[474x700]
1888
Сеит-Бий Аслан-Бекович Крымшамхалов
участник Первой мировой войны, офицер, кавалер восьми боевых наград (в том числе 2-х Георгиевских крестов и Золотого оружия «За храбрость»). Сеит-Бий Крымшамхалов родился в селе Карт-Джурт, в княжеской семье. Получив начальное образование, занимался скотоводством. Когда в августе 1914 года в Карачае начался набор добровольцев в Кавказскую туземную конную дивизию, одним из первых вступил в её ряды. В 3-ю Баталпашинскую сотню Черкесского конного полка Кавказской туземной конной дивизии. Одним из первых в дивизии заслужил свою первую награду — Георгиевский крест IV степени (№ 159476). В боях у города Станиславова заслужил Георгиевский крест III степени (№ 44272). Командование отмечало: «15 февраля во время атаки лавой, при следовании командира полка к деревне Цу-Бабино, в тылу командира полка из расположения неприятельских окопов стали раздаваться выстрелы, очевидно, незаметно прятавшегося в окопах неприятеля: вызвавшись охотником выбить этих неприятельских стрелков, стрелявших в упор, совершил оное с полным успехом и тем, безусловно, спас жизнь командиру полка.» В чине офицера, командуя одним из взводов сотни, он заслужил свой первый орден. В первой половине сентября всадники 3-й сотни вели разведку, выясняли обстановку и вступали в боевые соприкосновения с противником. Тогда же временно командующий полком подполковник Султан Крым-Гирей представил к награждению прапорщика Сеит-Бия Крымшамхалова. В наградном листе говорилось: «5 сентября, когда полк находился в деревне Коссово и была потеряна связь с 9-й кавалерийской дивизией, прапорщик Крымшамхалов с разъездом, несмотря на артиллерийский и ружейный огонь, выдвинулся вперед, выяснил обстановку и, благодаря его смелой и быстрой работе, была восстановлена связь с 9-й кавалерийской дивизией, чем способствовал общему успеху. Прошу наградить его орденом Святой Анны III степени с мечами и бантом.» Однако командование решило наградить Сеит-Бия Крымшамхалова другой наградой — орденом Святого Станислава III степени с мечами и бантом (приказ по 9-й армии от 21 апреля 1916 года). А уже в конце сентября, проявив отвагу в бою у деревни Петликовце-Нове, Крымшамхалов заслужил второй орден — Святой Анны IV степени с надписью «За храбрость». С осени 1915 года под конец мая 1916 года полки Кавказской конной дивизии несли сторожевую службу. Прапорщик С.-Б.Крымшамхалов неоднократно руководил разведкой, ходил в дозоры. Во время Брусиловского прорыва, 31 мая 1916 года, Черкесский полк, в авангарде которого наступала 3-я Баталпашинская сотня, полностью захватил деревню Окно и станцию. Всадники сотни, ворвавшись на станцию, уничтожили её охранников и захватили богатые трофеи. Число же пленных составило 157 человек. За этот бой Сеит-Бий был представлен к ордену Святого Владимира IV степени, но приказом 9-й армии от 27 июня 1916 года был награждён орденом Святой Анны III степени с мечами и бантом. В июне-июле кавказские сотни отбивали контратаки противника и проводили разведку. С.-Б.Крымшамхалов неоднократно возглавлял сотенный разведывательный разъезд, неся сложную и опасную службу. О напряженности тех дней ярко свидетельствуют записи в его полевой книжке: «21 июня. Высота 399. — Командиру 3-й сотни. Доношу, что с восточной стороны высоты 399 удалось добраться на саму высоту, откуда видно все движение неприятеля.
[490x700]
Всадники Ингушского конного полка. Первая Мировая Война. В центре офицер Черкесского конного полка, Кавалер ордена Святого Георгия и Георгиевского оружия, таубий Сеит Бий Крымшамхалов.
Отлично было для артиллерийского наблюдения на участке 7-й роты. Противник накатывается постоянно. Слежу за неприятелем.» За бой у деревни Королювка 16-го июля 1916 г., увенчавшийся полным успехом, прапорщик С.-Б.Крымшамхалов, командовавший разведкой, приказом по 9-й армии от 2 августа 1916 г. был награждён орденом Святого Станислава II степени с мечами и бантом. Вскоре Крымшамхалов за боевые отличия был произведён в подпоручики милиции, с переименованием в корнеты по кавалерии. С начала декабря и до конца 1916 г. дивизия, помогая войскам Румынии, вела ожесточенные бои с немецкими войсками, действуя в гористой местности Восточных Карпат, в районе городов Роман и Бакеу. Умело командуя всадниками, проявляя личную храбрость, корнет Крымшамхалов за бой 15 декабря на высотах против селения Сальчей приказом по 4-й армии от 27 марта 1917 года был награждён Орденом Святой Анны II степени с мечами и бантом. Свою наиболее почетную награду Сеит-Бий Крымшамхалов заслужил в последнем наступлении российской армии летом 1917 года. Тогда, 27 июня, во время наступления частей 12-го армейского корпуса, 3-й сотне Кавказской туземной конной дивизии было приказано под навесным огнём наших 4-х пулеметов переправиться через реку Ломницу и атаковать цепи противника с целью занять деревню Блудники. Бесподобная работа 3-й сотни, самоотверженность и храбрость всех её чинов, поднятая беспримерным порывом корнета Сеит-Бия Крымшамхалова, давшего и напомнившего всадникам заветы рыцарства, послужила началом блестяще завершившейся конной атаки и занятия села Блудники. Деревня Блудники была удержана нами и ночью сдана подошедшим частям ударного батальона 56-й пехотной дивизии. Состав 1-го взвода — 27 шашек. Потери его — 1 всадник убит, 6 — ранено и 9 лошадей убито. Захвачено пленных 20 спешенных гусар, много изрублено. Подробные свидетельские показания о том бое дал начальник 6-й конно-пулеметной команды отряда Балтийского флота штабс-капитан Ананьев, завершив их следующими словами: «Беззаветная храбрость корнета Крымшамхалова вызвала восхищение всех моих пулеметчиков, не говоря уже обо мне. О высокой доблести корнета Сеит-Бия Крымшамхалова своею подписью свидетельствую, что он во имя справедливости мог быть награждён отличием героя.» Командир полка полковник Чавчавадзе представил Сеит-Бия Крымшамхалова к Георгиевскому оружию. Ходатайства были направлены командиру 3-й бригады генерал-майору А. Гагарину, который, поддержав их, добавил: «Находясь у брода, я лично был свидетелем подвига корнета Сеит-Бия Крым-Шамхалова, а потому особенно ходатайствую о награждении…» Приказ командующего 8-й армией о награждении С.-Б.Крымшамхалова Георгиевским оружием был издан 14 октября. И, таким образом, корнет Сеит-Бий Крымшамхалов стал одним из 18 офицеров-горцев Кавказской конной дивизии, награждённых за три года боев Георгиевским оружием. Подвигом в бою у реки Ломницы он вписал своё имя золотыми буквами в боевую летопись дивизии. Приказом по армии и флоту 29 сентября 1917 года С.