1882
Янис Курелис (латышское имя — Jānis Kurelis)
офицер Российской Императорской армии и генерал Латвийской армии. Получил известность как командир «группы генерала Курелиса» в конце Второй мировой войны. Янис Курелис, сын сельского батрака, родился в Эргемсой волости, Российская империя, ныне Валкский край, Латвия, в многодетной семье. Детство провёл на Псковщине.
В Русской Императорской армии
В 1899 году закончил Псковское реальное училище, добровольцем вступил в 183-й пехотный Пултусский полк. В 1901 году окончил Одесское военное училище. В 1905 г. участвовал в русско-японской войне. В 1910 г. получил чин капитана и был переведён в Главное управление Генерального штаба. В 1915 г. во время Первой мировой войны командовал батальоном в боях против Германии. В 1917 г. командовал 5-м Земгальским латышским стрелковым полком, был повышен до полковника. Когда полк перешёл на сторону большевиков, Курелис был инициатором формирования белых латышских частей (Имантского полка) в Сибири.
Имантский полк
Через Владивосток он прибыл в Шанхай, где вместе со старшими лейтенантами К.Упелниексом, Я.Озолсом и Р.Валдманисом добился согласия Франции на организацию латышских воинских подразделений. 20 октября 1918 года назначен командиром Имантского полка. В 1919 году решением Дальневосточного национального совета направлен в Латвию, где 23 ноября 1919 года назначен начальником отдела штаба главнокомандующего Латвийской армии. С 1 октября 1921 года — помощник начальника Технического управления. С 1 февраля 1922 года по 24 мая 1924 года — командир Технической дивизии. В 1925 году ему присвоен чин генерала. Курелису подчинялись латвийские танкисты, лётчики, связь и береговая артиллерия. В отставку он вышел в мае 1940 года, поэтому и избежал высылки.
Сотрудничество с нацистами
В 1941—1943 годах руководил охранным предприятием союза военных инвалидов в Риге. Один из подписантов Меморандума Центрального Совета Латвии от 17 марта 1944 года. Потом вступил в 5-й Рижский полк айзсаргов, где организовал так называемую группу генерала Курелиса. Ему удалось заинтересовать немцев собственным проектом — созданием «партизанской армии», которая при вступлении красных на территорию Латвии устроит им «ад в тылу». Заодно ей присваивалась функция борьбы с дезертирами (однако вместо того, чтобы сдавать их немцам, «курелиеши» ставили их на довольствие, пополняя свои ряды). Курелис имел тайную мысль — повторить сценарий 1918—1919 года, использовав немецкую военную силу, а затем выйти из подчинения немцев. Тайный план разработал начальник штаба группы, капитан Кристапс Упелниекс, который надеялся, что им при помощи США и Англии удастся сохранить ЛР. «Между генералами Курелисом и Бангерскисом была идеологическая и политическая трещина», — оценивает двоих старых военачальников Латвии, оставшихся на её территории к 1944 году, историк Антонийс Зунда. Если Курелис, как и возглавлявшийся Константином Чаксте Латвийский центральный совет, был против и СССР, и Германии, то Бангерскис мечтал о том, что в награду за «геройскую борьбу легионеров и Латвии найдётся место в Новой Европе». Однако всё пошло не так. Дневник адъютанта штаба Курелиса Яна Грегора показывает, как меняется его отношение к немцам по мере отступления на запад. 2-3 октября началась обязательная эвакуация жителей Риги на Запад. На сборы людям дают 3 часа. Эвакуируют всех от 14 до 55 лет — значит, из 200-тысячного населения Риги к отправке в Германию назначено 120—150 тысяч человек, записывает Грегорс. 7 октября 1944 года: «Теперь и немцы, как и большевики, устроили нам ловлю рабов. Но чтобы ни случилось, народ не может оставить свою землю, и преступно думают те „латыши“, которые эвакуацию всего народа считают избавлением от смерти и Сибири, потому что Германия-де ближе Сибири. Генерал Бангерскис считает, что все латыши должны уйти в Германию, пусть даже они вернутся через 30-40 лет. Он с ума сошёл!» 1 ноября генерала Курелиса вызвали к обергруппенфюреру Еккельну, главе СС Остланда. В штабе Курелиса набросали меморандум: «Просим германское правительство, чтобы было официально декларировано признание и готовность фактически предоставить независимость Латвии». Курелис на встрече обещал Еккельну сформировать из беженцев в Курляндии 50-тысячную армию и развернуть партизанскую войну в тылу красных. Даже упомянул, что призыв в легион незаконен с точки зрения Гаагской конвенции.
Однако Еккельн вызвал Курелиса, чтобы выяснить, не принимает ли он дезертиров из 19-й дивизии легиона СС. Курелис не признался, хотя дезертиров у него было много. Немцы об этом знали, как и о планах выйти из-под их подчинения.
Ликвидация группы Курелиса
7 ноября Ян Грегор делает запись в дневнике: «Серьезные люди предупреждают, что нас окружат и расформируют. Если не сказать хуже…»
14 ноября группу Курелиса (неполный полк) окружили. Около 8 часов утра на базе появились немецкие парламентеры, лёгкий самолёт «Fieseler» сбросил какой-то пакет, и латышам объявили, что они сопротивление бесполезно. Капитан Упелниекс хотел организовать оборону, но Курелис решил сдаваться. Хотя немцы обещали просто «перенять» латышское соединение под свой контроль, весь его личный состав и командир, генерал Курелис, были отправлены в концлагерь Штуттгоф (2713 военнопленных). 8 офицеров его штаба, в том числе Упелниекса и Грегора, отдали под трибунал, подчинённый Бангерскому. Суд состоялся в Лиепае. Среди судей были латыши: штандартенфюрер Палкавниекс, оберштурмбанфюрер Гайлитис. Всех восьмерых офицеров штаба Курелиса приговорили к расстрелу.
В концлагере
В Штуттгофе Курелис попал в «привилегированный» барак, где сидели также лидер социал-демократов Бруно Калниньш, руководитель Латвийского центрального совета Константин Чаксте и посол Лудвигс Сея. 62-летний генерал смог пережить зимнюю ликвидацию лагеря, когда пленных гнали десятки километров по снегу, пристреливая отстающих. Более того: из Данцига он на буере через Балтийское море бежал в Швецию. В 1948 году генерал вернулся из Швеции в Германию к семье. Они поселились неподалёку от Киля, где в небольшом городке находилась сельскохозяйственная школа, созданная латышами. Супруга Курелиса Элза устроилась там работать врачом. Это была школа. Там обучали садоводству, обработке земли, животноводству. Отец учил будущих сельчан ездить на тракторе. Он как сын сельского батрака вырос в крестьянском хозяйстве вместе с семерыми братьями, умел делать всю сельскую работу и не забыл её за годы армейской службы. В США в 1950-е годы требовались врачи, и Элзе Курелис предложили на выбор несколько штатов, она выбрала Техас. Семья прибыла в Нью-Орлеан 1 мая 1951 года. Устроиться в Техасе им помогла лютеранская программа помощи (Lutheran Relief program, сейчас Lutheran World Relief). В Техасе Элзе зачли полученное в Латвии образование и практику и дали практику окружного врача (county doctor) в маленьком городке Голдсуэйте, между Остином и Далласом, округ Миллз. Янис Курелис был старшим рабочим в сельском хозяйстве. В начале 1950-х годов СССР потребовал от США выдать Яниса Курелиса как военного преступника. А потом семья получала письма из Советской Латвии с приглашением вернуться. Эти письма приходили и при жизни генерала, и после его смерти. Были люди, которые поверили этим письмам и вернулись на родину. В 1953 году семья переехала в Чикаго, где Элза Курелис работала в норвежско-американской больнице (Norwegian American Hospital). В этом году генерал Курелис тяжело заболел. Умер он 5 декабря 1954 года. Похороны были скромными, урна с прахом генерала похоронена в Чикаго, на Кладбище акаций (Irving Park Acacia Cemetery).
