июня 1901 года в городе Сурабае, в семье мусульманина и индуистки, и был наречён Кусно. По яванскому поверью, появившийся на свет в год Быка на восходе солнца — избранник судьбы, которого ожидает героическое будущее. Ребёнок рос слабым и болезненным и отец, свято веря, что болезни сына проистекают из-за неудачного имени, дал ему другое имя — Карно, имя героя-воина древнеиндийского эпоса Махабхараты, прибавив к нему префикс «Су», означающий «лучший». Также мальчик получил второе, мусульманское имя — Ахмед. Сукарно стал заложником своего имени. Мальчик бредил подвигами, видел себя в роли сильной личности, героя-спасителя, который может одержать победу над злом. О завете быть «вторым Карно» отец напомнил сыну, когда он покинул семью, чтобы продолжить образование в одной из лучших школ Восточной Явы. Юный Сукарно вступил в движение «Сарекат ислам» («Союз ислама») и четыре года прожил в доме лидера движения Чокроаминото. Там он женился на 14-летней дочери лидера Утари и получил первые уроки политической борьбы. Сукарно догадался объединить три основных течения, на которые распалось индонезийское освободительное движение — национализм, исламизм и марксизм. «Корабль, который приведёт нас к свободной Индонезии — это корабль единства», — провозгласил он в 1926 году. 4 июля 1927 года в Бандунге был проведён съезд Национальной партии Индонезии, во главе которой встал Сукарно, однако уже в 1931 году партия самораспустилась. Его постоянно преследовала полиция, в 1929—1931 и 1933—1942 годах он находился в заключении или ссылке за участие в борьбе против голландского колониального господства. Сукарно без устали ездил по стране, используя любую площадку для своих речей. Блестящий психолог, он прекрасно чувствовал настроение аудитории и говорил то, что от него хотели услышать. Наделённый актёрским талантом, он словно разыгрывал перед собравшимися театр одного актёра. Его всё чаще стали называть Бунг-Карно, он становится признанным вождём индонезийского народа. В 1942 году японские войска заняли Индонезийский архипелаг. Сукарно пошёл на сотрудничество с новыми властями. Это был компромисс, но во имя цели, к которой он шел всю свою сознательную жизнь — во имя независимости Индонезии. Япония обещала индонезийцам предоставить их стране независимость, но тянула с обещанием три года. Сукарно был принят японским императором, его наградили одним из орденов империи. Противники именовали Сукарно японским лакеем, он же утверждал: «Мы посадили семена национализма. Пусть японцы их выращивают». После изгнания японцев и восстановления голландской колониальной администрации Сукарно возглавил военные действия против неё, завершившиеся провозглашением независимости страны. Сукарно и его ближайшие соратники провозгласили Декларацию независимости республики через три дня после капитуляции Токио во Второй мировой войне. 17 августа 1945 года Сукарно выступил с речью перед собравшимся у его дома митингом. Он провозгласил независимость и призвал народ Индонезии взять судьбу страны в собственные руки. 18 августа 1945 года Комиссия по подготовке независимости избрала его президентом страны. Конституция наделяла первого президента неограниченной законодательной и исполнительной властью. И он не замедлил этим воспользоваться. Один из первых его указов предписывал всем гражданам приветствовать друг друга словом «мердека» (свобода) и поднятием руки, пять пальцев которой символизировали провозглашенные Сукарно пять принципов «панча сила» — индонезийский национализм, интернационализм или гуманизм, дискуссия или демократия, социальное благосостояние и вера в Бога. 22 августа Сукарно выступил с планом установления однопартийной системы. Но провозглашённая Индонезийская национальная партия так и не стала реальностью: уже 31 августа президент «заморозил» её формирование якобы для того, чтобы исключить дублирование ею создаваемых Национальных комитетов Индонезии. Таким образом в стране установилась монократическая форма правления, возглавляемая Сукарно, при полном отсутствии выборных представительных органов. Тем временем, с помощью Великобритании голландцы вернулись в свою бывшую колонию. В целях защиты правительство Сукарно мобилизовало индонезийские вооруженные подразделения, сформированные ещё в годы японской оккупации. По всей Яве стихийно возникали группы молодых революционеров, вставших на защиту республики. Перед угрозой вооруженного конфликта с Нидерландами руководители республики предпочли перевести свое правительство в Джокьякарту. В течение трёх лет шла борьба между индонезийскими патриотами и голландскими колонизаторами, одновременно между представителями Нидерландов и Республики Индонезия шли переговоры. В декабре 1948 года голландцы подвергли бомбардировке аэропорт Джокьякарты и, захватив город, взяли в плен Сукарно, вице-президента Мохаммеда Хатту и премьера Сутана Шарира вместе с половиной кабинета министров. Все пленники были отправлены в ссылку. Весной 1949 возобновились переговоры при посредничестве ООН. Результатом давления США на Нидерланды, включавшего угрозу прервать оказание помощи в рамках плана Маршалла, стало прекращение огня в августе 1949 года. Сукарно вернулся в Джокьякарту. Голландцы создали на контролируемой ими территории несколько марионеточных государств. 23 августа 1949 года в Гааге началась т. н. «конференция круглого стола», на которой было принято решение о передаче суверенитета над индонезийской территорией Республике Соединенные Штаты Индонезии (РСШИ), в которую в качестве штатов вошли Республика Индонезия и созданные голландцами марионеточные государства. Президентом республики был объявлен Сукарно. Западная часть острова Новая Гвинея оставалась в руках голландцев. Сторонники республики настороженно относились к вновь образованной федерации. Они понимали, что голландцы задумали её в качестве средства для сохранения влияния консервативных сил в индонезийском обществе. Кроме того, после передачи власти в созданных голландцами государствах наблюдалось усиление прореспубликанских настроений. Это произошло после освобождения из тюрем тысяч политических заключенных, а также стало реакцией на некоторые военные операции голландцев. 17 августа 1950 была провозглашена независимая унитарная Республика Индонезия во главе с Сукарно. В первые годы после ухода голландцев из Индонезии в стране было создано более 30 различных политических партий, которые начали борьбу между ними. Происходила частая смена правительств, резко менялся курс страны во внешней политике. В этих условиях вело свою работу Учредительное собрание, избранное для разработки новой индонезийской Конституции. В это трудное для страны время президент Сукарно обнародовал 21 февраля 1957 года свою программу укрепления государственной системы и сплочения народа. Он предложил создать кабинет взаимного сотрудничества из представителей всех партий, имеющихся в парламенте, также создать Национальный совет из представителей всех слоёв общества, который должен стать своего рода мостом между народом и правительством. Тогда же им была предложена концепция «направляемой демократии», которая предусматривала ослабление влияния политических партий, ограничение власти парламента и значительно усиление власти президента. Новое правительство во главе с Раденом Джуандой Картавиджайя ликвидировало угрозу распада страны. 5 июля 1959 года президентским декретом была восстановлена конституция Республики Индонезии 1945 года. Одновременно президент распустил Учредительное собрание, которое оказалось неспособным выработать новую конституцию в результате противодействия его работе со стороны представителей Машуми и других правых партий.
