1866
Анри Краусс (французское имя — Henry Krauss; имя при рождении — Анри Краус, Henri Kraus)
французский актёр театра и кино, режиссёр. Анри Краусс родился в Париже, Франция. До появления кинематографа в течение 20-ти лет работал актёром ряда парижских театров. С 1908 года начал сниматься в кино. В актёрской труппе «Общества авторов и литераторов» (французское название — Societé cin ématographique des auteurs et gens de lettres — SCAGL) играл роли в многочисленных экранизациях произведений французских авторов, среди которых «Собор Парижской Богоматери» (1911), «Отверженные» (1913) и «Девяносто третий год» (1921) Виктора Гюго, Жерминаль (1913) Эмиль Золя и др.

Анри Краусс на плакате к фильму «Бродяга» (1917)
После Первой мировой войны как режиссёр поставил несколько фильмов, которые не имели успеха. В 1934 году Анри Краусс во второй раз снимается в экранизации романа Виктора Гюго «Отверженные», где сыграл роль монсеньора Мириэль. Эта роль стала последней работой актёра в кино. Умер Анри Краусс в родном городе 12 декабря 1935 года.

Похоронен на кладбище Пер-Лашез (участок 43) в Париже.
Фильмография: 1908 — Арлезианка / «L’Arlésienne»; 1908 — Мария Стюарт / «Marie Stuart»; 1908 — Вильгельм Телль / «Guillaume Tell»; 1909 — Нельская башня / «La tour de Nesle» — Буридан; 1910 — Эрнани / «Hernani»; 1911 — Собор Парижской Богоматери / «Notre-Dame de Paris» — Квазимодо; 1911 — Тристан и Изольда / «Tristan et Yseult»; 1912 — Парижские тайны / «Les mystères de Paris»; 1912 — Горбун / «Le bossu»; 1912 — Марион Делорм / «Marion de Lorme»; 1913 — Отверженные / «Les misérables» — Жан Вальжан; 1913 — Жерминаль / «Germinal» — Этьен Латье; 1913 — Сирена / «La Glu» — доктор Уильямс; 1914 — Шевалье де Мезон-Руж / «Le chevalier de Maison-Rouge»; 1915 — В семье / «En famille»; 1915 — Братья корсиканцы / «Les frères corses» — Дюма-отец; 1917 — Бродяга / «Le chemineau» — бродяга; 1918 — Андре Корнелис / «André Cornélis»; 1918 — Марион Делорм / «Marion de Lorme»; 1921 — Девяносто третий год / «Quatre-vingt-treize»; 1921 — Фромон младший и Рислер старший / «Fromont jeune et Risler aîné» — Гийом Рислер; 1922 — Император нищих / «l’empereur des pauvres» — Жан Сарриа; 1922 — Чёрный бриллиант / «Le diamant noir» — месье де Митри; 1924 — Тени уходят прочь / «Les ombres qui passent» — Барклай, отец; 1924 — Верую, или Трагедия Лурда / «Credo ou la tragédie de Lourdes» — Венсан Леверьер; 1924 — Париж / «Париж» — Франсуа Рулл; 1925 — Горбун / «Le bossu»; 1925 — Рыжик / «Poil de carotte» — месье Лепик; 1927 — Наполеон / «Napoléon» — Мусташ; 1928 — Патетическая симфония / «La symphonie pathétique» — Кристиан Маркс; 1934 — Отверженные / «Les misérables» — монсеньор Мириэль.


1866
Йоханнес «Ханс» Фридрих Леопольд фон Сект (немецкое имя — Johannes "Hans" Friedrich Leopold von Seeckt)
немецкий генерал-полковник, участник Первой мировой войны, командующий сухопутными войсками рейхсвера.
В 1920-х годах заложил основы воссоздания германской армии и её технического перевооружения, заключив для этого соглашение с советским правительством. Разработал концепцию маневренной войны с участием всех видов вооруженных сил. Тактика Секта привела к блестящим успехам вермахта на первом этапе Второй мировой войны. В 1930-х годах неоднократно бывал в Китае в качестве военного консультанта Чан Кайши в его войне против китайских коммунистов и непосредственно отвечал за разработку операций по окружению, которые привели к серии побед над китайской Красной армией и вынудили Мао Цзэдуна совершить историческое отступление. Сект родился в Шлезвиге, в старинной померанской семье, получившей дворянство в восемнадцатом веке. Его отец дослужился до звания генерала немецкой армии, закончив свою карьеру военным губернатором Познани. Хотя к моменту рождения Ганса семья потеряла свои поместья, Сект был «настоящим аристократом». Вслед за отцом, Ганс выбрал военную службу, вступив в армию в 1885 году в возрасте 18 лет. Служил в гвардейской гренадерской дивизии. В 1897 году поступил в академию прусского генерального штаба. По завершении обучения в 1897 году служил в штабе III армейского корпуса (Берлин). Служил на различных штабных должностях. В 1913 году стал начальником штаба III корпуса. В 1893 году женился на Доротее Фабиан.
Первая мировая война
С началом Первой мировой войны III корпус в составе 1-й армии фон Клюка участвовал в наступлении на западном фронте в сражении на Марне. В марте 1915 года Сект был назначен на восточный фронт начальником штаба 11-й армии Макензена, которая успешно осуществила Горлицкий прорыв. Сект был награждён орденом «Пур ле Мерит» (За заслуги). В сентябре 1915 года Макензен и Сект были отправлены на сербский фронт для командования группой армий для действий против Сербии. 1 октября 1915 года началось австро-германско-болгарское наступление, в ходе которого сербская армия была разгромлена, а территория Сербии оккупирована. В июне 1916 года Сект был назначен начальником штаба 7-й австрийской армии Пфланцера-Балтина, которая должна была сдержать Брусиловский прорыв. У Секта возникли разногласия с командующим армией, который никогда не был другом немцев. Вскоре 7-я армия была разбита войсками русской армии Лечицкого. В августе 1916 года Сект был назначен начальником штаба армейской группы эрцгерцога Карла. После тяжёлых боев и отступления австрийцам удалось остановить русское наступление в предгорьях Карпат. После того как в ноябре 1916 года эрцгерцог Карл стал австрийским императором, командующим группой армий стал эрцгерцог Иосиф, и Сект оставался его начальником штаба в течение 1917 года. В декабре 1917 года Сект прибыл в Стамбул, где занял пост начальника генерального штаба турецкой армии. Сект командовал операциями на этом второстепенном театре до конца 1918 года. Когда в октябре 1918 года Болгария вышла из войны после прорыва Салоникского фронта, положение Турции стало безнадёжным. 30 октября Турция подписала перемирие, по которому все немецкие офицеры должны были покинуть турецкую армию. 4 ноября Сект покинул Турцию, отправившись на родину через Одессу, где уже царила революционная анархия. 13 ноября он прибыл в Германию, где в это время был свергнут кайзер и провозглашена республика.