Семья
Курелис женился поздно, в 54 года, на 36-летней Элзе Розенвалд. Его старший сын Янис Улдис родился в 1938 году, дочь Инесе в 1940 году. Его супруга Элза Курелис-Розенвалд была врачом. Семью генерала в 1944 году сначала отправили в Кенигсберг, затем в Германию, где она находилась в английской зоне, в лагере для перемещенных лиц в Регенсдорфе, земля Шлезвиг-Гольштейн. Затем их перевезли в Любек. Янис Улдис в Германии недолго учился в латышской школе, а потом ему пришлось сдавать экзамен, чтобы перевестись в немецкую военную школу для мальчиков. В Техасе детям пришлось учить английский язык, и для Яниса Улдиса школьные годы затянулись — в одном и том же классе средней школы Паркера в негритянском районе Чикаго ему приходилось оставаться на второй год. Он так и не получил высшего образования и всю жизнь проработал водителем грузовика. Детей у него не было. Когда Янис Улдис был призван в армию США, он высказал своему начальству боязнь провокаций со стороны СССР против семьи Курелиса. Ему посоветовали сменить имя и фамилию. Так он стал Марком Валиантом. Инесе Курелис жила в Чикаго, работала в «Braniff Airlines». Элза Курелис скончалась в 1971 году.
Награды
За заслуги в Русско-Японской войне 1904—1905 годов награждён Орденом Святого Станислава III степени и Орденом Святой Анны IV степени. За участие в Первой мировой войне — орденами Святого Станислава и Святой Анны II степени, орденом Святого Владимира IV степени и солдатским Георгиевским крестом за храбрость. За проявленный героизм в боях у Малой Юглы в 1920 году награждён военным орденом Лачплесиса III степени. Награждён орденом Трёх звезд II и III степеней, орденом Виестура I степени, крестом за заслуги в обороне и серебряной медалью Латвийского оборонного общества. Награждён также Военным крестом Чехословакии и юбилейной медалью в честь 10-летия провозглашения независимости Латвии.
Память
В день смерти Яниса Курелиса в Англии в газете «Laiks» (8 декабря 1954 года) «курелиеши» поместили соболезнование: «Ja dzimtenei ziedot dzīvību spēj dēli, tad mazāk upuru nedrīkst būt žēli» («Если сыновья способны пожертвовать жизнью ради родины, значит и меньших жертв для неё жалеть нельзя»). Отношение к деятельности генерала остаётся противоречивым. Старые легионеры не говорят о нём ничего хорошего, «Daugavas Vanagi» молчат. Бывший солдат батальона Рубениса Артур Пормалс полагает, что «было бы хорошо перевезти урну с прахом Курелиса на Братское кладбище». Литература: Крысин М.Ю., Литвинов М.Ю. Крах группы Курелиса. Подготовка немецко-фашистскими оккупантами антисоветского сопротивления в Латвии. // Военно-исторический журнал. — 2016. — № 6. — Страницы28—33; A. Švābe, Latvju Enciklopēdija, II sējums, Stokholma, 1952—1953; Л. Силиньш. «Латыши в Штутгофском концентрационном лагере», 2003; H. Biezais, Kureliešii: Nacionālās pretestības liecinieki. Itaka: Mežābele, 1991.


1882
Алмурат Лепесов
старший чабан колхоза «20 лет Казахстана» Аральского района Кзыл-Ординской области, Казахская ССР. Родился в ауле Камбаш Казалинского уезда Сыр-Дарьинской области Туркестанского края, ныне – Аральского района Кызылординской области Казахстана. Казах. С детского возраста работал по найму – пас байский скот (батрачил). В 1918 году отправился в город Аральск, работал грузчиком на железной дороге, там же самостоятельно обучился грамоте. С началом коллективизации сельского хозяйства в начале 1930-х годов Алмурат Лепесов вернулся в родное село и вступил в местную сельскохозяйственную артель, работал в полеводческой бригаде. Позже он перешёл работать табунщиком по выпасу лошадей, всемерно заботился об увеличении их поголовья. В годы Великой Отечественной войны колхозом «Акбай» Аральского района в Красную Армию были поставлены сотни строевых коней, выращенных А.Лепесовым. В 1944 году он перешёл работать чабаном по выпасу овец и вскоре стал лучшим чабаном колхоза, позже переименованного в «20 лет Казахстана». В отаре Алмурата Лепесова были самые высокие показатели по выходу молодняка и настригу шерсти. По итогам работы в 1947 году он вырастил от 433 курдючных овцематок 575 ягнят при среднем весе ягнят к отбивке 43 килограмма. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 июля 1948 года за получение высокой продуктивности животноводства в 1947 году Лепесову Алмурату присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот». В последующие годы А.Лепесов продолжал демонстрировать высокие показатели в овцеводстве. После реорганизации в 1957 году колхоза в овцеводческий совхоз «Каракумский» он работал старшим чабаном до выхода на пенсию в 1959 году. Жил в Аральском районе. Скончался в 1966 году. Награждён орденом Ленина (23 июля 1948), медалями.


1882
Ян Станислав Янковский (польское имя — Jan Stanisław Jankowski; псевдонимы: Doktor, Jan, Klonowski, Sobolewski, Soból)
польский политический деятель, видный представитель польского Сопротивления во время Второй мировой войны. В 1946 году был арестован НКВД и осужден к 8 годам заключения; накануне освобождения погиб при невыясненных обстоятельствах (Перейти к разделу «#Арест, процесс и смерть»). Родился в шляхетной семье, в деревне Большой Крассув (польское название — Krassów Wielki) в 60 км от Варшавы. Учился в австро-венгерской Галиции, по образованию — инженер-агроном. С молодых лет в политике, в 1906 — один из основателей социалистического Национального союза рабочих; с 1912 года член Временной комиссии объединенных партий сторонников независимости (TKSSN) — объединения всех польских партий, поддерживавших Австро-Венгрию как единственную державу, способную объединить и освободить разделенные польские земли. С 1915 года в Польских легионах. После восстановления независимости Польши в 1920 году — сооснователь Национальной рабочей партии (возглавлял её до 1923 года, зам. председателя до 1933 года). Министр труда и социальной политики Польши в 1921—1926 гг., член Сейма в 1928—1935 гг.