[700x367]
На следующий день правительство Джуанды вышло в отставку, так как согласно конституции 1945 года кабинет должен возглавлять сам президент. 9 июля 1959 года Сукарно сформировал новое правительство. Оппозиция все отчетливее выражала недовольство авторитарным курсом президента и нарушением законодательных процедур. В феврале 1960 года она заблокировала принятие в парламенте проекта бюджета, предложенного правительством, в ответ на что 5 марта 1960 года Сукарно распустил парламент. Его заменил Совет народных представителей (готонг-ройонг), в котором все решения предполагалось принимать единодушным одобрением, а не голосованием, что исключало какую-либо оппозицию. Высшим органом власти стал Временный народный консультативный конгресс (ВНКК), сформированный 15 августа 1960 года. Согласно конституции, этот орган должен был определять основное направление государственной политики и на своих сессиях раз в пять лет избирать президента и вице-президента. С его созданием Национальный совет был упразднён. В начале 1960-х годов Сукарно активизировал усилия, чтобы «возвратить» Индонезии западную часть Новой Гвинеи (Ириан-Джая). Следуя его приказу, подразделения индонезийской армии совершили несколько неудачных экспедиций на остров. В конечном счете благодаря содействию ООН вопрос был решён в пользу Индонезии. 15 августа 1962года в Нью-Йорке было подписано индонезийско-голландское соглашение, по которому Нидерландская Новая Гвинея с 1 октября 1962 года перешла под управление Временной исполнительной администрации ООН, а 1 мая 1963 года была передана Республике Индонезия. В знак заслуг Сукарно в борьбе за присоединение западной части Новой Гвинеи ВНКК 18 мая 1963 года провозгласил его пожизненным президентом и присвоил титул «великий вождь революции». За этим последовала кампания Сукарно по «сокрушению Малайзии» — недавно возникшего независимого государства, которое имело общую границу с Индонезией и включало бывшие британские колонии Малайю, Саравак, Бруней и Сабах (северное Борнео). По распоряжению Сукарно все официальные связи с Малайзией были прерваны, а на торговлю и транспортное сообщение с этой страной был наложен полный запрет. На территорию Малайзии через границу в разных местах просачивались индонезийские партизаны. Правительство Сукарно заключило союз с рядом коммунистических стран (Северный Вьетнам, Северная Корея и Китайская Народная Республика) и демонстрировало все более враждебное отношение к государствам Запада. В связи с избранием Малайзии в Совет Безопасности ООН Сукарно объявил 7 января 1965 о выходе Индонезии из ООН. В начале 1960-х годов экономика Индонезии переживала тяжелейший кризис. Национализация голландской собственности, а затем изгнание из страны голландцев и китайцев (всего было вынуждено эмигрировать свыше 160 тысяч человек) привели к дезорганизации транспортной системы и торговли, оттоку капиталов и нарушению внешнеэкономических связей, а привлечение армии к управлению государственным сектором только способствовало распространению коррупции и воровства. На содержание бюрократического аппарата и вооруженных сил уходило две трети всех бюджетных ассигнований, в то время как на нужды экономического развития тратилось заметно меньше. Непосильные военные расходы в связи с борьбой за Западный Ириан, а затем против Малайзии вели к срыву планов развития, на которые выделялось менее 10 процентов всех средств бюджета. Особое влияние на президента приобрел его заместитель в правительстве, министр иностранных дел и руководитель спецслужб страны Субандрио, сторонник союза с Китаем. Недовольство политикой президента привело к нарастанию внутриполитической напряжённости и противостояния различных политических сил в Индонезии, которое закончилось переворотом в стране. Внутри президентского окружения созрел план т. н. контрзаговора, направленный на устранение ряда высших должностных лиц в составе вооруженных сил. Основной костяк заговорщиков составляли недовольные коррупцией офицеры из состава частей стратегического резерва армии и полка президентской гвардии во главе с подполковником Унтунгом, а также офицеры ВВС, придерживавшиеся левых взглядов. В ночь с 30 сентября на 1 октября 1965 подразделения восставших заняли стратегические части Джакарты; были схвачены и убиты шесть высокопоставленных генералов, включая главкома сухопутных сил Ахмада Яни. Восставшие заявили о роспуске правительства и переходе всей власти в руки «Революционного совета», но больше не предприняли никаких попыток закрепить свое положение. Разрозненные выступления в поддержку «Движения 30 сентября» произошли только в Сулу, Семаранге, на Северной Суматре и Риау. Пользуясь возникшим хаосом, командующий стратегическим резервом армии генерал-майор Сухарто сумел собрать верные ему части, и в течение нескольких дней восстание было подавлено. Несмотря на отсутствие каких-либо доказательств, в случившемся он обвинил Коммунистическую партию Индонезии (некоторые из членов Исполкома Политбюро КПИ, как считают исследователи, действительно могли принимать участие в заговоре, но в целом партия ничего об этом не знала и осудила попытку переворота, назвав её «внутренним делом армии»). Сукарно сохранил пост президента, однако был вынужден передать власть кабинету министров. 11 марта 1966 года Сукарно вынужден был издать приказ о передаче полномочий Сухарто, который получил право действовать от имени президента. На следующий день правительство запретило деятельность КПИ. В июне-июле состоялась сессия ВНКК, которая утвердила Сухарто как и. о. президента. ВНКК обновлённого состава в марте 1968 избрал Сухарто президентом. Процесс легитимного утверждения режима нового порядка, установившегося фактически с 1 октября 1965, завершился. После отстранения от власти Сукарно был помещён под домашний арест. У него обострилась сердечная болезнь, всё чаще и чаще случались сердечные приступы. Летом 1970 года его состояние стало безнадёжным, утром 21 июля он скончался. На его похорон собрались, несмотря на отсутствие огласки, миллионы людей. В девятую годовщину смерти первого президента Сухарто организовал пышную церемонию перезахоронения, в торжественной обстановке был открыт мемориал памяти усопшего. Здание высотой в 18 метров было выполнено в национальном стиле и имело три ступени, символизирующие три этапа жизни человека — юность, зрелые годы и старость. На могильной плите была выгравирована надпись: «Здесь лежит Бунг-Карно — провозвестник независимости и первый Президент Республики Индонезия. Родился 6 июня 1907 года. Умер 21 июля 1970 года». Первой женой Сукарно стала Утари — дочь его учителя Чокроаминото. Сукарно женился на 14-летней Утари, когда ему самому едва исполнилось двадцать лет, но ему было не до семьи и он полностью ушёл в политику. Спустя какое-то время Сукарно переехал в Бандунг, где поступил в Технологический институт. Он снял квартиру в доме преподавателя института по имени Сануси и сразу влюбился в его жену Инггид Гарнасих, которая была на 12 лет старше Сукарно. Через два года Инггид развелась