[521x700]
1880
Эрнст Людвиг Кирхнер (немецкое имя — Ernst Ludwig Kirchner)
немецкий художник, представитель немецкого экспрессионизма. Родился в городе Ашаффенбург, Бавария, Германская империя, в семье инженера-химика Эрнста Кирхера. В 1901 году окончил гимназию в Хемнице. Потом учился на факультете архитектуры Высшей технической школы в Дрездене, посещал Учебно-экспериментальную мастерскую свободного и прикладного искусства в Мюнхене. В это время он познакомился с Блёйлем. В 1903—1904 годах учился в художественной школе фон Дебшица и Обриста в Мюнхене, затем продолжил изучения архитектуры в Дрездене. В 1905 году получил диплом архитектора. В 1905 году он вместе с Блёйлем, Эрихом Хеккелем и Карлом Шмидт-Ротлуфом образует группу «Мост» (Die Brücke), с которой началось становление немецкого экспрессионизма. 7 июня считается днем основания группы. Позднее к ней присоединились Василий Кандинский, Август Маке, Алексей фон Явленский. Название было предложено Хеккелем, идеологом группы стал Кирхнер. В 1906 году Кирхнер пишет программу группы. Летом 1907 года вместе с Максом Пехштейном едет в Гоппельн возле Дрездена, где много рисует. В 1908 году работает на острове Фемарн. В 1909—1911 годах ездит рисовать на Морицбургские пруды. В 1910—1911 —годах состоит в группе художников «Новый сецессион». В октябре 1911 года переезжает в Берлин, знакомится с Эрной Шиллинг, впоследствии ставшей гражданской женой Кирхнера.

Групповой портрет участников группы «Мост». 1926—1927
Тогда же основывает с Максом Пехштейном институт «МИУМ» (современного преподавания в живописи). В 1913 написанная Кирхнером «Хроника художественной группы „Мост“» приводит к распаду группы. В 1914 году участвует в художественной выставке в Кёльне, с началом Первой мировой войны уходит добровольцем на фронт. В 1915 был комиссован из армии по болезни лёгких, направлен на лечение в санаторий в Кёнигштейне. В 1917 переезжает на жительство и лечение в Швейцарию, живёт в Штафельальпе возле Давоса, до октября 1918 года лечение в санатории в Кройцлингене. 1922 стал началом совместной работы с Лизой Гуйер. В 1923 переезжает в Вильдбоден, где делает большую выставку работ в Базеле. В это время работает над иллюстрациями к книге поэта Георга Гейма «Umbra Vitae». В 1925/26 совершает большое путешествие по Германии (Франкфурт-на-Майне, Хемниц, Дрезден, Берлин). В 1929 году едет в Эссен, Берлин и Франкфурт-на-Майне. В 1933 году делает большую выставку в Берне. В 1937 художник был причислен нацистами к представителям «дегенеративного искусства», 639 его работ были удалены из немецких музеев. В 1938, измученный болезнью и пристрастившийся к наркотикам, художник совершает самоубийство, его гражданская жена Эрна Шиллинг получает разрешение до самой смерти (2 октября 1945 г.) носить фамилию Кирхнер.

Кирхнер первый из участников «Моста» определил новый образ цветов, линий и плоскостей, их тяготение друг к другу в экспрессионистском понимании. Картины, по его мнению, суть не просто изображения определенных предметов, а самостоятельные существа из линий и красок, которые похожи на их прототипы настолько, чтобы сохранялся ключ к пониманию изображенного. По-другому Кирхнер понимал и природу: под природой он понимал все, что можно увидеть или ощутить, в том числе и то, что создал сам человек. На творчество Эрнста Людвига оказала влияние не только живопись Ван Гога, но и анализ более старого искусства (гравюры Альбрехта Дюрера) вплоть до народного примитивизма (искусство народов Африки). В живописи Кирхнера характерна некоторая «смазанность» женских фигур и удлиненные пропорции («Улица с красной кокоткой», 1914). Художник попробовал себя и в деревянной скульптуре. Он распространял новые идеи не только в рамках группы «Мост», но и публиковал статьи об импрессионизме в прессе. Художник переезжает в Берлин, что отражается на характере творчества группы. После издания Хроники «Моста» и распада группы художник продолжил работать самостоятельно. Главной картиной того времени была «Уличная сцена в Берлине». Цвета резки и диссонируют друг с другом. Создается впечатление, что мазки нанесены как будто в лихорадке, и это придает картине тревожные ноты. Пребывание в армии, куда Кирхнер пошел добровольцем, тяжело сказалось на его психике, результат чего выплеснулся в «Автопортрет в солдатской форме». Переехав в Швейцарию предметом интереса становятся главным образом альпийские пейзажи. На протяжении 1920-х годов творчество Кирхнера развивалось в направлении абстракционизма. В 1933 году к власти пришли нацисты. Художник был причислен к дегенеративному искусству. В такой трагической обстановке покончил жизнь самоубийством в Фрауенкирх-Вильдбодене возле Давоса. 15 июня 1938 года.

«Потсдамская площадь в Берлине». 1914
Творчество
Эрнст Людвиг Кирхнер вошёл в историю живописи как основатель одного из наиболее заметных явлений художественной жизни начала XX века — экспрессионизма. Его полотна отличаются ярким колоритом, угловатыми контурами и сильнейшим драматическим напряжением. По мнению немецкого искусствоведа Норберта Вольфа, «по эмоциональной напряжённости работ Кирхнер превосходит всех прочих художников XX века».
Свой творческий путь Кирхнер начинал под влиянием Ван Гога и Матисса. Он немало экспериментировал и с вангоговскими мазками, и с яркими цветовыми пятнами Матисса, учась при этом сохранять баланс между спонтанной экспрессией и сознательным контролем над изобразительными средствами. Кроме того, Кирхнер проявлял интерес к искусству народов Африки и Океании, заимствуя некоторые приёмы примитивного искусства.

«На санях», 1923
Летом 1905 г. в творчестве Кирхнера наступил переломный момент: именно в это время он и его товарищи становятся зачинателями нового движения. Программа созданной ими группы «Мост» призывала всех прогрессивных людей искусства объединиться и воплотить в жизнь революционные художественные принципы. Однако молодые экспрессионисты, бунтовавшие против всего косного и отжившего, не отвергали полностью наследие прошлого. Они высоко ценили творчество Дюрера, Лукаса Кранаха Старшего, Маттиаса Грюневальда, постимпрессионизм, фовизм и т. д.
Постепенно Кирхнер вырабатывает свою собственную систему приёмов и манеру письма. Он отказывается от иллюзорного пространства и стремится к плоскостной трактовке предметов, их непременной деформации. Его композиции изобилуют резкими цветовыми диссонансами; он тяготеет к стилизации и сокращению арсенала визуальных средств. Картины, по его мнению, суть не просто изображения определённых предметов, а самостоятельные существа из линий и красок, которые похожи на свои прототипы ровно настолько, сколько требуется, чтобы сохранялся ключ к пониманию изображённого.
Один из основных жанров творчества Кирхнера — городской пейзаж. Его пейзажи тревожны и проникнуты ощущением надвигающейся катастрофы. Широко известна картина 1914 г. «Потсдамская площадь в Берлине», написанная в холодных чёрно-зелёных тонах и изображающая берлинских проституток. Удлинённые пропорции женских силуэтов перекликаются с острыми треугольниками тротуаров и стен; на заднем плане красным пятном выделяются стены Потсдамского вокзала. Жёсткая, гротескная манера письма отражает внутреннюю сущность мегаполиса. Сцены природы в творчестве Кирхнера также далеки от идилличности: в них чувствуется некая неопределённость, тревожность, ощущения прервавшейся связи времён. С годами Кирхнер всё меньше обращался к натуре; стиль его тяготел к абстракции.