Во время оккупации
После поражения Польши в начале Второй мировой войны Янковский остался в стране и участвовал в воссоздании своей партии в условиях подполья. С 1941 директор по вопросам труда и социальной защиты при находившемся в стране представителе польского правительства в изгнании. Когда в феврале 1943 представитель правительства Ян Пекалкевич был арестован гестапо, занял его место и в 1944 получил формальный статус вице-премьер-министра Польши. 31 июля 1944 одобрил решение о начале Варшавского восстания. Во время боев в Варшаве находился вблизи штаба Армии крайовой, однако потерял связь с большинством ячеек в других частях Польши. После сдачи Варшавы немцам покинул город вместе с гражданскими лицами и укрылся в сельской местности, где продолжал исполнять свои обязанности. Янковский возглавил новую подпольную офицерскую военно-политическую организацию «Niepodległość-NIE», официально созданную польским эмиграционным правительством 14 ноября 1944 года. В задачи новой структуры входило ведение разведки и пропаганды в тылу Красной армии, диверсионная деятельность и ликвидация политических противников. Однако развернуть деятельность новой организации сколько-нибудь широко не удалось. Руководящие кадры АК-NIE находились в глубоком кризисе. В результате активной чекистской деятельности «Неподлеглость» полностью прекратила своё существование уже весной 1945 года, когда почти все активные члены её руководства были арестованы. В мартe 1945 года руководящие кадры антикоммунистического подполья в тылу действующей Красной Армии находящийся в Польше на нелегальном положении - представители эмигрантского польского правительства, большинство делегатов Совета Национального единства (временного подпольного парламента) и руководители АК-NIE были приглашены «генералом советских войск Ивановым» (генералом НКГБ И.А.Серовым) на конференцию по поводу возможного вхождения руководителей aнтикоммунистическогo подполья в новoe правительствo. Однако они заявили о желании получить 80 % мест в новом кабинете (нe признaвали Временного правительствa Польской Республики) и требовали рейсa в Лондон. Несмотря на гарантии безопасности, 27 марта представители антикоммунистического подполья были арестованы в Прушкуве и доставлены в Москву.
Арест, процесс и смерть
Во время следствия вёл себя мужественно. На первом допросе протестовал против своего ареста и заявил: «Мы не желаем, чтобы Польша была 17-й республикой СССР, мы хотим свободы и будем за неё бороться». Позднее, на вопрос о лицах, занимавших руководящие посты в структуре подпольного совета министров в Польше, ответил, что отказывается их назвать, так как связан присягой польскому лондонскому правительству. Лишь 8 мая на очередном допросе признал свою ответственность, за то, что не выполнил приказ командования Красной армии о сдаче радиостанции, с помощью которой осуществлялась связь с Лондоном и политическую ответственность за действия Армии Крайовой. 18-21 июня 1945 состоялся так называемый «Процесс шестнадцати», на котором Янковскому и другим подсудимым были предъявлены обвинения. Из обвинительного заключения по обвинению Окулицкого Л.Б., Янковского Я.И., Бень А.В., Ясюковича С.И. и других в количестве 16 человек в преступлениях, предусмотренных статьями 58-6, 58-8, 58-9, 58-11 Уголовного Кодекса РСФСР. «'Следствие считает установленным, что:
1) обвиняемые по настоящему делу Окулицкий Л.Б., Янковский Я.С, Бень А. В. и Ясюкович С. И. после освобождения территории западных областей Украины и Белоруссии, а также Литвы и Польши, являлись организаторами и руководителями польских нелегальных организаций на этой территории, проводивших активную подрывную работу в тылу Красной Армии;
2) обвиняемый Окулицкий при участии обвиняемых Янковского, Бень и Ясюковича, действуя по указаниям польского эмигрантского „правительства“, ложно заявив Советскому военному командованию о роспуске „Армии Крайовой“, в действительности сохранили её штабы, офицерские кадры и на этой базе создали новую законспирированную военно-политическую организацию под наименованием „НЕ“ — „Неподлеглость“ („Независимость“), в целях продолжения подрывной работы в тылу Красной Армии и подготовки военного выступления в блоке с Германией против СССР;
3) руководили подрывной деятельностью созданных ими подпольных организаций, направляли её на совершение террористических актов против бойцов и офицеров Красной Армии, диверсий на коммуникациях Красной Армии, неся таким образом всю моральную и политическую ответственность за диверсии и за террористические акты, совершенные в тылу Красной Армии;
4) вопреки приказу Советского военного командования об обязательной сдаче приемо-передаточных радиостанций, оружия и боеприпасов, скрыли их и использовали для подрывной работы против Действующей Красной Армии;
5) обвиняемый Окулицкий занимался ведением разведывательно-шпионской работы в тылах Красной Армии;
6) что обвиняемые Пайдак А.Ю., Пужак К.В., Звежинский А.К., Багинский К.С, Мерзва С.Ф., Стыпулковский З.Ф., Чарновский Е.С, Хацинский И.А., Урбанский Ф.А., Михаловский С.Ф., Кобылянский К.С. и Стемлер-Домбский И.Г. принимали участие в подрывной деятельности польского подполья на территории Польши в тылу Действующей Красной Армии, были осведомлены о невыполнении руководителями подполья приказов Советского военного командования о сдаче приемо-передаточных радиостанций, оружия и боеприпасов и использовали их в преступных целях. Обвиняемые Окулицкий, Янковский, Ясюкович, Бень, Пайдак, Звежинский, Чарновский, Кобылянский, Мерзва, Урбанский, Михаловский и Стемлер-Домбский признали себя виновными в предъявленном обвинении полностью и уличаются имеющимися в деле документами, вещественными доказательствами и показаниями свидетелей». Он был приговорен к 8 годам заключения.

Мемориал на Князь-Владимирской кладбище
За две недели до истечения срока заключения, 13 марта 1953 года, Станислав Янковский скончался во Владимирском централе и был, вероятно, похоронен на ближайшем Князь-Владимирском кладбище вместе с эстонским генералом Йоханом Лайдонером, который находился в советском заключении с 1941 и умер в тот же день, что и Янковский. Точные обстоятельства смерти и место захоронения Янковского до сих пор засекречены, некоторые авторы предполагают, что он мог быть убит. В память о Янковском на Князь-Владимирском кладбище установлена мемориальная доска. Награды: Орден Virtuti Militari V степени (1944, за участие в Варшавском восстании); Орден Белого орла (посмертно, 1995). Библиография: Из Варшавы. Москва, товарищу Берия… Документы НКВД СССР о польском подполье. 1944—1945. — Москва; Новосибирск, 2001.


1883
Виктор Бенджамин Нойберг (Victor Benjamin Neuburg)
английский поэт и писатель, литературный критик, телемит и оккультист. В течение многих лет близкий друг известного британского оккультиста и мага Алистера Кроули. Нойберг был «первооткрывателем» таких знаменитых поэтов, как Дилан Томас и Памела Х. Джонсон. Виктор Нойберг родился в лондонском районе Ислингтон, в зажиточной еврейской семье выходцев из Чехии. В 1906—1909 годах он учился в Тринити-колледже Кембриджского университета.
