1884
Леонид Романович Сологуб (Салогуб)
русский художник и архитектор. Родился в городе Ейск, Ейский отдел, Кубанская область, Российская Империя, в семье «прямого потомка запорожцев — выходцев из Литвы», ейского 2-й гильдии купеческого сына Романа Степановича Салогуба и его законной жены Екатерины Семеновны. Был крещен 3 мая в Николаевской церкви города Ейск. Наиболее древним представителем этой ветви рода Сологубов является Дамиан Данилов Салогуб (1742 — 15 ноября 1816), войсковой житель слободы Лиман, что в 9 верстах от города Старобельска. Его сын, Конон Демьянов Салогуб (умер в 1841 г. в городе Старобельск Харьковской губернии), был причислен в 1841 г. к купцам 3-й гильдии города Старобельска из казенных крестьян слободы Лиман. Старший сын К.Д.Салогуба, Терентий Кононов Салогуб (1793, место рождения неизвестно — 24 октября 1873, Ейск Кубанской области), прадед Л.Р.Сологуба, был одним из первопоселенцев портового города Ейска. Согласно «Ведомости о частных строениях окончательно возведенных в портовом городе Ейске с 13-го января по 13-е мая 1851 года» ейский мещанин, впоследствии купец 3-й гильдии, Терентий Салогуб являлся владельцем полутораэтажного деревянного дома на землебитном фундаменте под № 8 по Михайловской улице. С 1890 года его внук, отец художника, Р.С.Салогуб являлся купцом 2-й гильдии города Ейск. Изменение написания фамилии с «Салогуб» на «Сологуб» было произведено Л.Р.Салогубом не ранее 1911 года.
Обучение и довоенный период творчества (1898—1914)
В 1898 году Р.С.Салогуб разрешил сыну оставить обучение в Московской практической академии коммерческих наук и перевел его в не менее известное Московское училище живописи, ваяния и зодчества. В мае 1902 г. Л.Р.Сологуб окончил его курс по наукам общеобразовательных классов. В июне того же года он поступил на архитектурное отделение Высшего художественного училища при Императорской Академии художеств в Санкт-Петербурге. В 1909 г. Л Р.Сологуб получил первую премию за проект здания купеческого банка в городе Харьков, а 4 июня 1910 г. успешно завершил обучение, получив звание художника-архитектора и заграничное пенсионерство (1911 г.) за представленный Совету Академии проект здания Государственной Думы. В этом же году он участвует в выставке «Бубнового валета» вместе с М.Ф.Ларионовым, Н.С.Гончаровой, И.И.Машковым и П.П.Кончаловским, 3 января 1911 г. Л.Р.Сологуб был избран действительным членом Санкт-Петербургского Общества Архитекторов. В 1911 г. Л.Р.Сологуб возвращается из-за границы «для представления на конкурс памятника Дома Романовых — исполненного мною проекта удостоенного первой премии, а равно и проекта памятника Императору Александру II, имеющему быть в ноябре сего года». За проект памятнику императору Александру II в Санкт-Петербурге Л.Р.Сологуб был удостоен четвертой премии совместно со скульпторами И.Лавровым и В.Лишевым, помимо этого Л.Р.Сологуб и оба скульптора получили также четвертую премию за модель памятника императрице Марии Федоровне. В 1912 г. Л.Р.Сологуб ом при своей студии было основано Объединение живописцев, архитекторов и скульпторов «Мастерская трех искусств», которое вошло в «Союз деятелей искусств». Целью создания «Мастерской трех искусств» было «установление духовной и материальной связи между Архитекторами, Скульпторами и Живописцами, основанной на взаимном братском общении и на применение своих художественных сил при всевозможных постройках — домов, церквей, театров, выставок и прочее.» В 1912—1913 гг. Л.Р.Сологуб работает над двумя архитектурными проектами военного направления (здания казарм Лейб-Гвардии стрелкового артиллерийского дивизиона в Стрельне и памятник артиллеристам 12-й батарейной роты на Шевардинском редуте Бородинского поля), а также активно участвует в выставках «Мира искусства» в качестве графика и акварелиста и в коллективном проекте «Дворца искусств» в Санкт-Петербурге. Первым масштабным реализованным проектом молодого архитектора стало возведение временных деревянных павильонов для юбилейной выставки Костромского губернского земства, посвященной 300-летию Дома Романовых (19—20.05.1913). Помимо этого, совместно с архитекторами Рогильсоном, Бартом, Рухлядевым и Овсянниковым он получил первую премию в 2 тысячи рублей за проект памятника в ознаменование 300-летия дома Романовых в городе Кострома, однако памятник стал возводиться по проекту, получившему вторую премию (скульптор А.Г.Адамсон, архитектор С.А.Власьев). В 1913 г. Л.Р.Сологуб получил первую премию на конкурсе проектов по реконструкции Михайловского дворца в Санкт-Петербурге, однако, как и в случае с костромским памятником, в силу независящих от него обстоятельств, работы были проведены по проекту председателя конкурсной комиссии — учителя Л.Р.Сологуб а, академика Л.Н.Бенуа. По данным «Алфавитного указателя жителей Петербурга, Гатчины, Красного Села, Кронштадта на 1913 год» Л.Р.Сологуб жил в доме № 20 по 3-й линии Васильевского острова. Этот красивый четырехэтажный (с 1914 г. — пятиэтажный) доходный дом принадлежал Л.Н.Бенуа и был построен (1898 г.) и декорирован по его эскизам. Последними предвоенными работами Л.Р.Сологуб а стали проект жилого пятиэтажного дома для рабочих Экспедиции заготовления государственных бумаг (получил вторую премию на конкурсе) и здание санатория для художников имени М.В.Крестовской в местечке Мариоки, построенное им по собственному проекту.

Л.Р.Сологуб на войне.