Эрнст Людвиг Кирхнер. «Танцовщицы чардаша» (холст, масло, около 1908 года).
Известные полотна: «Зелёный дом» 1907 Вена, музей Современного искусства; «Марселла» 1909/10 Стокгольм, Модерна Музеет; «Спящая Милли» 1911 Бремен, Художественный музей; «Женское ню со шляпой» 1911 Кёльн, музей Людвиг; «Цирковая наездница» 1912 Мюнхен, Новая Пинакотека; «Две женщины за стиркой» 1913 Франкфурт-на-Майне, Городская галерея при институте искусств; «Улица» 1913 Нью-Йорк, музей Современного искусства; «Берег Фемарна» 1913 Дармштадт, Гессенский ландесмузей; «Автопортрет» 1914 Берлин, музей Брюкке; «Женщины на улице» 1915 Вупперталь, музей Фон-дер-Хойдт; «Подъём в Альпах» 1918/19 Санкт-Галлен, Музей искусств; «Автопортрет с кошкой» 1920 Кембридж (Массачусетс), музей искусств Гарвардского университета; «Альпийское воскресенье; У колодца» 1923/24 Берн, Музей искусств; «Кафе в Давосе» 1928 Кассель, Новая Галерея; «Наездница» 1931/32 Давос, музей Кирхнера. Литература: A.Henze: Ernst Ludvig Kirchner.Leben und Werk, Stuttgart 1980; N.Wolf: Kirchner, Bonn 2003; D.Elger: Expressionismus, Köln 2007; A. Boelke-Heinrichs, A. Czock, J. Dilling, B. Esser, A. Feise. 100 художников XX века / Редактор Е.В.Белиоглов. — Челябинск: Урал LTD, 1999. — 210 страниц. — ISBN 5-8029-0037-7; Вольф Н. Экспрессионизм. — Москва: Арт-Родник, 2006. — Страницы 54—56. — 95 страниц; Рычкова Ю.В. Энциклопедия модернизма. — Москва: ЭКСМО-Пресс, 2002. — Страницы 102—103. — 224 страницы. — ISBN 5-04-009359-4.


1880
Поль Рене Коля (французское имя — Paul René Colas)
французский стрелок, чемпион и призёр летних Олимпийских игр. Родился в городе Париж, Франция. Коля принял участие в четырёх Олимпийских играх, и на первых из них в 1908 году в Лондоне соревновался в трёх дисциплинах. Он стал бронзовым призёров в командной стрельбе из малокалиберной винтовки, а также занял 25-е и 28-е места в одиночной стрельбе из винтовки на 300 метров и 1000 ярдов соответственно. На следующих летних Олимпийских играх 1912 в Стокгольме Коля участвовал в пяти соревнованиях по стрельбе из произвольной и армейской винтовок. В первом виде он стал чемпионом среди отдельных спортсменов и занял четвёртое место среди команд. В стрельбе из другого вида оружия он занял первое место на дистанции 600 метров, 22-е на 300 метров и пятое среди сборных. Через восемь лет на летних Олимпийских играх 1920 в Антверпене Коля, выступая в стрельбе из произвольной винтовки, занял 33-е место в индивидуальном соревновании и седьмое в командном. В следующих последних своих летних Олимпийских играх 1924 в родном Париже Коля стал серебряным призёров в стрельбе из винтовки среди команд. Коля, участвуя в чемпионатах мира, стал шестикратным призёром в стрельбе из винтовки. Умер в родном городе 9 сентября 1956 года.