Знакомство с оккультизмом
В 1909 году в Кембридже Виктор познакомился с Алистером Кроули и подпал под полное влияние последнего. Первоначально ортодоксальный иудей и затем — агностик, Нойберг вступил в изобретённый Кроули «магический орден» АА (Astrum Argentum (Серебряная звезда), в котором тот сам себя и назначил магистром. Склонный к гомосексуализму Нойберг влюбился в «магистра», и тот увёз студента в июне 1909 года, после окончания занятий в университете, из Кембриджа в свой дом в Шотландии для «посвящения в таинства». Первый день его в Шотландии прошёл следующим образом: здесь Нойберга переодели в церемониальные одеяния, вооружили длинным мечом, которым он должен был начертать заклинания. Не сумев этого сделать, Нойберг уселся на пол в позе йога и вслух читал буддийские мантры, пока на него не снизошло «озарение». После чего его позвали на ланч. В. Нойберг вёл во время пребывания в Шотландии подробный дневник, и потому несложно проследить все стадии его посвящения в мир магии. Главной задачей, которую ставил перед ним Кроули на этой стадии, было обладание методом астральной проекции, состоявшего в умении сознания отрешиться от своего физического тела и, таким образом, получить возможность к исследованию астрального мира. В связи с длительным недостатком свежего воздуха и полноценного питания во время этого «обучения» у Нойбурга всё чаще наступали «озарения». Вот что он сообщает по поводу одного из этих сеансов в своём дневнике: «Сразу после 11 часов я исполнил „Изгоняющий Ритуал“, затем „Предварительный Ритуал“, воскурил ладан, продекламировал Ом мани Падме Хум, и поднялся в проекции. Я, разумеется, продвинулся довольно далеко. Рано я встретил моего Ангела. Обогнул его. Затем проследовал через множество проекций; в конце концов я был задержан своей Матерью, огромной коричневой женщиной, моим Отцом, маленьким зелёным мужчиной, сладострастной девушкой и гермафродитом. Они пытались один за другим задержать меня. Я миновал их всех. Наконец я достиг некоего гроба, на котором значилась надпись RESURGAM (ВОССИЯЮ). В Десятой Сфере меня насильственно притянуло к нему, но мне удалось убежать в водовороте света, в который я был полностью затянут. На дикой скорости я опустился обратно, достиг моего тела около 11:25. Затем я медитировал и читал Телему…» В последующих своих астральных путешествиях Нойберг сражался с Красным и с Чёрным Гигантами, которых победил «формулой Гарпократа»; становился зелёным треугольником в фиолетовой короне; кометой, «вспыхнувшей в волосах Господа» и т. д. Кроули, склонный к садистским проявлениям, неоднократно физически наказывал своего ученика «за пребывание среди злых каббалистических сил» — порол его можжевеловыми розгами и крапивой, а также всячески издевался над еврейским происхождением Нойберга. Эта «инициация» длилась в течение 10 дней, и всё это время «ученик» должен был спать в холодной, сырой комнате, голый, на сделанной из колючего дрока кровати. По замечанию биографа В.Нойберга, Джин Фуллер, именно это пребывание у Кроули послужило причиной туберкулёза, от которого впоследствии Нойберг скончался. Осенью 1909 года Нойберг и Кроули отправляются в Северную Африку, в Алжир, и оттуда перебираются на юг, в пустыню, где заклинают «демона Хоронзона», которому приносят в жертву голубей и занимаются сексуальной магией. 31 декабря 1909 года оба мага отплывают из Алжира в Англию. По возвращении на родину в 1910 году Нойберг, совместно с Кроули, выпускает 3-й номер телемического журнала «Равнодействие», участвует в многочисленных оккультных сеансах. На этих сеансах-собраниях, организованных «мастером Кроули», обильно употреблялись наркотики, а Нойберг, облачённый в белую хламиду, обычно исполнял дикий дервишский танец или служил «оракулом», сообщавшим «тайны демонов». Все эти представления, дававшиеся за немалую плату (до 5 гиней) публично, вызвали скандал, вылившийся в проходивший в апреле 1911 года судебный процесс. В 1912 году молодой поэт влюбился в студентку Джоан Хейес, которая ради него оставила своего мужа. В августе того же года Джоан застрелилась при загадочных обстоятельствах. Нойберг впоследствии обвинил в её смерти Кроули, ревновавшего Виктора и наложившего якобы проклятие на девушку. В 1913—1914 годах Кроули и Нойберг вновь проводят серию сексуально-магических, гомосексуальных операций, целью которых было «вызов богов Юпитера и Меркурия», а также снабжение этими богами обоих магов деньгами. Одно из этих действ началось 31 декабря 1913 года, в 23:30, в Париже : «Нойберг танцевал Изгоняющий Ритуал Пентаграммы, затем они вызывали Тота-Гермеса, греко-египетский эквивалент Удачи». Кроули бичевал Нойберга по ягодицам, вырезал крест у него над сердцем и стянул цепью лоб. «Призывание» было закончено в полночь и завершилось актом содомии, в котором Кроули играл пассивную роль и во время которого «партнёры» читали сочинённые Кроули стихи. Последней ритуал этой серии состоялся 12 февраля 1914 года. Так как их целью было «доставить Нойбергу дар Юпитера», то есть деньги — «магия», по всей видимости, увенчалась успехом, так как Виктор пользовался постоянной благосклонностью своей богатой тёти Тай, не оставлявшей любимого племянника без средств.
После разрыва с Кроули
После своего возвращения в Лондон Нойберг более не занимался «магией» с Кроули. Его ортодоксальная еврейская семья была в отчаянии в связи с этой неестественной связью, а также из-за той их огромной денежной суммы, что оказалась в руках у Кроули благодаря Виктору. Укрепившись в намерении покинуть своего «гуру», Нойберг в сентябре-октябре 1914 явился к Кроули и объявил ему об этом, а также о выходе из Серебряной звезды, после чего Кроули проклял Нойберга. Последний, имевший с Кроули наиболее сильную и длительную оккультно-сексуальную связь-зависимость из всех последователей «мастера», вскоре после этого разрыва заболел психически и долго лечился «от нервного расстройства» у доктора Э.Т.Дженсена, также бывшего «кроулианца». Доктор, один из первых последователей Фрейда в Англии, лечил своего пациента психоанализом и достиг успеха. В 1915 году В. Нойберг был призван на воинскую службу и отправлен в сентябре этого года во Францию, в тыловые части. В 1919 году поэт демобилизуется и с осени того же года селится в имении своей тёти в деревне Стейнинг, в Суссексе. В Стейнинге Нойберг открывает небольшое издательство Vine Press, выпускающее преимущественно его же стихи. В ноябре 1921 он вступает в брак со своей ещё довоенной любовью Кэтлин Годдард. В 1924 году у них рождается сын, а через 3 месяца после этого Кэтлин уходит от Ноймана у любовнику. По воспоминаниям современников, в Стейнинге Нойберг выглядел как мертвец. Отказавшись от магии, он пребывал в уверенности, что занимается теперь делами, совершенно для него не предназначенными. Литературная деятельность Нойберга также находилась впоследствии в тени недоброй славы Кроули. Принятые в 1926 году в издательстве «Argosy» его стихотворения так никогда и не были напечатаны, поскольку директор оказался в курсе предосудительного знакомства поэта со скандальным магом. Впрочем, в том же году в «Bookmans Journal» выходит в свет его баллада «Зелёная леди», оказавшаяся большим литературным успехом. В годы своего пребывания в Стейнинге В. Нойберг неоднократно бывал в соседней земледельческой колонии социалистов-утопистов, анархистов и проч., возглавляемой Верой Прэгнелл, ставшей его близким другом. В Стейнинге поэта посещали некоторые друзья и любители его поэзии, среди которых следует отметить Гертруду Стайн, композитора и оккультиста Филипа Хезелтайна, лорда Альфреда Дугласа и др.