Ханс фон Сект на манёврах рейхсвера в Тюрингии. 1925 год
Веймарская республика
В январе 1919 года Гинденбург попросил Секта отправиться в Кёнигсберг для организации возвращения потока германских пленных из России. После выполнения этой непростой задачи Сект был назначен членом немецкой делегации на Парижской мирной конференции. В июле 1919 года Сект был назначен начальником войскового управления (немецкое название — Truppenamt), под именем которого фактически скрывался Генштаб, который был запрещён Версальским мирным договором. В 1920 году Сект был назначен начальником управления сухопутными войсками (немецкое название — Chef der Heeresleitung), фактически главнокомандующим рейхсвера. Наибольшую славу Секту принесла его работа по организации рейхсвера Веймарской республики. По условиям версальского договора его численность была ограничена 100 000 человек, так чтобы он не мог противостоять намного большей по численности французской армии. Сект строил свою малочисленную армию как высокопрофессиональное ядро, вокруг которого впоследствии можно было бы развернуть армию нормальных размеров. Каждый рядовой рейхсвера готовился так, чтобы в будущем он мог стать унтер-офицером или офицером.
Сотрудничество с Советской Россией
Сект считал вторую Польскую республику ядром проблем на востоке и считал, что её существование несовместимо с жизненными интересами Германии. Он был сторонником союза с РСФСР, которая, также как и Германия, уступила территории Польше. Сект послал своего близкого друга Энвер-пашу с секретной миссией в Москву для установления контактов с Советским правительством. Летом 1920 года Энвер отправил Секту письмо из Москвы с просьбой о поставках немецкого оружия Советской России, в обмен на которые Троцкий пообещал разделить Польшу с Германией. Хотя Сект без колебаний применил военную силу против попыток большевиков захватить власть в Германии, его неприятие коммунизма не повлияло на отношения с РСФСР. Сект рассматривал свой неформальный союз с Россией скорее с практической, чем идеологической точки зрения. Обе страны потерпели поражение в войне и имели схожие проблемы, что создавало предпосылки для сотрудничества. Сект возражал против усилий генерала Рюдигера фон дер Гольца и его отрядов Freikorps по созданию прогерманского антикоммунистического государства в Прибалтике. Не возражая против завоевания Прибалтики, если это было возможно, Сект был против планов Гольца использовать новое предполагаемое государство в качестве базы для свержения большевиков. Сект считал главным врагом на востоке Польшу, в борьбе с которой Россия была бы очень полезным союзником. В 1921 году Сект поручил Курту фон Шлейхеру провести переговоры с Леонидом Красиным по оказанию Германией помощи советской военной промышленности. В сентябре 1921 года на секретной встрече в квартире Шлейхера были согласованы детали договоренности о финансовой и технической помощи Германии в создания советской военной промышленности в обмен на советскую поддержку Германии в уклонении от положений Версальского договора о разоружении. Шлейхер создал подставную корпорацию, известную как GEFU (Gesellschaft zur Förderung gewerblicher Unternehmungen — компания по развитию промышленного производства), которая вложила 75 миллионов рейхсмарок в советскую военную промышленность, однако деньги эти в основном были растрачены и результатов Советскому Союзу не принесли. Корпорация основала в СССР заводы по производству самолётов, танков, артиллерийских снарядов и отравляющих газов, которые так и не начали самостоятельного производства. Сотрудничество с СССР позволило Германии избежать отставания в военных технологиях, несмотря на положения Версальского мирного договора. Эта работа заложила в 1920-х годах основу для открытого перевооружения Германии при Гитлере. Сект наладил близкие отношения с командованием РККА, по договоренности с которым на территории РСФСР были созданы секретные учебные центры для подготовки кадров танковых войск — Кама, авиации — Липецкий авиацентр и школа «химической войны» — Томка (которые Германии запрещено было иметь). Поддерживал заключение Рапалльского договора.
Политические взгляды
В 1920 году во время Капповского путча Сект занял неопределенную позицию, заявив, что солдаты в солдат не стреляют. Во время нацистского «Пивного путча» 1923 года отдал приказ командующему Мюнхенским гарнизоном генералу Отто фон Лоссову подавить войсками мятеж. В 1926 году разрешил проведение дуэлей в войсках и предложил принцу Вильгельму Гогенцоллерну пост начальника военной подготовки. После этого 8 октября 1926 года Сект был смещён с поста и уволен в отставку. Сект придерживался стереотипных уничижительных взглядов на большинство евреев. Сект проигнорировал Конституцию 1919 года, запрещавшую религиозную дискриминацию, и приказал, чтобы евреев не принимали в рейхсвер, какими бы квалифицированными они ни были.
В отставке
В 1930—1932 годах Сект был депутатом рейхстага от либерально-националистической Немецкой народной партии. Написал несколько книг.

Сект проводит обзор войск с начальником штаба Фричем
В Китае
С 1933 по 1935 год он служил советником Чан Кайши и помогал заложить новую основу китайско-германского сотрудничества до 1941 года. В октябре 1933 года Сект прибыл в Китай, чтобы возглавить немецкую военную миссию. На момент его прибытия китайско-германские отношения были в плохом состоянии из-за расового высокомерия немцев, и Чан подумывал уволить немцев и ввести французскую военную миссию. Чтобы спасти военную миссию, Сект приказал немецким офицерам вести себя более тактично по отношению к китайцам и начать проявлять некоторое уважение к их национальным чувствам. Таким образом Сект спас положение Германии в Китае. Сект сообщил Чану, что Китаю понадобится армия из 60 дивизий, которую он предложил вооружить современным оружием и обучить общевойсковым операциям, которые он ранее использовал для обучения немецкой армии в 1920-х годах. Сект подчеркнул, что для обучения ведению современной войны ему понадобятся лучшие китайские офицеры. Его цель состояла в том, чтобы сделать Национально-революционную армию похожей на рейхсвер, который восполнял недостаток количества с помощью высокого качества профессиональных солдат. Кроме того, Сект подчеркнул, что хочет положить конец регионализму в китайских вооруженных силах. Армию должны были возглавить офицеры, которые были лояльны только Чану, без какой-либо региональной привязанности. Кроме того, Сект призвал Чана укрепить нижнюю часть долины Янцзы и принять политику индустриализации Китая, чтобы преодолеть зависимость от западного оружия. С этой целью Сект предложил торговое соглашение между Китаем и Германией, по которому Германия будет получать минералы, необходимые для производства оружия, особенно вольфрам, а Китай будет снабжён оружием и промышленным оборудованием, необходимым для обеспечения самодостаточности Китая в военном производстве. В марте 1934 года Чан назначил Секта своим главным военным советником и заместителем председателя Совета по военным делам. В этом качестве Сект проводил два раза в неделю встречи в Нанкине между Чаном и его самыми высокопоставленными генералами. В 1934 году план Секта о 60 дивизиях был принят. Для создания этой армии был принят 10-летний план. Офицеры, обученные Сектом, позже сыграли важную роль в сопротивлении Китая японскому вторжению в Китай. Чтобы победить китайских коммунистов, Сект посоветовал Чану окружить районы, контролируемые коммунистами, линией фортов, чтобы заставить коммунистических партизан сражаться в открытом бою, где превосходящая огневая мощь националистов дала бы им преимущество. Следуя совету Секта, весной и летом 1934 года Гоминьдан построил в провинции Цзянси три тысячи взаимосвязанных дорогами укреплённых пунктов в рамках Пятой кампании по уничтожению бандитов. Такая тактика, а также серия операций по окружению привели к тяжелым поражениям коммунистов. В октябре 1934 года партизанские отряды Мао были вынуждены покинуть Цзянси и уйти на север. Умер Ганс фон Сект в Берлине 27 декабря 1936 года.