[567x700]
1880
Сергей Сергеевич Четвериков
выдающийся русский и советский биолог, генетик-эволюционист, сделавший первые шаги в направлении синтеза менделевской генетики и эволюционной теории Чарльза Дарвина. Он раньше других учёных организовал экспериментальное изучение наследственных свойств у естественных популяций животных. Эти исследования позволили ему стать основоположником современной эволюционной генетики. В этой области Сергей Четвериков выступает как подлинный новатор, смотревший далеко вперед и определивший на многие десятилетия пути развития мировой биологической науки. Работы Четверикова, особенно его основной труд «О некоторых моментах эволюционного процесса с точки зрения современной генетики», опубликованный в 1926 году, легли в основу синтетической теории эволюции. Четвериков родился в Москве, в семье фабриканта, Сергея Ивановича Четверикова — владельца сукновальной фабрики. Его отец был образованный, либерально настроенный человек. Мать, Мария Александровна,была родной сестрой Московского городского головы Николая Александровича Алексеева, и двоюродной сестрой К.С.Станиславского. В конце XVIII века предки Сергея Сергеевича — братья два Ивана и Герасим Четвериковы — переселились в Москву из города Перемышля Калужской губернии, где их мать содержала постоялый двор. Прадед Сергея Сергеевича Иван Васильевич Четвериков в 1831 году приобрёл сукновальную фабрику в Городищах на реке Клязьме (Богородского уезда Московской губернии), а позднее дом и имение в Кашинцеве близ Городищ. У Ивана Васильевича было четверо сыновей, из которых Иван Иванович (1809—1871), женатый на Анне Дмитриевне Самгиной, стал дедом Сергея Сергеевича Четверикова. Отец, Сергей Иванович был женат на Марии Александровне Алексеевой, родные которой владели канительным производством. Отец его умер рано, и сын, едва достигнув 18 лет, был вынужден взять на свои плечи управление всем многосложным промышленным хозяйством. Мать Сергея Сергеевича получила лишь домашнее образование, но знала три европейских языка, музыку, много читала. Ранние годы Сергея Сергеевича проходили в Москве и в имении Кашинцеве на Клязьме, к северу от села Анискина. У него было два брата: старший Иван, младший Николай, и сестра Мария. Дети воспитывались в постоянном общении с природой, чему немало способствовало влияние гувернёра, страстного натуралиста, которой приучал детей к наблюдательности и бережному отношению ко всему живому. Чуткость и любовь к природе Сергей Сергеевич и Николай Сергеевич пронесли через всю жизнь. Отец рассматривал сына Сергея как своего преемника в промышленно-сукновальном производстве. Он мыслил дать ему инженерно-экономическое образование и определил его в Реальное училище Воскресенского. Решающее влияние на формирование Сергея Четверикова как биолога оказал B.П.Зыков (1855—1913). От него Сергей Сергеевич впервые услышал о Дарвине и его теории эволюции. Осенью 1897 года Сергей Иванович отослал сына в Германию для обучения в техникуме (в городе Миттвейде к западу от Дрездена), который представлял собой нечто промежуточное между средним и высшим техническим учебным заведением. С наступлением весны Сергей Сергеевич написал отцу письмо о неизменности и твердости своих намерений стать профессором зоологии. Письмо произвело на отца такое сильное впечатление, что он отозвал сына из Германии и с величайшим огорчением разрешил ему поступать в университет. Сергей Сергеевич выбрал местом своей новой жизни и учёбы Киев. В Киеве Сергей Сергеевич познакомился с Еленой Яковлевной Пархоменко (1872—1973), которая пылко влюбилась в него и в тайне от своих родителей Сергей Сергеевич женился на ней. Вскоре у них родилась дочь. Однако этот ранний брак оказался непрочным, и молодые супруги вскоре разошлись. Прошло почти полтора года жизни Сергея Сергеевича в Киеве, когда весной 1899 года он рискнул подать прошение о разрешении сдавать экзамены на аттестат зрелости и был допущен к экзаменам при 5-й киевской гимназии. Восемнадцать экзаменов надо было сдать чуть более чем в месячный срок. К концу сессии Сергей Сергеевич испытывал почти непереносимые головные боли. С ними утром шёл на экзамены, с ними ложился спать, считая их причиной переутомления. И вот перевод с русского на греческий он провалил. Придя домой, он свалился в постель и около двух недель не приходил в сознание. Однако этот провал не лишил его аттестата зрелости, благодаря прекрасным отзывам всех остальных преподавателей, особенно преподавателя русского языка, удалось уговорить «грека» вместо двойки поставить тройку с минусом. Все это Сергей Сергеевич узнал много позднее. У него оказалась тяжелая форма брюшного тифа осложнившаяся двусторонним тромбофлебитом обеих ног. Ha носилках едва живого мать увезла сына в Москву. Но до конца своих дней он вынужден был бинтовать ноги эластичными бинтами, иначе они быстро отекали и причиняли мучительную боль. В 1900 году Сергей Четвериков поступил учиться на естественное отделение физико-математического факультета Московского университета. Весной 1906 года Сергей Четвериков окончил университет. Наряду с упорной учёбой Сергей Сергеевич уже на первых курсах университета приступил к научной работе. На первом курсе он стал посещать студенческий зоологический кружок под руководством профессора Н. Ю.Зографа (1854—1919) и сделал свой первый доклад о строении гидры. Кроме того, Сергей Сергеевич включился в работу комиссии по изучению фауны Московской губернии при Обществе любителей естествознания, антропологии и этнографии. На одном из заседаний этой комиссии Сергей Сергеевич сообщил о своих дополнениях к фауне чешуекрылых Московской губернии. В 1902 году эта работа была опубликована в трудах комиссии, которые издавались Обществом любителей естествознания, антропологии и этнографии. Одновременно вышло в свет его руководство к коллекционированию насекомых, включенное в книгу «Руководство к зоологическим экскурсиям и собиранию зоологических коллекций» под редакцией Г.А.Кожевникова. В том же году он совершил свою первую большую зоологическую экспедицию с зоологом П.П.Сушкиным (1868—1928), во время которой коллекционировал бабочек Минусинского края и Западных Саян. В следующем, 1903 году, Сергей Сергеевич публикует ещё две свои лепидоптерологические статьи. В 1904 году он сообщает о новых бабочках Палеарктики, и вновь уезжает вместе с П.П.Сушкиным и его женой, Анной Ивановной, в экспедицию на озеро Зайсан и горный хребет Тарбагатай. В 1905 году была опубликована статья о дальнейших дополнениях к фауне бабочек Московской губернии. В этом же году вышла очень интересная работа под названием «Волны жизни». В ней Сергей Сергеевич анализирует колебания численности популяций организмов, что имеет большое значение в генетическом дрейфе. В 1906 году Четвериков публикует «Список бабочек с берегов Аральского моря», плод кропотливой работы по определению видов бабочек из лепидоптерологических сборов Аральской экспедиции. Таким образом, ко времени окончания университета Сергей Сергеевич становится известным исследователем бабочек, автором десяти статей, представляющих большой интерес не только для специалистов лепидоптерологов, но и для биологов широкого профиля. После окончания университета С.С.Четвериков был оставлен на три года "для подготовки к профессорскому званию при кафедре сравнительной анатомии профессора М.А.Мензбира. За это время ему необходимо было подготовиться к чтению самостоятельного университетского курса и к сдаче магистерских экзаменов перед защитой магистерской диссертации. В 1909 году Сергей Сергеевич завершил магистерскую подготовку у Мензбира, сдав все необходимые экзамены: сравнительную анатомию, зоологию позвоночных, зоологию беспозвоночных, палеонтологию, ботанику и физиологию. Работа над магистерской диссертацией по анатомии водяного ослика также была завершена и опубликована в Бюллетене Московского общества испытателей природы на немецком языке. В 1911 году диссертация была защищена и С.С.Четверикову была присуждена ученая степень магистра зоологии. В 1909 году Н.К.Кольцов пригласил С.С.Четверикова на работу лаборантом в зоологическую лабораторию в МВЖК Герье (Московские высшие женские курсы). Приступив к работе, очень скоро Четвериков стал читать на кафедре сравнительной анатомии и зоологии лекции по энтомологии, а затем — биометрии. В 1918 году в списках сотрудников он уже именуется штатным профессором. При образовании в 1918 году из ВЖК II МГУ за ним сохранилось это звание. В 1911 году Сергей Сергеевич развелся со своей первой женой, Еленой Яковлевной, и женился на Анне Ивановне Сушкиной (урождённой Кулаковой, 1881—1947), которая также разошлась со своим первым мужем — академиком Петром Петровичем Сушкиным (1868—1928). У неё была дочь Ася (Анна Петровна Сушкина), которая стала падчерицей Сергея Сергеевича и с трехлетнего возраста воспитывалась в его семье. В летнее время Сергей Сергеевич продолжал осуществлять экскурсии в различные области России, накапливая материал для своей уникальной коллекции. Особенно пристально он занимался бабочками восточного Крыма. Кроме этого, в те годы Четвериков провел большую организационную работу по созданию Московского энтомологического общества. В начале занятия кружка заключались лишь во взаимном ознакомлении с собранными материалами и обмене впечатлениями о летних сборах и наблюдениях. Но в конце 1912 года был составлен план организации общества, а в 1913 году начались совместные заседания кружка с другими энтомологами Москвы. Вскоре был разработан устав Общества, отредактированный Четвериковым. Учредительное собрание состоялось 1 марта 1914 года. На нём присутствовало 32 человека. Четвериков выступил с докладом «Основной фактор эволюции насекомых». В этом докладе он вскрыл противоположность тенденции эволюционного развития позвоночных животных и членистоногих. Он убедительно доказал, что причиной этой противоположности является строение скелетных образований у этих групп животных (у позвоночных скелет внутренний, а у членистоногих — наружный). Эта концепция, для обоснования которой Сергей Сергеевич использовал количественные критерии, произвела сильное впечатление на биологов. Доклад этот был опубликован в первом томе «Известий Московского энтомологического общества» в 1915 году. Позднее эта работа была переведена на английский язык и издана в США. В 1918 Московские Высшие женские курсы были реорганизованы. На их базе был открыт 2-й Московский университет. При этом, однако, некоторые кафедры и лаборатории биологического профиля позднее были переданы 1-му Московскому университету. В частности, это относилось к кафедре и лаборатории профессора Н.К.Кольцова. Вместе с ним С.С.Четвериков вновь поступил в Московский университет (с 1 ноября 1919 года), где получил место доцента на кафедре Н.К.Кольцова. Обосновавшись здесь, он смог реализовать свои замыслы о работе в области самых общих проблем биологии и в особенности над вопросом о привлечении данных генетики для решения ряда проблем эволюционной теории. Однако, по традиции, он и в 1-м Московском университете стал читать расширенный курс энтомологии и вел по нему практические занятия. Первым шагом к осуществлению широких замыслов была организации чтения нового, совершенно оригинального курса, который назывался «Введение в теоретическую систематику». С 1921 года Сергей Сергеевич вступил в должность заведующего и научного руководителя отдела генетики Института экспериментальной биологии. Здесь он проработал около 9 лет (1921—1929). Поступив в ИЭБ Четвериков не порвал связи с университетом и продолжал там преподавательскую работу — читал курс генетики и руководил генетическим практикумом, участвуя таким образом в подготовке новых кадров советских генетиков. За короткий срок работы Сергея Сергеевича и руководимого им коллектива увенчались выдающимся успехом. В 1926 году Четвериков опубликовал полученные результаты исследований и размышлений в большой статье «О некоторых моментах эволюционного процесса с точки зрения современной генетики». В этой работе было показано, что между данными генетики и эволюционной теорией нет никакого противоречия. Напротив, данные генетики должны быть положены в основу учения об изменчивости и стать ключом к пониманию процесса эволюции. Четвериков, пользуясь несложными математическими методами, доказал, что мутации (геновариации) в природных популяциях животных не исчезают, могут накапливаться в скрытом (гетерозиготном) состоянии и давать материал для изменчивости и естественного отбора. Таким образом, Четверикову удалось связать эволюционное учение Дарвина и законы наследственности, установленные генетикой. Эта статья С. С. Четверикова (1926) в настоящее время рассматривается как основополагающая работа для развития новой отрасли науки — эволюционной (и популяционной) генетики. Она считается важнейшей вехой в развитии эволюционной теории. Четвериков выдвинул предположение о насыщении видов в природе возникающими мутациями и подчеркнул значение генетических процессов (мутация, свободное скрещивание, естественный отбор) и изоляции в видообразовании и эволюции, тем самым связав теорию эволюции Дарвина и генетики. Заложил основы эволюционной генетики. В работах 1920-х годах С.С.Четвериков обосновывает три основные посылки популяционной генетики:
Мутационный процесс в природных условиях протекает точно так же, как и в условиях лаборатории. Поэтому мы вправе распространять по крайней мере некоторые выводы, полученные в лаборатории, на природные ситуации;
Один из таких выводов — непрерывное во времени возникновение новых мутаций у всех видов живых организмов, другой — рецессивность большинства вновь появляющихся мутаций по отношению к аллелям дикого типа, распространенным в природных популяциях;
Характернейшей чертой природных популяций является преобладание в них панмиксии, что делает возможным приложение закона Харди — Вайнберга.
В 1927 году на V Международном генетическом конгрессе в Берлине С.С.Четвериков выступил с докладом «К генетической характеристике популяций в природных условиях». Этот доклад вызвал сенсацию и был встречен с большим интересом. Позднее на Третьем съезде зоологов, анатомов и гистологов СССР, который состоялся в Ленинграде 14-20 декабря 1927 года, Четвериков выступил на одном из пленарных заседаний с докладом «Экспериментальное решение одной эволюционной проблемы». В январе 1929 года в Ленинграде состоялся Всесоюзный съезд по генетике, селекции, семеноводству и племенному животноводству. Четвериков присутствовал на этом съезде и выступил на пленарном заседании с докладом «Мутационная изменчивость», в котором разрабатывались актуальные вопросы эволюционной генетики. Вскоре после возвращения со съезда Четвериков выступил на заседании Московского общества испытателей природы (МОИП) с новым, столь же важным в теоретическом отношении докладом на тему «Происхождение и сущность мутационной изменчивости» (21 марта 1929). Работая в ИЭБ, Сергей Сергеевич проявил себя не только выдающимся ученым-генетиком, но и прекрасным организатором и руководителем научного коллектива. Ему удалось объединить сотрудников в дружный коллектив единомышленников, что можно рассматривать как основу возникновения оригинальной научной школы. При этом им были найдены своеобразные методы научного общения сотрудников, так называемые СООРы («современные орания»), проходившие в товарищеской, непринужденной обстановке. Прием в члены СООРа был строго ограничен и требовал единогласия всех членов семинара. Этим достигалось как ограничение числа участников дискуссии (чем обеспечивалась высокая активность каждого), так и сохранение монолитности коллектива без внутренних раздоров и формирования мелких обособленных группировок. Вопросы и замечания слушателей допускались в любой момент доклада. От докладчика требовалось четкое изложение и умение выделить главную нить реферируемой работы, её основную мысль и смысл. Каждый сооровец должен был читать на трех основных европейских языках. Во второй половине 1920-х годов члены СООРа опубликовали много оригинальных генетических работ, выполненных преимущественно на дрозофиле. Эти работы публиковались главным образом в «Журнале экспериментальной биологии» в 1925—1930 годах (и частично за рубежом, в Германии). В это время Сергей Сергеевич не оставлял занятия бабочками, и в летние месяцы совершал дальние экскурсии, во время которых пополнял свои коллекции. Летом 1926 и 1928 Четвериков вместе с Б.Л.Астауровым, Н.К.Беляевым и своей падчерицей А.П.Сушкиной побывали на Кольском полуострове, в районе Хибинских гор. Кроме того, с 1920 года Четвериков по совместительству работал заведующим и хранителем энтомологической части зоологического отдела Политехнического музея. В жизни Сергея Сергеевича 1920-е годы были заполнены крайне напряженным, но зато и весьма успешным трудом. Так было до 1929 года, который оказался роковым. Начался этот год большими успехами, блестящими докладами на пленарном заседании I Всесоюзного съезда по генетике, селекции, семеноводству и племенному животноводству (январь, 1929) и на заседании МОИП (21 марта 1929), в которых был закреплен фундамент популяционной генетики и открыта возможность синтеза генетики и эволюционной теории. В это же время были подготовлены к печати очень важные работы, в частности второе дополненное издание его основополагающего труда 1926 года, а также статьи для журнала «Научное слово» и другие публикации. Весной 1929 года началась организованная травля Четверикова в печати и на собраниях как в ИЭБ, так и в университете. Конечно, ему припомнили в первую очередь его происхождение, а также некоторые его высказывания, которые позволяли превратно их истолковывать. К травле Четверикова оказалась подключенной и центральная печать. Там, в сатирическом журнале «Чудак» 24 апреля 1929 помещены заметки, осуждающие Четверикова, а 31 июля 1929 в «Комсомольской правде» помещена подборка под общим заголовком «Классовый враг в научных институтах», в которой повторялись нападки «Чудака», а кроме того, брались под подозрение СООРы, которые газета называла «Союз орущих». В заключение высказывалось недвусмысленное требование к Наркомздраву об изгнании Четверикова из Института. Вся эта кампания завершилась арестом Сергея Сергеевича, его содержанием почти два месяца в Бутырской тюрьме и административной ссылкой в г. Свердловск на 3 года. В результате ареста и ссылки руководителя и травли некоторых сотрудников коллектив лаборатории распался. При этом многие из начатых исследований и подготавляемых к печати рукописей остались незавершенными и частично утраченными. За поддержку своего профессора был исключён с 4-го курса Владимир Эфраимсон. В 1929—1932 годах Четвериков жил и трудился в городе Свердловске. В летнее время Сергей Сергеевич серьёзно занялся бабочками Урала. Он не имел права выезжать за пределы Свердловска, но несмотря на это, ему удалось организовать несколько экскурсий в окрестности города и собрать за два сезона (1930 и 1931) богатую коллекцию уральских бабочек. При этом он нашёл свыше 60 новых (для Свердловска и его окрестностей) видов бабочек. Кроме этого, он приступил к чисто теоретической (биометрической) работе, которая впоследствии легла в основу его исследования «Опыт построения объективной систематики организмов». Постоянную работу он получил лишь в 1930 году, когда был зачислен ученым консультантом при Горкомхозе по планированию и организации в Свердловске зоопарка. По истечении трехлетнего срока ссылки летом 1932 года С.С.Четвериков получил возможность выехать из Свердловска, но пока не получил права вернуться в Москву. Его свобода ограничивалась ещё на три года. Он лишился права проживания в Москве, Ленинграде и их областях, Украинской ССР, Белорусской ССР, Закавказских и некоторых Среднеазиатских республиках, Северном крае, Дагестане и даже в Уральской области. Последнее означало, что он не может остаться в Свердловске и должен немедленно его покинуть. В связи с этим он перебрался в город Владимир, где в то время работало очень своеобразное сельскохозяйственное учебное заведение, так называемый Учкомбов, то есть учебный комбинат (вуз-техникум-рабфак) по борьбе с вредителями сельского хозяйства, выпускавший специалистов для сельского хозяйства с очень узкой специализацией. После расформирования Учкомбова в конце 1934 года Четвериков должен был вновь искать работу. Он быстро устроился на место преподавателя математики в Образцовом сельскохозяйственном техникуме во Владимире, где проработал целый 1934/1935 учебный год. Летом 1935 года истекал срок ограничения для Сергея Сергеевича права свободного выбора местожительства. В это же время открылась возможность пригласить его в Горьковский государственный университет, на биологическом факультете которого в 1932 году была организована кафедра генетики. Эту кафедру временно возглавляла доцент З.С.Никоро, которая при поддержке профессора И.И.Пузанова (тогда декана факультета) и обратилась к С. С. Четверикову с предложением возглавить кафедру генетики. Со всеми условиями, предложенными университетом, он охотно согласился, приехал в Горький и с 1935/1936 учебного года приступил к работе. Начался новый и последний период его научной и преподавательской деятельности.
[383x700]
Барельеф Четверикова С.С. на здании биофака ННГУ.
Сергей Сергеевич был зачислен в Горьковский государственный университет на биологический факультет на должность профессора, заведующего кафедрой генетики с 1 августа 1935 года. Его первой заботой была организация специализации по генетике. Для этого прежде всего необходимо было наладить работу большого генетического практикума и чтение специальных курсов. Для чтения специальных курсов приглашались крупные специалисты и прекрасные лекторы. На кафедре позднее была организована небольшая лаборатория по цитологии. В 1936 году Сергей Сергеевич опубликовал популярную брошюру «Цитология наследственности за последние десять лет». Сергей Сергеевич читал общий курс генетики для всех студентов биофака, а кроме того, специальные курсы для студентов, специализирующихся на кафедре генетики: курс биометрии и курс, называвшийся «Теоретические основы селекции». В 1948 году незадолго до ухода из ГГУ он читал спецкурс «Новейшие задачи и последние достижения генетики». Кроме того, в некоторые годы он читал для студентов-зоологов энтомологию. Лектором Сергей Сергеевич был очень оригинальным. Свободное изложение материала лекции без использования конспектов, строгая логика, общая «подобранность» лектора и точность формулировок увлекали и завораживали студентов. На первой же лекции Сергей Сергеевич предложил слушателям, не стесняясь, прерывать его вопросами по ходу изложения материала, так как считал, что нельзя двигаться дальше, если что-то не усвоено или не понятно в уже пройденном. Он часто производил различные математические вычисления и решение генетических задач на доске и искренне радовался, если кто-то из студентов замечал описку или пропущенный знак, и всегда благодарил за замечание. Ведь это было свидетельством активной работы аудитории и напряженного внимания слушателей. Кроме лекций в университете, в некоторые годы Четвериков читал курс генетики в Горьковском педагогическом институте, а также циклы лекций по этому предмету для учителей средней школы. Но лекционная деятельность Сергея Сергеевича не ограничивалась учебными лекциями в вузах. Он также читал много популярных лекций для населения в порядке общественной работы. При кафедре существовал активно работавший студенческий научный семинар (кружок), на котором студенты докладывали рефераты работ советских и иностранных авторов и результаты личных исследований. Семинар вел сам профессор, не перепоручая этой работы младшим коллегам по кафедре. Студенты очень охотно посещали свой семинар, зараженные азартом и интересом уважаемого руководителя. С.С.Четвериков не уклонялся от обсуждения со студентами самых острых и дискуссионных проблем генетики и селекции.