-Б.Крымшамхалов был произведен в поручики. К этому времени дивизия уже находились на родине, куда была отправлена по собственной просьбе, после того как отказалась поддержать мятеж генерала Л.Корнилова. После Октябрьской революции 1917 года Сеит-Бий, как и все офицеры дивизии, стал на путь борьбы с большевиками. В организованном осенью 1918 году Карачаевском конном полку он возглавил 3-ю сотню. Отважно сражаясь с Красной Армией на Северном Кавказе, на Царицынском фронте, участвуя в оборонительных боях 1920 года, он был произведен в есаулы. После поражения Белого движения Сеит-Бий Аслан-Бекович остался на родине и принял активное участие в антисоветском восстании в Карачае в сентябре-октябре 1920 года. В первой половине 1920-х годов, пользуясь объявленной амнистией, связанной с характерной для НЭПа либерализацией, Сеит-Бий Крымшамхалов проживал в Баксанском ущелье Балкарии, сохраняя наследие Исмаила Мырзакуловича Урусбиева, дочерью которого была его мать — Мисирхан. Впоследствии, вернувшись в Карачай, работал лесничим Джаланкольского лесничества. Но уже с конца 1920-х годах органы власти начали подвергать его лишению избирательных прав, превращая в изгоя в тогдашнем обществе. В 1929 году Сеит-Бий был арестован и по стандартным обвинениям в контрреволюционности осужден к заключению в лагеря, где и скончался. Вплоть до 1990-х годов имя героя российской армии, кавалера восьми боевых наград, отважного офицера Сеит-Бия Крымшамхалова находилось под запретом. В 1999 году решением прокуратуры КЧР Сеит-Бий Аслан-Бекович Крымшамхалов был официально реабилитирован. Награды и премии: Орден Святой Анны IV степени; Орден Святой Анны III степени; Орден Святой Анны II степени; Орден Святого Станислава III степени; Орден Святого Станислава II степени; Георгиевский крест IV степени; Георгиевский крест III степени. В годы Первой мировой войны 5702 офицера и генерала были награждены Георгиевским оружием. Из их числа 15 горцев Кавказской туземной конной дивизии стали кавалерами Золотого оружия

1889
Соломон Моисеевич Зарицкий
русский и украинский советский художник, деятель советского кинематографа, художник-постановщик театра и кино. Родился в Киеве, в семье портного. В 1909 году окончил Киевское художественное училище. Работал в качестве художника-декоратора в театрах Киева, Одессы, Харькова. В 1919 в период Граждаской войны в киносекции Киевского окружного военкомата оформил первые фильмы советского «Агитпропа»: «Всевобуч», «Мир — хижинам, война — дворцам» и другие. Впоследствии работал на Ялтинской, Одесской и Киевской киностудиях. С середины 1950-х годов выступал в основном как консультант. Умер 24 мая 1975 года. Фильмография: 1924 — Лесной зверь (совместно с И.Суворовым); 1926 — Марийка; 1928 — Плотина прорвана; 1928 — Джимми Хиггинс; 1928 — Ванька и «Мститель» («Ванька Огнев и его собака Партизан»); 1929 — Приключение полтинника; 1929 — Шкурник; 1930 — Кварталы предместья; 1930 — Право на женщину; 1930 — Хлеб; 1935 — Интриган; 1936 — Однажды летом; 1937 — Настоящий товарищ (совместно с Г.Ливановым); 1939 — Большая жизнь (I-я серия); 1940 — Пятый океан.

1890
Николай Николаевич Зряковский
пианист, композитор, музыковед, педагог. В 1908–1918 годах учился в Московской консерватории в классах фортепиано А.А.Ярошевского и К.Н.Игумнова. В 1932–1957 годах преподавал теорию музыки, инструментоведение и инструментовку в Московской консерватории. Теоретические предметы изучал у А.А.Ильинскогои С.И.Василенко. С 1918 преподавал в Музыкальной студии Пролеткульта, в Музыкальных техникумах имени М.М.Ипполитова-Иванова, Гнесиных. Руководил хоровыми и оркестровыми кружками на предприятиях, в клубах, воинских частях и военнных подразделениях Красной Армии. В 1932–1957 преподавал теорию музыки, инструментоведение и инструментовку в Московской консерватории. Среди учеников: И.Безродный, В.Блок, Л.Коган, С.Нейгауз, Г.Пищаев, С.Попов, К.Птица, С.Рихтер, В. Соколов, А.Флярковский, Э.Хачатурян и др. Автор кантат, симфониеской картины «Море», Увертюры на русские темы и др. Ему принадлежат записи и расшифровки песен народов СССР (в том числе сванских, азербайджанских, якутских). Награжден орденом «Знак Почета». Умер в Москве в 1978 году. Источник: Зряковский Н.Н. // Московская консерватория. От истоков до наших дней. 1866–2006. Биографический энциклопедический словарь. — Москва. 2007. — Страница 198.

[700x685]
1890
Михаил Карлович Левандовский
советский военный деятель, командарм 2-го ранга (1935). Родился в Тифлисе (ныне Тбилиси), в семье обрусевшего польского крестьянина. Отец был призван в Российскую армию, на срочную службу, после её окончания остался унтер-офицером на сверхсрочной службе. Мать — русская. В 1892 году отец скончался от жёлтой лихорадки. Через несколько лет мать вновь вышла замуж за терского казака и семья переехала на его родину в станицу Николаевская Сунженского отдела Терского казачьего войска. Там окончил трёхлетнюю церковно-приходскую школу. Позднее семья переехала в Грозный, где отец стал работать кочегаром на нефтеперегонном заводе. Михаил работал масленщиком на том же заводе, затем рассыльным в почтовой конторе, учеником наборщика в типографии. Окончил Грозненское городское четырёхлетнее училище и Грозненское реальное училище. В 1910 году как выходец из казачьей семьи сумел поступить в Владимирское военное училище, окончив его в 1912 году. Служил в 202-м Горийском пехотном полку, расквартированном в Кутаиси, младший офицер пулемётной команды полка. С 1914 года — на фронтах Первой мировой войны. Участвовал в боевых действиях в Восточной Пруссии, в Галиции, под Варшавой. Повышен в должности до командира пулемётной роты, награждён пятью боевыми наградами. В боях был дважды контужен, во второй раз — тяжело. После выздоровления зачислен в Тифлисскую школу прапорщиков курсовым командиром и преподавателем военного дела. С марта 1916 года служил в 1-м броневом автомобильном дивизионе в Петрограде — начальник отделения, начальник отдела. Воинское звание — штабс-капитан (1916). Проходя службу в Петрограде, оказался вовлечённым в революционные события 1917 года, в том числе участвовал в подавлении Корниловского выступления. Стал командиром броневого дивизиона. Сразу после Октябрьской революции участвовал в подавлении мятежа Керенского — Краснова. С началом демобилизации русской армии в январе 1918 года вернулся к семье в Грозный. В условиях фактического безвластия, разгула бандитизма и непрекращающихся чеченских налётов на Грозный — вступил в роту рабочей самообороны Грозненского нефтеперегонного завода. Вскоре на собрании бойцов роты был избран её командиром. С марта 1918 года — ответственный организатор Красной Гвардии в Грозном. С мая 1918 года — народный комиссар по военным делам Терской Советской Республики. Находясь во Владикавказе на съезде горских народов, оказался застигнут белогвардейским мятежом. Возглавил оборону здания, где размещались часть делегатов съезда и штаб местного гарнизона. Трое суток отбивал атаки белых казаков, затем с боем прорвался из окружения и привел отряд в Беслан. Оттуда во главе красногвардейских сил начал наступление на Владикавказ и выбил мятежников из города 11 августа 1918 года. В 1918 году близко познакомился с Г.