Похоронен на кладбище Инвалиденфридхоф в Берлине
Награды: Орден Pour le Mérite; Железный крест I класса; Железный крест II класса ; Орден Короны III класса (Пруссия); Командоры Военного ордена Максимилиана Иосифа (Бавария); Орден Альбрехта (Саксония); Орден Вюртембергской короны; Ганзейский крест Гамбурга; Командоры Королевского венгерского ордена Святого Стефана; Большой крест Австрийского ордена Леопольда; Орден Железной короны I степени; Награждённые Крестом Военных заслуг (Австро-Венгрия); Орден Османие I степени; Орден Меджидие I степени; Орден «За храбрость».
Позиция и взгляды
Как отмечает Л.А.Безыменский: «Сект приходил к следующим выводам: в России происходят сдвиги, являющиеся результатом воздействия революционных идей большевистской партии. «Силой оружия, — считал Сект, — это развитие задержать нельзя». — Безыменский Л.А. Гитлер и Сталин перед схваткой. — Москва: Вече, 2000.
Свои взгляды Ганс фон Сект изложил в 1920 г. в специальном меморандуме на имя правительства в 1920 г. Антанта, писал Сект, будет весьма заинтересована в том, чтобы использовать Германию против России. Но этот план принесет Германии лишь новые беды. «Если Германия начнет войну против России, — предупреждал Сект, — то она будет вести безнадежную войну». Л.А.Безыменский приводит вывод, сделанный фон Сектом «на основе трезвого анализа естественных, людских и социальных ресурсов Советской Республики»: «Россия имеет за собой будущее. Она не может погибнуть» — Ганс фон Сект, приводится по Безыменский Л.А. Гитлер и Сталин перед схваткой. Фон Сект также обращал внимание на рост и укрепление авторитета Советского государства — в письме на имя правительства от 15 июля 1922 г. он пишет: «Видел ли мир большую катастрофу, чем испытала Россия в последней войне? И как быстро поднялось Советское правительство в своей внутренней и внешней политике! И разве первое проявление немецкой политической активности не заключалось в подписании договора в Рапалло, что привело к росту немецкого авторитета?»
Характер:
Сект всегда держался корректно и профессионально. Маленький, подтянутый мужчина, он всегда носил безупречную форму. Имел суровое выражение лица и был склонен к молчанию. Во время работы в Османской империи получил прозвище «Сфинкс». Его образование и опыт были довольно обширными. В ранние годы Сект путешествовал по Европе, а также по большей части Африки и Индии, где подружился с лордом Китченером. Интересы Секта выходили далеко за пределы военных традиций Пруссии. Свободно владея французским и английским языками, он хорошо разбирался в искусстве. Британский посол лорд Абернон написал о Секте: «…он гораздо более проницателен и умен, чем можно было бы ожидать от человека в хорошо пригнанной форме и с такой педантичной внешностью». Сочинения: Zukunft des Reiches. 1929; Moltke, ein Vorbild. 1931; Deutschland zwischen Ost und West. 1933; Gedanken Eines Soldaten (Мысли солдата). 1935; Сект, Ганс фон Оборона страны. / Перевод с немецкого М.Струве. Со вступительной статьёй К.Радека. — Москва: Государственное военное издательство, 1931. — 55 сттраниц. Литература: Bartov, Omer and Eric D Weitz Shatterzone of empires : coexistence and violence in the German, Habsburg, Russian, and Ottoman borderlands Bloomington, Indiana: Indiana University Press, 2013; Corum, James S The roots of Blitzkrieg: Hans von Seeckt and German military reform Lawrence, Kan: University Press of Kansas, 1992. ISBN; Cron, Hermann. Imperial German Army 1914-18: Organisation, Structure, Orders-of-Battle [first published: 1937]. — Helion & Co, 2002. — ISBN 1-874622-70-1; Gordon, Harold (Summer 1956). “The Character of Hans von Seeckt”. Military Affairs. 20 (2): 94—101 OI:10.2307/1983219. JSTOR 1983219; Gaworek, N. H. Hans von Seeckt // Chief of Staff. — Naval Institute Press, 2008. — P. 134–148; Guderian, Heinz Achtung-Panzer! London, Wellington House, 1937. (Reissue edition, 1999); Kent, Marian The Great powers and the end of the Ottoman Empire Boston: G. Allen & Unwin, 1984; Kochan, Lionel (July–December 1950). “General von Seeckt”. Contemporary Review. 178: 37; Lewin, Ronald. Rommel As Military Commander. — New York : B&N Books, 1998. — ISBN 978-0-7607-0861-3; Liddell Hart, B.H. The German Generals Talk. New York, NY: Morrow, 1948; Murray, Williamson & Millet, Alan A War To Be Won Cambridge: Belknap Press, 2000. ISBN; Strohn, Matthias The German Army and the Defense of the Reich: Military Doctrine and the Conduct of the Defensive Battle 1918—1939. Cambridge: Cambridge University Press, 2011; Ven, Hans van de War and Nationalism in China: 1925—1945 London: Routledge, 2003. ISBN; Wette, Wolfram. The Wehrmacht: History, Myth, Reality. — Cambridge, Mass. : Harvard University Press, 2006. — ISBN 9780674025776; Wheeler-Bennett, Sir John The Nemesis of Power: German Army in Politics, 1918—1945. New York: Palgrave Macmillan Publishing Company, 2005; Джон Уиллер-Беннет[en] The Nemesis of Power: German Army in Politics, 1918—1945. New York: Palgrave Macmillan Publishing Company, 2005.

[537x698]
1868
Жозе Вианна да Мотта (португальское имя — José Vianna da Motta)
португальский пианист и композитор. Жозе Вианна да Мотта — одна из самых значительных фигур в истории португальской музыки. Он известен не только как композитор и пианист, но и как преподаватель, администратор и редактор. Вианна да Мотта олицетворяет расцвет португальского романтизма, и, в тоже время, он стоял у истоков истинно национального мышления. Родился на острове Сан–Томе. Когда ему исполнилось два года семья переехала на материк. С 1875 по 1881 год он учился в консерватории Лиссабона, в эти же годы состоялись первые публичные концерты Вианны да Мотта, в программу которых входили и его собственные сочинения. Дар юного музыканта очень быстро был широко признан. При поддержке португальской королевской семьи Вианна да Мотта продолжил пианистическое и композиторское образование в Берлине. В 1884 году он впервые посетил Байройт и с тех пор находился под глубоким впечатлением от творчества Вагнера. Годом позже Вианна да Мотта играл для Листа. Музыкант вспоминал: „Он не остановил меня, но после окончания моего исполнения сказал: „Играйте немного осторожнее, не торопитесь в начале. Вы можете прийти еще раз“. С этими последними словами Листа мой сон стал явью. Я был допущен в его окружение“. После смерти Листа Вианна да Мотта оставался в Берлине. Он занимался с Хансом фон Бюловым, стал близким другом Бузони, играл в ансамбле с великими Сарасате и Изаи. С 1892 по 1906 годы композитор путешествовал с концертами по Соединенным Штатам и Южной Америке. В 1914 году он покинул Берлин, так как получил предложение преподавать фортепиано в консерватории Женевы, а в 1917˜м вернулся в Лиссабон, где принял директорство в Консерватории, которой руководил вплоть до 1938 года. Жозе Вианна да Мотта продолжал исключительно активную карьеру до 1945˜го и умер в 1948 году. Симфония „К Родине“ была завершена в 1895 году. Она является одним из трех крупных сочинений (Увертюра „Донна Иньес де Кастро“ в их числе), вдохновленных поэзией великого Камоэнса. Выбор Камоэнса, национального поэта Португалии, был далек от примитивного ура-патриотизма. Созданное в период культурного и экономического застоя, это сочинение явилось вкладом Вианны да Мотта в обновление славы страны. Четвертая, финальная часть симфонии даже имеет подзаголовок „Упадок — Борьба — Возрождение“. В то же время, в произведении проявляется влияние Листа и Вагнера, очевидны отражения классического симфонизма, а национальное начало вдохновлено русской композиторской школой. Грандиозная концепция симфонии заставляет вспомнить творчество Густава Малера, чьим современником был Вианна да Мотта. Первой части (Allegro eroico) предпослано четверостишье Камоэнса: „Подари мне теперь высокие и благородные звуки, напыщенный и изобильный стиль“, которое очень точно характеризует ее музыкальный характер. Многое в сонатной форме первой части перекликается с традициями русской „Могучей кучки“, в разработке композитор отдает безусловную дань гению Бетховена. Вторая, медленная часть, стала замечательным достижением Вианны да Мотта. Она вдохновлена любовным сонетом Камоэнса и является самой продолжительной в симфонии. Восхитительный рассказ начинают струнные инструменты, разделенные на два квартета, причем один из них засурдинен. Рапсодический характер гармонии и движения отсылает нас к творчеству Листа.

