ЭПИЦЕНТР

Новый «ствол», часы, сигареты, зажигалка – вроде бы, ничего не забыла. Так, ключи!
Она пошарила в сумке – нет. Ни на тумбочке, ни на компьютерном столе, ни на подоконнике, ни под зеркалом в ванной. Может, на холодильнике?
Девушка прошла мимо сидевшего за кухонным столом Старшего демона, заглянула: на холодильнике ключей тоже не оказалось.
- Посмотри в прихожей, за банкеткой, - лениво посоветовал Маня.
Девушка вышла и через несколько секунд вернулась снова. На свисающей из кулачка
цепочке торжествующе покачивался маленький пластиковый череп.
- Сразу не мог сказать? – Спросила она скорее весело, чем раздраженно.
- Пойду заводить мотор. – Маня встал, хрустнув суставами, доверху застегнул куртку.
- Я думала, на крыльях подбросишь!
Сама она никогда не видела, как Маня летает. С его ростом, это какой же размах крыльев должен быть?
Когда он обещал подвезти на очередное задание, она ждала всего чего угодно, но только не обычной машины. Впрочем, можно ли считать обычной машиной новенький алый «ягуар», похожий на гоночный болид? Даже ремни безопасности в нем зачем-то есть. Маня вырулил на шоссе и включил радио.
«Ночью три-шесть градусов тепла, днем двенадцать-четырнадцать, по области до шестнадцати. Переменная облачность, возможны грозы. Скорость ветра может достигать девяти метров в секунду…»
Маня перещелкнул на «tape» и выжал первую передачу. Под завывание «Hurricane-2000» красная торпеда, для которой не существовало ни светофоров, ни дорожных знаков, ни постов ГИБДД, полетела, прорезая ночной город.
«Какие мы крутые пилоты, - мысленно рассмеялась Девушка. – А вообще на нашей работе опаздывать нельзя, хоть всем и хочется, чтобы мы не торопились».
- Никакого урагана не обещают, - заметила она вслух.
- Они потом констатируют, - буркнул Старший.

Ночь. Холод. Поселок, вид на который открывался с холма, спал без единого огня. В каком-то дворе завыла и тут же осеклась собака.
Достала сигареты, закурила. Некурящий демон Маня, нахохлившись, кружил рядом.
И чего, спрашивается, было так гнать?
Низкорослая, щупленькая фигурка возникла будто из-под земли. А, возможно, именно и оттуда.
- Веселая ночка, - скрипнул пацан так равнодушно, словно говорил в пустоту.
У него было красивое имя Аватар. Надо будет все-таки спросить у Ангела, что оно значит. А вообще, неприятный такой мальчик. Даже непонятно почему, но в его присутствии всем всегда становилось неуютно. Что уж говорить о простых смертных.
Они спят там, внизу. Ничего не знают. Прокручивают во сне мечты о будущем или переживают прошлое. Люди.
- Почему, кстати, только эта деревня? Город-то не заденет… - С сожалением в голосе произнес пацан.
- Люди больно хорошие, самый раз в рай. – Отрезал Маня.
- Да ладно, как будто чем-то отличаются от всех остальных.
- Отличаются. – Старший демон, похоже, начинал злиться. – Параметры - что твои Содом с Гоморрой.
- Мои - чего? – Переспросил мальчик. Вопрос звонко ударился о бронированную стенку маниного молчания. Несколько секунд пацан напряженно вслушивался в звучание негородской тишины, потом вкрадчиво начал снова:
- А тачка у тя клевая…
Старший метнул на него угрожающий взгляд. Прямо перед ними в воздухе замерцали золотистые искорки, вокруг которых начало быстро сгущаться молочно-белое свечение. Ангел вышагнул вперед, как обычно, сосредоточенно-торжественный, красивый и немного грустный. Белые джинсы, белая же спортивная рубашка, белые кроссовки. Аккуратные крылья за спиной, над кудрявой головой – тонкий золотой ободок – знак отличия представителя высших иерархий. В должность он вступил относительно недавно, и пока еще в нем не наблюдалось ничего церковного или архаичного. Только когда задумывается, в лице появляется особенная рассеянность, равно напоминающая и о древних фресках, и о современных образах Леонид Леоновского типа.
В то небольшое, совсем небольшое свободное время, которое оставляла работа, Девушка доставала все, что удавалось найти об ангелах. Интерес к ним естественным образом возник после первой встречи и постепенно стал чем-то вроде постоянного хобби.
- Привет, Мих! – Почти в один голос поторопились сказать трое ожидающих.
Ангел приветливо кивнул и перешел сразу к делу:
- Маня, ты знаешь, за тобой общий контроль. Следи, чтобы Аватар не очень увлекался. – Внимательный взгляд на мальчика. Похоже, указания повторялись специально для него.
- А нам пора спускаться. – Сказал он Девушке и со светским изяществом отставил локоть, чтобы она могла взять его под руку.
Она сразу почувствовала жуткую неловкость собственных движений. Жалкая надежда, что никто не заметил ее смущения. По крайней мере, виду не подали. Сейчас все мысли только о деле, это потом, в клубе, парни будут с удовольствием муслякать реальные и выдуманные подробности.
Они медленно, плавно спускались к поселку. Девушка затаила дыхание, наслаждаясь этим неповторимым парением, погруженностью в мягкое белое облако. Если бы цикл завершился прямо сейчас, и Ангел отнес ее туда, где он бывал так часто, а она не была еще ни разу! Но он опускает ее все ниже, чтобы она выполнила свою небольшую и непоэтичную миссию...