с Сануси и вышла замуж за Сукарно. Детей у Инггид не было, хотя они прожили с Сукарно более двадцати лет. Умерла Инггид в возрасте 96 лет, пережив своего мужа на 14 лет. В то время семья Сукарно была вынуждена скрываться от преследований голландских колониальных властей и переезжать с места на место. В 1938 году, отбывающий ссылку Сукарно был переведен на юг острова Суматра, где стал преподавать в местной школе. И снова Сукарно влюбился, на этот раз в одну из своих учениц, которую звали Фатмавати. Сукарно поначалу хотел жениться на Фатмавати, не разводясь с 50-летней Инггид. Но та решительно отвергла этот вариант и подала на развод. Отбыв ссылку, Сукарно переехал в столицу страны. В июне 1943 года через своего представителя (так позволяет ислам) Сукарно заочно женился на Фатмавати, которая ещё оставалась на Суматре. Через год к неописуемой радости Сукарно Фатмавати родила ему сына, которого назвали Гунтуром, что означает «гром». И всем последующим детям Сукарно были даны имена, имеющие отношение к природным явлениям: Мегавати (облако), Сукмавати (душа), Баю (ураган), Картика (звезда). В 1953 году на одном из великосветских приемов Сукарно встретил Хартини, которой было суждено стать его четвёртой женой. От первого брака у Хартини было пятеро детей, но она была необычайно красива. Фатмавати не согласилась на новый брак своего мужа и ушла от него. В её защиту выступили многие женские организации. В конце концов был достигнут компромисс: Фатмавати формально осталась «первой леди» государства, а Хартини — женою Сукарно, но не как президента, а как частного лица. Поселилась она в загородной резиденции президента, в Богоре, где родила мужу двоих сыновей. В 1962 году президент женился в пятый раз — на юной очаровательной японке Наоко Немото. Но наряду с ней у престарелого Сукарно были ещё две новые жены. В 1964 году он женился на не менее очаровательной светлокожей Юрике Сангер с острова Сулавеси, студентке университета, входившей в «парад красавиц», сопровождающих президента во время официальных церемоний. Через год он женился в последний, седьмой, раз — на 23-летней служащей государственного секретариата Харьяти. Они развелись через три года. После смерти Сукарно в 1970 году все его жены опубликовали воспоминания о своей жизни с ним. Все без исключения утверждали, что выходили за Сукарно по любви, а отнюдь не потому, что он был президентом. Ахмед Сукарно знал шесть иностранных языков — японский, арабский, английский, голландский, немецкий, французский. Коллекционировал живопись. Несколько роскошных альбомов репродукций из его коллекции были выпущены на русском языке. В честь Ахмеда Сукарно назван самый большой стадион Индонезии «Бунг Карно», международный аэропорт в Джакарте Сукарно-Хатта. С 1963 по 1968 год административный центр Западного Ириана носил название Сукарнопура (ныне — город Порт-Нумбай).


1901
Гельмут Штиф (немецкое имя — Hellmuth Stieff)
немецкий генерал-майор, начальник оргуправления главного командования сухопутных войск, участник заговора против Гитлера. Родился в городе Дойч-Эйлау, королевство Пруссия, Германская империя (ныне Илава, Польша). Его отец, Вальтер, служил старшим лейтенантом в 35-м полку полевой артиллерии, а мать, Энни Краузе, происходила из семьи юристов, проживавшей в Мекленбурге и Ганновере. В 1907 году отца перевели в Грауденц; там Штиф посещал подготовительную школу. Обратил на себя внимание сообразительностью и ловкостью. К этому добавлялось стремление быть лучше других. Его поведение часто неверно истолковывалось, хотя он никогда не был честолюбцем. В июле 1918 года он получил аттестат об окончании средней школы и поступил добровольцем в 71-й полк полевой артиллерии. После окончания Первой мировой войны остался в армии. В 1934 году получил звание капитана. После службы офицером генерального штаба в 21-й дивизии в Эльбинге и командиром батареи осенью 1938 года был переведен в оперативный отдел Генерального штаба, где возглавил подгруппу II а. Через две недели после того, как Штиф приступил к своим обязанностям, он был глубоко потрясен ноябрьским погромом 1938 года, вошедшим в историю как «Хрустальная ночь», и в присутствии сестры гневно воскликнул: «Мне стыдно быть немцем!» 9 ноября комендант дома, в котором он жил, пытался издеваться над соседями-евреями. Но Штифу удалось предотвратить это. В 1939 году, через два месяца после начала польской кампании, Штиф увидел «руины Варшавы», а также узнал об убийствах поляков и расстреле многих евреев, совершенных подразделениями СС. Это потрясло его до глубины души и привело к краху его мира и его ценностей. Он всегда так гордился Германией, но теперь понял, что отечества, которому он раньше служил, больше не существует. Это был поворотный момент в его жизни. Теперь он столкнулся с той стороной режима, которую не хотел видеть раньше. О намерении Гитлера напасть на Советский Союз Штиф узнал в августе 1940 года. Он был против этой кампании по военным соображениям, но поддерживал конфронтацию с большевизмом, переняв нацистскую формулировку «войны мировоззрений». В августе 1941 года он писал, «что пришло время устранить эту опасность, угрожавшую всей Европе». Однако уже в первую зиму войны против Советского Союза года ему пришлось отказаться от этой мысли. Поначалу успехи трех групп армий превзошли все ожидания. Они быстро продвинулись вглубь Советского Союза, но генштабист Штиф вскоре осознал риски этих операций и все более критически комментировал кампанию, которая отнюдь не была блицкригом: «Гитлер ведет Германию к несчастью!» Это утверждение он повторял все чаще, чем дольше был свидетелем операции «Барбаросса» в оперативном управлении Верховного командования сухопутных войск. После встреч с Хойзингером, своим начальником, он часто приходил к своим сотрудникам, физически и морально измученный, и говорил: «Вот что теперь приказал преступник [Гитлер]!» Или: «Гитлер — могильщик немецкого народа!» В письмах к жене он описывал диктатора как «сошедшего с ума плебея» и как истинного «дьявола в человеческом обличии». Он давно хотел на фронт, потому что атмосфера в штабе Верховного командования сухопутных войск стала ему противна. В конце сентября 1941 года он был переведен первым офицером Генерального штаба 4-й армии. Эта армия была ударной армией на Москву, а через несколько дней, 2 октября, началось наступление, которое завершилось полным. Штиф полностью избавился от иллюзий. Снова и снова он пишет о «кровавом дилетантизме» Гитлера. Целый континент «попал под воздействие преступной воли и болезненного честолюбия сумасшедшего». Несколько недель спустя: «Я исполняю свой долг без всякой страсти! Потому что, если ты одновременно чувствуешь и последнее, ты уже не человек, а кусок животного!" Теперь Штиф стал наемником без отечества. В августе 1942 года он был готов к сопротивлению: «Но… если кто-то страдает манией величия и больше не слушает советов, то он явно извращен. (...) Ибо всякое послушание имеет определенные пределы. И у меня есть все намерения оставаться на стороне здравомыслия».