Бюст в Лиссабоне
Впечатляет удивительное тембральное богатство партитуры, построенное на постоянном чередовании звучания различных оркестровых групп. Третья часть сильно отличается от двух предыдущих. Она основана на двух популярных португальских песнях: As Peneiras и O Folgadinho. Обе стилизованы в характере городской песни при отсутствии серьезных гармонических отклонений. Эти мелодии оказались замечательным музыкальным материалом для очень живого и веселого Scherzo. Четвертая часть вновь переносит нас в мир Листа. „Упадок“ находит свое отражение в сумрачном по характеру Andante lugubre. Вновь можно говорить о высоком мастерстве инструментовки композитора: она и деликатна и интенсивна одновременно. Соло бас кларнета возвращает нас к темам первой части, пасторальная вторая партия постепенно угасает, слабеет. „Борьба“, последовавшая затем в активном движении и звучании, возвращает надежду на светлое будущее. Но это еще не победа. Композитор показывает нам ее в заключительном Maestoso, еще раз проводя все основные темы первой части, но уже в сияющих красках „Возрождения“. Испанская аристократка Иньес де Кастро — примечательная и трагическая фигура в истории Португалии. В 1355 она стала жертвой серьезной любовной и политической интриги. Овдовевший супруг Иньес, португальский Король Педро I, воздвигнул два надгробия в монастыре Алькобаса, увековечив в мраморе историю ее жизни. Увертюра „Донна Иньес де Кастро“ написана одиннадцатью годами ранее симфонии. Она создана для меньшего, чем симфония, оркестра и демонстрирует изумительное знание молодым композитором возможностей оркестровых групп. Важнейшая часть музыкального материала отдана струнным, хотя участие других инструментальных групп, прежде всего духовых, является абсолютно необходимым дополнительным компонентом. Увертюра открывается мистической, „листовского“ характера хроматической темой, а весь эпизод развивается в полный пятиголосный контрапункт. Следующая затем быстрая часть запоминается превосходной темой трубы на фоне тремоло струнных. Эти две темы и формируют основную структуру сочинения вместе с несколько воинственным Allegro. После второго проведения быстрой части тема трубы возвращается вновь, но уже в мощном звучании всего оркестра. В репризе сочинения первая тема постепенно угасает, как будто истощенная мощной энергией, но неожиданно появляется Allegro, добавляя в финал Увертюры ноту яркого, сверкающего оптимизма. Умер в Лиссабоне 31 мая 1948 года. Память: С 1957 г. в Лиссабоне проходит международный конкурс пианистов имени Вианы да Мотта. Награды: Гранд-офицер Военного ордена Христа (19 апреля 1930); Гранд-офицер Военного ордена Христа; Кавалер Большого креста Военного ордена Святого Якова и Меча (2 июня 1938); Гранд-офицер Большого креста Военного ордена Святого Якова и Меча (18 июня 1920 — 2 июня 1938). Литература: Вианна да Мотта, Жозе // Большая советская энциклопедия : в 66 томах (65 томов и 1 дополнительный) / главный редактор О.Ю.Шмидт. — Москва : Советская энциклопедия, 1926—1947.


1868
Евлогий (в миру — Василий Семёнович Георгиевский)
епископ Православной российской церкви; митрополит (1922). Управляющий русскими православными приходами Московской патриархии в Западной Европе (с 1921); с февраля 1931 года — в юрисдикции Константинопольского патриархата («временно единая особая экзархия Святейшего Патриаршего Вселенского Престола на территории Европы»); с конца августа 1945 года считал себя в юрисдикции Московского патриархата (с 7 сентября 1945 года Западноевропейский экзархат Русской православной церкви). Доктор богословия honoris causa (1943). Член Государственной думы Российской империи II и III созывов от православного населения Холмской, Люблинской и Седлецкой губерний, (1907—1912). Родился в многодетной семье сельского священника Семёна Ивановича Георгиевского. Отец служил в окрестностях Гродно и во время восстания 1863 повстанцы приговорили его к смерти. Но приговор не был исполнен. Отец сначала сменил свою польскую фамилию Будзилович на звучащую более по-русски Будилович, а затем взял церковную фамилию Георгиевский. Мать — из разветвленного рода тульских священников Глаголевых. У Василия была сестра и 5 братьев, в том числе старшими были Александр и Антон. В юности, прошедшей в бедности, часто посещал Оптину пустынь и великого старца этой обители Амвросия (Гренкова). Позднее вспоминал: «тяжёлые впечатления раннего моего детства заставили меня ещё ребёнком почувствовать, что такое социальная неправда. Впоследствии я понял, откуда в семинариях революционная настроенность молодёжи: она развивалась из ощущений социальной несправедливости, воспринятых в детстве. Забитость, униженное положение отцов сказывалось бунтарским протестом в детях. Общение с народом привело меня с детских лет к сознанию, что интересы его и наши связаны».

Архимандрит Евлогий в должности ректора Холмской духовной семинарии
В 1882 году окончил Белёвское духовное училище, в 1888 году — Тульскую духовную семинарию, в 1892 году — Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия за работу, посвящённую святителю Тихону Задонскому. С октября 1892 года — домашний учитель в семье товарища тульского губернского прокурора С.А.Лопухина. С марта 1893 года — помощник смотрителя Ефремовского духовного училища. С 10 января 1895 года — преподаватель греческого языка в Тульской духовной семинарии. 15 февраля 1895 года был пострижен в монашество епископом Тульским и Белёвским Иринеем (Ордой). 24 февраля 1895 года рукоположён в сан иеромонаха. C 17 августа 1895 года — инспектор Владимирской духовной семинарии. С 16 ноября 1897 занимал года должность ректора духовной семинарии в Холме, где наблюдателем церковных школ (училищ) Холмской епархии был его старший брат Александр. 5 днкабря того же года возведён в сан архимандрита. С 1898 года председатель Издательского совета Богородицкого братства, цензор всех его изданий, благочинный мужских и женских монастырей на Холмщине. Сблизился с православным населением края; считал, что оно из-за угнетения польскими ксёндзами и помещиками может утратить национальное русское самосознание, и необходимо принимать меры для предотвращения такого развития событий.

Епископ Евлогий в соборе города Холма
Епископ Холмский
12 января 1903 года архиепископом Варшавским Иеронимом (Экземплярским) в холмском кафедральном соборе Рождества Богородицы был хиротонисан во епископа Люблинского, викария Холмско-Варшавской епархии.
С 18 июля 1905 года — епископ новоучреждённой самостоятельной Холмской и Люблинской епархии. Торжественное открытие епархии состоялось 8 сентября 1905 года. Часто служил и проповедовал, посещал приходы и учебные заведения. Руководил строительством новых храмов, созданием новых церковно-приходских школ, учредил несколько периодических изданий («Холмская церковная жизнь» с «Народным листком», «Братская беседа», «Холмская Русь»). Приходские братства были объединены в Холмское Богородицкое братство, что активизировало их деятельность (в частности, братство открыло собственную типографию). По инициативе и при участии владыки были созданы Холмское женское благотворительное общество, Народно-просветительное общество Холмской Руси, Холмская архивная комиссия. Председательствовал на ежегодных съездах, созывавшихся для обсуждения различных вопросов церковной и общественной жизни. Уделял значительное внимание экономическому развитию Холмщины. При его активном содействии были учреждены Холмское сельскохозяйственное общество взаимного кредита, товарищество для покупки и парцелляционной распродажи имений православным земледельцам, Русское сельскохозяйственное общество Холмщины и Подляшья для улучшения крестьянского хозяйства. За тяготение к простым людям его иногда называли «мужицким архиереем». Почётный попечитель Леснинского православного братства Святого Креста. Награждён орденами Святого Владимира III (1904) и II (1911) степеней, Святой Анны I степени (1908), бриллиантовым крестом на клобук (1915). 20 мая 1912 года возведён в сан архиепископа.

