Всё началось, когда я вернулась домой. Сначала свело кончики пальцев.

 Потом мне даже показалось, что иголки пробежали вдоль языка, но иголки ведь бегать не умеют,

и я пошла варить кофе.

На кухне перегорела лампочка. Я потянулась к ней, но она вдруг съехала к другому краю потолка.

Съехала и загорелась.

За столом сидели четверо. Четверо зайцев.

«Чёрт» - подумала я.

- Зайцы, - сказали зайцы.

У меня свело левую коленку, но в этом было что-то такое душевное, что мне сразу расхотелось её чесать.

- Я же не хотела чесать коленку, - сказала я.

- Ты хотела сварить кофе, - сказали зайцы.

И я почувствовала себя кретинкой.

- Зайцы не умеют разговаривать, - сказала я.

- У тебя что-то в языке застряло, - парировали зайцы.

 Я вытащила язык, он оказался нечтом средним между подушечкой для иголок и дикобразом-негативщиком.

Из языка торчали иголки.

 Иголки не просто торчали – они бегали туда-сюда.

- Чёрт, - сказала я.

- Блять, мы ЗАЙЦЫ, а ты дура, - вразумили меня  зайцы.

Я засунула язык обратно в рот и пошла варить зайцам кофе.

Из банки торчали уши. Сначала показалось, что они заячьи, но банка сказала:

- Бу!

Сказать «чёрт» и в очередной раз услышать о себе всю правду я не решилась,

 и поэтому просто сказала ушастой банке:

- Привет, ушастая банка. Этой ночью зайцы назвали меня дурой, так что я не знаю, как тебе представиться.

Банка подумала кофе – ибо вместо мозга у неё был именно он – и ответила:

- Глаза распахни, душу раскрой, путь свой найди – не стой позади!

А потом она захлопала ушами и полетела к зайцам.

А мне совсем не нравилось то, что у меня теперь нет кофе, и я решила сходить в магазин.

…Всё началось, когда я вернулась домой.