К.Орджоникидзе и в дальнейшем стал его надёжным соратником. В начале 1918 года вступил в партию эсеров-максималистов. В августе 1918 года зачислен в Красную Армию и назначен командующим Владикавказско-Грозненской группы войск. В боевых действиях на Северном Кавказе, главной особенностью которых была почти полная изоляция красных войск от остальной территории РСФСР, проявил себя умелым командиром, способным активно действовать против превосходящего по численности противника, мастером обходных маневров, умеющим пользоваться разобщенностью вражеских сил. С декабря 1918 года — начальник оперативного отдела 11-й армии Южного фронта (Северный Кавказ). С января 1919 года — командующий войсками красной 11-й армии. К тому времени положение красных войск на Северном Кавказе стало полностью безнадёжным, войсками А.И.Деникина и Бичерахова удалось лишить их последних путей снабжения и выбить из крупных промышленных центров. В этой обстановке организовал поход остатков армии на Астрахань, в начале похода заболел тифом и доставлен в Астрахань без сознания. После выздоровления принял участие в обороне Астрахани, в марте 1919 года был начальником Западного боевого участка Кавказско-Каспийского фронта, командиром 1-й особой кавалерийской дивизии — с 13 февраля 1919 года по 20 марта 1919 года, командиром 7-й кавалерийской дивизии. С мая — начальник 33-й стрелковой дивизии, которую сам же сформировал в Астрахани, во главе её переброшен на Дон, участвовалв боях против войск Деникина, Мамонтова и восставших донских казаков. Отличился при освобождении Донбасса и в боях за Ростов-на-Дону в начале 1920 года. С марта 1920 года — командующий вновь сформированной 11-й армией, во главе её вёл наступательные операции по уничтожению последних группировок деникинской армии на Северном Кавказе. В мае 1920 года провел операцию по захвату Азербайджана и свержению мусаватистского правительства. С июля 1920 года по май 1921 года — командующий 9-й армией, во главе которой отличился при уничтожении Улагаевского десанта, а также в советско-грузинской войне. Член РКП(б) с 1920 года. В июле — сентябре 1921 года — губернский военный комиссар Тамбовской губернии. С сентября 1921 года — помощник, затем заместитель командующего войсками Северо-Кавказского военного округа. В 1923 году получил тяжелые травмы в автомобильной катастрофе, осложнённые начавшимся заражением крови, долгое время лечился. С апреля 1924 года по ноябрь 1925 года — командующий войсками Туркестанского фронта, руководил борьбой с басмачеством на всей территории Средней Азии. С января 1926 года — командующий войсками Кавказской Краснознамённой армии. С 1928 года одновременно уполномоченный народного комиссара по военным и морским делам СССР при Совете народных комиссаров ЗСФСР. С декабря 1929 года — командующий войсками Сибирского военного округа. В 1932—1933 годах стажировался в германском рейхсвере. С ноября 1933 года — вторично назначен командующим войсками Кавказской Краснознамённой армии, а когда в июне 1935 года на её основе был сформирован Закавказский военный округ — стал его командующим. В 1935 году провёл первые в СССР крупномасштабные военные маневры в условиях высокогорных районов. С июня 1937 года — командующий Приморской группой войск особой Краснознамённой Дальневосточной армии. Член Военного совета при Народном комиссаре обороны СССР. Депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва (1937—1938). 23 февраля 1938 года арестован. Длительное время отрицал все возводимые на него обвинения, но затем под пытками признал себя виновным в участии в антисоветском, троцкистском и военно-фашистском заговоре в РККА. 29 июля 1938 года приговорен Военной коллегией Верховного суда СССР к высшей мере наказания. Расстрелян в тот же день в Москве. Определением Военной коллегией Верховного суда СССР от 28 апреля 1956 года реабилитирован. Награды: Орден Ленина (1935); Орден Красного Знамени (1920); Орден Красного Знамени Азербайджанской ССР (май 1921); Орден Трудового Красного Знамени Таджикской ССР (сентябрь 1930); Орден Святого Станислава II степени с мечами (1916). Литература: Залесский К.А. Империя Сталина. Биографический энциклопедический словарь. Москва:ВЕЧЕ, 2000. - Страницы 272-273; Советская военная энциклопедия в 8 томах. Москва :Военное издательство, 1976-1981. - Том 4 «К-22» — «Линейный». - Страницы 580-581; Соломин Н.И. Легенда о командарме (о командарме 2-го ранга М.К.Левандовском). Москва:Политиздат, 1989.

[660x699]
1890
Кэтрин Энн Портер (Katherine Anne Porter)
американская журналистка, писательница и общественный деятель. Кэтрин Энн Портер, урожденная Калли Рассел Портер, была четвёртым ребенком в семье Харрисона Буна Портера (Harrison Boone Porter) и Элис Джонс Портер (Alice (Jones) Porter). Когда Портер исполнилось два года, её мать умерла. Отец отправил детей на воспитание к бабушке, Кэтрин Энн Портер. О влиянии бабушки на жизнь писательницы можно судить по тому факту, что позднее она сменила своё имя на бабушкино. После смерти бабушки, в возрасте 16 лет Портер уехала из дома и вышла замуж за Джона Кунца (John Henry Koontz). Брак был недолгим, и в 1915 году пара развелась. После развода Портер сменила имя на Кэтрин Энн. В том же году Портер тяжело заболевает. Сначала у неё обнаруживают туберкулёз, но позже диагностируют бронхит. В 1917 году она тяжело переносит эпидемию испанского гриппа, охватившую Денвер. События того времени описаны писательницей в рассказе «Бледный конь, бледный всадник» (Pale Horse, Pale Rider). В 1919 году Портер переезжает в