Редакторская деятельность
В 1930 году В. Нойберг встречает в «Убежище» женщину, в которую страстно влюбляется, и уходит от своей жены, с которой его более ничего не связывает. В 1934 эта пара селится в северном Лондоне, и Нойберг становится участником ряда общественных новаторских проектов. Так, он был одним из основателей и первым секретарём «Ассоциации научного излечения преступников» (позднее — Институт для изучения и излечения преступности среди несовершеннолетних). В 1933 году он назначается редактором отдела поэзии журнала «Sunday Referee». На этом посту он сыграл определённую положительную роль в развитии британской поэзии, «открыв» такие таланты, Дилан Томас и Памела Х.Джонсон. Так, первое напечатанное стихотворение Дилана Томаса опубликовал Нойберг на страницах «Sunday Referee» 3 сентября 1933 года. Следующие его стихи были изданы там же 7 января 1934 года. Кроме стихотворений Д.Томаса и Памелы Джонсон, В.Нойберг впервые публикует произведения Эварта Милна, Френсиса Берри, Рутвена Тодда, Дэвида Гаскойна, Джулиана Симонса и др. В.Нойберг скончался в городе Лондон, Великобритания, от туберкулёза 31 мая 1940 года.
Сочинения
Среди сочинений поэта следует назвать следующие сборники: The Green Garland (1908); The Triumph of Pan (1910); Lillygay, an Anthology of Anonymous Poems (1920); Swift Wings, Songs in Sussex (1921); Songs of the Groves (1921); Larkspur, a Lyric Garland (1922).


1883
Михаил Владимирович Скарятин (французское имя — Michel Vladimirovitch Skariatine)
полковник русской императорской армии из рода Скарятиных. Известен главным образом как исследователь Каббалы, оккультист и египтолог, двадцать лет проживший в Египте. В брошюре «Жертва», опубликованной в 1925 г. под псевдонимом Эне́ль, представлял расстрел царской семьи как ритуальное убийство, совершённое якобы семитами с целью «разрушения всемирно установленного порядка и порабощения озверевшего человечества». Происходил из дворян Орловской губернии. Сын генерал-лейтенанта, егермейстера Владимира Владимировича Скарятина и княжны Марии Михайловны Лобановой-Ростовской (племянница министра иностранных дел А.Б.Лобанова-Ростовского). Имел трёх сестёр. По окончании курса на юридическом факультете Санкт-Петербургского университета 4 декабря 1905 года поступил вольноопределяющимся в лейб-гвардии Кавалергардский полк. Произведен в корнеты (28 сентября 1906 года). Дослужился до полковника Кавалергардского полка. Во время Первой мировой войны был откомандирован по состоянию здоровья в часть, оставшуюся в Петрограде. После революции 1917 года эмигрировал во Францию, жил на Лазурном Берегу, принимал участие в работе группы эзотериков полковника Шардона. В 1931 году переехал в Египет, а оттуда в 1953 году — в Швейцарию. Будучи знатоком древних восточных языков, значительную часть своей жизни посвятил расшифровке папирусов, чьё содержание имело отношение к магии. В своих исследованиях находился под влиянием Антуана Фабра д’Оливе и занимался поиском Традиции в египетской культуре. Во время жизни в Египте, вероятно, познакомился с Рене Геноном, который написал несколько рецензий на работы Скарятина. Помимо гуманитарной сферы Скарятин затем углубился в паранауки, связанные с энергетикой (в том числе радионику, радиэстезию и биоэлектрику), сотрудничая на этой почве с инженером и изобретателем Георгием Лаховским, геофизиком Ги Тье, парапсихологами Андре де Белизалем и Леоном Шомери. Работая с ними, Скарятин, разработал, на основе «полувекового изучения древних культур» и отдельно взятого древнеегипетского амулета, универсальный маятник для радиэстезии, который описал в своей книге «Первый шаг в терапевтической радиэстезии» (1949). К этой же теме Скарятин вернулся в следующей книге, посвященной лечению рака на расстоянии путём излучений (1951). До конца жизни оставался православным, был старостой русской церкви в Каире, директором Русского отдела Министерства внутренних дел Египта. Вел затворнический образ жизни. Скончался в деревне Глион (Швейцария) 6 ноября 1963 года. Похоронен там же. Сведения о биографии и настоящее имя Энеля, якобы «открытые» Олегом Платоновым и Сергеем Фоминым, были известны западной историографии ещё в 1960-е гг. Там же, в особенности во франкоязычных изданиях, содержится и информация о Скарятине. Жена — Леонтина Цезаревна, дочь — Наталия Михайловна (26 августа 1916—?)
Профессиональные навыки
Занимаясь египтологией, свою специализацию и знание древнеегипетского языка Скарятин получил из неочевидных источников. Ни один из крупных ученых-египтологов того периода, в том числе европейских, не являлся его преподавателем в годы учёбы в Санкт-Петербургском университете, тем более что Скарятин получил образование на юридическом, а не Восточном факультете университета.
Указание некоторых источников на то, что он сумел приобрести необходимые, весьма сложные профессиональные навыки во время пребывания в Египте в начале XX века и дома самоучкой освоить древнееврейский язык, представляются тем более сомнительными, равно как и скачок от кадрового офицера гвардейской кавалерии к ученому-египтологу и семитологу. Упоминающаяся там же «неоспоримый научный авторитет» Скарятина, который «подтверждало и международное научное сообщество», неясно коррелирует с тем, что сочинения Скарятина носят откровенный мистико-эзотерический характер и очевидно не соответствуют этосу написания научных работ. Отсылка на компетентность Скарятина в этой связи идет к его научным публикациям в сборниках Французского института археологии Востока, однако поиск в каталогах выдает только одну работу — «Загадку жизни и смерти» — в 1935 году. Любопытно, что эта публикация (а именно её переиздание отдельным томом в 1966 году) упоминается тогда же в «Годичной библиографии по египтологии» (№ 66193) со следующей рецензией:
«Автор, настоящее имя которого Михаил Скарятин, излагает в данной работе египетские концепции смерти в соответствии с принципами теософии. Он обнаруживает чудесное знание конструкции пирамид, предполагает, что египтяне верили в Воскресение, и переводит тексты согласно своим собственными идеям. В книге содержится скорее Символ веры, чем наука.»