Епископ Евлогий, около 1912
Член Государственной думы
В 1907 году был избран членом II Государственной думы от православного населения Люблинской и Седлецкой губерний. В 1907—1912 годах — член III Думы. Входил в состав думских комиссий: законодательных предположений, вероисповедной, старообрядческой, аграрной. Являлся председателем вероисповедной комиссии. Был членом фракции умеренно-правых, русской национальной фракции, затем примкнул к монархистам-националистам. Защищал предложенную Петром Столыпиным правительственную программу реформ. 12 апреля 1907 года выступил с докладом по аграрному вопросу: о бесправном состоянии батраков и ненормальном положении крестьянства в Холмском крае, особенно в «сервитутном» вопросе. Выступал за предоставление российскому епископату больших полномочий в управлении церковным имуществом (за счёт уменьшения роли синодальных органов, подчинённых обер-прокуратуре); уклонился от защиты обер-прокурора Владимира Саблера от нападок в связи с обвинениями в связях с Григорием Распутиным. Выступал против расширения прав старообрядцев, предоставления им права проповеди. Возражал против законопроекта о свободе перехода из одного вероисповедания в другое (30 мая 1909); был сторонником государственной поддержки церковно-приходских школ (24 января 1911). Выдвинул в Думе предложение о выделении Холмщины из Царства Польского, которое получило вид законопроекта, принятого в 1912 году, — закона об учреждении Холмской губернии из частей Люблинской и Седлецкой губерний и изъятии её территории из Привислинского края (Царства Польского). Активно полемизировал с депутатами, представлявшими Польское коло, Конституционно-демократическую партию и левые фракции, которые решительно возражали против сокращения территории Царства Польского. В ходе обсуждения законопроекта апеллировал к общественному мнению, привлекая его на сторону православного населения Холмщины. В результате в Холмской губернии (её официальное учреждение состоялось в 1913 году) значительную роль с самого начала её существования стала играть Православная церковь под руководством владыки Евлогия. (После восстановления независимости Польши Холмщина вошла в её состав). Являлся одним из членов-учредителей Русского окраинного общества в 1908 году. Не выставил свою кандидатуру на выборах в IV Государственную думу (1912), ввиду запрещения со стороны Синода — из-за его отказа обер-прокурору Синода Владимиру Саблеру организовать в Думе отдельную фракцию духовенства и возглавить её. Советское академическое издание по истории СССР (1968) так оценивало Евлогия как думского деятеля: «Во главе всей затеи с Холмщиной стоял депутат III Думы и признанный глава всего думского духовенства епископ Люблинский и Холмский Евлогий — умный, энергичный и беззастенчивый демагог, одна из самых зловещих фигур воинствующего национализма».
В годы Первой мировой и Гражданской войн
С 27 мая 1914 года — архиепископ Волынский и Житомирский (до того кафедру занимал архиепископ Антоний (Храповицкий)). После занятия русской армией территорий Австро-Венгрии был назначен управлять церковными делами в оккупированных областях. Руководил массовым открытием в Галиции православных приходов, что привело к его обвинению частью российского общества в «русификации», а также вызвало негативную реакцию униатов. Критически оценивал его деятельность в Галиции бывший тогда протопресвитером военного и морского духовенства Георгий Шавельский. В 1916 был освобождён от этой должности. Известие об отречении Николая II Евлогий встретил растерянно, с душевной тяжестью, хотя и без излишней драматизации. Сразу же в житомирских газетах началась травля: его называли «черносотенцем», «старорежимником» и т. д. После Февральской революции, когда по российским епархиям шла волна удаления правящих архиереев по требованию духовенства и мирян, получил доверие от Первого Свободного Епархиального Съезда Волынского духовенства и мирян, состоявшегося 27 апреля 1917 года, «по выслушании ораторов, осветивших политическую и церковно-общественную деятельность Архиепископа Евлогия, в связи с возбужденным Городским Исполнительным Комитетом ходатайством об удалении его из Волыни». Летом 1917 года, когда в Генеральный секретариат Центральной Рады входил бывший подольский семинарист Всеволод Голубович, пытался протестовать против пребывания на должности министра исповеданий Украины бывшего Енисейского епископа Никона (Миколы Бессонова), но тщетно. Участвовал в работе Предсоборного Совета; был членом Всероссийского Поместного Собора 1917—1918 (по должности и по участию в Предсоборном Совете), возглавлял отдел «Богослужение, проповедничество и церковное искусство», выступал за восстановление Патриаршества. 26 ноября 1917 года в церкви Вознесения у Никитских ворот, при огромном стечении народа, возглавил отпевание убитых во время боёв в Москве юнкеров. 20 декабря 1917 года избран одним из шести постоянных членов новообразованного Священного Синода. Возвратившись к Рождеству на Украину, боролся против автокефалистского движения. В 1918 году член Всеукраинского Православного Церковного Собора и Высшей Церковной Рады. Весной получил от Патриарха указание поехать в Киев и провести выборы Киевского митрополита вместо убиенного митрополита Владимира (Богоявленского); 30 мая 1918 года на киевскую кафедру был избран Антоний (Храповицкий). После занятия Киева войсками Директории, 17 декабря 1918 года, в Киевской Лавре был арестован; митрополит Киевский Антоний (Храповицкий) был арестован на следующий день. Оба были отправлены поездом в заключение в униатский монастырь в Бучаче, где находились епископ Чигиринский Никодим (Кротков) и его иеродиакон Николай; позже также были привезены из Почаева архимандрит Виталий (Максименко) и иеромонах Тихон (Шарапов). По освобождении, Антоний и Евлогий, опасаясь бандитизма на Волыни, решили остаться в руках поляков, которые теснили петлюровские войска; на Троицу 1919 года были вновь арестованы польскими жандармами и доставлены в Станислав, где их приютил Николай Семёнович Серебреников; потом препровождены во Львов, где были водворены в резиденцию униатского митрополита Андрея Шептицкого, до Февральской революции находившегося в русском плену. Шептицкий оказал им гостеприимство и посоветовал обратиться с петицией об освобождени к Клемансо, что и было исполнено узниками, которых, однако, вскоре перевезли в Краков. В Кракове их принял епископ (впоследствии кардинал) Адам Стефан Сапега, заявивиший им: «Ваши имена известны, но они окружены ненавистью. Вас держат под охраной, чтобы толпа вас не растерзала.» Благодаря французскому посредничеству, они были освобождены с принесением извинений; им была предоставлена провизия и отдельный вагон I класса для следования в район расположения армии Деникина. Через Черновицы, Яссы, Галац и Константинополь (где они были официально приняты Местоблюстителем Патриаршего престола митрополитом Прусским Дорофеем (Маммелисом) и его Синодом) в конце августа 1919 года прибыли в Новороссийск, где были восторженно встречены. Евлогий переехал в Екатеринодар к брату, бывшему там на должности члена Окружного суда. В сентябре 1919 года возглавил Церковно-общественный комитет Высшего Церковного Управления на Юго-Востоке России, ревизовал Кубанскую епархию.
В Германии
29 января 1920 года, вместе с рядом других российских архиереев, на грузовом пароходе «Иртыш» эмигрировал из Новороссийска в Константинополь; затем переехал в Белград. В составе сербской делегации в июле 1920 года участвовал в работе Всемирной конференции представителей христианских церквей в Женеве. 15 октября 1920 года Временным Высшим Церковным Управлением на Юго-Востоке России (под руководством митрополита Антония (Храповицкого) в Симферополе) ему было «вверено управление всеми западноевропейскими русскими церквами на правах Епархиального Архиерея, включая и церковь с приходом в Болгарской Софии и в Букуреште», о чём узнал позже — по эвакуации ВВЦУ ЮВР в Константинополь. 24 января 1921 года митрополит Антоний (Храповицкий) своим указом подтвердил его назначение (кроме западноевропейских русских приходов, ему также поручались русские приходы в Софии и Бухаресте). 8 апреля 1921 года патриарх Тихон подтвердил это назначение, издав аналогичный указ от имени Московского Патриархата. Первоначально жил в Берлине, в здании Александровского приюта, посещая Париж. Участвовал в монархическом съезде в Рейхенгалле (Бавария) в 1921, но затем отошёл от политической деятельности, сосредоточившись на церковной работе. Посещал лагеря русских беженцев. Осенью 1921 принял участие в работе Русского Всезаграничного церковного собора в Сремских Карловцах, оказался в числе меньшинства его участников, выступавших против вовлечения православной Церкви за рубежом в политическую деятельность монархического толка. Такая позиция была поддержана Патриархом Тихоном; постановлением Священного Синода, по предложению Патриарха Тихона, от 30 января 1922 года был возведён в сан митрополита. В начале июня получил указ Патриарха Тихона от 5 мая 1922 года (№ 349), который, в частности, гласил в своей резолютивной части: «<…> Признать „Послание Всезаграничного Церковного Собора чадам Русской Православной Церкви, в рассеянии и изгнании сущим“, о восстановлении в России монархии с царем из дома Романовых, напечатанное в „Новом Времени“ от 3 декабря 1921 года, № 184, и „Послание Мировой Конференции от имени Русского Всезаграничного Церковного Собора“, напечатанное в том же „Новом Времени“ от 1 марта сего года за № 254, за подписью Председателя Российского Заграничного Синода и Высшего Церковного Управления за границей Митрополита Киевского Антония, — актами, не выражающими официального голоса Русской Православной Церкви и ввиду их чисто политического характера не имеющими церковно-канонического значения; 2) ввиду допущенных Высшим Русским Церковным Управлением за границей означенных политических от имени Церкви выступлений и принимая во внимание, что, за назначением тем же Управлением Вашего Преосвященства заведующим русскими православными церквами заграницей, собственно для Высшего Церковного Управления там не остается уже области, в которой оно могло бы проявить свою деятельность, означенное Высшее Церковное Управление упразднить, сохранив временно управление русскими заграничными приходами за Вашим Преосвященством и поручив Вам представить соображения о порядке управления названными церквами <…>». Указ Патриарха от 5 мая 1922 года впоследствии послужил для Евлогия обоснованием его притязаний на особые полномочия в церковной эмиграции, и позднейших его пререканий с Архиерейским Синодом РПЦЗ во главе с Антонием Храповицким; его собственная интерпретация последствий указа: «Патриарх Тихон <…> решительно осудил политические притязания Карловацкого Собора, угрожал церковным судом его деятелям, а полноту церковной власти за рубежом вручил мне, назначив меня временно Управляющим православными приходами в Западной Европе, с предписанием немедленно распустить Высшее Церковное управление в Карловцах и выработать новый проект управления церквами.» Тем не менее, митрополит Евлогий фактически уклонился от восприятия порученной ему Патриархом власти; вместо того, предложил «просить Вселенского Патриарха о созыве Собора с участием представителей от других Автокефальных Церквей». Остался в составе Заграничного Архиерейского Синода, учреждённого в начале сентября 1922 года вместо упразднённого ВЦУЗ, хотя и на правах некоторой автономии — митрополичьего округа.