В конце октября 1942 года Штиф в звании полковника был назначен на должность начальника организационного отдела в генеральном штабе сухопутных войск. Однако после перевода в Берлин он все еще колебался, хотя уже давно не чувствовал себя связанным присягой. В его представлении клятва означала взаимную связь и обязательство, и сам диктатор давно ее нарушил. В конце февраля 1943 года Штиф был впервые призван принять участие в покушении на Гитлера. Возможно, это сделал его друг Хеннинг фон Тресков, в то время первый офицер генерального штаба группы армий «Центр». 28 февраля Штиф присутствовал на оружейном совещании в Берлине. Он спросил жену: «Кто тебе больше нравится, англичане или русские?» – «Однозначно англичане». – «И я так думаю», – ответил Штиф. В этот период он, вероятно, также установил заговорщические связи с генерал-майором Эдуардом Вагнером, который с августа 1940 года был генерал-квартирмейстером сухопутных войск, а также с генералом Эрихом Фельгибелем, начальником связи вермахта. В августе 1943 года он принял окончательное решение присоединиться к оппозиции. Я считаю, что мое мнение, к которому я пришел в последние дни, является правильным, а именно, что нельзя уклоняться ни от какой ответственности, которую требует от тебя судьба. (...) И мне должно быть стыдно за свою собственную карьеру, если я не выполню свой истинный долг в тот момент, когда это необходимо». За этим признанием последовала оговорка: «Я себя при этом не запятнаю, тут ты можешь быть спокойной», — написал он жене. Он никогда не проявлял инициативу, постоянно колебался и все долго взвешивал. После того как 1 октября 1943 года Штауффенберг стал начальником штаба Общевойскового управления Верховного командования сухопутных войск, он приступил к планированию государственного переворота. Вопрос заключался в том, кто из офицеров сможет получить доступ к совещаниям у Гитлера. Штауффенберг подумал о Штифе, который, однако, не принимал регулярного участия в совещаниях. С ведома Ольбрихта Штауффенберг спросил его в конце октября в ставке Верховного командования вермахта, может ли он совершить убийство. После долгого раздумья Штиф отказался, но оставил у себя английскую взрывчатку и детонаторы – материал, который Штауффенберг привез из Берлина. Судя по всему, в январе 1944 года Штиф снова спросили, может ли он совершить покушение, и он снова отказался, в свое оправдание якобы сказав, что покушение парализует весь аппарат военного управления и существенно затруднит ведение военных действий до запланированных переговоров с противником. 30 января 1944 года ему было присвоено звание генерал-майора. Полковник Штауффенберг до 6 июля 1944 года надеялся, что Штиф передумает и будет действовать. Несмотря на благоприятную возможность и уже сделанные приготовления по случаю демонстрации обмундирования 7 июля 1944 года в замке Клессхайм под Зальцбургом, Штиф не осуществил покушение на Гитлера. 20 июля 1944 года он снабдил Штауффенберга взрывным устройством и вылетел вместе с ним в Растенбург в ставку фюрера. Сразу же после неудавшегося покушения арестован в Растенбурге вместе с генералом Фельгибелем. 7 августа 1944 года после жестоких пыток в гестапо Штиф, наряду с фельдмаршалом Вицлебеном, генералом Гёпнером и другими участниками июльского заговора, предстал перед Народным трибуналом. Суд под председательством Фрейслера вынес ему смертный приговор. 8 августа он и 7 других обвиняемых были жестоко казнены путем повешания на рояльных струнах в тюрьме Плетцензее в соответствии с пожеланиями Гитлера, заявившего, что он хочет, «чтобы их повесили, как вешают мясо в мясных лавках».
Награды: Железный крест (1939) II и I классов; Немецкий крест в золоте. Литература: Энциклопедия Третьего рейха. // Сергей Воропаев; предисловие, общая редакция, подбор иллюстраций, дополнения : Альберт Егазаров. — Москва : ЛОКИД-МИФ, 1996; Залесский К.А. «Элита» Гитлера во Второй Мировой. Кто был кто в Третьем Рейхе. — Москва : Яуза-Пресс, 2012. — ISBN 978-5-9955-0477-1; Рис Л. Тёмная харизма Адольфа Гитлера: Ведущий миллионы в пропасть. — КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2014. — ISBN 978-5-389-05756-2; Гудериан Г. Воспоминания солдата. — Смоленск.: Русич, 1999; Уильям Ширер. Взлет и Падение Третьего Рейха.


1902
Хуго Хупперт (иначе Гуго Гупперт, немецкое имя — Hugo Huppert)
австрийский прозаик, поэт, переводчик и критик, сторонник марксизма, долгое время связанный с Советским Союзом. Хуго Хупперт родился в семье австрийского государственного служащего в силезском городе Билиц (немецкое название — Bielitz), Силезия, Австро-Венгрия (ныне Бельско-Бяла, Польша). Ещё подростком он заинтересовался марксистской идеологией. С 1920 года принадлежал к восточносилезскому подразделению молодёжного Рабочего движения, а в 1921-м, изучая государствоведение в Венском университете, стал членом Коммунистической партии Австрии. Получив диплом под руководством Ганса Кельзена в 1925 году, он переехал в Париж и начал изучать социологию в Сорбонне. Там он познакомился с Анри Барбюсом, Жоржем Дюамелем и Жаном Кокто. В 1926 году Хупперт вернулся в Вену. После июльского восстания 1927 года ненадолго попал в тюрьму, а потом поехал по приглашению в Москву, где с марта 1928 года до сентября 1932-го работал в Институте Маркса и Энгельса, принимая участие в издании «Собрания сочинений Маркса и Энгельса» (Marx-Engels-Gesamtausgabe). В 1933—1935 годах он изучал литературу в московском Институте красной профессуры, где познакомился с Максимом Горьким. В то время Хупперт много путешествовал по СССР: в 1928 году посетил Среднюю Азию, в 1928 и 1929 годах — Север России, в частности Карелию, в 1933-м — Урал и Западную Сибирь, а в 1934 году — Украину и Крым. В 1928 году в Москве он подружился с Владимиром Маяковским и впоследствии перевел на немецкий язык его главные произведения. Это вдохновило Хупперта опубликовать в 1940 году первый из собственных стихов. С 1934-го он работал редактором отдела культуры московской «Дойче централь-цайтунг» («Центральной немецкой газеты» — органа немецкой секции Коммунистического интернационала), а в 1936-м стал также заместителем главного редактора журнала Internationalen Literatur — Deutsche Blätter («Всемирная литература — немецкие страницы»), который тогда возглавлял Иоганнес Роберт Бехер. Во время Большого террора в СССР Хупперт втянулся в сталинскую кампанию преследования — в том числе и коммунистов. Коллеги по перу считали его доносчиком. В частности, в «Центральной немецкой газете» Хупперт критиковал кадровую политику Андора Габора, которая якобы означала уклон от партийной линии. Осудил двуличность своего предшественника на посту во «Всемирной литературе — немецких страницах» Карла Шмюкле и, по словам самого обвиняемого, назвал его заклятым врагом. Поэтому в марте 1938-го Карла Шмюкле арестовали и расстреляли. Кроме того, Хупперт сам делал доносы органам. В том же году НКВД арестовало самого Хупперта. В 1939-м он вышел из тюрьмы и до 1941 года преподавал на должности доцента в Литературном институте имени Горького. Тогда к 1944-го работал в политической администрации Красной Армии, в летом этого года стал личным секретарем Ильи Эренбурга. Затем работал в Национальном комитете «Свободная Германия». Кроме того, Хупперт учительствовал в так называемых фронтовых антифашистских школах (нем. Antifa-Schulen) для немецких военнопленных. С 1944 года, как офицер Советской армии, Хупперт участвовал в освобождении Румынии, Венгрии, Словакии, Нижней Австрии и самой Вены. Получил звание майора. После войны поселился в Вене и с 1945-го по 1949 год работал в редакции «Австрийской газеты» (нем. Österreichische Zeitung). В 1949 году его отозвали в Советский Союз, где поселили в Тбилиси, но позволяли ездить в научные командировки в балтийские республики. 4 апреля 1956 года, после XX съезда КПСС, когда началась десталинизация, Хупперт вернулся в Вену. В 1963-м снова перебрался в СССР, где пробыл длительное время. В 1946-м Хупперт поступил в австрийское отделение ПЕН-клуба, но в 1957 году его исключили за то, что одобрил вторжение советских войск в Венгрию, которые подавили восстание. Затем стал членом ПЕН-клуба Германской Демократической Республики. В 1969 году Хупперт получил от президента Австрии звание почётного профессора — за своё творчество в целом. Он также стал лауреатом Премии имени Генриха Гейне от Министерства культуры Германской Демократической Республики (1964), Государственной премии ГДР (1967) и Художественной премии ГДР (1976), в 1977 получил Австрийский почётный знак «За науку и искусство» (первого класса). Хупперт умер в городе Вена, Австрия, 25 марта 1982 года.