Нью-Йорк, где становится «литературным негром», пишет рассказы для детей. Политическая жизнь того времени оказывает на Портер большое влияние, она увлекается идеями радикализма. В 1920 году она отправляется в Мексику, где знакомится с активистами левого движения, в частности с Диего Риверой. Позднее, однако, Портер теряет интерес как к самому движению, так и к его лидерам. Портер выходила замуж ещё трижды: в 1926 году за Эрнста Стока (Ernest Stock), и в 1930 за Юджина Присли (Eugene Pressley). Последним мужем Портер стал Альберт Рассел Эрскин-мл. (Albert Russel Erskine, Jr.), который был младше её на двадцать лет. После развода с ним Портер более не выходила замуж. Детей у Портер не было. С 1948 по 1958 годы Портер преподавала в Стэнфордском университете, Мичиганском университете и Техасском университете. В 1962 году Портер опубликовала свой единственный роман «Корабль дураков», который стал бестселлером и получил высокую оценку критиков и читателей. Роман повествует о социально-психологических предпосылках возникновения фашизма, ненависти и жестокости. Эта книга о расовых и социальных предрассудках, о взаимопонимании и его отсутствии, о том, как люди на одном корабле изо всех сил пытаются быть не вместе. В 1966 году Портер получила Пулитцеровскую премию и Национальную книжную премию за «Сборник рассказов Кэтрин Энн Портер». В 1977 году Портер опубликовала повесть «Тщета земная» (Old Mortality). Кэтрин Энн Портер умерла 18 сентября 1980 года в своем доме в Силвер-Спринге, штат Мэриленд. Прах Портер был захоронен рядом с могилой её матери, в родном городе писательницы на кладбище Индиан-Крик в Техасе. В 2006 году Почтовая служба США выпустила марку с изображением Кэтрин Энн Портер. Она стала двадцать второй маркой в серии «Литература». Роман: «Корабль дураков» (Ship of Fools), 1962. Повести: Тщета земная (Old Mortality), 1937; Полуденное Вино (Noon Wine), 1937 (экранизация 1966 и 1985); Бледный конь, бледный всадник (Pale Horse, Pale Rider), 1939 (экранизация 1964). Рассказы: «Maria Concepcion», 1922; «The Martyr», 1923; Девственница Виолетта ("Virgin Violeta"), 1924; «He», 1927; «Magic», 1928; Веревка ("Rope"), 1928; «Theft», 1929; «The Jilting of Granny Weatherall», 1930 (экранизирован в 1980 году); «The Cracked-Looking-Glass», 1932; Гасиенда ("Hacienda"), 1934; Могила ("The Grave"), 1934; Мудрость, нисходящая свыше ("The Downward Path to Wisdom"), 1939; Падающая башня ("The Leaning Tower"), 1941; Источник ("The Source"), 1944; Путь ("The Journey"), 1944; Свидетель ("The Witness"), 1944; Цирк ("The Circus"), 1944 (экранизирован в 1990 году); Последний лист ("The Last Leaf"), 1944; «A Day’s Work», 1944; Старый порядок ("The Old Order"), 1958; Фиговое дерево ("The Fig Tree"), 1960 (экранизирован в 1987 году); «Holiday», 1960; «A Christmas Story», 196. Сборники рассказов: Сборник рассказов Кэтрин Энн Портер (The Collected Stories of Katherine Anne Porter), 1965; Старый порядок: Истории Юга (The Old Order: Stories of the South), 1955; Падающая башня и другие рассказы (The Leaning Tower and Other Stories), 1944; Иудино дерево в цвету (Flowering Judas and Other Stories), 1930. Награды: 1966 — Пулитцеровская премия. В 1965 году на экраны вышла экранизация единственного романа Портер «Корабль дураков». В главных ролях снялись звезды мирового кино Вивьен Ли и Симона Синьоре. Литература: Katherine Anne Porter: A Sense of the Times (Minds of the New South) (автор Janis P. Stout); Katherine Anne Porter: A Life (автор Joan Givner); The Ambivalent Art of Katherine Anne Porter (автор Mary Titus); Katherine Anne Porter: The Life of an Artist (автор Darlene Harbour Unrue).

[504x700]
1890
Эрвин Фиров (немецкое имя — Erwin Vierow)
немецкий генерал пехоты (1941 год), командующий группы войск Север-Запад-Франция (1943—1944). Июнь 1941 года встретил генералом пехоты и командующим 55-м армейским корпусом вермахта. 24 октября 1941 года во главе корпуса взял третий индустриальный центр СССР Харьков. 25 октября издал приказ № 17 по корпусу, в котором, в частности, говорилось:
«Солдаты!
Харьков, третий индустриальный город России, взят.
Это выдающийся успех достигнут благодаря вашей отваге…
Солдаты, мы гордимся вами. Только будущая история сможет полностью отдать должное вашей славе. Вы можете гордиться, что сделали огромный шаг на пути к окончательной победе. Вперёд, к победе!»
Стал немецким комендантом оккупированного Харькова после взрыва генерала Георга фон Брауна 14 ноября 1941 года радиоуправляемой миной по команде Ильи Старинова из Воронежа (немецкая комендатура была образована ещё 21 октября, до захвата города). Активно проводил политику «замирения» города, заключавшуюся, в частности, в публичных казнях и устрашении гражданского населения. Умер 1 февраля 1982 года. Награды: Железный крест, 1-го и II класса (1914); Пряжки к железным крестам 1-го и II класса; За ранение (нагрудный знак) чёрный (1918); Награда Вермахта за службу; Медаль «За зимнюю кампанию на Востоке 1941/1942»; Рыцарский крест железного креста (15 ноября 1941). Источники: А.В.Скоробогатов. Харьков во время немецкой оккупации (1941—1943). — Xарьков: Прапор, 2006. ISBN 966-7880-79-6; Verbrechen der Wehrmacht. 1941—1944. Ausstellungskatalog. Hamburg, 2002, страница 334.


1891
Михаил Афанасьевич Булгаков
русский писатель советского периода, врач, драматург, театральный режиссёр и актёр. Автор романов, повестей, рассказов, пьес, киносценариев и фельетонов, написанных в 1920-е годы. Известные произведения: «Собачье сердце», «Записки юного врача», «Театральный роман» («Записки покойника»), «Белая гвардия», «Роковые яйца», «Дьяволиада», «Иван Васильевич» и роман, принёсший писателю мировую известность, — «Мастер и Маргарита», многократно экранизированный как в России, так и в других странах. Родился в городе Киев, Российская империя, в семье доцента (с 1902 года — профессора) Киевской духовной академии Афанасия Булгакова (1859—1907) и его жены, преподавательницы женской прогимназии Варвары Михайловны (в девичестве — Покровской; 1869—1922), в 1890 году начавших совместную жизнь на Воздвиженской улице, 28 в Киеве. Крещён в Крестовоздвиженской церкви на Подоле 30 мая. Крёстной матерью была его бабушка Олимпиада Ферапонтовна Булгакова, крёстным отцом — Николай Иванович Петров. В семье было семеро детей: Михаил (1891—1940), Вера (1892—1972), Надежда (1893—1971), Варвара (1895—1956), Николай (1898—1966), Иван (1900—1969) и Елена (1902—1954).