Это, тем не менее, не мешает российскому историку Петру Мультатули называть Скарятина «крупнейшим специалистом по тайнописи и магическим алфавитам», книги которого «до сих пор пользуются большим авторитетом у специалистов в этой области». Ссылки на работы Скарятина отсутствуют в серьезной научной литературе, зато о нём охотно пишут оккультные авторы: так, о его исследованиях в области «древней мудрости» упоминает сотрудник американской разведки, автор оккультных бестселлеров Питер Томпкинс в своей книге «Магия обелисков» (1981). Примечательно, что скептически к навыкам и знаниям Скарятина относился даже переводчик его работы «Жертва» на русский язык некий Б.Верный. В качестве признания научной общественности подается и выход трудов Скарятина в «специализированных издательствах в Лондоне». Однако лондонское издательство «Райдер и Компания», где в 1936 году вышла книга Скарятина «Послание сфинкса», до этого публиковало работы по теософии (к примеру, «Это теософия?» Эрнеста Вуда) и выпускало известный британский журнал оккультной направленности «Оккультное обозрение» (The Occult Review). Издательство «Омниум Литерэр», в котором в 1959 году появилась работа Скарятина «Гномология», впоследствии выпустило, наряду с другими такой же направленности, книги «Атлантические корни древнего Египта» Марсели Вайсен-Шумлянской (Origines atlantiques des anciens Égyptiens, 1965) и «Книгу паранормального» Джимми Гюйё (Le livre du paranormal, 1973). В каталоге издательства Скарятин при этом назван «египтологом, каббалистом и радиэстезистом».
Брошюра «Жертва»
Что касается брошюры «Жертва», то неудивительно, что и к вопросу исследования убийства царской семьи Скарятин подошел с позиций оккультизма. Как отмечает специалист по еврейскому мистицизму К.Ю.Бурмистров (Институт философии Российской Академии Наук), автор привлек «весь арсенал оккультных наук», в том числе «и арканологию Таро, и псевдоегипетскую магию, и лингвистическую каббалистику французского оккультиста Фабра де Оливе», создав, таким образом, «изощренный оккультный этюд». В 1931 году брошюру Скарятина переработал и издал в Германии на немецком языке под названием «Загадочные знаки в помещении цареубийства» известный антисемитский журналист Григорий Шварц-Бостунич. В подготовке этого издания участвовал и Б.Верный. Материалы Скарятина в переводе Бостунича использовал Гельмут Шрамм для подготовки обобщающей работы «Ритуальное убийство у евреев» (1943).
Работа в государственных структурах Египта
Ещё одним непонятным сюжетом биографии Скарятина является работа в МВД Египта в ранге директора некоего «русского отдела». Известно, что дипломатические отношения между Россией (в то время ещё СССР) и Египтом были установлены в августе 1943 года, и отдел, если он существовал в действительности, мог быть уже только советским. Однако до 1953 года (время отъезда Скарятина в Швейцарию) СССР был периферийным партнером Каира и в МВД едва ли создавался специальный отдел. Возможно, Скарятин некоторое время был консультантом египетского министерства по вопросам взаимодействия с русской диаспорой, и эта должность затем была превратно истолкована. Труды: Жертва. Нови Сад: типография Заря, 1925 (перевод с французского издания — Paris, 1925); Essai d’astrologie cabbalistique. Toulon: Imprimerie Mouton F. Cabasson, 1929.; Post Mortem. Cabasson, 1929; La Langue sacrée. Paris: Fua-Lamessine, 1934; Le Mystère de la vie et de la mort: d’après l’enseignement des temples de l’ancienne Egypte // Institut français d’archéologie orientale. Vol. 1, 1-re et 2-е part. Le Caire, 1935; A Message from the Sphinx. London: Rider & Co., 1936; Premier pas en radiesthésie thérapeutique. Le Caire: Editions al-Maaref, 1949; Radiations des formes et cancer. Le Caire: Editions al-Maaref, 1951; Traitement à distance par radiations. Dangles, 1959; Gnomologie. Paris: Ed. des Champs-Elysées «Omnium littéraire», 1959; La Trilogie de la Rota (в 3-х томах: D’astrologie et de Cabbale, Rota ou la Roue Celeste, Manuel de Cabbale practique). Lyon: Paul Derain, 1961; Les origines de la Genèse et l’enseignement des temples de l’ancienne Égypte. Paris: G.P. Maisonneuve & Larose, [63].; L’Enfant du Nil. Ed. Maisonneuve, 1966; Approche Thérapeutique. Paris, 2001. Ed. Arka. (Premiers pas en Radiesthésie Thérapeutique, + Radiations des Formes et Cancer, +Traitement a Distance par Radiation); Le Monde astral et l’Occultisme. Ed. Ibacom, 2016, 230 pgs; Science Egyptienne et Médecine de l’Astral. Ed. Ibacom, 2016, 200pgs; Radiesthésie thérapeutique. Ed. Ibacom, 2016, 200 pgs.


1885
Герман Вирт (немецкое имя — Herman Wirth; также известен как Герман Вирт Ропер Бош, Herman Wirth Roeper Bosch и Герман Феликс Вирт, Herman Felix Wirth)
голландско-немецкий этнолог и мистик, автор псевдонаучной теории о происхождении нордической расы от высокоразвитой арктической («гиперборейской») «арийской» цивилизации, теоретик и идеолог национал-социализма. Первый руководитель Аненербе. Родился в городе Утрехт, Нидерланды. Сын приват-доцента, доктора теологии, по совместительству — гимназического преподавателя, происходившего из Пфальца. Отец, Людвиг Вирт — немец, мать, Софья Хюйсберта Бош — фризка. В 1904—1910 годах изучал нидерландскую филологию, германистику, историю и музыку. В 1910 году защитил кандидатскую диссертацию на тему «Упадок нидерландской народной песни». В 1910—1914 годах преподавал нидерландскую филологию в Бернском университете. В 1914 году после оккупации Германией Бельгии в ходе Первой мировой войны поддержал фламандских сепаратистов и с конца 1914 года работал в германской оккупационной администрации. Издавал газету «De Vlaamsche Post». В 1916 году получил от Вильгельма II звание титулярного профессора. В том же году женился на Маргарет Шмитт. В 1919 году был одним из организаторов фёлькиш-движения «Landbond der Dietsche Trekvogels», радикального националистического движения немецкой молодежи. Вирт был протеже немецкого кофейного фабриканта Людвига Розелиуса и находился под большим его влиянием. В 1923 году переехал в Марбург.
Деятельность в нацистской Германии
В 1920-е годах Вирт тесно общался с представителями пронацистских кругов немецкой Веймарской республики. В 1925 году вступил в НСДАП (партийный билет № 20.151), однако уже в следующем году вышел из неё, несколько позднее присоединился к марксистским партийным обществам, однако потом, в 1926 году (по другим данным, в 1934 году), возвращается в ряды национал-социалистов. В эти годы Вирт издал несколько работ, в которых развивал «арийские» идеи. Работы Вирта получили положительный отклик в фёлькиш-кругах, и в 1932 году правительство Мекленбурга организовало для Вирта «Исследовательский институт по праистории духа» (Forschungsinstitut für Geistesurgeschichte) в Бад-Доберане. В 1934 году Вирт восстанавливается в НСДАП и вступает в СС (членский номер 258.776).