Творчество
Как литератор Хуго Хупперт творил в жанре социалистического реализма. Ценность представляют и его переводы. К такому виду творчества он обратился в 1936 году, начав переводить Маяковского. Произведения этого поэта он переводил на немецкий всю свою жизнь, особенно с 1963-го и позже. С русского он перевёл стихи и прозу Николая Тихонова, Константина Симонова, Андрея Вознесенского, Александра Твардовского и Исаака Бабеля. Пробыв в ссылке в Тбилиси семь лет, он перевёл поэму «Витязь в тигровой шкуре» Шоты Руставели. С украинского переводил произведения Шевченко. В 1972 году Хупперт получил премию Советского фонда мира за переводы произведений советской литературы на немецкий язык. Библиография: Чистова В. «Всё, что я сделал, всё это ваше…». Вопросы литературы, 1960, № 6;Reinhard Müller: Die Säuberung — Moskau 1936 — Stenogramm einer geschlossenen Parteiversammlung. Reinbek 1991, ISBN 3499130122; Reinhard Müller: «Das große Reinemachen». Die «Säuberung» des Marx-Engels-Instituts im Moskauer Tagebuch Hugo Hupperts. Dazu: Dokumentation. Hugo Huppert. Aus den Tagebuchaufzeichnungen 1930/31. In: Beiträge zur Marx-Engels-Forschung. Neue Folge. Sonderband 3. Stalinismus und das Ende der ersten Marx-Engels-Gesamtausgabe (1931—1941). Argument, Hamburg 2001, ISBN 3-88619-684-4, S. 347—370; Общество Альфреда Клара. «Информация о Хуго Хупперте»; Rotpunkt — KPÖ Margareten. «Биография Хуго Хупперта»; Литература, связанная с Хуго Хуппертом в каталоге Немецкой национальной библиотеки; Planet Lyrik. Wladimir Majakowski: Gedichte.


1902
Джимми Лансфорд (Jimmie Lunceford)
американский кларнетист, саксофонист, гитарист, руководитель оркестра. Наряду с Дюком Эллингтоном и Каунтом Бэйси руководил одним из самых популярных биг-бэндов эпохи свинга. Джимми Лансфорд родился в Фултоне, штат Миссисипи, но вскоре его семья переехала в Денвер, где в начале двадцатых Джимми начал играть на альт-саксофоне в оркестре Джорджа Моррисона. Лансфорд, планировавший сделать карьеру серьёзного музыканта, начал изучать музыкальную теорию в Fisk University, который окончил в 1926 году со степенью бакалавра, поступив затем в City College of New York, по окончании которого начал преподавать в Manassas High School в Мемфисе. Именно там в 1927 году он собрал из своих учеников оркестр под названием The Chickasaw Syncopators, уже тогда нёсший на себе отметку дисциплинированно-коммерческого стиля, которым Лансфорд позднее прославился на всю Америку. Оркестр, в который входили Уилли Смит и Эдвин Уилкокс, начал гастролировать в 1929 году, выступая в основном в Кливленде и Баффало, выпустив свою первую запись в 1930 уже под именем «Jimmie Lunceford Orchestra». 1934 год стал звёздным для оркестра Лансфорда – был подписан контракт с Decca и получен ангажемент в гарлемском Cotton Club. В том же году были сделаны две записи – «Jazznocracy» и «White Heat», аранжированные Уиллом Хадсоном, которые сразу же привлекли внимание публики, и к 1935 году оркестр Лансфорда, включавший Джо Томаса, Эдди Дархэма и Томми Стивенсона, считался столь же блестящим, как и оркестр Эллингтона. Лансфорд начал безустанные гастроли, часто покрывая сотни миль между представлениями. Оркестр Лансфорда был действительно одним из лучших, непревзойдённая слаженность дополнялась неповторимым звучанием, созданным в конце тридцатых трубачом Саем Оливером в таких композициях как «For Dancers Only» и «Margie». Лансфорд также использовал самые причудливые аранжировки 1930-х, например, в композиции «Organ Grinder’s Swing» 1936 года. Прославленная скаредность Ланфорда и его нежелание нанимать дополнительно певцов и танцоров для туров привели к тому, что музыканты оркестра были вынуждены брать эту часть представления на себя, и получили прозвище «цирковых морских котиков». Сай Оливер был одним из постоянных вокалистов оркестра, равно как и тромбонист Трамми Янг, прославившийся записью «Tain’t What You Do». Единственным вокалистом, нанятым за всю историю оркестра, был Дэн Гриссом. Оркестр Лансфорда отличался высочайшей текучестью персонала, поскольку Лансфорд регулярно недоплачивал. Но публика почти не замечала постоянной смены музыкантов, благодаря требованию Лансфорда, чтобы новые солисты выучивали наизусть соло с записей оркестра. Тем не менее, после того как Сай Оливер покинул Лансфорда ради оркестра Томми Дорси в 1939 году и ухода Уилли Смита в 1942, блеск оркестра померк и даже несколько прекрасных аранжировок, написанных Джеральдом Уилсоном (в 1939-40 годах), Тэддом Дамероном (в 1941-1942) и Джорджем Давивьером (в 1945-1947) не могли поддержать прежней славы. Тем не менее, оркестр продолжал пользоваться большим спросом у танцующей публики, и в 1947 году Лансфорд отправился в турне по Западному побережью. В городке Сисайд, штат Орегон, расистки настроенный хозяин ресторана вначале отказался обслуживать оркестр, но менеджерам удалось его уговорить. В тот же день, 12 июля, Лансфорд умер от пищевого отравления, и ходили слухи, что его отравил обозлённый ресторатор. Пару лет Уилкокс пытался удерживать оркестр на плаву, но без лидерства Лансфорда исчезли и дисциплинированность, и развлекательность оркестра, и в 1949 году он был распущен.