25-летие архиерейской хиротонии митрополита Евлогия (Париж, собор Александра Невского, 25 января 1928 г.). Духовенство вокруг митрополита Евлогия, слева направо: протоиерей Николай Сахаров, протоиерей Яков Смирнов, протодиакон Николай Тихомиров, диакон Евгений Вдовенко, архимандрит Иоанн (Леончуков), протоиерей Георгий Спасский, священник Александр Недочивин, протоиерей Сергий Булгаков
Глава церковного управления в Париже
В конце 1922 года перевёл своё управление в Париж, налаживал церковную жизнь в существовавших в Европе православных приходах, открывал новые, в том числе Сергиевское подворье в Париже, а также множество храмов в различных странах. Получил поддержку либеральной и умеренно-консервативной части русской эмиграции, тогда как правые эмигрантские круги сохранили ориентацию на митрополита Антония. Прилагал усилия к созданию в эмиграции сестричеств и организации монашеской жизни, причём поддерживал принцип «монашества в миру» (сторонницей которого была, в частности, Мария (Скобцова)). В эмиграции придерживался весьма либеральных взглядов. Так, первым среди русских православных архиереев разрешил трансляцию по радио церковных служб, говоря: «Когда-то и против электричества боролись. А на самом деле всякая сила, человеку полезная и человека улучшающая, — от Бога». Активно участвовал в экуменической деятельности. Ещё в январе 1912 стал первым председателем Общества сближения Англиканской Церкви с Православною. В эмиграции стал председателем Содружества святого Албания и преподобного Сергия, деятельность которого была направлена на поддержание православно-англиканского диалога. В начале 1920-х годов стал инициатором создания Свято-Сергиевского православного богословского института в Париже, в 1925—1946 был ректором института. Привлёк к преподаванию в нём известных учёных, таких как А.В.Карташёв, С.Н.Булгаков, В.В.Зеньковский, Г.В.Флоровский, Г.П.Федотов, Б.П.Вышеславцев, В.Н.Ильин и др. Институт быстро стал интеллектуальным центром русской церковной эмиграции и, в то же время, подвергался критике со стороны консервативно настроенных церковных деятелей, обвинявших преподавателей этого учебного заведения в либерализме и экуменизме. Поддерживал Русское студенческое христианское движение (РСХД); писал: «Для молодёжи, если она от Церкви отстаёт далеко, сразу войти в неё трудно, надо сначала дать ей постоять на дворе, как некогда стояли оглашенные, и потом уже постепенно и осторожно вводить её в религиозную стихию Церкви, иначе можно молодые души спугнуть, и они разлетятся в разные стороны: в теософию, антропософию и другие лжеучения.»
Смены юрисдикции и прещения
Отношения с Архиерейским Синодом (РПЦЗ) (карловчанами) под председательством митрополита Антония из-за притязаний Евлогия на полноту власти в Западной Европе неуклонно обострялись. В частности, поводом для эскалации конфликта стал статус германского викариатства его епархии (возглавлялось епископом Тихоном (Лященко)). Из-за спора вокруг германского викариатства (решением Архиерейского Собора оно было выделено в отдельную епархию), окончательно порвал с Архиерейским Синодом 29 июня 1926 года, покинув заседание Архиерейского Собора. После 7-месячной полемики между Евлогием и Синодом РПЦЗ, последний 26 января 1927 года постановил предать митрополита Евлогия суду священного Собора, отстранить его от управления епархией, назначить другого епископа и запретить в священнослужении. Состоявшийся летом 1927 года епархиальный съезд выразил поддержку Евлогию; последовал окончательный раскол русской православной эмиграции в Европе на «евлогиан» и «карловчан» (во главе группы приходов в Париже, решивших остаться в ведении Зарубежного Синода, стал архиепископ Серафим (Лукьянов)). Евлогий, оставшись в юрисдикции Заместителя Патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского), согласился (наряду с епископом Вениамином (Федченковым)) на требование дать подписку о «лояльности» по отношению к советскому правительству (Указ № 93 от 14 июля 1927 года Заместителя Местоблюстителя Патриаршего престола митрополита Сергия), оговорив, что понимает под этим аполитичность эмигрантской церкви, а не подчинение Советской власти. Тем не менее, позиция митрополита Евлогия вызвала негативную реакцию со стороны многих эмигрантов; ряд его приходов перешёл к карловчанам: протоиерей Сергей Орлов (Женева), диакон Борис Молчанов (Медон), протоиерей Василий Тимофеев (Лондон), протоиерей Григорий Остроумов (Канны). Его положение стало ещё более шатким после публикации в советской прессе двух интервью митрополита Сергия (Страгородского) 15 и 18 февраля 1930 года для печати, подписанных прочими членами его Синода, в которых утверждалось, что в СССР нет гонений на Церковь и верующих: «В эмиграции поднялось сильнейшее возмущение столь явной неправдой». О крайне негативных в отношении Патриархии настроениях среди эмигрантов в Париже в первые месяцы 1930 года в связи с интервью Сергия, а также совпавшей по времени волной возмущения после похищения агентами советской разведки генерала Александра Кутепова в конце января того же года, писал даже бескомпромиссный сторонник Патриархии Литовский митрополит Елевферий (Богоявленский). Примечательно, что советская печать упоминала имя Евлогия в контексте «крестового похода» против СССР; так, в конце февраля 1930 года корреспондент «Известий» в Лондоне писал: «Основной чертой кампании было полное отсутствие конкретных фактов. <…> Сам Евлогий, припёртый, был вынужден опровергнуть достоверность „списка большевистских жестокостей“.» Профессор Иван Алексинский в официальном органе Архиерейского Синода (в Сремских Карловцах) в начале 1930 года писал о роли Евлогия: «Восхваляя деятельность митр. Сергия, дошедшего в угодничестве перед советской властью до воздаяния ей благодарности за внимание к нуждам Церкви, то есть за осквернение русских святынь, разрушение храмов, истребление и истязания священнослужителей, митрополит Евлогий становится его соучастником в гонениях на достойнейших иерархов и священников в России, не принявших к исполнению кощунственного распоряжения митрополита Сергия о возношении молитв за врагов Бога. Митрополит Евлогий, хорошо зная, что Архиерейский Собор, твёрдо хранящий верность канонам и заветам русской Православной Церкви, всегда оставался в духовном единении с Матерью Церковью, дерзает предлагать русским иерархам изменить их пастырскому долгу и примкнуть вместе с ним к советской церкви, возглавляемой церковным Г.П.У.» 16 марта 1930 года принял участие в молениях о «страждущей Русской Церкви», проведённых по инициативе Архиепископа Кентерберийского Космо Ланга в Лондоне; моления освещались прессой в СССР как эскалация пропагандистской войны против советского режима. Заявил о невозможности «изъявлять своей лояльности антихристианской и вообще безбожной власти». В ответ, 10 июня 1930 года (указ также ставил в вину Евлогию ряд прежних «политических» демонстраций, в частности, панихиды в 10-летнюю годовщину октябрьского переворота и по Николаю фон Мекку, расстрелянному в рамках дела «контрреволюционной вредительской организации в НКПС и на железных дорогах СССР»), митрополит Евлогий был уволен митрополитом Сергием от управления русскими церквами в Западной Европе; временное управление русскими церквами Московского Патриархата в Западной Европе было поручено архиепископу Владимиру (Тихоницкому); но основная масса приходов осталась верна ему, а епископ Владимир отказался принять назначение. Указом от 24 декабря 1930 года митрополит Сергий подтверждал решение своего Синода от 10 июня о увольнении Евлогия и распорядился упразднить Епархиальный Совет в Париже; управление Западноевропейской епархией он поручал митрополиту Литовскому Елевферию (Богоявленскому).