Дом в Киеве, где в 1906—1921 годах жил Булгаков
В 1909 году окончил Первую киевскую гимназию и поступил на медицинский факультет Киевского университета. Выбор профессии врача объяснялся тем, что оба брата матери, Николай и Михаил Покровские, были врачами, один — в Москве, другой — в Варшаве, оба хорошо зарабатывали. Михаил — терапевт, был врачом Патриарха Тихона, Николай — гинеколог — имел в Москве прекрасную практику. Булгаков в университете учился 7 лет — имея освобождение по состоянию здоровья (почечная недостаточность), подавал рапорт для службы врачом на флоте и после отказа медицинской комиссии попросил послать его добровольцем Красного Креста в госпиталь. 13 ноября 1916 года получил диплом об утверждении «в степени лекаря с отличием со всеми правами и преимуществами, законами Российской империи, сей степени присвоенными». В 1913 году женился на Татьяне Лаппе (1892—1982). Денежные трудности начались уже в день свадьбы. Это можно увидеть в воспоминаниях Татьяны Николаевны: «Фаты у меня, конечно, никакой не было, подвенечного платья тоже — я куда-то дела все деньги, которые отец прислал. Мама приехала на венчанье — пришла в ужас. У меня была полотняная юбка в складку, мама купила блузку. Венчал нас о. Александр». Отец Татьяны в месяц присылал 50 рублей, достойную по тем временам сумму. М.А.Булгаков не любил экономить и был человеком порыва. Если ему хотелось проехаться на такси на последние деньги, он без раздумья решался на этот шаг: «Мать ругала за легкомыслие. Придём к ней обедать, она видит — ни колец, ни цепи моей. „Ну, значит, всё в ломбарде!“»

Булгаков Михаил Афанасьевич, студент Киевского университета Святого Владимира, 1916 год. Государственный архив Киева
Первая мировая война застала Булгакова на каникулах в Саратове в семье Лаппа, где он помогал организовывать лазарет, а вернувшись в Киев, подал прошение о зачислении его зауряд-врачом (врачом без диплома) и был зачислен в госпиталь Красного Креста на Печерске. После сдачи экзаменов с отличием и получения диплома врача в апреле 1916 года Булгаков получает направление в военный госпиталь в Каменце-Подольском, затем в Черновцах, где он работал несколько месяцев во время Брусиловского прорыва. Затем был направлен на работу в село Никольское Смоленской губернии, после чего работал врачом в Вязьме. С 1917 года стал употреблять морфий, сначала с целью облегчить аллергические реакции на антидифтерийный препарат, который принял, опасаясь дифтерии после проведённой операции. Затем приём морфия стал регулярным. Это состояние отразилось в рассказе «Морфий», завершённом в 1927 году. Черновик будущего произведения под названием «Недуг» Булгаков, по свидетельству первой жены, набрасывал во время болезни. Именно Татьяна Лаппа в конце концов помогла будущему писателю избавиться от пагубного пристрастия, терпела его истерики и впрыскивала физиологический раствор вместо морфия. Весной 1918 года вернулся в Киев, где начал частную практику как врач-венеролог. Во время Гражданской войны в последние дни Гетманата (декабрь 1918 года) записался добровольцем (по иным сведениям, был мобилизован) в офицерские дружины для защиты Киева от войск Директории. В феврале 1919 года Булгаков был мобилизован как военный врач в армию Украинской Народной Республики. Затем, по своим воспоминаниям, работал врачом Красного Креста. После взятия Киева Добровольческой армией в августе 1919 года ушёл в Вооружённые силы Юга России и был назначен военным врачом в 3-й Терский казачий полк, в рядах которого принимал участие в боевых действиях на Северном Кавказе против восставших горских племён. В том числе участвовал в усмирении Чечни, позже этим событиям посвятил свой первый рассказ «Необыкновенные приключения доктора». Осенью 1919 года Булгаков находился в Грозном, занятым в тот момент деникинской армией. Там же в газете «Грозный» выходит первая статья Булгакова «Грядущие перспективы», этот фельетон по своему содержанию был резко антисоветским. Во время отступления Добровольческой армии в начале 1920 года Булгаков был болен тифом и поэтому вынужденно не покинул страну. После выздоровления, во Владикавказе, появились его первые драматургические опыты — двоюродному брату он писал 1 февраля 1921 года: «Я запоздал на 4 года с тем, что я должен был давно начать делать — писать». С 15 февраля 1920 года во Владикавказе начала выходить новая, ежедневная беспартийная политическая и литературно-общественная газета «Кавказ». В числе сотрудников газеты впервые была названа фамилия Булгакова. Неизвестно, что успел Булгаков опубликовать на её страницах. Но через много лет он скажет: «Пережил душевный перелом 15 февраля 1920 года, когда навсегда бросил медицину и отдался литературе»
С 1920 по 1921 Булгаков работал в отделе политпросвета ингушского наробраза.
Начало творчества (1919—1930)
В декабре 1917 года впервые приехал в Москву к своему дяде, известному московскому врачу-гинекологу Н.М.Покровскому, ставшему прототипом профессора Преображенского из повести «Собачье сердце». В период 1919—1921 жил во Владикавказе, здесь началась литературная деятельность Булгакова. Он написал и поставил на сцене местного театра пьесы «Братья Турбины» и «Сыновья муллы». О своей жизни на Кавказе писатель вспоминал в повести «Записки на манжетах», охватывающей один из самых трагичных, но одновременно и поворотных периодов в его жизни.

Мемориальная доска в честь Булгакова на здании областной больницы в городе Черновцы (Украина), где в 1916 году он трудился хирургом.
В 2022 году демонтирована украинскими властями
В конце сентября 1921 года окончательно переехал в Москву и начал сотрудничать как фельетонист со столичными газетами («Гудок», «Рабочий») и журналами («Медицинский работник», «Россия», «Возрождение», «Красный журнал для всех»). В это же время он опубликовал некоторые свои произведения в газете «Накануне», выпускавшейся в Берлине. С 1922 по 1926 год в газете «Гудок» было напечатано более 120 репортажей, очерков и фельетонов Булгакова. Первый рассказ «Необыкновенные приключения доктора» был опубликован в журнале «Рупор» № 2 за 1922 год. В 1923 году Булгаков вступил во Всероссийский союз писателей. В 1924 году он познакомился с недавно вернувшейся из-за границы Любовью Белозерской (1895—1987), которая в 1925 году стала его женой. В № 4 и 5 ежемесячного общественно-литературного журнала «Россия» за 1925 год были напечатаны первая и вторая части романа Булгакова «Белая гвардия», третья часть тогда так и не вышла по причине закрытия журнала. В феврале в альманахе «Недра» публикуется повесть «Роковые яйца», а в июле у Булгакова вышла первая отдельная книга «Дьяволиада. Рассказы». Она была переиздана в следующем году. В середине 1926 года в Ленинграде вышла вторая книга — сборник рассказов в серии «Юмористическая иллюстрированная библиотека журнала „Смехач“», затем в этом же году — третья и последняя российская прижизненно изданная книга писателя — сборник рассказов «Трактат о жилище», опубликованный издательством «ЗИФ».

Михаил Булгаков (1926)
В 1926 году ОГПУ провело у писателя обыск, в результате которого были изъяты личный дневник и машинописные экземпляры повести «Собачье сердце», которую начальник Главлита Лебедев-Полянский в докладе ЦК партии назвал «явно контрреволюционной». Спустя несколько лет дневник был Булгакову возвращён, после чего сожжён самим автором (больше он никогда дневников не вёл). Дневник дошёл до наших дней благодаря копии, снятой на Лубянке. 22 сентября 1926 года Булгаков был вызван в ОГПУ на допрос; там он прямо признался: «В своих произведениях я проявлял критическое и неприязненное отношение к Советской России… Мои симпатии были всецело на стороне белых». В 1926 году Булгаков стал известен как драматург, когда во МХАТе поставили его пьесу «Дни Турбиных», шедшую с большим успехом. 24 сентября Наркомпрос разрешил её постановку (только во МХАТ и только на год, но позже разрешение несколько раз продлевалось). На следующий день ОГПУ запретил пьесу; окончательно разрешение утвердил Сталин на заседании Политбюро 30 сентября. Пьеса Сталину понравилась. Распространено утверждение, что Сталин смотрел спектакль 15 раз, число 15 не находит документальных подтверждений, поскольку фиксировать присутствие Сталина в театре было запрещено, однако, по мнению Л.М.Яновской, Сталин определённо смотрел спектакль неоднократно. В своих выступлениях И.Сталин говорил, что «Дни Турбиных» — «антисоветская штука, и Булгаков не наш», но, когда пьеса была запрещена, Сталин велел вернуть её (в январе 1932 года), и до войны она больше не запрещалась. Тем не менее ни на один театр, кроме МХАТа, это разрешение не распространялось. Сталин отмечал, что впечатление от «Дней Турбиных» в конечном счёте было положительное для коммунистов (письмо В.Биллю-Белоцерковскому, опубликованное самим Сталиным в 1949 году). Одновременно в советской прессе проходит интенсивная и крайне резкая критика творчества Булгакова. По его собственным подсчётам, за 10 лет появилось 298 ругательных рецензий и 3 благожелательных. Среди критиков были влиятельные литераторы и чиновники от литературы (Маяковский, Безыменский, Авербах, Шкловский, Керженцев, Киршон и другие).