1902
Франциск Ксаверий Эйкити Танака (японское имя — 田中英吉)
католический прелат, епископ Такамацу с 13 сентября 1963 года по 11 января 1977 год. 21 декабря 1935 года Франциск Ксаверий Эйкити Танака был рукоположен в священника. 13 сентября 1963 года Римский папа Павел VI назначил Франциска Ксаверия Эйкити Танаку епископом Такамацу. 20 октября 1963 года в Риме состоялось рукоположение Франциска Ксаверия Эйкити Танаки в епископа, которое совершил Римский папа Павел VI в сослужении с секретарём конгрегации Пропаганды веры титулярным архиепископом Неаполиса Писидийского Пьетро Сигизмонди и кардиналом Серджо Пиньедоли. Участвовал в работе II, III и IV сессиях Второго Ватиканского собора. 11 января 1977 года Франциск Ксаверий Эйкити Танака вышел в отставку. Скончался в городе Такамацу, Япония, 20 мая 1983 года


1903
Лев Аронович Инденбом
российский деятель кинематографа, организатор кинопроизводства, кинорежиссер, директор творческого объединения. Родился в городе Мстиславль, Могилёвская губерния, Российская империя (ныне Беларусь). В 1918 г. окончил гимназию. Работал на киностудии Мосфильм. Сподвижник Михаила Ильича Ромма, сорежиссер многих фильмов. К сожалению, в титры фильмов иногда не попадал. Умер в городе Москва, РСФСР, СССР, 28 апреля 1970 года. Семья: жена — Александра Львовна Борун; сын — Владимир Львович Инденбом (1928—1998), физик, лауреат премии имени Е.С.Фёдорова (1994); сын — Феликс Львович Борун. Фильмография: 1935 — Космический рейс (директор картины); 1936 — Тринадцать (директор картины); 1936 — Дети капитана Гранта (директор картины); 1944 — Иван Грозный (1944); 1948 — Русский вопрос; 1956 — Адмирал Ушаков; 1956 — Корабли штурмуют бастионы; 1956 — Убийство на улице Данте; 1961 — Девчата; 1962 — Девять дней одного года; 1965 — Обыкновенный фашизм (второй режиссёр); 1967 — Если дорог тебе твой дом…

[484x698]
1903
Иван Александрович Кузовков
командир 69-й Севской стрелковой дивизии 65-й армии Центрального фронта, генерал-майор. Родился в городе Борисоглебск ныне Воронежской области. Русский. Окончил железнодорожное училище. В Красной Армии с августа 1923 года. До сентября 1924 года служил на срочной службе красноармейцем в 49-м кавалерийском полку и в саперном батальоне 9-й кавалерийской дивизии в городе Гайск ныне Оренбургской области. В 1927 окончил Объединённую военную школу имени ВЦИК в Москве. По её окончании направлен во внутренние войска ОГПУ СССР и до ноября 1933 года служил в 9-м отдельном Сибирском полку войск ОГПУ (Новосибирск): командир взвода, помощник командира кавалерийского дивизиона, командир стрелкового, пулемётного и кавалерийского дивизионов. В 1935 году окончил Курсы усовершенствования командного состава при Высшей пограничной школе НКВД. С июня 1935 – преподаватель, начальник кафедры военных дисциплин, руководитель тактики курсов младших лейтенантов, заместитель начальника Высшей пограничной школы по учебной части, с мая 1941 года - исполняющий должность начальника школы. В 1939 году окончил заочно Военную академию РККА имени М.В.Фрунзе. Участник Великой Отечественной войны с июля 1941 в должности начальника штаба 32-й армии (Западный фронт). С октября 1941 года - начальник штаба 149-й и 126-й стрелковых дивизий Западного фронта. С ноября 1941 - старший помощник начальника, с февраля 1942 - заместитель начальника оперативного отдела Западного фронта. Участвовал в битве за Москву. С мая 1942 – начальник оперативного отдела - заместитель начальника штаба 50-й армии Западного фронта. С января 1943 – командир 69-й стрелковой дивизии (65-я армия, Центральный фронт). Генерал-майор (1 сентября 1943). Участник Курской битвы. В августе 1943 дивизия после тщательно продуманной подготовки броском форсировала "долину смерти" перед Севском и овладела городом при поддержке других частей и соединений 65-й армии. При форсировании Днепра командир дивизии отвлёк противника организацией ложной переправы. В ночь на 15 ноября 1943 года часть дивизии переправилась на правый берег реки, а на второй день командир дивизии на плацдарме руководил боевыми действиями по захвату укреплений врага в деревнях Щитцы и Сенская (Лоевский район Гомельской области). Воины дивизии расширили плацдарм и способствовали общему успеху корпуса. За успешное руководство воинскими соединениями и проявленные при этом личное мужество и героизм генерал-майору Кузовкову Ивану Александровичу 30 октября 1943 года присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" (№ 1705). С декабря 1943 командовал 95-м стрелковым корпусом 65-й армии Белорусского фронта, который в апреле был передан в 18-ю армию 1-го Украинского фронта. Участник Калинковичско-Мозырьской наступательной операции. С июля 1944 года – командир 106-го стрелкового корпуса 60-й армии 1-го Украинского фронта. В ходе Львовско-Сандомирской операции Участвовал в освобождении городов Черновицы, Коломыя, Львов, Перемышль. В октябре 1944 был контужен и направлен на излечение. С февраля 1945 по март 1946 года - начальник Организационно-мобилизационного управления Главного управления кадров Народного комиссариата обороны СССР. В 1947 окончил Высшие академические курсы при Высшей военной академии имени К.Е.Ворошилова. С марта 1947 года на протяжении 22-х лет был заместителем начальника Главного управления кадров Министерства обороны СССР. Генерал-лейтенант (11 мая 1949), генерал-полковник (25 октября 1967). С марта 1969 генерал-полковник И.А.Кузовков – в отставке. Жил в городе-герое Москве. Был заместителем председателя Советского комитета ветеранов войны. Умер 17 августа 1989 года. Похоронен в Москве на Кунцевском кладбище (участок 12). Награждён 2 орденами Ленина (30 октября 1943; 20 июня 1949), орденом Октябрьской Революции (23 мая 1983), 3 орденами Красного Знамени (24я января 1943; 3 ноября 1944; 3 ноября 1953), 2 орденами Суворова II степени (16 сентября 1943; 23 сентября 1944), 2 орденами Отечественной войны I степени (15 апреля 1943; 6 апреля 1985), орденом Красной Звезды (22 февраля 1942), медалями, иностранным орденом "Крест Грюнвальда" (Польша). Почётный гражданин города Севск Брянской области и посёлка Лоев Гомельской области.