Первая мировая война (1914—1918)
С началом Первой мировой войны Л.Р.Сологуб поступил на военную службу в качестве вольноопределяющегося 1-й батареи Лейб-Гвардии стрелкового артиллерийского дивизиона и спустя год, будучи уже в звании младшего фейерверкера, был награждён Георгиевским крестом IV степени № 195852 «за то, что 26 февраля 1915 г., находясь на наблюдательном пункте командира батальона, под сильным огнём тяжелой артиллерии противника, составлял артиллерийскую панораму для стрельбы батареи, которая дала возможность не прекращать огня батареи во время перемены наблюдательного пункта, чем способствовал успеху в остановке неприятельской атаки артиллерийским огнём». Приказом Главнокомандующего Северо-Западного фронта 9 мая 1915 г. Л.Р.Сологуб был произведен в прапорщики, между январем и июнем 1916 г. — в подпоручики. Л.Р.Сологуб закончил войну поручиком (по данным составленной в эмиграции Н.Гранбергом рукописной «Истории Лейб-Гвардии стрелковой артиллерийской бригады»), будучи в декабре 1917 г. освобожденным от воинской повинности и с 6 марта 1918 г. уволенным от военной службы по прошению Академии художеств. Честно и самоотверженно исполняя свой долг артиллерийского офицера, Л.Р.Сологуб в минуты отдыха не расставался с этюдником и красками. Его военные зарисовки, частично опубликованные в журнале «Нива», послужили основой выставки «На войне», состоявшейся в Императорской Академии художеств в Петрограде по поручению Августейшего президента Императорской Академии художеств Её Императорского Высочества Великой Княгини Марии Павловны в декабре 1916 года и насчитывавшей 279 листов. Александр Николаевич Бенуа писал по этому поводу: «…работы архитектора-художника и артиллерийского офицера Л. Сологуба…по духу близки Гаршину и Толстому, а моментами даже наводят воспоминания о самых характерных среди верещагинских картин». Эту же мысль развивает и автор известной статьи «Художник-воин», посвященной личности и творчеству Л.Р.Сологуб а: «Рисунки Сологуба точны, энергичны, и, так сказать, „лаконичны“, как отточенная, сжатая фраза. Ничего лишнего, никакой мелкой орнаментики, никакой „рисовки“ и позы. В них сказывается архитектор, привыкший иметь дело со строгими и благородными линиями монументальных построений. Однако в них нет и тени свойственной архитектуре холодности». Вставьте сюда текст, который не нужно форматировать
Гражданская война (1918—1919)
В течение весны и лета 1918 г. Л.Р.Сологуб несколько месяцев работал в архитектурной мастерской А.В.Щусева и в Муниципальном строительном комитете при Московском Совдепе, после чего уезжает в Екатеринодар, где жила его семья. В январе 1919 г. Л.Р.Сологуб сочетался браком с Анной Николаевной Красильщиковой (1898, Москва — 1936, Париж), младшей дочерью известного предпринимателя Николая Михайловича Красильщикова (1863—1920). В период жизни в Екатеринодаре Л.Р.Сологуб служил художником в Осведомительно-агитационном отделении Департамента иностранных дел Особого совещания Добровольческой армии. 25 ноября 1919 года у Л.Р. и А.Н.Сологубов родилась дочь Ирина (1919, Екатеринодар или Новороссийск — 2007, Париж), крещенная 1 января 1920 года в Свято-Николаевской соборной церкви Новороссийска. Существует документально неподтвержденная версия о том, что Л.Р.Сологуб с женой покинул Россию не через Крым, а через Дальний Восток.
Эмиграция (1919—1956)
Дальнейший путь Л.Р.Сологуб а лежал в Константинополь, в 1921—1922 гг. он посетил Грецию и Италию. С 1921 г. Л.Р.Сологуб избирает местом жительства Нидерланды, в 1922 г. следует развод его с женой. В том же году Л.Р.Сологуб проводит персональную выставку в частной галерее Раймона Дункана (Париж). В январе-феврале 1924 г. в Гааге Л.Р.Сологуб организует выставку для русских эмигрантов. На ней демонстрировались работы Е.Ширяева, Н.Гончаровой, К.Горбатова, А.Яковлева, М.Яковлева, М.Ларионова, В.Масютина, А.Мильмана, И.Похитонова и многочисленные полотна самого Сологуба. В том же году он выставил в «Осеннем салоне» виды Константинополя. Первого апреля 1924 г. Л.Р.Сологуб был избран действительным членом Московского архитектурного общества. В последующие пять лет Л.Р.Сологуб предпринял поездку по Италии (1925—1926), провел несколько выставок своих работ в парижском салоне Независимых (1928—1930), принял участие в Международной выставке живописи (1929) и большой выставке русского искусства в Белграде (1930). В 1931 г. художник был избран членом гаагского объединения «Pulchri Studio», а годом позже принял участие в Выставке русского искусства в галерее «La Renaissance» в Париже и провел свою персональную выставку в Гааге. После Второй мировой войны несколько живописных работ Л.Р.Сологуб а были приобретены королевой Нидерландов. Л.Р.Сологуб скончался в городе Гаага, Нидерланды, 17 июля 1956 года и был похоронен на кладбище Westduin. Ряд работ Л.Р.Сологуб а в настоящее время находится в Государственном музее изобразительных искусств имени А.С.Пушкина (Москва), куда они были переданы его дочерью. Литература Красильщикова Г.А. «Зорко следящий за духом войны…» // Военно-исторический журнал. — 2015. — № 4. — Страницы 69—71.


1885
Пруденсия Аяла (испанское имя — Prudencia Ayala)
сальвадорская журналистка, поэтесса, экстрасенс и общественная деятельница, активная защитница прав женщин в Сальвадоре. Пруденсия Аяла родилась в городке Сонсакате, Сальвадор. Происходила из семьи коренных жителей Сальвадора, индейцев Аурелии Айялы и Висенте Чиефа. В возрасте десяти лет, вместе с родителями, переехала в город Санта-Ана, где поступила в начальную школу профессора Марии Луизы Кристофине. Из-за отсутствия средств у семьи ей пришлось прервать обучение и заняться самообразованием. Освоила профессию швеи. Имела экстрасенсорные способности, «загадочные голоса» предсказывали через неё будущее. Благодаря этим способностям получила признание и известность среди коренных жителей Сальвадора. Однако у других жителей страны её признание вызвало обратную реакцию. Предсказания Пруденсии Аялы публиковались в газетах Санта-Аны, где её называли «Сантаанской сибиллой». В 1914 году она предсказала падение кайзера Германии и вступления США в Первую мировую войну. С 1913 года её статьи стали появляться в «Диарио де Оссиденте», газете, издававшейся в западном регионе Сальвадора. В статьях Пруденсия Аяла выступала сторонницей антиимпериализма, феминизма и центральноамериканского синдикализма, выражала несогласие с вторжением США в Никарагуа. В это время в различных периодических изданиях были опубликованы несколько её стихов. В 1919 году была заключена в тюрьму за критику мэра сальвадорского городка в одной из своих колонок. Несколько месяцев провела в заключении в Гватемале, по обвинению в сотрудничестве с организаторами переворота. В 1921 году опубликовала книгу «Эссибле. Приключения во время поездки в Гватемалу», в которой подробно описала последние месяцы правления диктатора Мануэля Эстрады-Кабреры. Также были изданы её книги «Бессмертная, безумная любовь» (1925) и «Дымящее пятнышко» (1928). В конце 1920-х годов основала и руководила изданием газеты «Женское искупление», со страниц которой активно выступала в защиту гражданских прав женщин Сальвадора. В 1930 году выдвинула свою кандидатуру на пост президента республики, хотя по сальвадорским законам женщины не могли участвовать в голосовании. Её программа включала: государственную поддержку профсоюзов, честность и прозрачность в государственном управлении, ограничение распределения и потребления спиртных напитков, уважение к свободе вероисповедания и признание внебрачных детей. Одним из сторонников Пруденсии Аялы был философ, педагог, писатель и депутат Альберто Масферрер. Однако Верховный суд отклонил её кандидатуру, но развернувшиеся по этому поводу дебаты в 1939 году привели к утверждению права женщин участвовать в голосовании. В 1950 году это право было закреплено в Конституции, с одобрения президента Оскара Осорио. Пруденсия Аяла умерла в городе Сан-Сальвадор, Сальвадор, 11 июля 1936 года. Награды: Большой крест с серебряной звездой Ордена Хосе Матиаса Дельгадо. Нет свидетельств об её участии в крестьянском восстании 1932 года, но есть мнение, что она сотрудничала с повстанцами. В центре Сан-Сальвадор, рядом с кафедральным собором, ей установлена мемориальная плита. В марте 2009 года, по случаю Международного женского дня, в честь Пруденсии Аялы была поставлена пьеса «Во времена колдовства Пруденсии».