[700x602]
Рабочий кабинет С.С.Четверикова (музей истории ННГУ).
В сплочении коллектива биофака и обмене научной информацией играли большую роль заседания Горьковского отделения МОИП. На них за период с 1936 по 1946 годы С.С.Четвериков сделал, по крайней мере, 10 докладов. Первый доклад 17 апреля 1936 года был посвящен его биометрическому исследованию — «Опыт построения объективной системы организмов». Позднее (21 октября 1938) этот доклад был повторен в Москве на 68-м заседании Эволюционной бригады, созданной в ИЭБ, 14 апреля 1945 года он выступил с докладом «Новое в определении пола у растений», а 20 октября 1945 года — с личными воспоминаниями о М.А.Мензбире. Семь докладов были посвящены его работе над селекцией китайского дубового шелкопряда. Работа на кафедре Горьковского университета позволила Сергею Сергеевичу проявить свои замечательные способности педагога и организатора учебного процесса. Руководство университета высоко оценило его личные качества: бескомпромиссность, строгость, высокую требовательность к себе и сотрудникам, способность завоевывать доверие и уважение; он был избран деканом и руководил работой факультета до 1947 года. В 1940 году, выступая на выпускном вечере, ректор университета М.А.Шеронин говорил, что Сергей Сергеевич не только лучший декан университета, но и лучший из деканов, каких он встречал в своей жизни. Во время Великой Отечественной войны работа кафедры значительно сузилась, студентов стало меньше, многие студенты, аспиранты и сотрудники были мобилизованы в армию. В тяжелые годы войны проявились черты характера Сергея Сергеевича, которые раньше многими не замечались, а именно его доброта и желание помочь людям, попавшим в тяжелое положение. Как декан С.С.Четвериков одним из первых узнавал о таких несчастьях у студентов, как утрата хлебных и продовольственных карточек. В таких случаях он вызывал профорга биофака аспирантку Л.Привалову и просил её передать его личные карточки на хлеб и продукты пострадавшему студенту, якобы в порядке оказания помощи от профсоюза. Для обсуждения доклада, курсовой или дипломной работы он приглашал студентов к себе домой и под разговор угощал их чаем с пирогами. После войны всю свою энергию Сергей Сергеевич употребил на восстановление и расширение работы факультета. В частности, была организована новая кафедра экологии животных. Руководимая самим Четвериковым кафедра генетики и селекции вновь набирала силы. На кафедре вновь появились аспиранты и студенты-энтузиасты. Продолжались работы по селекции китайского дубового шелкопряда. По поручению Наркомзема Сергей Сергеевич занялся задачей приспособления шелкопряда к жизни в средней полосе России (шелк нужен был для производства чесучи, из которой делались парашютная и аэростатная ткань для армии). Задача была решена к 1944 году. Опыт показал, что выведенная порода хорошо приживается даже в Сибири. Новая порода шелкопряда получила название «Горьковская моновольтинная». В 1947 году С.С.Четвериков внезапно заболел одновременно со своей женой, которую мучили жестокие приступы стенокардии. У Сергея Сергеевича был инфаркт миокарда, но от него диагноз скрыли, и он до конца жизни не знал, что у него за последние 10 лет было не три, а четыре инфаркта. В конце мая Сергей Сергеевич уже поднялся на ноги, хотя до работы его ещё не допускали. Анна Ивановна скончалась в первых числах июня. Сотрудники университета проявили большое участие и сделали всё, чтобы это несчастье не вызвало нового обострения болезни Сергея Сергеевича. За лето он окреп и с обычной энергией проработал 1947—1948 учебный год, хотя его и не могла не волновать ситуация, сложившаяся к тому времени в биологической науке. От должности декана он, однако, отказался. В августе 1948 года после сессии Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени Ленина и постановления о перестройке преподавания биологических наук в духе её решений Приказом Министерства высшего образования СССР от 23 августа 1948 года № 1208 «О состоянии преподавания биологических дисциплин в университетах и о мерах по укреплению биологических факультетов квалифицированными кадрами биологов-мичуринцев» освобождён от работы «как проводивший активную борьбу против мичуринцев и мичуринского учения и не обеспечивший воспитания советской молодёжи в духе передовой мичуринской биологии». С.С.Четвериков покинул университет, не считая возможным отказаться от своих научных воззрений. Но самая тяжёлая потеря заключалась в том, что были подвергнуты запрету и на десятилетие преданы забвению его замечательные работы 1920-х годов, на базе которых выросли две новые биологические дисциплины — популяционная и эволюционная генетика. Автор же этих выдающихся работ был объявлен фигурой одиозной. В результате российская наука лишилась важного приоритета и славы передовой и прогрессивной. Оставив учебную и научную работу в университете, он решил вновь заняться лепидоптерологическими исследованиями на дому. Материал для этого у него имелся в виде богатейшей коллекции бабочек. Уже в 1948 году Сергей Сергеевич начал разбор, ремонт и систематизацию своих коллекций. Он наметил также ряд научных работ на основании изучения своих сборов. В 1950-х годах вышли из печати две статьи Сергея Сергеевича, посвящённые бабочкам. Это — второе издание его статьи «Бабочки», помещённой в Большой советской энциклопедии, и статья в «Энтомологическом обозрении», в которой описан новый вид совки из южного Приуралья. Однако эту увлекательную для Сергея Сергеевича работу ему через год-два пришлось сначала ограничить, а затем и оставить: зрение прогрессивно ухудшалось. Вскоре к этому присоединилось и ослабление слуха. Во второй половине 1950-х годов к Четвериковым всё чаще стали поступать известия о начавшемся крушении лысенковщины и возрождении биологической науки. В начале 1957 года Всесоюзное энтомологическое общество избрало его своим почётным членом. В 1958 году Сергей Сергеевич начал писать воспоминания, они доведены до студенческих лет, отдельная глава посвящена описанию знаменитого генетического семинара "СООР". В середине июня 1959 года днём разразилась гроза. Сергей Сергеевич спал. Во сне произошло кровоизлияние в мозг, он проснулся, но не мог ничего сказать. Правая половина тела была парализована. Борьба за жизнь длилась более двух недель. Однако последовал второй инсульт, и 2 июля 1959 года С.С.Четвериков ушёл из жизни. Сергей Сергеевич был похоронен в Горьком. За научные исследования по шелкопряду в 1944 году Четвериков был награждён орденом «Знак Почета», а позднее он получил медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». В 1945 году он был утвержден в ученой степени доктора биологических наук без защиты диссертации. В конце зимы 1958 года С.С.Четвериков получил письмо из Германии, в котором он извещался о том, что Академия естественных наук «Леопольдина» приглашает его на торжественное заседание, посвященное 100-летию издания Дарвином исторического труда «Происхождение видов». Но Сергей Сергеевич был уже настолько слаб, что воспользоваться предложением не мог. В апреле состоялся юбилейный конгресс, на котором 18 биологов мира были награждены почетной медалью «Планкетта Дарвина» за развитие и укрепление эволюционного учения и генетики. В числе награжденных был и Сергей Сергеевич. За несколько дней до кончины Сергея Сергеевича на его имя было получено письмо из ГДР, в котором извещалось о его награждении «Планкеттой». Получение её является предметом гордости советской биологии. В 1969 году могила С.С.Четверикова была перенесена из заброшенного угла кладбища на центральную аллею и на ней установили памятник с бронзовым барельефом, сделанным скульптором Людмилой Кулаковой. С 1969 года в университете проводятся Четвериковские чтения, в музее истории университета существует мемориальный уголок С.С.Четверикова, а на здании биологического факультета установлена памятная мемориальная доска, выполненная Л.Кулаковой. В 1977 году 3-й Заярский проезд в Советском районе, тогда ещё города Горького, был переименован в улицу Четверикова. Научные труды: Волны жизни: (Из лепидоптерологических наблюдений за лето 1903 г.) // Дневник Зоологического отделения императорского Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. 1905. Том 3, № 6. Страницы 106—111; Beitrӓge zur Anatomie der Wasserassel (Asellus aquaticus L.) // Bull. Soc. Imp. Natur. Moscou. 1910. T. 24, N 4. P. 377—509. [Магистерская диссертация С.С.Четверикова]; Основной фактор эволюции насекомых // Известия Московского энтомологического общества. 1915. Том 1. Страницы 14—24; Краткое наставление к собиранию насекомых. Москва: Госиздат, 1919; Теоретическая предпосылка генотипического анализа видов в роде Drosophila // Труды 2-го съезда зоологов, анатомов и гистологов СССР в Москве 4—10 мая 1925 г. Москва: Главнаука, 1927. Страницы 163—164; Бабочки // БСЭ. Москва, 1926. Том 4. Страницы 264—275; Биометрия // БСЭ. Москва, 1926. Том 6. Страницы 338—344; Экспериментальное решение одной эволюционной проблемы // Труды 3-го Всероссийского съезда зоологов, анатомов и гистологов в Ленинграде 14—20 декабря 1927 г. Ленинград, 1928. Страницы 52-54; Цитология наследственности за последние десять лет: (В помощь учителю средней Школы). Горький, 1926; Проблемы общей биологии и генетики: (Воспоминания, статьи, лекции) / Ответственный редактор З.С.Никоро. — Новосибирск: Наука, 1983; О некоторых моментах эволюционного учения с точки зрения современной генетики, "Бюллетень Моск. общества испытателей природы. Отдел биологический", 1965, том 70, № 4; О некоторых моментах эволюционного процесса с точки зрения современной генетики // Классики советской генетики. — Ленинград, 1968. On certain aspects of the evolutionary process from the standpoint of modern genetics // Proceedings of the American Philosophical Society. — 1961. — Vol. 105. — № 2; Фауна и биология чешуекрылых. Новосибирск: Наука, 1984; Бабочки Горьковской области. Нижний Новгород, 1993. 128 страниц. Литература: Астауров Б.Л., Жизнь С.С. Четверикова, "Природа", 1974, № 2; Рокицкий П.Ф., С.С.Четвериков и развитие эволюционной генетики, в книге: Из истории биологии, выпуск 5, Москва, 1975; Бабков В.В. Московская школа эволюционной генетики. — Москва: Наука, 1985. — 214 страницы; Сергей Сергеевич Четвериков: Библиографический указатель / Составитель Н.М.Артёмов. — Горький, 1987; Артёмов Н.М., Калинина Т.Е. Сергей Сергеевич Четвериков. 1880—1959. — Москва: Наука, 1994; Сергей Сергеевич Четвериков: Документы к биографии. Неизданные работы. Переписка и воспоминания / Составитель Т.Е.Калинина; ответственный редактор И.А.Захаров. — Москва: Наука, 2002; Adams М.В., The founding of population genetics: Contribution of the Chetverikow School. 1924—1934, "Journal of the History of Biology", 1968, v. 1, № 1; Dobzhansky ., Sergei Sergeevich Tshetverikow, 1880—1959, "Genetics", 1967, v. 55, № 1; Adams M. Sergei Chetverikov, the Kol’tsov Institute, and the evolutionary synthesis. — In: Mayr & Provine. The Evolutionary Synthesis. — 1998.


