Есть два вида глупцов. Одни бросают начатое дело, почувствовав угрозу. Другие считают, что угрозами сами сумеют чего-либо добиться


какой из всех дней нашей жизни не приходит никогда? — спросил он и, не дождавшись, ответил сам: — Завтрашний


Вот образцовый отец семейства, в эту минуту собиравший вещи и помогавший детям одеваться, — он хотел бы завести романчик с секретаршей, но опасается гнева жены. Вот жена, которой хотелось бы работать и обрести независимость — но она боится мужа. Вот их дети, которые так хорошо себя ведут — но это от страха наказания.
Вот девушка, в одиночестве читающая под навесом книгу, — она притворяется беспечной, а на самом деле трепещет от перспективы на всю жизнь остаться одной.
Вот юноша с теннисной ракеткой — его душа полна ужаса при мысли о том, что ему придется оправдывать надежды, возлагаемые на него родителями.
Вот официант, подающий богатым клиентам тропические коктейли, — он боится, что его могут в любую минуту уволить.
Вот студентка — она хотела стать танцовщицей, но испугалась соседских сплетен и пересудов и теперь готовится в адвокаты.
Вот старик, который бросил курить и не притрагивается к спиртному, уверяя всех, будто то и другое ему разонравилось, — а на самом деле у него в ушах шумит, как ветер, страх смерти.
Вот по кромке прибоя, взметая водяные брызги, пробежали смеющиеся молодожены — а на самом деле их снедает тайный страх, что они станут дряхлыми, немощными, непривлекательными.
Вот машет кому-то рукой загорелый, улыбающийся господин, на виду у всех подкативший в дорогом автомобиле, — а на самом деле он испытывает ужас перед неминуемым и скорым разорением.
Вот взирает на это райское житье владелец отеля, который для того, чтобы все были довольны и веселы, и сам из кожи вон лезет, и служащим своим спуска не дает, — а на самом деле в душе его ужас, ибо он знает, что, стоит лишь чиновникам захотеть, при всей его безупречной честности отыщутся в его бухгалтерских документах любые нарушения.


Как-то раз шли по дороге человек, конь и собака. Когда проходили они мимо огромного дерева, попала в него молния и испепелила всех троих. Однако человек не сразу понял, что уже покинул этот мир, и продолжал путь вместе с конем и собакой — порой покойникам требуется некоторое время, чтобы осознать перемену своей участи.
— Путь был долог и шел в гору, солнце пекло нещадно, и все трое измучились от жары и жажды. И вот за поворотом открылся им величественный мраморный портал, а за ним — площадь, вымощенная чистым золотом. Посередине бил фонтан холодной и чистой воды. Путник направился к стражу, охранявшему вход.
— Здравствуй.
— Здравствуй.
— Как называется это прекрасное место?
— Это — рай.
— Как славно, что мы добрались до рая, нам очень хочется пить.
— Можешь войти и пить, сколько захочешь.
— Но мои конь и собака тоже страдают от жажды.
— Очень сожалею, — ответил страж. — Но животным сюда нельзя.
Путник огорчился, потому что жажда мучила его нестерпимо, но в одиночку пить не стал, а поблагодарил стража и пошел дальше. Долго шагали они вверх по склону и совсем выбились из сил, но вот наконец увидели некое поселение, обнесенное покосившейся и ветхой деревянной оградой, а за ней — немощеную дорогу, с обеих сторон обсаженную деревьями. В тени одного из них лежал, прикрыв лицо шляпой, какой-то человек и, по всей видимости, спал.
— Здравствуй, — поздоровался путник.
Тот молча склонил голову в знак приветствия.
— Я, мой конь и моя собака умираем от жажды.
— Вон за теми камнями есть источник. Пейте вволю.
Путник, конь и собака пошли к источнику и утолили жажду.
Потом путник вернулся, чтобы поблагодарить.
— Приходите, всегда будем вам рады, — отвечал тот.
— А не скажешь ли, как называется это место?
— Рай.
— Рай? А страж у мраморного портала сказал нам, что рай — там.
— Нет, там не рай. Там — ад.
— Отчего же вы не запретите им называться чужим именем! — растерялся от неожиданности путник. — Эти ложные сведения могут вызвать страшную путаницу!
— Ничуть не бывало; на самом деле они оказывают нам большую услугу. У них остаются все те, кто оказывается способен предать лучших друзей.


Истинная любовь взаимности не требует, а тот, кто желает получить за свою любовь награду, попусту теряет время.