Период «Аненербе»
Вирт достиг вершины своей карьеры в 1935 году, когда он получил поддержку руководителя СС Генриха Гиммлера и стал одним из основателей и первым директором общества Аненербе («Наследие предков»), псевдонаучной организации, занимавшейся поиском древнейшей «арийской» цивилизации в русле эзотерических представлений. В 1938 году по идеологическим разногласиям с Гиммлером, который, в частности, не разделял теорий Вирта относительно матриархата в древнем «арийском» обществе, был уволен из Аненербе. Некоторую роль сыграли и его вольное обращение с финансовыми средствами. Вирт едва не попал в концентрационный лагерь. При этом он оставался добровольным помощником общества вплоть до 1945 года. После Вирта Аненербе возглавил Вальтер Вюст (немецкое имя —Walter Wüst).
После войны
В 1945—1947 годах был интернирован американскими войсками, после чего уехал в Швецию, но в 1954 году вернулся в Марбург, где вёл приватную жизнь учёного. Идеи Вирта относительно происхождения автохтонного населения Америки в 1970-е годы приобрели резонанс у североамериканских индейцев. В 1979 году Вирта посетил Вилли Брандт, а правительство земли Рейнланд-Пфальц предложило учёному создать музей для его этнографической коллекции. Умер в городе Кузель, Рейнланд-Пфальц, ФРГ, 16 февраля 1981 года.
Идеи
В своих построениях Вирт основывался как на сведенниях, посчерпнутых им из философии, археологии, этнологии, филологии, так и на псевдонаучных учениях, включая атлантологию и др. Вирт осуществлял глобальное сравнение доисторических рисунков и орнаментов. Он интерпретировал их, утверждая, что они являются следами первобытной письменности. Пользуясь этим методом, он заявил, что обнаружил древнейшую «атланто-нордическую культуру», созданную «атланто-нордической расой», которая волнами распространялась из Арктики. Эти идеи изложены в книге «Заря человечества» (Der Aufgang der Menschheit, 1928). Согласно этому сочинению, Атлантида существовала в Арктике, заселённой уже несколько миллионов лет назад, а её исчезновение было следствием перемены местоположения полюсов Земли и необратимых климатических изменений. Вирт считал, что Атлантида и Туле являются названиями одного и того же материка или архипелага. Атлантиду населяли белые нордические «арийцы», в силу принадлежности к «высшей расе» обладавшие высокой культурой. После разрушения Атлантиды они переселились на юг, а их культура стала более низкой в результате их смешения с аборигенами. В период работы Вирта археологами на Американском Севере была найдена древнеэскимосскую «культура Туле» 1-го — первой половины 2-го тысячелетия н. э. Вирт произвольно датировал её эпохой позднего палеолита и относил её носителей к «нордической расе». На основе этого Розелиус заявлял: «Мы — древнейший народ на Земле». Вирт («Хроника Ура-Линда», Die Ura-Linda-Chronik, 1933) стремился обосновать подлинность фальсификации XIX века, так называемой «Ура-Линда», выдаваемой за фризскую хронику, в которой говорилось о гибели Атлантиды в 2193 году до нашей эры. Ссылаясь на «Ура Линда» и сравнивая индоевропейскую символику, Вирт пришёл к выводу, что для нордических народов характерным является спирально-циклическое представление о времени. Символ, реликт времени и божества он считал шестилучевое колесо и его всевозможные вариации. Среди прочего, одна из разновидностей нордической эмблемы бесконечного вращения, по мнению Вирта, это восьмилучевой улеборден: «Шестилучевое колесо является нордической идеограммой Года, идеограммой Бога, означающей то же самое, что и восьмилучевое колесо, в котором добавлена несущественная для Севера линия „среднего времени“, соответствующая Востоку-Западу (Весне и Осени)». Символ нордической традиции и возрождающегося мира, по Вирту, является «крест поворота или гамматический крест (свастика), который происходит из древнейшего священного символа года и бега времени». Временем появления (обновления) священного колеса — свастики он считал конец 2-го тысячелетия нашей эры. Мифический золотой век Вирта связывал с эпохой матриархата. В комментариях к тексту «Хроники Ура Линда», он писал об управлении, сосредоточенном в руках «почётной матушки» и «дев-градоправительниц», приписывая им сакрально-культовые функции. «Культ являлся… делом общественным, государственным и государственно-упорядоченным: он находится в руках женщин. А та из этих женщин, которая призывает возглавлять и сохранять культовый порядок, оберегать народную традицию и т. д., несет на себе тем самым высочайшую ответственность за управление государством». Переход власти от женщин к мужчинам и эпоха патриархата Вирт считал регрессом. Писал о «полярном, солнечном монетеизме». Был сторонником идеи первобытного коллективизма. Он считал, что «нордической расе» нужно искать спасение в возвращении к порядкам древнего материнского права (Das Mutterrecht). Первобытную «нордическую культуру» Вирт провозгласил идейным основанием для национал-социализма. Построения Вирта включали также идеи прамонотеизма и первобытных «арийских» истоков христианства. Вирт обличал буржуазный образ жизни и присущие ему пороки и призывал вернуться к «научно установленным» ценностям исконной «арийской» культуры.
Оценки
Вирт получил большое число критических рецензий и откликов специалистов, которые считали его шарлатаном. В 1934 году резкой критике со стороны профессиональных учёных подверглась его вторая книга, посвященная «первописьменности», якобы возникшей в первобытном обществе. Однако всё это не повлияло на популярность его идей у немецкой публики. Большую роль в этом сыграла его рядом националистически настроенных учёных. При этом они делали акцент не столько на научной методологии, сколько на идеологической роли его «теории». Вирта поддерживал ряд немецких журналов («Солнце», «Северный мир», «Северные голоса», «Германия»), которые считали его «нордические» идеи полезными для развития немецкого этнорелигиозного движения. Адольф Гитлер одобрительно отзывался о ряде работ Вирта, в частности «Признаки и душа свастики» (1933), однако также заявлял: «Эти профессора и мракобесы, которые создают собственную нордическую религию, портят мне абсолютно все. Почему я допускаю это? Они вносят сумятицу. А всякая сумятица плодотворна». Философ Валерий Дёмин, развивавший псевдонаучную теорию о Гиперборее, связывал «торжество» «гиперборейской идеи» с работами Вирта. Историк А.В.Васильченко отмечает, что, «в отличие от многих публицистов того времени, находившихся в лагере фёлькиш, Вирт старался, чтобы его теории имели достаточное научное обоснование. Впрочем, сейчас его система доказательств может показаться более чем сомнительной». Построения Германа Вирта ввиду своей произвольности, отсутствия какого-либо метода и противоречия всей совокупности научных знаний отрицаются как наукой его времени, так и современной, и рассматриваются как псевдонаучные и направленные на создание видимости научной опоры идеологии национал-социализма.