1881
Бернард фон Газа (немецкое имя — Bernhard von Gaza)
немецкий гребец, бронзовый призёр летних Олимпийских игр 1908. Умер в городе Узедом, Передняя Померания-Грайфсвальд, Мекленбург — Передняя Померания, Германия. На Играх 1908 в Лондоне Газа участвовал в соревновании одиночек. Он выиграл две гонки, но проиграл в полуфинале британцу Гарри Блэкстаффу и занял третье место, получив бронзовую медаль. Во время Первой мировой войны фон Газа служил обер-лейтенантом в 185-м пехотном полку. В начале 1915 года получил ранение от гранаты. В 1916 году был награждён Железным крестом. 23 сентября 1917 года участвовал в защите немецких позиций при нападении английских войск. Во время сражения попал в плен. Считается, что фон Газа умер а Лангемарк-Пулкапелле, Западная Фландрия, 25 сентября 1917, находясь в плену у англичан, и был похоронен на военном кладбище Dozingheim в Виетерене, Бельгия.


1881
Юлиуш Зелиньский (польское имя — Juliusz Zieliński)
польский педагог, активист довоенного Союза поляков в Германии, директор польской школы в Злотуве (Крайна). Родился в селе Коморск, ныне Свецкий повят, Польша. Сын польских крестьян Якова Зелиньского и Вероники (до замужества — Ошвалдовская). Аттестат зрелости получил в 1901 году в немецком педагогическом колледже в Тухоле. С учебного года 1901/1902 начал работу в системе образования: сначала в школе в Козлове (гмина Ласин), потом — в Буке Поморском (гмина Яблоново-Поморске), куда был переведён в 1905 году после второго сданного учительского экзамена. С 1912 года работал в Бялохове, где в ноябре этого же года женился на Марии Доманской, которая была дочерью Франциска Доманского и сестрой священника Болеслава Доманского, бывшего одним из наиболее активных деятелей Союза поляков в Германии и настоятелем прихода в Закшеве. В этом же году принял он руководство школой в Бялохове после своего тестя, который ушёл на пенсию. Во время Первой мировой войны Юлиуш Зелиньский считался подданным Пруссии. Был призван 12 января 1915 года. Из-за близорукости и порока серда был признан негодным к строевой службе. После соответствующего обучения в июле направлен на восточный фронт в звании унтер-офицера, где служил санитаром. В начале августа был ранен в битве при Нареве. После излечения был направлен во Францию на позиции возле рек Сомма и Уаза, где находился до января 1916 года. После нескольких госпитализаций из-за сердечной недостаточности 17 августа 1916 года был уволен из армии. Вернулся к семье в Бялохово и продолжил работу в школе.