[552x700]
1903
Михаил Фёдорович Мошков
директор Степной МТС Михайловского района Алтайского края. Родился в селе Ракиты ныне Михайловского района Алтайского края. Трудовую деятельность начал в 1920 году разнорабочим трудовой коммуны «Новый свет» Волчихинского района. В 1924 году был назначен председателем Новосветского сельсовета, а в 1928 году – Ракитовского. В 1946 году М.Ф.Мошков возглавил Степно-Михайловскую МТС и руководил ею на протяжении 15 лет. По результатам работы 1947 года в обслуживаемых колхозах был получен урожай пшеницы 21,55 центнера с гектара на площади 743 гектара. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 4 марта 1948 года за получение высоких урожаев пшеницы и ржи в 1947 году Мошкову Михаилу Фёдоровичу присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот». Избирался делегатом XX съезда КПСС. Скончался в 1983 году. Награждён 2 орденами Ленина (4 марта 1948, 11 января 1957) и орденом Трудового Красного Знамени (22 мая 1947), медалями.


1903
Кустаа Рафаэль Паасио (финское имя — Kustaa Rafael Paasio)
государственный деятель Финляндии, председатель Социал-демократической партии Финляндии, премьер-министр (1966—1968 и 1972). Родился в приходе Ускела, близ города Сало, Великое княжество Финляндское, Российская империя (ныне Финляндия). С молодости примыкал к социал-демократическим организациям. Был редактором социал-демократического издания Turun Päivälehti, в 1942 г. участвовал в муниципальных выборах в Турку, в 1948 г. избран в эдускунту (финский парламент). Был председателем Социал-демократической партии Финляндии в 1963—1975 гг. В 1962 г. был кандидатом в президенты страны от социал-демократов. В 1966—1968 и в 1972 гг. был премьер-министром Финляндии, также дважды избирался спикером парламента. Умер в городе Турку, Финляндия, 17 марта 1980 года.
Семья
Сын — Пертти Куллерво Паасио, депутат Эдускунты. Внучка — Хели Паасио, депутат Эдускунты.


1903
Борис Юлианович Поплавский
поэт и прозаик русского зарубежья (первая волна эмиграции). Родился в городе Москва, Российская империя. Его родители познакомились во время учёбы в консерватории. Отец, Юлиан Игнатьевич (скончался в 1958 г.), был русско-литовского происхождения, окончил Московскую консерваторию (ученик П.И.Чайковского). Мать, Софья Валентиновна Кохманская (скончалась в 1948 г.), принадлежала к немецкому остзейскому дворянскому роду, собиралась стать скрипачкой. После женитьбы отец оставил музыку и стал заниматься коммерческой деятельностью, чтобы обеспечивать семью. В семье Поплавских было четверо детей. Вместе с матерью дети часто выезжали за границу, жили в Италии и Швейцарии. У Поплавского рано умерла старшая сестра Наталья (1900—1920-е), которая издала в 1917 году сборник стихов «Стихи зелёной дамы». Наряду с русской Борис Юлианович знакомился и с французской литературой, читал её в оригинале. Французский для него был вторым родным языком. В Москве Б.Ю.Поплавский начал учиться во французском лицее. Там он начал писать стихи — примером для него была сестра Наталья. Развитию увлечения способствовало и то, что в доме Поплавских собирался литературно-художественный кружок, выступали поэты и музыканты. После революции отец с младшим сыном уезжают в Харьков, затем живут в Крыму. В январе 1919 года в Ялте в Чеховском литературном кружке состоялось первое выступление молодого поэта. В июле, после наступления Добровольческой армии, Поплавские поселились в Ростове-на-Дону. Там Б.Ю.Поплавский посещал литературный кружок «Никитинские субботники». В последний период Гражданской войны Поплавский вместе с родителями отплыли в Константинополь. В это время Борис осознаёт литературу делом всей жизни. Вместе с В.А.Дукельским он создал местное отделение «Цеха поэтов», входил в парижские литературные группы «Гатарапак» (1921—1922 гг.), «Через» (1923—1924 гг.), Союз молодых поэтов и писателей (с 1925 г.), «Кочевье». Помимо творчества занимался религиозной философией, также его привлекала живопись, много времени он уделял искусству. В конце мая 1921 года Поплавский вместе с отцом приехали в Париж. В 1922 году он несколько месяцев провёл в Берлине, там он работал в живописном ателье над портретами. В дальнейшем он не возвращался к искусству. Интерес к нему проявлялся только в художественной критике, которую он размещал в журналах «Воля России», «Числа» (многие его статьи посвящены художникам русского Парижа: Марку Шагалу, Михаилу Ларионову, Абраму Минчину и др.). С 1921 года Б.Ю.Поплавский активно участвует в литературной жизни русского Парижа. В начале 20-х годов он является членом авангардистских «левых» объединений. В то же время поэт продолжает образование, посещая занятия на историко-филологическом факультете Сорбонны. Вскоре эти занятия пришлось ему прекратить, и в дальнейшем университетом для него стала библиотека святой Женевьевы, где он изучал книги по истории, философии и теологии. Литературная жизнь в 20-е годы концентрировалась в кафе, где собирался весь «Русский Монпарнас». Там Поплавский выступал на литературно-философских диспутах, читал свои стихи. Поплавский скончался в городе Париж, Франция, 9 октября 1935 вместе со своим случайным знакомым С.Ярхо от отравления наркотическим веществом (по одной из версий, это было самоубийство, по другой — с собой покончить решил приятель Поплавского, захотевший «прихватить» кого-нибудь на тот свет). Отпевание Бориса Поплавского происходило 19 октября 1935 года в православной церкви Покрова Пресвятой Богородицы на рю де Лурмель в 15 округе Парижа (здание не сохранилось) при большом стечении народа. На отпевании присутствовали многие видные представители русского литературного зарубежья. В тот же день трагически погибший поэт был похоронен на парижском кладбище Иври в Иври-сюр-Сен. В 1948 году останки поэта были перезахоронены на русском кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа в одной могиле с его матерью Софьей, скончавшейся в том же году.