1885
Борис Петрович Жадановский (украинское имя — Бори́с Петро́вич Жадані́вський)
российский революционер, участник революции 1905—1907 годов и вооруженной борьбы с немецкими частями в 1918 году в Крыму. Родился в городе Харьков, Харьковская губерния, Российсуая империя, в семье кадрового офицера. Учился в Полтавском кадетском корпусе (1903). Окончил Николаевское военно-инженерное училище в Санкт-Петербурге. С 1905 года служил подпоручиком 5-го понтонного батальона 3-й саперной бригады в Киеве. В июле 1905 года в Киеве установил связь с военной организацией РСДРП. 18 ноября 1905 года возглавил вооруженное выступление сапёров в Киеве. По утверждениям советских историков, демонстрация была расстреляна царскими войсками, по другим данных, восставшие первыми открыли огонь по отказавшимся присоединиться к ним войскам и ответным огнём были рассеяны. Раненый Жадановский спасся, затем скрывался на агрономической ферме Киевского политехнического института. В сентябре 1906 года военно-окружной суд приговорил его к расстрелу, который был заменён бессрочной каторгой. По дороге на каторгу в ночь на 29 ноября Жадановский перепилил решётку в окне тюремного вагон и выпрыгнул на полном ходу из поезда. Ему удалось дойти до ближайшей деревни, где он обратился за помощью к местному жителю, но тот выдал беглеца сельскому старосте и приставу.

Портрет Бориса Жадановского, журнал «Глобус», 1925 год
Жадановский отбывал каторгу в Шлиссельбургской крепости, затем был заключён в Смоленской, Орловской, Курской, а с конца 1913 года — Херсонской тюрьмах. Здесь он встречался и общался с большевиками, анархистами и эсерами. Освобождён после Февральской революции 1917 года по амнистии, принятой министром юстиции Временного правительства Александром Керенским. После выхода из тюрьмы переехал в Крым для лечения туберкулёза. В ноябре 1917 года вступил в ряды РСДРП(б), занимал должность заместителя председателя Ялтинского совета рабочих депутатов, был главным редактором печатного органа «Известия». Один из вдохновителей красного террора в Ялте 1918 года. 23 января 1918 года власти обложили имущих горожан Ялты контрибуцией в 20 млн. рублей, за неуплату которой полагался расстрел. Как написал в своих мемуарах В.А.Игнатенко, автором идеи взимания контрибуции выступил бывший руководитель восстания саперов в Киеве в 1905 году политкаторжанин Борис Жадановский: «Товарищи, у капиталистов существует правило: победивший с побежденного взыскивает аннексии и контрибуции. Так почему же мы как победители не можем так поступить с буржуазией нашего города?». В апреле 1918 года, при наступлении на территорию Украинской Народной Республики и в Крым австро-немецких войск организовал из коммунистов, левых эсеров и анархистов «особый социалистический» отряд численностью в 150 человек. В боях под Симферополем отряд был разгромлен немцами, а сам Жадановский погиб 27 апреля 1918 года.
Память
Улица Жадановского в Чугуеве; Улица Жадановского в Ялте; Улица Жилянская в Киеве в 1926—1993 годах носила имя Жадановского. На доме № 107 в феврале 1966 года была открыта гранитная аннотационная мемориальная доска Б.Жадановскому (архитектор В.Шевченко). Ныне ликвидирована; Мемориальная доска из бронзы на фасаде дома № 5 по улице Московской в Киеве (архитектор А.Сницарёв, скульптор А.Банников). Доска ликвидирована в 2016 году за деятельность столетней давности. Литература: Жадановский Борис Петрович // Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917—1921 гг. / Составители Л.Лежава, Г.Русаков. — 3-е издание, исправленное и дополненное. — Москва-Ленинград : Государственное издательство, 1925. — Страницы 218, 219, 220.


1885
Конур Калмуратов (Коныр Калмурадов)
старший чабан колхоза «Кызыл-Булак» Байганинского района Актюбинской области, Казахская ССР. Родился в селе Жаркамыс Темирского уезда Уральской области Степного генерал-губернаторства (ныне – Байганинского района Актюбинской области Казахстана) в крестьянской семье. Казах. Трудовую деятельность начал задолго до Октябрьской революции 1917 года. В 1932 году в «Кызыл-Булак» Табынского (с 1940 года – Байганинского) района Актюбинской области Казакской АССР (с декабря 1936 года – Казахской ССР), где трудился сначала рядовым колхозником, а затем старшим чабаном. Добивался высоких показателей по выращиванию молодняка, сдаче мяса и настригу шерсти. Самоотверженно трудился в годы Великой Отечественной войны. Наивысших успехов достиг в первые послевоенные годы. В 1947 году вырастил от 422 курдючных овцематок 571 ягнёнка, при среднем весе ягнят к отбивке 41 килограмм.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 июля 1948 года за получение высокой продуктивности животноводства в 1947 году при выполнении колхозом обязательных поставок сельскохозяйственных продуктов и плана развития животноводства Калмуратову Конуру присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот». С 1952 года – на пенсии, с 1968 года – персональный пенсионер союзного значения. Находясь на заслуженном отдыхе, консультировал молодых овцеводов, делясь с ними своим богатым опытом. Жил в Байганинском районе Актюбинской области. Умер в 1971 году. Награждён орденом Ленина (23.07.1948), медалями, в том числе «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (06.06.1945).


1885
Калыбай Кашаганов
заведующий коневодством колхоза «Енбек» Абралинского района Семипалатинской области, Казахская ССР. Родился в селе Кайнар Каркаралинского уезда Семипалатинской области Степного генерал-губернаторства (ныне – Жанасемейского района Абайской области Казахстана). Казах. В 1935 году вступил в колхоз «Енбек» Абралинского района Восточно-Казахстанской (с октября 1939 года – Семипалатинской) области Казакской АССР (с декабря 1936 года – Казахской ССР, ныне район в составе города Семей Абайской области Казахстана), где возглавил коневодческую ферму. В колхозе было на тот год насчитывалось всего 13 лошадей – 7 кобыл и 6 жеребят. Через пару лет усилиями Калыбая и его помощников количество кобыл в хозяйстве достигло 30. В 1938 году участвовал в работе Совета пионеров по развитию республиканского общественного животноводства, а затем – во Всесоюзной сельскохозяйственной выставке (ВСХВ) в Москве. В годы Великой Отечественной войны вырастил и передал для нужд Красной Армии 100 породистых лошадей. В 1947 году вырастил при табунном содержании 89 жеребят от 91 кобылы. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 июля 1948 года за получение высокой продуктивности животноводства в 1947 году при выполнении колхозом обязательных поставок сельскохозяйственных продуктов и плана развития животноводства Кашаганову Калыбаю присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот».
В дальнейшем работал в колхозе имени Орджоникидзе, который в 1955 году после упразднения Абралинского района был переведён вместе со своим скотом в соседний Каркаралинский район Карагандинской области.
Умер в декабре 1957 года. Похоронен на кладбище отделения Айгыржал села Томар Каркаралинского района Карагандинской области. Награждён орденом Ленина (23 июля 1948), медалями «За трудовое отличие» (5 ноября 1940), «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (6 июня 1945). В селе Кайнар – административном центре бывшего Абралинского района (ныне – в составе Жанасемейского района Абайской области) – установлен бюст Героя.