Влияние
Идеи Вирта о происхождении «арийской (белой) расы» из Арктики заимствовал итальянский эзотерик и идеолог неофашизма Юлиус Эвола. Историк и религиовед Р.В.Шиженский выявил общие, а местами и полностью идентичные места в концепциях Вирта и Алексея Добровольского (Доброслава), одного из основателей русского неоязычества, работу которого «Хроника Ура-Линда» (Die Ura-Linda-Chronik, 1933) Добровольский, предположительно, использовал в качестве источника. По мнению Шиженского, Добровольский воспринял из работы Вирта значение свастики. Основной символ язычества, утверждённый Добровольским, восьмилучевой гаммадион (свастика) в круге, первоначально был предложен и, предположительно, создан Виртом, которым он трактовался в качестве древнейшего. Этот восьмилучевой «коловрат», якобы языческий знак Солнца, Добровольский (1996) объявил символом бескомпромиссной «национально-освободительной борьбы» против «жидовского ига». Эта свастика стала основным символом славянского неоязычества. Философ Валерий Дёмин, вслед за Виртом и близкими к нему авторами пользовался эзотерическими идеями и изображал эпоху палеолита Золотым веком, в который уходят корни Примордиальной традиции. Идеи Вирта оказали существенное влияние на лидера Международного Евразийского движения и сторонника «арийской» идеи Александр Дугина. Сочинения: Der Untergang des niederländischen Volksliedes. 1911;. Niederländisch-Deutsch. Berlin, ; Ein Hähnlein wolln’n wir rupfen, Jena, 1914; Das alte Flandern. Leipzig, [6]; Vlämisch. Berlin, [6]; Der Aufgang der Menschheit: Untersuchungen zur Geschichte der Religion, Symbolik und Schrift der atlantisch-nordischen Rasse, Jena, 1928. Was heißt deutsch? Ein Urgeistesgeschichtlicher Rückblick zur Selbstbesinnung und Selbstbestimmung, Jena, 1931; Vom Ursprung und Sinn des Hakenkreuzes. Leipzig, 1933; Die Ura-Linda-Chronik, Leipzig, 1933; Führer durch die erste urreligionsgeschichtliche Ausstellung «Der Heilbringer», Berlin, 1933; Heilige Wende, Leipzig, 1933; Die heilige Urschrift der Menschheit: symbolgeschichtliche Untersuchungen diesseits und jenseits des Nordatlantik, Leipzig, 1936 (twee delen); Urmonotheismus, 1955; Die symbolhistorische Methode, 1955; Eurasische Prolegomena, 1955; Um den Ursinn des Menschseins: die Werdung einer neuen Geisteswissenschaft, Wien, 1960; Der neue Externsteine-Führer, Marburg/L., 1969; Die Frage der Frauenberge — eine europäische Gegenwartsfrage, Marburg/L., [72]; Allmutter, Marburg/L., 1974; Führer durch das Ur-Europa-Museum, Marburg/L., 1975; Europäische Urreligion und die Externsteine, Wien, 1980. Литература: Гайдуков A.B., Скачкова Е.Ю. «Славянская» символика как способ социализации в языческой субкультуре позднего модерна // Социология религии в обществе позднего модерна. — 2021. — № 10. — Страницы 83—89; Шиженский Р.В. Опыт сравнительного анализа текстов А.А.Добровольского и Г.Ф.Вирта (к вопросу об источниковой базе российских неоязычников). — 2012а. — 13 апреля; Шнирельман В.А. Арийский миф в современном мире / Российская Академия Наук, Институт этнологии и антропологии имени Н. Н. Миклухо-Маклая. — Москва: Новое литературное обозрение, 2015. — (Библиотека журнала «Неприкосновенный запас»). — ISBN 978-5-4448-0279-3; Эрлихман В.В. Фантастическая «Хроника Ура Линда» // Фальсификация исторических источников и конструирование этнократических мифов / Российская академия наук, Отделение историко-филологических наук (Институт славяноведения Российской Академии Наук), Институт археологии Российской Академии Наук ; ответственный редактор А.Е.Петров, В.А.Шнирельман (Институт этнологии и антропологии имени Н.Н.Миклухо-Маклая Российской Академии Наук). — Москва: Институт археологии Российской Академии Наук, 2011. — Страницы 181—186. — 381 страница. — (Актуальное прошлое: наука и общество). — ISBN 978-5-94375-110-3; Вирт, Герман. Хроника Ура Линда. Древнейшая история Европы = Die Ura Linda Chronik, 1933. — Москва : Вече, 2007. — 624 p. — (Ariana Mystica). — ISBN 978-5-9533-1733-7; Герман Вирт. Священная пятерица и женское начало — Из книги «Изначальная сакральная письменность человечества» (Лейпциг, 1931 год) // Империя Духа. Журнал о религии; Hermann Langer. Der Mann, der mit den Medien tanzte : zum Wirken Herman Wirths in Mecklenburg 1932/33. In: Zeitgeschichte regional, Bd. 7 (2003), 2. S. 30—42; Luitgard Löw. På oppdrag for Himmler : Herman Wirths ekspedisjoner til Skandinavias hellerestninger. In: Jakten på Germania (Oslo, 2009); Dies.: Völkische Deutungen prähistorischer Sinnbilder. Herman Wirth und sein Umfeld. In: Uwe Puschner und Georg Ulrich Großmann (Hrsg.): Völkisch und national. Zur Aktualität alter Denkmuster im 21. Jahrhundert. (Wissenschaftliche Beibände zum Anzeiger des Germanischen Nationalmuseums, Band 29). Wissenschaftliche Buchgesellschaft, Darmstadt, 2009.

1885
Владимир Иосифович Зедник
советский скрипичный мастер. Родился в селе Семидубы, ныне Ровенской области. В 1899-1903 учился инструментальному мастерству в Москве в мастерской Ф.Шпидлена. В 1903-1904 работал в Киеве по реставрации струн. инструментов у мастера Д.П.Томашова. С 1904 жил в Санкт-Петербурге. Известен как первоклассный реставратор старинных смычковых инструментов. Работал долгое время над восстановлением коллекции музыкальных инструментов в музыкальном отделе Государственного Эрмитажа, позднее - инструментальным мастером в Ленинградском театре оперы и балета. Изготовил около 60 скрипок, отличающихся прекрасными звуковыми качествами. Умер в Ленинграде 10 марта 1962 года.


1885
Яэко Ногами (японское имя — 野上 弥生子)
японская писательница, член Японской академии искусств. Родилась в префектуре Оита, остров Кюсю. В 1906 окончила женский Колледж Мэйдзи. В молодости находилась под влиянием Нацумэ Сосэка. Начала печататься в 1907 (роман «Судьба» — «Эниси»). Сблизилась с движением «Пролетарская литература», хотя формально не вступала в объединения демократических писателей. Известностью пользуются романы о молодежи: "Матико" (1928-1930), «Мрачная процессия» («Курой гёрэцу», 1935), «Молодой сын» («Вакай мусуко», 1935) и "Лабиринт" (1948-1956, русский перевод, тома 1-2, 1963) - большое полотно, рисующее судьбу молодежи в годы фашизации Японии. Ногами - автор исторического романа "Хидэеси и Рикю" (1962-1963) о диктаторе 16 в. и его мастере чайной церемонии. Тема драмы Ногами "Гниющий дом" (1927) - распад старинной семьи. Умерла 30 марта 1985 года. Сочинения в русском переводе: Шхуна "Кайдзин-Мару", "Иностранная литература", 1961, № 4; Лабиринт, тома 1—2, Москва, 1963; Шхуна «Кайдзин-Мару», «Иностранная литература», 1961, № 4. Литература: История современной японской литературы, Москва, 1961; Григорьева Т., Логунова В., Японская литература, Москва, 1964.