Александро-Невский собор на Рю Дарю (Париж)
Не признав решений Московской Патриархии, пользуясь поддержкой епархии, 17 февраля 1931 года в резиденции Константинопольского Патриарха в Фанаре был принят в юрисдикцию Константинопольского Патриархата (см. статью Западноевропейский экзархат русских приходов). Сам так оценивал значение такого шага: «Так благополучно разрешился сложный вопрос о каноническом неопределённом моём положении, создавшемся после разрыва с Москвой: вместо зыбкости канонического положения — каноническая устойчивость; вместо увольнения — я назначен Экзархом Вселенского Патриарха; я и моя паства не оторвались от Вселенской Церкви, сохранили с ней каноническую связь при соблюдении внутренней русской автономии». 30 апреля 1931 года последовало запрещение Евлогия и его сторонников (клириков) в священнослужении от митрополита Сергия. В 1934 году примирился с митрополитом Антонием в частном порядке, после чего, в том же году, без просьб со стороны Евлогия, последовало снятие прещений со стороны Архиерейского Синода. Летом 1935 года митрополит Евлогий получил приглашение Сербского Патриарха Варнавы приехать в Сремски Карловцы на планируемое под его председательством совещание русских зарубежных архиереев по вопросу их объединения. Владыка Евлогий известил о приглашении Константинопольского Патриарха, и в этих условиях Фотий II в ответном письме от 30 сентября выразил согласие на поездку своего экзарха. Совещание состоялось в октябре того же года под председательством Сербского Патриарха Варнавы; достигнутое там соглашение (Временное Положение о Русской Православной Церкви заграницей), однако, не привело к объединению «карловчан» и «евлогиан».
Последние годы жизни. Возвращение в Московский патриархат
Стремление его в конце войны вернуться в юрисдикцию Московского патриархата не разделялось большинством верующих экзархата. Его старший иподиакон, историк Пётр Ковалевский в своём дневнике недоумевал по поводу речи митрополита на собрании духовенства Парижа и окрестностей 18 ноября 1944 года: «<…> в словах Митрополита явно проскальзывало желание вернуться не только в подчинение Москве, но и вернуться духовенством и всей паствой в Россию <…> Кто сейчас влияет на Митрополита — неизвестно.» В то время значительное влияние на него оказывала ухаживающая за ним А.Е.Паршева, которая впоследствии, в июле 1951 года, была выдворена из Франции как советский агент. В конце ноября 1944 года митрополит, вместе с секретарём епархиального управления архимандритом Саввой (Шимкевичем), посетил советское посольство в Париже, где был принят послом Богомоловым, по поводу чего Пётр Ковалевский записал: «Сам факт поездки Митрополита на Grenelle чрезвычайно важен. Глава православной зарубежной Церкви вместо того, чтобы послать письмо, о передаче которого уже было сговорено, <…> поехал сам первый к представителю тех, которые 20 лет гнали Церковь и ещё сейчас держат в ссылке и тюрьмах цвет русского духовенства и церковных мирян. С Константинополем Митрополит не снёсся, что должен был сделать до всякого шага к Москве. Это — нарушение канонических отношений и может иметь пагубные последствия.» Письмом от 21 ноября 1944 года Местоблюстителю Московского патриаршего престола митрополиту Алексию (Симанскому) изъявил желание возвратиться в юрисдикцию Московской патриархии. Письмом митрополита Алексия от 20 декабря 1944 года был приглашён на Поместный Собор в Москве; но приглашением воспользоваться не смог ввиду его запоздалого получения и своей болезни: «с кануна праздника Богоявления Господня, прикован к одру тяжёлой болезнью». В 1945 году обратился к своей пастве с призывом вернуться в лоно Русской церкви. 29 августа 1945 года митрополитом Николаем (Ярушевичем), специально для сего прибывшим в Париж, был совершён акт воссоединения с Московским Патриархатом митрополита Евлогия и его викариев Владимира (Тихоницкого) и Иоанна (Леончукова), текст которого гласил, что «на сие имеется словесное согласие Его Святейшества патриарха Вселенского Вениамина». 2 сентября в церкви на Рю Дарю все иерархи совершили совместно литургию, которая оказалась последней для митрополита Евлогия. 7 сентября 1945 года состоялось решение Священного Синода РПЦ о воссоединении митрополита Евлогия с Московским Патриархатом в должности Экзарха Западно-Европейских православных церквей; но отпускная грамота от Константинопольского Патриарха получена не была, паства же Экзархата в большинстве не сочувствовала такому шагу. После издания в СССР 14 июня 1946 года законов о особом порядке «восстановления в советском гражданстве» бывших подданных Российской империи, распорядился служить благодарственные молебны в храмах епархии, что было воспринято основной частью прихожан и клира резко отрицательно и такие молебны в большинстве приходов не служились. Сам владыка незадолго до смерти получил советский паспорт от посла СССР во Франции А.Е.Богомолова.