1885
Эгон Эрвин Киш (немецкое имя — Egon Erwin Kisch)
пражский немецкий писатель, журналист и публицист. Родился в Праге. Сын торговца сукном, публиковавшего под псевдоним Кюльборн свои стихи (на немецком языке). В 1902 г. окончил реальное училище. С 1904 г. был сотрудником газет «Прагер тагеблат» и «Богемия», с 1913 г. — «Берлинер тагеблат». Участвовал в Первой мировой войне в чине младшего офицера австро-венгерской армии. В 1918 г. Киш стал одним из руководителей нелегальных солдатских комитетов, командиром Красной гвардии в Вене, вступил в коммунистическую партию Австрии. В 1921–1933 гг. жил в Берлине. С 1925 г. по 1931 г. неоднократно выезжал в Советский Союз, в 1928–1929 гг. под чужим именем путешествовал по США. В 1933 г. был арестован нацистами и как иностранный подданный выслан в Чехословакию. В 1934 г., не получив разрешения на въезд в Австралию для участия в антифашистском конгрессе, прыгнул с борта корабля, был задержан, приговорен к шести месяцам заключения и выслан из страны. В 1937–1938 гг. был бойцом Интернациональных бригад в Испании, в 1940–1946 гг. в Мексике сотрудничал в журнале «Фрайес Дойчланд». В 1946 г. вернулся в Прагу, где был избран почетным председателем еврейской общины города. В начале литературной деятельности примыкал к группе немецких писателей-евреев (так называемый Пражский кружок: М.Брод, Э.Вайс, 1882–1940; Л.Виндер, 1889–1946; Ф.Кафка и др.), передававших в своих произведениях атмосферу распада Австро-Венгерской империи. Киш придал второстепенному до того жанру газетного репортажа характер художественной публицистики, создав новый тип очерка-эссе (главным образом на политические темы: сборники «Цари, попы, большевики», 1927; «Американский рай», 1930; «Азия основательно изменилась», 1932; «Высадка в Австралии», 1937, и др.). В 1923 г. Киш составил антологию «Классическая журналистика». В статьях и в книге «Неистовый репортер» (1924), и особенно в автобиографической «Ярмарке сенсаций» (1942), Киш изложил свои мысли об эстетической и моральной ответственности журналиста и о репортаже «как форме искусства и борьбы». Прошлому евреев Праги Киш посвятил сборник «Рассказы о семи гетто» (1934; русский перевод 1937), а в очерке «Индейская деревня под звездой Давида» (сборник «Открытия в Мексике», 1945) рассказал о найденной им группе так называемых индейских евреев, считающих себя потомками марранов. Умер в Праге в 1948 году.


1885
Ци Сеюань (китайское упрощённое имя — 齐燮元; имя на пиньинь — Qí Xièyuán)
китайский милитарист, военный губернатор провинции Цзянсу. Ци Сеюань родился в провинции Хэбэе, Династия Цин (ныне Китай). Получил классическое образование, закончил военную академию в Китае, а потом продолжил учебу в Японии. Принадлежал к Чжилийской клике милитаристов. В 1920 году занял пост военного губернатора провинции Цзянсу. Самый богатый город Китая, Шанхай, исторически принадлежавший Цзянсу, находился под властью губернатора провинции Чжэцзян Лу Юнсяна из Аньхойской клики милитаристов. Соответственно, Пекинское правительство было практически лишено возможности собирать таможенные пошлины и контролировать железные дороги, проходящие через город. Важным фактором являлась и нелегальная торговля опиумом, на доходы от которой содержались армии. В конце лета 1924 года Ци Сеюань выпустил манифест, в котором объявил Лу Юнсяна в незаконном наращивании вооружений и сепаратистских настроениях. В сентябре 1924 года началась Цзянсу-Чжэцзянская война. С помощью союзника, губернатора провинции Фуцзянь Сунь Чуаньфана Ци Сеюаню удалось сместить Лу Юнсяна. Но очень скоро Чжилийская клика на севере потерпела поражение во Второй Чжили-Фэнтяньской войне. В январе 1925 года войска Фэнтяньской клики ненадолго захватили провинцию Цзянсу и Шанхай и Ци Сеюань вынужден был бежать в Японию. Его армия перешла Сунь Чуаньфану. В 1926 году Ци Сеюань вернулся в Китай и получил убежище у У Пэйфу, который назначил его на пост заместителя командующего коалиционными силами 14 провинций. В 1930 году Ци участвовал в Войне центральных равнин, во время которой выступил на стороне Янь Сишаня. После своего поражения Янь и Ци получили убежище в британской концессии в Тяньцзине.
В 1937 году после начала войны с Японией, Ци Сеюань перешел на службу японцам, состоял в коллаборационистской армии.

После капитуляции Японии, в 1946 году его судили за измену Родине. Приговорён к смертной казни, был расстрелян в городе Нанкин, КНР, 18 декабря 1946 года.
В художественной литературе: Барякина Э.В. «Белый Шанхай»

[466x700]
1886
Эрих Заломон (немецкое имя — Erich Salomon)
немецкий фотожурналист, считающийся одним из родоначальников своей профессии, известный своими фотографиями в области дипломатии и судопроизводства, а также своими новаторскими методами использования фототехники для быстрой съемки в условиях умеренной освещенности, позволявшими ему получать снимки известных людей в неформальной обстановке. Эрих Заломон родился и рос в Берлине, в семье состоятельного банкира в среде, относящейся к крупной берлинской буржуазии. Он учился в Мюнхене и Берлине, где изучал право, инженерное дело и зоологию вплоть до начала Первой мировой войны. После окончания обучения получил степень кандидата наук. Знал несколько иностранных языков. После войны Заломон работал брокером, водителем такси, чуть позже работником одного из отделений «Ullstein-Verlag», создавая объявления для рекламных щитов. Он впервые взял камеру в руки в 1927 году, когда ему был уже 41 год. В своих репортажах он использовал нестандартные для того времени приёмы: например, он делал снимки в приглушенном свете, пряча камеру в своём котелке. Вырезав в нём дыру для объектива, Заломон таким образом сделал снимок подозреваемого в убийстве полицейского на судебном заседании Берлинского криминального суда. Когда в 1928 году в берлинской иллюстрированной газете появился его репортаж об этом судебном процессе, он вызвал большую сенсацию. После этого Заломон решил тесно сотрудничать с Ullstein, чтобы работать независимым фоторепортёром. Благодаря знанию многих иностранных языков и умению не привлекать к себе внимания, Заломон приобрел известность и репутацию в Европе. Вскоре он был звездой среди его коллег, его снимки появлялись во многих немецких и международных газетах. За 5 лет он сделал в общей сложности примерно 350 репортажей. Большинство из этих репортажей относилось к заключениям международных соглашений в политических центрах Веймарской республики, Западной Европы и США. Будучи евреем, Эрих Заломон после прихода Адольфа Гитлера к власти в 1933 году бежал в Нидерланды вместе с женой и младшим сыном Дирком. После этого он продолжил свою карьеру фотографа в Гааге. Журнал «Life Magazine» предложил ему переехать в Соединенные Штаты, но Заломон отклонил это предложение.