Юлиуш Зелиньский с Марией Доманской, 1912
В 1919—1920 годах после обретения Польшей независимости Зелиньский активно участвовал в воссоздании польских государственных структур в Поморье. был комендантом Гражданской охраны. За свою деятельность был награждён в 1927 году Почётным знаком Фронта Поморья. 14 января 1920 года староста Грудзёндза назначил его чрезвычайным войтом области Дусочин, а днём позднее был также назначен чрезвычайным чиновником ЗАГСа в области Бялохово. В этом же году переехал из Бялохово в Шембручек, где был руководителем школы. 14 августа 1920 года окружной комендант Национальной стражи в Грудзёндзе назначил его областным комендантом 18-го отряда Национальной стражи. В то время эта должность давала право производить действия, характерные для полиции. 20 сентября 1921 года налоговая служба Поморья назначила его заместителем члена количественной комиссии для сельского района Грудзёндза. Также был членом объединения ветеранов «Союза восставших и военных».

в окружении учеников
В 1929 году Юлиуш Зелиньский был освобождён от работы в Польше и направлен на работу в системе польского образования заграницей. 1 июля он был принят на работу в новую школу в Злотуве, которая имела статус частной школы национального меньшинства и ключала 2 класса. В начале учебного года 1929/1930 Зелиньский принял на себя руководство школой.