Творчество
Для прозы и поэзии Поплавского характерно влияние творчества Артюра Рембо, французского сюрреализма и русского символизма (прежде всего Блока); кроме того, в начале 1920-х годов Поплавский испытал сильное влияние Ильи Зданевича и позже писал, что был в то время «резким футуристом». Автор поэтического сборника «Флаги» (1931) и посмертно изданных сборников «Снежный час» (1936), «В венке из воска» (1938), «Дирижабль неизвестного направления» (1965), «Автоматические стихи» (1999), а также романов «Аполлон Безобразов» (1932, полное издание в 1993), «Домой с небес» (фрагменты появились в 1936—1938, полное издание в 1993). Основная тема его поэзии — смерть, а мотив — наслаждение смертью, умиранием. Поплавский известен тем, что разработал этот мотив через знаменитый пятистопный хорей (К.Тарановский), что позволило М.Л.Гаспарову назвать его «виртуозом хореической смерти». В своей поэтике широко использовал метаболы, метафоры и олицетворения. В романах Поплавского встречается большое количество градаций. Из советских поэтов того времени по структуре своей поэтики Борис Поплавский наиболее близок к Борису Пастернаку и поэтам ОБЭРИУ, в первую очередь Заболоцкому. Неосуществленная идея опубликования первого поэтического сборника Поплавского («Граммофон на Северном полюсе»), по всей вероятности, принадлежит поэту, писателю и издателю И. М. Зданевичу, с которым поэт был близок в середине 1920-х годов. В 1927 году издатель и журналист С.М.Ромов планировал издание книги его стихов «Дирижабль неизвестного направления» (60 стихотворений), которая также не вышла. Впервые стихи Поплавского были опубликованы в 1928 г. в пражском журнале «Воля России». С 1929 года стихи Поплавского постоянно печатаются в почти недоступных «молодым авторам» «Современных записках». В журнале «Числа» Б.Ю.Поплавский регулярно публикует стихи, критические статьи. В 1931 году выходит первый поэтический сборник Поплавского «Флаги». К этому времени Поплавского всюду «приняли», в том числе у Мережковских. В скором времени выяснилось, что он замечательный оратор. Словом, все складывается в литературной судьбе Поплавского весьма успешно. Сборник «Флаги» оказался единственным прижизненным сборником Б.Ю.Поплавского. Попытки выпустить отдельным изданием роман «Аполлон Безобразов» («Домой с небес» Поплавский закончил за несколько дней до смерти) успехом не увенчались. Стихи Поплавского из сборника «Флаги» существуют на стыке двух культур. В них преломляется опыт как новой русской (А.Блок, Б.Пастернак), так и французской (Рембо, Аполлинер) поэзии. Его стихи нередко представляют собой «пересказ» неких несуществующих картин. Не случайно поэзию Поплавского неоднократно соотносили с живописью Шагала и, отмечая мощное мелодическое начало, все-таки находили её «более живописной, чем музыкальной». В стихах Б.Ю.Поплавского 30-х (посмертный сборник «Снежный час») меньше формальной «умышленности», а «трагический импрессионизм» лучших заставляет говорить о Поплавском как о достойном продолжателе традиций русской метафизической лирики. Проза, обладающая большей степенью формальной свободы, становится следующим этапом развития для «поэта самопознания». Но и сама проза Б.Ю.Поплавского претерпевает аналогичную его поэзии эволюцию: от изобилующего блестящими стилистическими играми «Аполлона Безобразова» (1932) — к жестоко исповедальному, автобиографичному. Статьи 1933—34 годов — новый этап в творчестве Поплавского-критика. Встреча с Н.И.Столяровой не внесла особых перемен в жизнь поэта, но в его творчестве иной стала тональность мироощущения.
Сочинения
Книги: Поплавский Борис Флаги: Стихи. — Париж: Числа, 1931; Поплавский Борис Снежный час: Стихи 1931—1935. — Париж, 1936; Поплавский Борис Из дневников. 1928—1935. — Париж, 1938; Поплавский Борис В венке из воска: Четвёртая книга стихов. — Париж: Дом книги, 1938; Поплавский Борис Дирижабль неизвестного направления. — Париж, 1965; Поплавский Борис Под флагом звёздным: Стихи. — Санкт-Петербург, 1993; Поплавский Борис Домой с небес: Романы. С.-Петербург: Логос; Дюссельдорф: Голубой всадник, 1993; Поплавский Борис Неизданное: Дневники, статьи, стихи, письма. — Москва : Христианское издательство, 1996; Поплавский Борис Стихотворения: «Флаги». «Снежный час». «В венке из воска». «Дирижабль неизвестного направления». — Томск: Водолей, 1997; Поплавский Борис. Покушение с негодными средствами: Неизвестные стихотворения. Письма к И.М.Зданевичу / Составитель Режис Гейро. — Москва : Гилея, Голубой Всадник, 1997. — 160 с. — 1000 экземпляров; Поплавский Борис Дадафония: Неизвестные стихотворения 1924—1927. — Москва : Гилея, 1999; Поплавский Борис Автоматические стихи. — Москва : Согласие, 1999; Поплавский Борис Неизданные стихи. — Москва : Терра, 2003; Поплавский Борис Орфей в аду: Неизвестные поэмы, стихотворения и рисунки. — Москва : Гилея, 2009; Поплавский Борис Куски. — Париж: Гилея, 2012 (тираж 50+50 нумерованных экземпляров); Поплавский Борис Небытие: Неизвестные стихотворения 1922—1935 годов. — Москва : Гилея, 2013; Поплавский Борис. Дирижабль осатанел: Русский дада и «адские» поэмы. Москва : Гилея, 2023; Поплавский Борис. Истерика истерик: Стихи времён революции и Гражданской войны / Составление, подготовка текстов, комментарии и примечания С.Кудрявцева. Москва : Гилея, 2024; Поплавский Борис. В смирительной рубашке: Стихи первых парижских лет / Составление, подготовка текстов, комментарии и примечания С.Кудрявцева. Москва : Гилея, 2024. Публикации: Статья «Вокруг „Чисел“», 1934; Аполлон Безобразов. Главы из романа // «Числа», № 2-3, 1930. № 5, 1931; «Опыты», № 1, 5, 6, 1953—1956; Домой с небес. Главы из романа // «Круг», № 1-3, 1936—1938; «Русская мысль», 1982, 14.1., 21.1., 28.1. и 5.2; Ковчег: Поэзия первой эмиграции. / Составитель, автор предисловия и комментариев В.Крейд. — Москва: Политиздат, 1991. — Страницы 266—287. — 511 страниц. Собрание сочинений: Собрание сочинений. В 3-х томах. Berkeley: Berkeley Slavic Specialties, 1980—1981 (под редакцией Симона Карлинского); Сочинения. — Москва : Летний сад; Журнал «Нева», 1999; Собрание сочинений. В 3-х томах / Под редакцией А.Богословского, Е. Менегальдо. — Москва: Согласие, 2000. Адреса в Москве: Кривоколенный переулок 14, квартира 35. Литература: Борис Поплавский в оценках и воспоминаниях современников. Санкт-Петербург, Düsseldorf, 1993; Ливак Л. «Героические времена молодой зарубежной поэзии». Литературный авангард русского Парижа (1920—1926) // Диаспора: Новые материалы. VII. Санкт-Петербург; Париж: Atheneum; Феникс, 2005. Страницы 131—242; Менегальдо Е. Поэтическая вселенная Бориса Поплавского.. — Санкт-Петербург : Алетейя, 2007. — ISBN 978-5-903354-54-2; Токарев Дмитрий. «Между Индией и Гегелем»: Творчество Бориса Поплавского в компаративной перспективе. — Москва : Новое литературное обозрение, 2011. — 347 страниц. — (Научная библиотека); Вишневский А.Г. Перехваченные письма. Роман-коллаж. — Москва: ОГИ, 2008.