[700x529]
Мемориальная доска на месте дома по адресу Хёльдерлинштрассе 11 в Западном Берлине (ныне район Вестенд округа Шарлоттенбург-Вильмерсдорф), где жил Эрих Заломон
В результате немецкого вторжения в 1940 году он и его семья были схвачены в Исторических Нидерландах. Заломон вместе со своей семьёй содержался в Вестерборкском транзитном лагере в Терезинском концлагере в течение пяти месяцев. В мае 1944 года они были переведены в Освенцим. Младший сын Эриха Заломона Дирк погиб 16 мая, сам Эрих с женой погибли 7 июля 1944 года (по данным Красного Креста). Старший сын Эриха Заломона, Отто Заломон (сменивший после войны имя на Питер Хантер), выбравший профессию отца, эмигрировал в 1935 году в Великобританию, где продолжил фотографическую карьеру, работая на ряд газет и сделав множество фотографий политиков и дипломатов, а также запечатлевая театральную и ночную жизнь Лондона. Он делал фотографии таких известных людей как Герберт Уэллс, Альберт Швейцер, Джордж Бернард Шоу, Марлен Дитрих, Джон Кеннеди и другие. Осев в начале 1950-х в Амстердаме, он открыл собственное фотоагентство, работавшее, по крайней мере, до конца 1970-х, когда Заломон-младший закончил свою фотографическую карьеру и переехал в Гаагу. Фоторепортёры того времени обычно использовали в своей работе громоздкие форматные камеры для стеклянных негативов размерами до 13 × 18 см. Через несколько месяцев после своих первых фотографических опытов Заломон приобрёл камеру Ermanox, которая только-только стала выпускаться концерном Ernemann-Werke (впоследствии вошедшим в состав Zeiss Ikon). Это было совершенно новая, относительно маленькая по тогдашним меркам камера со сверхсветосильным объективом «Ernostar f1:2». Это позволяло моментально делать снимки в помещении даже при слабом свете без штатива и осветительной вспышки. В камере использовались стеклянные пластинки 4,5 × 6 см в отдельных кассетах, которые можно было без проблем носить при себе. Знаменитая «Leica», в которой использовалась 35-мм киноплёнка, ещё более легкая и незаметная камера, чем «Ermanox», появилась только в 1930 году. Кроме того, разработанное Заломоном вспомогательное маскировочное «оборудование» для камер — манипулируемый слуховой аппарат, большая чёрная шина для, по-видимому, сломанной руки, полые книги и дипломаты — было незаменимо при соответствующих событиях. С маленькими камерами и этими устройствами Заломон разрабатывал свой собственный стиль фоторепортажа, который сделал его всемирно известным и который оказал значительное влияние на фотожурналистику.
[700x287]
«Камни преткновения» Эриха, Магги и Дирка Заломона как жертв Холокоста.
Эрих Заломон фотографировал множество важнейших политических и общественных событий. Так, например, он снимал в здании Лиги наций в Женеве, делал фотографии сенсационных судебных разбирательств внутри своей страны и за рубежом (не имея на то официального разрешения), в здании рейхстага в Берлине и на элегантных вечерах в странах западного мира. Он был всегда очень тщательно одетым, в большинстве случаев во фраке или в темном костюме. Благодаря своему происхождению и собственной общительности Заломон имел многочисленные личные контакты, которые облегчали ему доступ к самым интересным происшествиям. Там он действовал как участник мероприятий, о которых он сообщал. Он принимался могущественными и знаменитыми, с некоторыми из них сложилось почти дружеское отношение. Известна реплика министра иностранных дел Франции Аристида Бриана: «Необходимы три условия для проведения конференции Лиги Наций: несколько министров иностранных дел, стол и Эрих Заломон». Его личные контакты, ловкость, проворство и относительно секретная фототехника позволяли ему делать фотографии, которые показывали частное лицо вне событий, в которых оно участвует. Политики, художники и ученые появлялись не в контролируемой позе, а в расслабленной атмосфере, в хорошем настроении или в состоянии утомления, в зависимости от того, как они выглядели… Тогда этот стиль репортажа был революционным. Заломон всегда делал многое для того, чтобы быть близким к видным деятелям, которых он фотографировал, не только во время фотосъёмки, но и по ту сторону официальных выходов, что в большинстве случаев ему удавалось; однако он никогда не был действительно нескромен, никогда не охотился на частные скандалы. Когда в 1928 году был подписан пакт Бриана-Келлога, Заломон вместе с несколькими другими фотографами вошел в комнату, где в этот момент шло подписание документа и сел на свободное место польского делегата. В некоторый момент времени дипломаты начали обсуждать, что фотожурналистика — это часть исторического документирования. Таким образом, выдался удобный момент для фотосъемки. Эрих Заломон — один из двух известных на данный момент людей, фотографировавших сессию Верховного суда США. Существует престижная в среде фотожурналистов «Премия доктора Эриха Заломона», вручаемая c 1971 года «за исключительные иллюстрировано-журналистские работы» Германским Фотографическим Обществом. Одним из лауреатов этой премии стал сын Эриха Заломона, Питер Хантер, в 1997 году. Известно, что незадолго до своего ареста Заломон спрятал у друга часть своих негативов. Другую часть он отдал на хранение библиотеке парламента Нидерландов. Ещё одна часть оставалась у старшего сына, который переживал войну в Англии. Позже Питер Хантер пытался свести разбросанный архив снова, но, к сожалению, многое пропало; то, что удалось найти, он передал в 1980 году в берлинскую галерею. В настоящее время там продолжают храниться более 10 000 фотографий Эриха Заломона, а также другие документы.

[494x700]
1886
Николай Прокопьевич Михолап (белорусское имя — Мiкалай Пракопавiч Мiхалап)
советский художник-керамист, директор Национального художественного музея Беларуси в 1939—1941 годах. Родился в Минске. Происходил из минской семьи железнодорожного рабочего и горничной. Закончил Петербургское училище технического рисования барона Штиглица (ныне Санкт-Петербургская государственная художественно-промышленная академия имени А.Л.Штиглица). Был самым первым белорусским художником-керамистом. В 1925—1930 годах преподавал в Витебском Народном художественном училище, руководил гончарно-керамическим отделением. Был дружен с классиком белорусской литературы Янкой Купалой, написал его портрет и создал первые декорации к спектаклю Я.Купалы «Павлинка». В 1937 году в Беларуси была сформирована группа научных сотрудников, искусствоведов и художников, по созданию первой в Белоруссии Государственной картинной галереи, которая открылась в 1939 году. Директором галереи был назначен Николай Михолап. Его большой заслугой было пополнение фонда галереи коллекцией слуцких поясов, собранной князьями Радзивиллами в Несвижском замке. После воссоединения в сентябре 1939 года западно-белорусских земель с БССР в Государственную картинную галерею отправлялись произведения из национализированных усадеб и замков Западной Беларуси. Кроме слуцких поясов Николай Михолап пополнил коллекцию французскими гобеленами XVIII в., произведениями портретной живописи XVI—XIХ вв. В начале 1941 года фонды галереи насчитывали 2711 произведений, из которых 400 находились в экспозиции. Он планировал провести кропотливую работу по созданию каталога музейной коллекции. Но этому богатому собранию музея в Минске не суждено было долгое существование. В самом начале Великой Отечественной войны оно бесследно исчезло. Михолап готовил коллекцию к эвакуации, но не сумел вывезти. Обвинения в пропаже фондов галереи в июне 1941 года пали именно на голову директора галереи, в связи с чем в 1944 году, после освобождения Минска от немецко-фашистских захватчиков, на должность директора был назначен другой сотрудник галереи — Аладова, Елена Васильевна, а Николай Михолап был назначен руководителем республиканской художественной промышленности. Но по окончании войны обвинения были сняты и Николай Михолап был награждён орденом «Знак почёта». Николай Михолап стал художником-практиком, промышленным дизайнером, проектировал малые архитектурные формы — лепку фасадов домов, уличные фонари, решётки и т. д. Внёс значительный вклад в разработку технологии керамических материалов, в создание эталонов, керамических форм, в организацию фарфоро-фаянсового производства (стоял у истоков Минского фарфорового завода), создавал новые виды глазури. Ушёл из жизни в 1979 году. Николай Михолап оставил большое творческое наследие. Произведения графики, керамики и многочисленные фотографии архитектурных сооружений и памятников зодчества, сделанные во время командировок по Беларуси, хранящиеся в семейном архиве, в 1980-е годы были переданы в белорусские музейные фонды и государственные архивы. Уникальная коллекция гончарных изделий, собранная Николаем Михолапом во время исследовательских этнографических поездок по Белоруссии, сейчас хранится в Музее древнебелорусской культуры. Мачты фонарей, установленные на центральных улицах Минска, Гомеля и Витебска украшают «фартуки» с изображением слуцкого пояса, сделанные по проекту художника.