с женой и учениками на экскурсии в Величку
Юлиуш Зелиньский участвовал в общественной жизни польского национального меньшинства в Поморье. Был знаком со священником Болеславом Доманским, который был неформальным лидером поляков в нацистской Германии. Вместе со священником Болеславом Доманским и учителем по фамилии Каня Юлиуш Зелиньский руководил работой молодёжной организации в Закшеве.
Юлиуш Зелиньский был председателем злотувского конференционного региона, организовывал там лекции и беседы, предназначенные не только для учителей, но и для широких кругов польского национального меньшинства злотувской земли, Пятого района Союза поляков в Германии. В одной из характеристик школьных властей так описывалась его деятельность:
«...мог [...] найти множество дорог и способов последовательного воплощения в жизнь духовных и культурных ценностей собственного Народа, приучая вверенную ему молодёжь к смелому и активному провозглашению польских убеждений»
(фрагмент характеристики авторства Юзефа Мозолевского, с 1930 школьного инспектора Союза Польских Школьных Обществ в Берлине и учителя в Злотуве, от 15 июля 1938)

Извещение о смерти и запись в книге регистрации концлагеря Дахау
Начало Второй мировой войны застало Юлиуша Зелиньского с семьёй в Грудзёндзе. В июле 1939 года он окончил свою работу в Злотуве и с августа находился на отдыхе в Грудзёндзе. В новом учебном году 1939/40 он должен был приступить к работе в этом же городе в начальной школе № 13. Юлиуш Зелиньский вместе с семьёй эвакуировался на восток. Это спасло его от расправы с учителями в рамках «Intelligenzaktion». После капитуляции Варшавы вместе с семьёй вернулся в Грудзёндз и там в начале октября 1939 года был арестован немецкой нацистской организацией «Selbstschutz» вместе с большой группой местной интеллигенции. Юлиуш Зелиньский содержался в здании интерната «Общества помощи детям и польской молодёжи пограничных земель», который стал распределительной тюрьмой. Через некоторое время был выпущен. Был снова арестован в марте 1940 года. Несколько дней находился в тюрьме в Грудзёндзе, после чего в составе большой группы арестантов был вывезен в неизвестном направлении. Через несколько недель появилась информация, что он пребывает в концлагере Заксенхаузен. В сентябре 1940 года был переведён в концентрационный лагерь Дахау, где ему был присвоен номер заключённого 17519. Умер в концлагере 9 января 1944 года согласно официальному заключению по причине асцита (Bauchwassersucht)
Семья
У Юлиуша Зелиньского было четверо детей: Эдмунд (1916—1918) умер во младенчестве; Ирена (1914—1994, в замужестве — Шостек) была матерью священника Анджея Шостека и хранителем университетской библиотеки во Вроцлаве. Скончалась в 1991 году; Эдвард (1918—1963) во время войны попал в плен. После войны остался жить за границей. Скончался в 1963 году; Генрих (1920—1981) также попал в плен, после войны был профессором Вроцлавского университета и отцом профессора Кшиштофа Зелиньского. Скончался в 1981 году.

Памятная доска, установленная в 2014 г., в 85-ую годовщину создания польской школы в Злотуве.
Литература: Leon Kowalski, Czas próby. Wspomnienia nauczyciela z ziemi złotowskiej (1930—1939), Познанское Издательство, 1965; Ziemia Złotowska, сборник под ред. Войчеха Вжешинского, Гданьск 1969, страница 123; Maria Zientara-Malewska, Złotowszczyzna, Лодзкое Издательство, 1971 (страницы 64-70); Maria Zientara-Malewska, Wspomnienia nauczycielki spod znaku rodła, Педагогическое и Школьное Издательства, Варшава 1985 (с. 114—115); Janusz Justyna, Pamiętajcie o dyrektorze (статья из серии «История Злотувской Земли»), «Локальные Новости», № 17/658, 27 апреля 2011, страница 16; Zofia Jelonkowa, Po wizycie prof. Teresy Szostek (Uniwersytet Wrocławski) w Złotowie], сайт Музея Злотувской Земли, 2011 г.; Juliusz Zieliński bohater nieco zapomniany, zlotow.naszemiasto.pl, 4 августа 2011; Złotów nasz i wasz, ч. 2, издательство Библиотеки Музея Злотувской Земли под ред. Софии Елонковой, Злотув 2012, ISBN 978-83-935282-0-2


1882
Георги Атанасов
болгарский композитор, дирижер. Один из основоположников болгарской национальной оперы. Родился в городеПловдив, в бедной семье, рано осиротел. Начал получать формальное музыкальное образование в Бухаресте в возрасте 14 лет — уже имея небольшой опыт игры на фортепиано, изучал теорию музыки, фортепиано и тромбон. С 1901 по 1903 год он изучал композицию и контрапункт в консерватории Россини в итальянском городе Пезаро под руководством Пьетро Масканьи. После получения диплома с титулом «Маэстро» он вернулся в Болгарию, где вскоре после этого стал хорошо известен как руководитель военных оркестров. Он возглавлял Болгарский национальный театр оперы и балета с 1922 по 1923 год. Атанасов был первым болгарским композитором, писавшим оперы на постоянной основе (первую оперу написал в 1911 году), его стиль находился под сильным влиянием итальянской оперы, был мелодичным и имел влияние болгарского фольклора. Он чередовал контрастные музыкальные номера для достижения драматического эффекта в своих произведениях. Среди сочинений — опера «Борислав» (1911), «Алцек» (1930), детские оперы, оперетты и др. Среди опер Атанасова наиболее известной является «Гергана», первая болгарская опера, в которой один центральный персонаж находится в центре сюжета. Среди других его работ — комические оперетты и более серьёзные работы. Умер в коммуне Гардоне-Ривьера, Брешиа, Ломбардия, Королевство Италия от тяжёлой формы диабета 17 ноября 1931 года.