«Сознание своего полного, ослепительного бессилия нужно хранить про себя.» — Из письма Булгакова к Вересаеву.
В конце октября 1926 года в театре имени Вахтангова с большим успехом прошла премьера спектакля по пьесе Булгакова «Зойкина квартира».
В Москве в 1928 году прошла премьера пьесы «Багровый остров». У Булгакова возник замысел романа, позднее названного «Мастер и Маргарита». Писатель также начал работу над пьесой о Мольере («Кабала святош»). В 1929 году познакомился с Еленой Шиловской, которая в 1932 году стала третьей и последней женой Булгакова.
В театре (1930—1940)
В 1930 году работал в качестве режиссёра в Центральном театре рабочей молодёжи (ТРАМ). К этому году произведения Булгакова перестали печатать, его пьесы изымались из репертуара театров. Были запрещены к постановке пьесы «Бег» (запрещён в 1929 году после письма Сталину со стороны творческого объединения «Пролетарский театр»), «Зойкина квартира», «Багровый остров», спектакль «Дни Турбиных» снят с репертуара. Появившаяся в 1930 году «Литературная энциклопедия» в статье о Булгакове заявляла:
«Михаил Булгаков не сумел ни оценить гибели старого, ни понять строительства нового. Его частые идейные переоценки не стали поэтому источником большого художественного творчества… М.Булгаков вошёл в литературу с сознанием гибели своего класса и необходимости приспособления к новой жизни. Принял победу народа не с радостью, а с великой болью покорности.»
В 1930 году Булгаков писал брату Николаю в Париж о неблагоприятной для себя литературно-театральной ситуации и тяжёлом материальном положении. Тогда же он написал письмо правительству СССР, датированное 28 марта 1930 года, с просьбой определить его судьбу — либо дать право эмигрировать, либо предоставить возможность работать во МХАТе. 18 апреля 1930 года Булгакову позвонил И.Сталин, который порекомендовал драматургу обратиться с просьбой зачислить его во МХАТ.

М.Булгаков в 1937 году
С 1930 по 1936 год Булгаков работал во МХАТе режиссёром-ассистентом.
В 1931 году за Булгакова хлопотал Горький, который в письме Сталину от 12 ноября сообщил:
«Мне прислали фельетон Ходасевича о пьесе Булгакова. Ходасевича я хорошо знаю: это — типичный декадент, …преисполненный мизантропией и злобой на всех людей… Но всюду, где можно сказать неприятное людям, он умеет делать это умно. И — на мой взгляд — он прав, когда говорит, что именно советская критика сочинила из „Братьев Турбиных“ антисоветскую пьесу. Булгаков мне „не брат и не сват“, защищать его я не имею ни малейшей охоты. Но — он талантливый литератор, а таких у нас — не очень много. Нет смысла делать из них „мучеников за идею“. Врага надобно или уничтожить, или перевоспитать. В данном случае я за то, чтоб перевоспитать. Это — легко. Жалобы Булгакова сводятся к простому мотиву: жить нечем. Он зарабатывает, кажется, 200 р. в м-ц. Он очень просил меня устроить ему свидание с Вами. Мне кажется, это было бы полезно не только для него лично, а вообще для литераторов-„союзников“. Их необходимо вовлечь в общественную работу более глубоко.»
В 1932 году на сцене МХАТа состоялась постановка спектакля «Мёртвые души» Николая Гоголя по инсценировке Булгакова. В 1934 году Булгакову было дважды отказано в выезде за границу, при этом он был принят в Союз советских писателей. В 1935 году Булгаков выступил на сцене МХАТ как актёр — в роли Судьи в спектакле «Пиквикский клуб» по Диккенсу. Опыт работы во МХАТ отразился в романе Булгакова «Театральный роман» («Записки покойника»), материалом для образов которого стали многие сотрудники театра. Спектакль «Кабала святош» («Мольер») увидел свет в феврале 1936 года — после почти пяти лет репетиций. Хотя Е.С.Булгакова отметила, что премьера, состоявшаяся 16 февраля, прошла с громадным успехом, после семи представлений постановка была запрещена, а в «Правде» опубликовали разгромную статью об этой «фальшивой, реакционной и негодной» пьесе. После статьи в «Правде» Булгаков ушёл из МХАТа и стал работать в Большом театре как либреттист и переводчик. В 1937 году М.Булгаков работает над либретто «Минин и Пожарский» и «Пётр I». Дружил с Исааком Дунаевским.
В 1939 году работал над либретто «Рашель», а также над пьесой об И. Сталине («Батум»). Пьеса уже готовилась к постановке, а Булгаков с женой и коллегами выехал в Грузию для работы над спектаклем, когда пришла телеграмма об отмене спектакля: Сталин счёл постановку пьесы неуместной. С этого момента (по воспоминаниям Е.С.Булгаковой, В.Виленкина и др.) здоровье М.Булгакова стало резко ухудшаться, он стал терять зрение. Врачи диагностировали у Булгакова гипертонический нефросклероз — болезнь почек. Булгаков начал употреблять морфий, прописанный ему в 1924 году, с целью снятия болевых симптомов. Следы морфия были обнаружены на страницах рукописи романа «Мастер и Маргарита» спустя три четверти века после смерти Булгакова. В этот же период писатель начал диктовать жене последний вариант романа «Мастер и Маргарита». Роман впервые был опубликован в журнале «Москва» в 1966 году, то есть спустя 26 лет после смерти писателя, и принёс Булгакову мировую известность.
Смерть и похороны
С февраля 1940 года друзья и родные постоянно дежурили у постели Булгакова, почти утратившего речь. 10 марта 1940 года, на 49-м году жизни, Булгаков скончался. 11 марта состоялась гражданская панихида в здании Союза Советских писателей. Перед панихидой московский скульптор Сергей Меркуров снял с лица Булгакова посмертную маску. Тело Булгакова кремировали, прах был захоронен 12 марта на Новодевичьем кладбище. 14 октября 1940 года в Москве в Доме актёра состоялось траурное собрание, посвящённое памяти Булгакова.