[700x492]
Конверт, выпущенный к 125-летию со дня рождения Михолапа Н.П. Белпочтой
К 125-й годовщине дня рождения Николая Михолапа Республиканское Унитарное предприятие «Белпочта» подготовило художественный маркированный конверт с литерной маркой «А». Также 28 апреля 2011 года на Глвпочтамте в Минске было проведено специальное памятное гашение памятным спецштемпелем. Художник конверта А.Старовойтова. Заказ конверта № 9843-2011. Тираж 30 тысяч экземпляров.


1887
Стефан Руднянский (Рубинрот Соломон) (польское имя — Stefan Rudniański)
польский философ и педагог, общественный деятель. Родился в Брест-Литовске, в семье Гедальи и Леи Рубинротов. В 1908—1911 учился в Варшавской консерватории. В 1911—1914 изучал философию, психологию и педагогику в университете Лейпцига (1911-1914). В 1916 вернулся в Польшу. Работал учителем истории и пропедевтики философии в средних школах, сотрудничал в философских и общественно-литературных газетах и журналах. Являлся секретарём сектора истории философии в Варшавском институте философии. В 1928 назначен доцентом кафедры истории философии Свободного польского университета. В 1932—1935 преподавал историю философии в Институте образования Польской Ассоциации Учителей (членом которой состоял с 1925). С осени 1939 по 1941 профессор философии Львовского университета (с января 1941 — заведующий кафедрой). Погиб при бомбардировке Львова 23 июня 1941 года.

[495x700]
1889
Вильгельм Отто Юлиус Берлин (немецкое имя — Wilhelm Otto Julius Berlin)
немецкий офицер, генерал артиллерии во Второй мировой войне. Родился в Кёльне. 13 марта 1909 окончил кадетский корпус, принят прапорщиком в 14-й Баденский пехотно-артиллерийский полк. По окончании военной школы 27 января 1910 произведён в лейтенанты (патент от 19 июня 1908). С 1 октября 1910 по январь 1914 учился в объединённой артиллерийской инженерной школе в Шарлоттенбурге. С 1 февраля по 1 августа 1914 посещал там же Военно-техническую академию, которую вынужден был окончить досрочно в связи с началом Первой мировой войны. Был офицером связи со 2 до 25 августа 1914 в Крепости императора Вильгельма II, с 26 августа по 1 сентября 1914 — в комендатуре губернатора Страсбурга. 2 сентября 1914 переведён в штаб 15-го резервного корпуса (Страсбург), с которым направлен в район боевых действий в Лотарингию; с 17 сентября 1914 по 1 мая 1915 оставался на западном фронте. 25 февраля 1915 присвоено звание «обер-лейтенант». С 1 мая 1915 — командир 216-й миномётной батареи, с 6 июля 1915 — командир роты 3-й батареи. На восточном фронте — с 17 июля по 25 сентября 1915; затем полк был переведён на западный фронт и участвовал в боевых действиях с февраля 1916. Со 2 июня 1916 — адъютант генерала тяжёлой артиллерии (командование № 8; с 16 февраля 1917 преобразовано в командование № 126). 18 августа 1917 произведён в капитаны. С 10 по 15 сентября 1917 прошёл учебный курс в военной химической школе («газовая школа») в Берлине, после чего вернулся на фронт. С 25 июля по 1 августа 1918 был временно откомандирован в Берлин; с 4 сентября 1918 до конца войны командовал 2-м батальоном 88-го резервного пехотного полка. После компьенского перемирия, заключённого 11 ноября 1918, вернулся на родину. В период Первой мировой войны за боевые отличия награждён Железным крестом 1-го и II класса, баварским орденом «За военные заслуги» IV класса с мечами, рыцарским крестом II класса ордена Церингенского Льва с мечами, рыцарским крестом королевского ордена Дома Гогенцоллернов с мечами. Оставлен в рейхсвере в звании капитана. В марте-апреле 1919 командовал 1-й добровольной тяжёлой батареей. С сентября 1920 по октябрь 1923 года служил в штабах 13-го и 5-го артиллерийских полков. 1 октября 1923 назначен командиром 2-й (прусской) батареи 5-го артиллерийского полка в Фульде. С 1926 переведён в 1-й отдел штаба, с 1 апреля 1929 — в 1-ю батарею этого же полка. 22 августа 1929 переведён в Имперское военное министерство в Берлин, 1 октября 1930 зачислен в инспекцию артиллерии. 1 ноября 1930 произведён в майоры, 1 мая 1934 — в подполковники. 1 октября 1934 года назначен командиром 2-го дивизиона артиллерийского (с 15 октября 1935 — учебного артиллерийского) полка (Ютербог). С 1 апреля 1936 — старший офицер артиллерии в командовании бронетанковых войск; с 20 апреля — полковник. С 12 октября 1937 — командир 33-го артиллерийского полка. С началом 2-й мировой войны вместе с 33-м артиллерийским полком дислоцирован на западе. 30 сентября 1939 года возглавил 101-е артиллерийское командование. 1 марта 1940 присвоено звание генерал-майор. Руководил 101-м командованием в западном походе весной 1940, был награждён пряжками к Железным крестам. С 10 октября 1940 по 3 апреля 1943 — начальник 2-й артиллерийской школы в Ютербоге; с 15 февраля 1942 — генерал-лейтенант. 24 апреля 1943 года отправлен в действующую армию; с 1 мая по 6 июня 1943 — командир 58-й пехотной дивизии (северный участок советско-германского фронта). 7 июня 1943 принял командование 227-й пехотной дивизией. 12 февраля 1944 был упомянут в Вермахтберихт: В северной части восточного фронта исключительно зарекомендовали себя рейнско-вестфальская 227-я пехотная дивизия под руководством генерал-лейтенанта Берлина и артиллерия резерва главного командования под руководством кавалера дубового листа генерал-лейтенанта Томашки. C 13 по 23 февраля 1944 возглавлял армейскую группу «Нарва». После передачи армейской группы генералу инфантерии Й.Фрисснеру продолжил командование своей дивизией. Как командир дивизии 6 марта 1944 награждён Рыцарским крестом Железного креста.
[700x481]
Оперативное совещание в штаб-квартире группы армий «Висла» (3 марта 1945).