Храм Успения Божией Матери на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа
Кончина и погребение
Скончался ранним утром 8 августа 1946 в доме на Рю Дарю при кафедральном соборе Александра Невского в Париже. Отпет 12 августа в соборе митрополитами Ленинградским Григорием (Чуковым) (экстренно прибыл из Москвы во главе делегации Московского Патриархата) и Серафимом (Лукьяновым) в сослужении сонма духовенства; гроб с его телом с 10 августа был «наглухо закрыт». Погребён на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа в крипте церкви Успения Божией Матери. Сочинения: О святейшем Тихоне Задонском и его творениях. Москва, 1898; Пастырям Холмской епархии // Холмская церковная жизнь. 1906. № 1; Против смягчения наказаний за богохульство // Слово. 1908. 10 и 21 февраля; В чем спасение Холмщины // Известия Всероссийского национального клуба. 1911. № 2; Речи // Холмская церковная жизнь. 1911. № 9; 1912. № 3-5; 1913. № 14, 24; 1914. № 11; 1915. № 9; Речь в Государственной думе по вопросу обсуждения сметы Святого Синода // Церковные ведомости. Прибавление. 1910. № 10; Слово, сказанное перед погребением Столыпина // Церковные ведомости. Прибавление. 1911. № 38; Поучение при совершении чина закладки храма в городе Холме // Церковные ведомости. Прибавление. 1913. № 28; Послание галицко-русскому народу и его духовенству // Церковные ведомости. Прибавление. 1915. № 2; Речи в Государственной думе и Государственном совете. Холм, 1912. Выпуски 1-2; Галицко-волынскому народу и его духовенству. Петроград, 1914; Доброе слово воинам. Житомир, 1914; Речи, слова, обращения // Волынские епархиальные ведомости. 1914. № 26, 30-32; 1915. № 1, 3, 17, 21, 25-26, 33, 48/49; 1916. № 47; Послание // Волынская земля. 1914. 5 декабря. № 233; Слово // Волынская земля. 1915. 22 апреля. № 85; Утешение плачущим и сетующим по воинам, на поле брани убиенным // Духовная беседа. 1916. № 3; Вниманию пастырей и пасомых // Духовная беседа. 1917. № 6; К пастве и пастырям Волыни; Письмо в редакцию // Православная Волынь. 1917. № 1, 3; Письмо // Киевлянин. 1917. 10 мая. Страница 2; Письмо в редакцию; Слово при погребении жертв междоусобной брани в Москве (юнкеров, студентов и офицеров) // Всероссийский церковно-общественный вестник. 1917. 17 мая, 19 ноября; О нашей православной русской церковности. Вюнсдорф, 1922; Церковь и государство // Труды учредительной конференции Русского народно-монархического союза. Мюнхен, 1922. Страницы 21-29; Помогайте безработным!; Обращение к пастве // Возрождение. 1927. № 679, 884; Путь моей жизни. Воспоминания Митрополита Евлогия (Георгиевского), изложенные по его рассказам Т.Манухиной: Париж. 1947; 2-е издание в серии «Материалы по истории Церкви». Москва, 1994; Письма к Г.Н.Трубецкому // ВРХД. 1997. — № 175; Из переписки с митр. Сергием (Страгородским) // Церковь и время. 1998. № 2-4; 1999. № 1; Письма к Патриарху Тихону; Циркулярное письмо // Следственное дело Патриарха Тихона. Москва, 2000. Страницы 683—688, 693, 696, 706—709, 717—718; Переписка святейшего Тихона (Белавина), патриарха Всероссийского, и митрополита Евлогия (Георгиевского), 1921—1922 гг. / Публикация, предисловие, примечания: Н.Ю.Лазарев // Учёные записки Российского православного университета апостола Иоанна Богослова. 2000. — № 6. — Страницы 93-111; Письма к архиепископу Иоанну (Поммеру) // ВРХД. 2002. № 183. Литература: 3-й созыв Государственной Думы: портреты, биографии, автографы. — Санкт-Петербург: Издание Н.Н.Ольшанского, 1910; Богданова Т.А., Клементьев А.К., Косик В.И. Евлогий // Православная энциклопедия. — Москва : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2008. — Том XVII. — Страницы 161—168. — 752 страницы — 39 000 экземпляров — ISBN 978-5-89572-030-1; Документы Священного Собора Православной Российской Церкви 1917–1918 годов. Том 27. Члены и делопроизводители Собора: биобиблиографический словарь / ответственный редактор С.В.Чертков. — Москва: Издательство Новоспасского монастыря, 2020. — 664 страницы. — ISBN 978-5-87389-097-2; Бурега В.В. Взаимоотношения митрополита Евлогия (Георгиевского) с Константинопольским Патриархатом в первой половине 1920-х годов: К постановке проблемы // Церковно-исторический вестник. — № 12—13. — 2006. — Страницы 67—77; Государственная дума Российской империи, 1906—1917 : Энциклопедия. — Москва: РОССПЭН, 2008. — Страницы 179—180. — ISBN 978-5-8243-1031-3; Евлогий (Георгиевский) / Кострюков А.А. // Динамика атмосферы — Железнодорожный узел [Электронный ресурс]. — 2007. — Страницы 511—512. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 томах] / главный редактор Ю.С.Осипов ; 2004—2017, том 9). — ISBN 978-5-85270-339-2; Из переписки Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского) и митрополита Евлогия (Георгиевского), Управляющего православными русскими Церквами в Западной Европе, 1927—1930 гг.: Документы из Архива ОВЦС МП // Церковь и время. — Москва, 1998. — № 2(05). — Страницы 75—110; 1998. — № 3(6). — Страницы 105—124; 1998. — № 4(07). — Страницы 124—145; 1999. — № 1(08). — Страницы 218—264; Кострюков А.А. Какие полномочия получил архиепископ Евлогий (Георгиевский) в октябре 1920 года? // XIX Ежег. богословская конф. Православного Свято-Тихоновского гуманитарного ун-та. Материалы. — Том 1. — Москва: ПСТГУ, 2009. — Страницы 270—273; Кострюков А.А. Митрополит Евлогий (Георгиевский) и патриарший указ об упразднении Зарубежного ВЦУ от 5 мая 1922 года (№ 348/349) // XV Ежег. богословская конф. Православного Свято-Тихоновского гуманитарного ун-та. Материалы. — Том 1. — Москва: ПСТГУ, 2005. — Страницы 318—327; Кострюков А.А. Обстоятельства разделения между Русской Зарубежной Церковью и митрополитом Евлогием в 1926 г. // Ярославский педагогический вестник. — Том 1 (Гуманитарные науки). — 2011. — № 4. — Страницы 69—77; Мазырин Александр, священник. Переход митрополита Евлогия (Георгиевского) в юрисдикцию Константинопольской Патриархии и срыв «Всеправославного Предсобора» («Просинода») сквозь призму фанаро-советских взаимоотношений. bogoslov.ru, 27 апреля 2016; Материалы конференции «Жизненный путь и наследие митрополита Евлогия (Георгиевского). К 60-летию со дня кончины». // Церковно-исторический вестник. — № 12/13. — 2005/2006. — Страницы 54—129; «Мне так хочется сложить свои старые кости в родной земле». Митрополит Евлогий (Георгиевский) и Московская патриархия. 1944—1946 гг. / комментарии и подготовка текста к публикации М.И.Одинцов // Исторический архив. — 2000. — № 6; Попов А.В. Мемуары митрополита Евлогия как источник по истории российского православного зарубежья // Вестник архивиста. — 2006. — № 2—3 (92—93). — Страницы 157—175; Попов А.В. Мемуары митрополитов Евлогия (Георгиевского) и Вениамина (Федченкова): сравнительно-исторический анализ // Мир Евразии. — 2009. — № 3. — Страницы 52—63; Преподобный Сергий в Париже: история Парижского Свято-Сергиевского Православного Института / ответственный редактор протопресвитер Б.Бобринский. — Санкт-Петербург: Росток, 2010. — 710 страниц. — (Диалог двух культур). — ISBN 978-5-94668-075-2; Савва (Тутунов), иеромонах. Путь митрополита Евлогия в последние два года жизни // Церковь и время. — 2007. — № 1 (38). — Страницы 136—143; Соловьёв И.В. Дни примирения (Попытка воссоединения Русского Западно-Европейского Экзархата с Московской Патриархией) // Церковно-исторический вестник. — 1999. — № 4—5. — Страницы 232—245; Anderson P.B. Obituary: Metropolitan Eulogius. // The Slavonic and East European Review. — Apr. 1947. — Vol. 25. — № 65.