На его могиле по ходатайству вдовы Е.С.Булгаковой был установлен камень, прозванный «голгофой», который ранее стоял на могиле Гоголя. В.Я.Лакшин вспоминает (цитируется по книге Е.С.Булгаковой «Воспоминания о Михаиле Булгакове»):
До начала 1950-х годов на могиле Булгакова не было ни креста, ни камня — лишь прямоугольник травы с незабудками да молодые деревца, посаженные по четырём углам надгробного холма. В поисках плиты или камня Е.С.захаживала в сарай к гранильщикам и подружилась с ними (она вообще легко сходилась с простыми людьми — малярами, штукатурами). Однажды видит: в глубокой яме среди обломков мрамора, старых памятников мерцает огромный чёрный ноздреватый камень. „А это что?“ — „Да Голгофа“. — „Как Голгофа?“ Объяснили, что на могиле Гоголя в Даниловском монастыре стояла Голгофа с крестом. Потом, когда к гоголевскому юбилею 1952 года сделали новый памятник, „Голгофу“ за ненадобностью бросили в яму.
„Я покупаю“, — не раздумывая сказала Е.С. „Это можно, — отвечают ей, — да как его поднять?“ — „Делайте что угодно, я за всё заплачу… Нужны будут мостки, делайте мостки от сарая к самой могиле… Нужны десять рабочих — пусть будут десять рабочих…“
Камень перевезли, и глубоко ушёл он в землю над урной Булгакова. Стёсанный верх без креста, со сбитой строкой из Евангелия, — он выглядел некрасиво. Тогда всю глыбу перевернули — основанием наружу.
[606x700]
Памятник в Киеве
Особенности творчества
Дарование Булгакова развивалось очень быстро, проявлялось теми или иными гранями в текстах разных жанров. За короткое время он успел выступить в рассказах, фельетонах и очерках, романах и повестях, пьесах. Уже рассказы, очерки и фельетоны Булгакова выделялись среди русской юмористики 1920-х годов своим художественным уровнем. В сатирических произведениях Булгакова — структуре художественных образов, необычности и парадоксальности ситуаций, в которых оказываются персонажи, приёмах и средствах осмеяния — проявляется карнавальное мироощущение писателя. Для фельетонов Булгакова характерно умение соединить две, казалось бы, несовместимые стихии — факт и вымысел, беллетризировать факт, сочетать документ с художественным вымыслом. Наблюдается тенденция сближения фельетона и рассказа, фельетон у Булгакова близок к сатирическому рассказу. Автор стилизует фельетоны под новеллу, страничку из дневника, применяет форму письма, диалог и др. В своей малой сатирической прозе Булгаков применял гиперболу и гротеск, обнажал и усиливал контрасты, заострял едва намечавшиеся тенденции. С середины 1920-х годов Булгаков стал использовать в своих произведениях многочисленные скрытые аллюзии, элементы тайнописи. Искусство неявных значений стало привлекать его не только своими художественно-интеллектуальными возможностями, но и возможностью затронуть рискованные темы и проблемы, находившиеся под запретом. Одновременно с началом широкого использования Булгаковым подобных средств и форм в его творчестве появляется и начинает переплетаться с ними фантастический элемент. По-видимому, как фантастика, так и иносказание выражали собой стремление писателя обобщённо и ёмко осмыслить происшедшие и происходящие в стране перемены, соотнести их с глубокими философскими проблемами, историческими проблемами, нравственными нормами. Фантастика и иносказание помогали Булгакову в поиске внутренней свободы для осмысления окружающей действительности. Мистические образы были для Булгакова лишь средством решения социально-сатирических и философских задач, но не частью мировоззрения. Булгаковские тексты часто заключают в себе многослойные семантические структуры. В них пересекаются различные смысловые пласты, происходит их взаимопроникновение, присутствует игра скрытых значений и многократно варьирующихся взаимоотражений, приводящие к особым образно-смысловым эффектам. В рамках этой сложной и гармоничной системы одним из важных элементов является аллюзионно-ассоциативный, в том числе использование прототипов, намёков на реальные, имевшие место в действительности события, факты, деятелей. В произведениях Булгакова часто встречаются реальные имена существовавших в действительности людей или же намёки на них, описания исторических событий, городов и улиц, сёл, предметов быта, зданий. Чуть ли не каждая строка содержит намёки на реальные подробности жизни писателя, и потому булгаковская проза, даже насыщенная фантастикой, читается как записки очевидца Булгаков в своих текстах почти всегда предпочитал использовать реальный историко-топографический фон, помещать персонажей в тех местах, которые самому автору были прекрасно известны, где он жил, работал либо же бывал в гостях у друзей или знакомых. По причине насыщенности конкретными деталями и образами проза Булгакова нуждается в разветвлённом комментировании. Текстам Булгакова присуща редкая сила выразительности, конкретность восприятия жизни, умение даже метафизическое явление изобразить максимально чётко, без расплывчатости и без аллегоризма — так, как если бы это происходило у читателя на глазах и чуть ли не с ним самим. Характерна точность в колорите места и времени — и в изображении Москвы, современной писателю, и в изображении древнего Ершалаима в «Мастере и Маргарите». Булгаков стал продолжателем традиции Салтыкова-Щедрина в литературе. Сатира у Булгакова так же глубока и беспощадна, как у Щедрина. Булгакову присущи остроумие и блеск фантазии, стремительность «быстрой» прозы, умение создать занимательный сюжет и в то же время не изменить художественной правде, сделавшие его одним из самых популярных писателей XX века. Для сатиры Булгакова характерна реалистичность, историческая и психологическая достоверность, в ней живописно и убедительно соединены время, города и люди. Булгакову присуще мастерское владение диалогом, речь булгаковских персонажей индивидуализирована, писатель умело отображает богатство речевой интонации, его портретные зарисовки очень выразительны. Карнавальное мироощущение писателя проявляется, в частности, в языке произведений Булгакова: то торжественно-величавом, высоком, то подчёркнуто грубоватом и фамильярном, откровенно-циничном. Неповторимый колорит, присущий булгаковским произведениям, создаётся во многом благодаря употреблению эмоционально-экспрессивной лексики, и чаще всего — просторечия. Вместе с другими видами эмоционально-экспрессивной лексики оно является важнейшим у Булгакова жанрово-стилистическим средством передачи индивидуализированной речи персонажей. Так, в повести «Собачье сердце» использование просторечия в диалогах обусловлено не только сюжетом и авторским замыслом, но и в значительной мере социальным происхождением героев. Просторечие придаёт речи персонажей оттенки грубоватости, непринуждённости, позволяет автору зримо обрисовать широкий спектр человеческих характеров и особенности взаимоотношений между персонажами. Булгаков видел ту проблему, которую Бунин в книге «Окаянные дни» назвал болезнью и распадом языка, его ломкой и засорением, в том числе в народной среде. Отсюда насмешки Булгакова над аббревиатурами, канцеляризмами, революционным жаргоном, самоуверенной безграмотностью газетчиков (эти проблемы он высмеивает, например, в фельетоне «Караул!», пьесе «Бег», повести «Роковые яйца»). Однако сам Булгаков не дистанцируется от этого языка эпохи перелома, объединяющего «неправильную» живую народную речь, церковный высокий стиль, библейские образы, книжный интеллигентный разговор, риторику митингов и канцелярский стиль. Язык сатиры Булгакова богат во многом за счёт этой неправильности и распада, умелого употребления всех штампов и нелепостей, соединения несовместимых говоров и жаргонов. Отсюда неповторимый комизм булгаковских произведений. Будучи противником формализма, канцелярщины, бумаготворчества, Булгаков порой прибегает к издевательской насмешливой имитации различных документов и деловых бумаг. Он также высмеивает популярные лозунги и плакаты, использует пародийные названия учреждений и организаций. Комизм в произведениях Булгакова создаётся ещё и благодаря использованию всевозможных тропов: сравнения и гиперболические, парадоксальные сопоставления, эпитеты, окрашенные обличительной экспрессией. Булгаков нередко применяет каламбуры, в основе которых лежат омонимы, омографы, паронимы, шуточная этимологизация, реализация метафор, переосмысление и модернизация устоявшихся фразеологизмов. Персонажи произведений Булгакова нередко носят стилистически сниженные антропонимы, «говорящие» фамилии, пародийные и комические.