В первом ряду вокруг А.Гитлера (сидит) стоят (слева направо): генерал артиллерии ОКВ В.Берлин (стоит со сложенными руками); генерал-фельдмаршал Р. фон Грейм; генерал-майор Франц Ройс; генерал зенитной артиллерии Й.Одебрехт; генерал пехоты Т.Буссе.
С 11 мая по 15 июня 1944 временно командовал 26-м армейским корпусом, затем был переведён в резерв фюрера. Летом 1944 назначен генералом артиллерии Верховного командования вермахта и занимал эту должность до окончания войны, с перерывом с 27 февраля до 18 апреля 1945, когда командовал новым армейским корпусом CI в Берлине. Звание «генерал артиллерии» присвоено 20 октября 1944. 8 мая 1945 года сдался в плен американцам. 3 июля 1947 года освобождён. Умер в Гамбурге 15 сентября 1987 года. Награды: Железный крест II класса (27 сентября 1914), I класса (25 сентября 1916); Баварский Орден «За военные заслуги» IV класса с мечами (28 октября 1914); Рыцарский крест II класса ордена Церингенского Льва с мечами (18 декабря 1914); Рыцарский крест королевского ордена Дома Гогенцоллернов с мечами (27 сентября 1918); Почётный крест ветерана войны с мечами (21 декабря 1934); Пряжка к Железному кресту 2-го и I класса; Знак зенитной артиллерии ПВО ВВС; Крест Военных заслуг 2-го (1939) и I класса (11 января 1943); Поименование в Вермахтберихт (12 февраля 1944); Рыцарский крест Железного креста (6 марта 1944).

[549x700]
1889
Такэо Курита (японское имя — 栗田 健男)
адмирал Японского императорского флота во время Второй мировой войны. В момент вступления Японии в войну был командиром 7-й дивизии тяжелых крейсеров. Участвовал в сражениях у атолла Мидуэй (июнь 1942 года) и в заливе Лейте (октябрь 1944 года). В декабре 1944 года снят с должности и в 1945 году был начальником Военно-морской академии. После поражения Японии в войне ушёл в отставку (октябрь 1945 года). Курита родился в городе Мито (префектура Ибараки) в 1889 году. Его отправили на остров Этадзима в 1905; пятью годами позже Такэси окончил Академию флота Японии в составе 38-го выпуска, заняв 28-е место среди 149 кадетов. Мичманом служил на крейсерах «Касаги» и «Ниитака». Комиссован в звании младшего лейтенанта в 1911, присоединился к команде корабля «Тацута». После повышения до лейтенанта в 1913 году Курита служил на броненосце «Сацума», эскадренном миноносце «Сакаки» (японское название — 榊) и крейсере «Иватэ». Курита был повышен до старшего лейтенанта 1 декабря 1916 года и служил в этом звании на нескольких кораблях: крейсере «Тонэ», эсминцах «Каба» и «Минэкадзэ.». Он служил на «Минэкадзэ», «Хакадзэ» и «Якадзэ» в должности либо минного офицера, либо старшего помощника командира. В 1920 году Курита получил командование над первым судном, эсминцем «Сигурэ», а годом позже — над другим эсминцем, «Оитэ». Получил звание лейтенант-коммандера в 1922 году, в этом звании стал командиром кораблей «Хамакадзэ», «Вакатакэ», «Хаги». В звании капитана 3-го ранга (с 1927) командовал эскадренным миноносцем «Уракадзэ», 10-м и 25-м отрядами эсминцев. В звании капитана 1-го ранга (с 1932) командовал 12-м отрядом эсминцев, крейсером «Абукума», а с 1937 — линейным крейсером «Конго». Курита стал контр-адмиралом 15 ноября 1938 года, получив получив под командование сначала 1-ю флотилию эсминцев, а позже — 4-ю. Во время атаки на Пёрл-Харбор он командовал 7-й дивизией крейсеров. Седьмая крейсерская дивизия Куриты участвовала в завоевании острова Ява в декабре 1941, а также в рейде в Индийский океан, в составе шести тяжёлых крейсеров и лёгкого авианосца «Рюдзё», потопившего суммарно 135 килотонн судов в Бенгальском заливе. В битве за Мидуэй (под командованием Нобутакэ Кондо) Курита потерял крейсер «Микума». Такэо был повышен до вице-адмирала 1 мая 1942, в июле ему было вверено командование 3-й дивизией линкоров. В битве за Гуадалканал Курита повёл свои линкоры на бомбардировку аэропорта Хендерсон-Филд в ночь на 13 октября, запустив 918 бризантных зарядов. Это была самая успешная попытка японцев захватить Хендерсон-Филд бомбардировкой с воды. Курита позже командовал основными силами в кампании на Соломоновых островах, а также в битве за Филиппинские острова. В 1943 году он заменил Нобутакэ Кондо на посту командующего 2-м Императорским флотом Японской империи. Курита был верховным главнокомандующим 2-го Императорского флота во время сражения в море Сибуян и сражение в море Самар (оба являются частью сражения в заливе Лейте). 2-й флот включал самые большие линкоры в мире — «Ямато» и «Мусаси». Кроме того, во 2-й флот входили линкоры «Нагато», «Конго» и «Харуна», 10 крейсеров и 13 эсминцев. Критичным оказалось отсутствие в нём авианосцев. Курита был преданным офицером, не страшась смерти, но и не стремясь умереть зря. Как и Исороку Ямамото, Курита считал, что для капитана «отправиться ко дну вместе со своим судном» — это напрасная трата ценных кадров. Когда адмирал Соэму Тоёда приказал Курите атаковать американцев в заливе Лейте, проведя флот через пролив Сан-Бернандино, Такэо посчитал это напрасной тратой судов и жизней, особенно когда он не смог провести суда в залив до высадки. Первый флагман Куриты, «Атаго», был потоплен американской подлодкой всего за 6 дней до битвы в Лейте, что вынудило команду передать флаг «Ямато». На пути из Брунея корабли Куриты были атакованы двумя американскими подлодками, потопившими крейсеры «Атаго» и «Мая» в Палаванском проливе. Курита был вынужден перейти с флагмана «Атаго» на «Ямато». На границе между морем Сибуян и проливом Сан-Бернандино на флот Куриты напали самолёты с авианосца, нанёсшие урон нескольким кораблям, включая «Ямато». Постоянные торпедные атаки и бомбёжка третьего флота под руководством адмирала Хэлси, потопили «Мусаси» и нанесли серьёзный урон другим судам. Атаки американцев заставили Куриту прекратить наступление и отступить к западу от залива Лейте. Хэлси решил, что он разбил флот Куриты, а также что центральный флот Японии отступает, пребывая в уверенности, что действует согласно приказам, покинул пункт, откуда должен был поддерживать высадку генерала Макартура в заливе Лейте и проливе Сан-Бернандино, чтобы догнать северный крейсерский флот Дзисабуро Одзавы, посланный в качестве приманки для отвлечения американцев от Лейте. Перед тем, как флот Одзавы был обнаружен, Хэлси отправил сообщение с «планом сражения», в котором писал, что хочет отправить свои линкоры для прикрытия выхода из залива. Тем не менее, план так и не был осуществлён, а тяжёлые корабли ушли на север вместе с авианосцами. Вице-адмирал Томас Кинкэйд, командующий Седьмым флотом и ответственный за охрану высадившихся солдат, предположил, что «план» Хэлси — это приказ сверху, а тактическая группа номер 34 («TF 34») охраняет Сан-Бернандино. Кинкэйд отвёл свои корабли на юг, чтобы встретить японские южные флотилии. В ночь с 24 на 25 октября Курита снова переменил решение и направил корабли на запад в залив Лейте. На утро 25 октября флот Куриты с Ямато во главе вышел из Сан-Бернандино и поплыл на север, мимо берега острова Самар. Через полчаса после заката силы Императорского флота заметили «Taffy 3» — небольшой отряд поддержки, состоящий из шести эскортных авианосцев, трёх эсминцев и четырёх небольших эскортных миноносцев, под командованием контр-адмирала Клиффтона Спрага. Задачей «Тэффи-3» было обеспечение поддержки берегу и патрулирование вод на предмет обнаружения субмарин, а не морские сражения против тяжёлых эсминцев. Адмирал Курита решил, что у него есть шансы против авианосцев Третьего флота, и приказал линкорам, включая «Ямато» с 460-миллиметровыми орудиями, открыть огонь. Однако тогда же была замечена группы «Тэффи», а «центральные силы» только что получили приказ сменить построение с ночного на противовоздушное. Вместо того, чтобы подготовить расположение кораблей, Курита отдал приказ атаковать. Перезарядка орудий проходила некоординированно, что привело к потере контроля над тактической составляющей боя. Силы Куриты потопили один из малых авианосцев, два эсминца, включая «Джонстон» (англ.)русск. под командованием Эрнеста Эванса. Однако самолёты с «Тэффи-3» и «Тэффи-2», расположенной южнее, начали атаку, и, хотя у американских эсминцев были лишь 130-миллиметровые орудия, они тоже атаковали, запуская торпеды и выпуская дым. Непрекращающиеся атаки с воздуха и скоординированные действия флота разделили силы Куриты. «Ямато», отставший для избежания авиационной торпеды, потерял из виду место сражения. Корабли, входившие в «Тэффи», смогли потопить два крейсера и вывести из строя треть остальных крейсеров (они были затоплены позже): «Тикума», «Тёкай», «Судзуя». Многие уцелевшие корабли также были повреждены «Тэффи». Через два с половиной часа после начала битвы Курита приказал отступать на север от залива для перегруппировки. К этому моменту Курита получил сообщение о том, что «южные силы», которые должны были атаковать Лейте с юга, разбиты эсминцами Кинкэйда. Центральные силы самого Куриты насчитывали лишь половину своего изначального количества. С потерей «Мусаси» в группе оставалось четыре линкора, но лишь три крейсера, причём все корабли были повреждены, а топливо — на исходе. Курита перехватил сообщения, говорившие о том, что Хэлси потопил четыре крейсера «северных сил» и мчался в Лейте, чтобы встретиться с японским флотом. После двух часов раздумий Курита отступил через пролив Сан-Бернандино. Корабли Хэлси уже гнались за «Ямато» и остальными силами Такэо, так что отступление спасло остатки Второго флота, но Курита провалил задание атаковать американцев в заливе Лейте. Некоторые лица из числа военных критиковали Куриту за то, что он не бился насмерть. Его отстранили от командования в декабре, а для защиты от убийства он был назначен управляющим Военной академии Императорского флота Японии. После капитуляции Курита работал писцом и массажистом, проживая с дочерью и её семьёй. Он никогда не обсуждал политику с семьёй или знакомыми, сделав исключение лишь для короткого интервью журналисту Масанори Ито, в котором сказал, что сделал ошибку, отступив в заливе Лейте. Позже он забрал свои слова обратно. Куриту интервьюировал офицер флота США. Молодой офицер флота США вышел из джипа, держа адрес Куриты в руке, и увидел фигуру человека, скромно занимавшегося своим садом. Спустя годы он всё так же живо помнил этот миг: «Я был под впечатлением. Война только-только кончилась. Меньше года назад Курита был командиром самого большого в истории флота, и вот он пропалывает картошку». Позже Курита вернулся к обычной жизни, дважды в год совершая паломничество к святилищу Ясукуни, чтобы помолиться за павших товарищей. В 1966 году он присутствовал у смертного одра Дзисабуро Одзавы. До 80-летия Курита ничего не говорил о битве в Лейте. В личной беседе со своим биографом по имени Дзиро Ока он сказал, что отступил, чтобы не жертвовать жизнями своей команды, так как давно уже считал, что война проиграна. Курита умер в Токио 19 декабря 1977 года, его могила находится на кладбище Тама в городе Футю (префектура Токио). Книги: Evan Thomas, «Sea of Thunder: Four Commanders and the Last Great Naval Campaign, 1941—1945.» New York: Simon & Schuster, 2007. ISBN 0-7432-5221-7.); Cox, Robert Jon (2010). The Battle Off Samar — Taffy III at Leyte Gulf (Fifth Edition). Wakefield, Michigan, Agogeebic Press, LLC. ISBN 0-9822390-4-1; Cutler, Thomas (2001). The Battle of Leyte Gulf: 23-26 October 1944. Annapolis, Maryland, U.S.: Naval Institute Press. ISBN 1-55750-243-9; D’Albas, Andrieu (1965). Death of a Navy: Japanese Naval Action in World War II. Devin-Adair Pub. ISBN 0-8159-5302-X; Dull, Paul S. (1978). A Battle History of the Imperial Japanese Navy, 1941—1945. Naval Institute Press. ISBN 0-87021-097-1; Field, James A. (1947). The Japanese at Leyte Gulf;: The Sho operation. Princeton University Press. ASIN B0006AR6LA; Friedman, Kenneth (2001). Afternoon of the Rising Sun: The Battle of Leyte Gulf. Presidio Press. ISBN 0-89141-756-7; Halsey, William Frederick (1983) The Battle for Leyte Gulf. U.S. Naval Institute ASIN B0006YBQU8; Hornfischer, James D. (2004). The Last Stand of the Tin Can Sailors. Bantam. ISBN 0-553-80257-7; Hoyt, Edwin P.; Thomas H Moorer (Introduction) (2003). The Men of the Gambier Bay: The Amazing True Story of the Battle of Leyte Gulf. The Lyons Press. ISBN 1-58574-643-6; Lacroix, Eric; Linton Wells (1997). Japanese Cruisers of the Pacific War. Naval Institute Press. ISBN 0-87021-311-3; Morison, Samuel Eliot (2001) Leyte: June 1944 — January 1945 (History of United States Naval Operations in World War II, Volume 12. Castle Books; Reprint ISBN 0-7858-1313-6; Potter, E. B. (2005). Admiral Arleigh Burke. Naval Institute Press. ISBN 1-59114-692-5; Potter, E. B. (2003). Bull Halsey. Naval Institute Press. ISBN 1-59114-691-7; David Sears. The Last Epic Naval Battle: Voices from Leyte Gulf. Praeger Publishers (2005) ISBN 0-275-98520-2; Thomas, Evan (2006). Sea of Thunder: Four Commanders and the Last Great Naval Campaign 1941—1945. Simon & Schuster. ISBN 0-7432-5221-7; Willmott, H. P. (2005). The Battle Of Leyte Gulf: The Last Fleet Action. Indiana University Press. ISBN 0-253-34528-6; Woodward, C. Vann (1989) The Battle for Leyte Gulf (Naval Series) Battery Press ISBN 0-89839-134-2.