Писатель и современники
Булгакова связывали дружеские отношения с В.В.Вересаевым, М.А.Волошиным. Однажды на именинах у жены драматурга Тренёва, его соседа по писательскому дому, Булгаков и Б.Л.Пастернак оказались за одним столом. Пастернак с каким-то особенным придыханием читал свои переводы стихов с грузинского. После первого тоста за хозяйку Пастернак объявил: «Я хочу выпить за Булгакова!» В ответ на возражение именинницы-хозяйки: «Нет, нет! Сейчас мы выпьем за Викентия Викентьевича, а потом за Булгакова!» — Пастернак воскликнул: «Нет, я хочу за Булгакова! Вересаев, конечно, очень большой человек, но он — законное явление. А Булгаков — незаконное!»
«Трудового графа» А.Н.Толстого Булгаков недолюбливал как за его бытовое (кутежи и прочее), так и за писательское поведение. Историческая драма Толстого и Щёголева «Заговор императрицы» о Распутине и Николае II была написана фактически по известному Толстому замыслу Булгакова начала 1920-х годов. Умение Толстого владеть разными пластами русской речи Булгаков оставлял без внимания — возможно, потому, что сам умел писать не хуже. Также, по мнению Булгакова, Толстому не делала чести слишком скорая эволюция взглядов на Петра I (ср. «День Петра» (1918), «На дыбе» (1929) и «Пётр Первый»), а в отношении опоры на источники романа «Пётр Первый» Булгаков, со слов Елены Сергеевны, говорил, что мог бы написать такой роман в голой комнате без единой книги. В романе «Мастер и Маргарита» Булгаков широко использовал намёки на современных ему литераторов. Так, среди возможных прототипов Михаила Александровича Берлиоза — один из основателей РАППа Леопольд Авербах, публицист Михаил Кольцов, журналист Фёдор Раскольников, театральный критик Владимир Блюм и другие советские идеологи. Кроме того, у Берлиоза есть некоторое портретное сходство с Демьяном Бедным. В число прототипов Бездомного (Ивана Николаевича Понырева), по-видимому, входили Александр Безыменский, Иван Приблудный и Демьян Бедный, а к прототипам Понырева в эпилоге «Мастера и Маргариты» — уже не поэта Бездомного, а профессора и сотрудника Института истории и философии — относят одного из друзей Михаила Афанасьевича Павла Попова и сценариста Сергея Ермолинского. Поэт Рюхин, доставивший Ивана Бездомного в клинику профессора Стравинского, имеет, по мнению некоторых исследователей, сходство с Маяковским. Отношения между Владимиром Владимировичем и Михаилом Афанасьевичем были непростыми — так, Маяковский в сатирической пьесе «Клоп» включил фамилию Булгаков в список слов-анахронизмов, незнакомых будущим поколениям. Прототип прапорщика-футуриста Михаила Шполянского в романе «Белая гвардия» — известный впоследствии литератор и филолог В.Б.Шкловский, тогда эсер. В «Театральном романе» у многих персонажей есть прототипы: в частности, прототип Ивана Васильевича — Константин Станиславский, Аристарха Платоновича — Владимир Немирович-Данченко, Поликсены Торопецкой — Ольга Бокшанская, секретарша Немировича-Данченко, сестра Елены Сергеевны Булгаковой.
Семья
Родители: Отец — Афанасий Иванович Булгаков (1859—1907), русский богослов и историк церкви; Мать — Варвара Михайловна (1869—1922), в девичестве — Покровская, преподаватель в прогимназии. Братья и сёстры: Вера Афанасьевна (1892—1972) — жена переводчика Н.Н.Давыдова (сына Николая Давыдова и правнука Дениса Давыдова); Надежда Афанасьевна (1893—1971) — в замужестве Земская; Варвара Афанасьевна (1895—1956) — прототип Елены Тальберг (Турбиной) в романе «Белая гвардия»; Николай Афанасьевич (1898—1966) — русский и французский учёный, биолог, бактериолог, доктор философии; Иван Афанасьевич (1900—1969) — музыкант-балалаечник, с 1921 года в эмиграции, сначала в Варне, потом в Париже; Елена Афанасьевна (1902—1954) — прототип «синеглазки» в повести В.Катаева «Алмазный мой венец». Жёны: 1913—1925: Татьяна Николаевна Лаппа (1892—1982) — первая жена. Брак заключён 23 апреля 1913 года. Распался не позднее октября 1924 года. Развод оформлен в марте 1925 года. Являлась прототипом персонажа Анны Кирилловны в рассказе «Морфий»; 1925—1931: Любовь Евгеньевна Белозерская (1895—1987) — вторая жена. Брак заключён 30 апреля 1925 года. Развод оформлен 3 октября 1932 года. Автор книги о жизни с Булгаковым «О, мёд воспоминаний»; 1932—1940: Елена Сергеевна Шиловская (1893—1970) — третья жена. Брак заключён 4 октября 1932 года. Вдова с 10 марта 1940 года. Более замуж никогда не выходила. По условиям завещания от 10 октября 1939 года являлась единственной наследницей имущества и авторского права Михаила Булгакова (впоследствии наследниками стали её дети от предыдущего брака). Считается основным прототипом персонажа Маргариты в романе «Мастер и Маргарита». Прочие: Николай Иванович Булгаков — дядя, преподавал в Тифлисской духовной семинарии; Пётр Иванович Булгаков — дядя, священник, автор коротких рассказов («Лукавый» и др.); Елена Андреевна Земская (1926—2012) — племянница, российский языковед, исследователь русской разговорной речи.

Писательский "надстроенный" дом, улица Фурманова, 3/5
Адреса в Москве
В скобках приведены современные названия. Известно, что Булгаковы зачастую игнорировали «советские» наименования (в частности, Елена Сергеевна в дневниках писала о Нащокинском переулке, хотя на момент переезда он был уже улицей Фурманова). Обухов переулок был переименован в Чистый до переезда Булгакова, в 1922 году, однако в источниках иногда упоминается под старым именем. 1921 — Малая Царицынская (Малая Пироговская улица), 18. 1921—1924 — Большая Садовая, 10, квартира 50. 1924 — там же, квартира 34. 1924 — улица Герцена (Большая Никитская улица), 46. 1924—1926 — Чистый переулок, 9. 1926—1927 — Малый Лёвшинский переулок, 4. 1927—1934 — Большая Пироговская улица, 35-а, квартира 6.

Нащокинский переулок в 2024 году
1934 (18 февраля) — 1940 (10 марта) — улица Фурманова (Нащокинский переулок), 3/5, квартира 44.