- Мих, скажи, а почему, правда, именно этот поселок? – Едва слышно спросила Девушка.
- Видишь ли, - голос Ангела был строг, - здесь недавно произошло кое-что нехорошее. Долгая история, но главное, что в результате двое невиновных людей оказались в тюрьме, ребенок одного, точнее, одной из них, попал в детский дом. Соседи знали правду, но промолчали, боясь, что обвинение падет на них.
- А где же виновник? Почему мы не начинаем с него?
- Все не так просто. Это был тот случай, который люди называют несчастным. Хотя, конечно, простой расчет показывает, превышение каких параметров закономерно привело…
- Типа, «вы все убили Лору Палмор»?
- Что-то вроде того. – Ангел позволил себе намек на улыбку. – У людей, которые попали в тюрьму, и ребенка параметры близки к критическим, но шанс есть. У их соседей после того, что они сделали, точнее, не сделали, - нет.
Ее ноги коснулись земли. Ангел завис в нескольких сантиметрах над поверхностью, посмотрел на нее привычным «контрольным» взглядом. Девушка сняла с плеча ствол, передернула затвор. Ангел поднял вверх руку.
Затянутое сплошной облачностью темное небо над равниной на глазах начало набухать, проседая под собственной тяжестью.
Мертвая тишина, сжимающая в себе взрыв. В руке холод металла, который нагреется так скоро, так скоро… Спокойная сосредоточенность действия. Время словно остановилось. Подсвеченное лицо Ангела казалось жестче, старше.
Внезапно матовое свечение крылатой фигуры померкло в ярком всполохе, и молнии начали бить со всех сторон почти без пауз. Неоновые разряды сопровождались невнятным, нарастающим гулом. Девушка подумала, что это гром, и тут же увидела огромную воронку смерча, несущуюся к поселку.
Первый бешеный порыв ветра налетел, со стоном пригнув деревья. Загрохотал по черепице крыши сорванный петушок-флюгер. Хлопнула дверь, за ревом ветра раздался не то мужской, не то женский возглас. И в тот же миг этот слабенький звук вместе со всей равниной поглотила упавшая стена сплошного ливня.
Нигде так и не вспыхнуло ни огонька – видимо, молния вывела из строя линию электропередач. И все смешалось; тьма, дождь, молнии сплелись в один грозно ревущий вихрь.
Словно апокалиптический мираж, галлюцинация, окружавшая ее со всех сторон, но не нарушившая покоя ни одного волоска на ее голове. Вырванная доска пролетела сквозь нее так быстро, что она все равно не успела бы пригнуться.
Ангел исчез из поля зрения, да и ей незачем было мешкать. Она подбежала к крайнему дому в тот самый момент, когда ураган сорвал с него крышу. Посыпались балки. Дикий вопль. Пролетев сквозь стену, Девушка увидела только коричневые старческие руки. Обезображенные подагрой пальцы, впившиеся в дерево, посиневшие ногти. Выстрелила вслепую, сквозь завал. Руки дернулись, обмякли.
Безумное завывание забившейся куда-то кошки. Кошки в ее планы не входили, но кто-то же должен ими заниматься…
- Мих? Мих!
Никакого ответа. Она рванулась через какие-то мутные слои снова на улицу. Мужчина – ей показалось, что он был совсем голый – цеплялся за перила крыльца соседнего дома. Его оторвало, подняло и с размаху бросило на заасфальтированную подъездную дорожку. Выстрел.
Женщина в длинной рубашке, наверное, жена, закричала в проеме, выбежала, бросилась к нему. Молния остановила ее в нескольких шагах от цели. Выстрел.
Тут же снова вспышка. Ангел быстро наклонился к телу женщины, поднял что-то неопределенное, серебристое.
- Мих, тут же еще и животные!
- Все в порядке, занимайся людьми.
- Но животные-то при чем?
- Все связано. – И Ангел снова исчез.
Вспышка. Призрачный мир рушится, словно карточный домик. И она сама – призрак, смотрящий на это с другого круга миража. Она поняла. Все связано. Все. В долю секунды, по сравнению с которой отсвет молнии тянулся бесконечно долго, в голове одновременно возникли тысячи разных картинок: все существа, соприкоснувшиеся своими судьбами с ее судьбой, все обстоятельства, определившие это бесконечно сложное пересечение. Картинки наложились друг на друга и стали одним. Прошлое, настоящее и будущее сошлись в одной точке. Каждый стал всеми, единым. Она стала - нет, всегда была - всеми и всем. Она - эпицентр всего, что когда-либо было, есть и будет. Вспышка. Ноги сами понесли ее вперед. Теплый металл, плавное скольжение курка. Выстрелы слились в одну огненную реку. Ураган вошел в нее и бил из дула винтовки. Или она сама растворилась в урагане, став миллионами смертоносных капель. Девушки больше не было. Поселка больше не было: ни домов, ни людей, ни животных. Только одно разрушительное движение по кругу, разбивающее что-то тяжелое, что обязательно, безусловно, должно быть разрушено.
Внезапно она увидела Маню. Он стоял на крыше гаража, высокий силуэт в длинном черном плаще, за спиной – два огромных вороных крыла. Даже не увидела - картинка прошла через нее быстрее, чем мысль. Немигающие, огромные угли глаз, зафиксировавшиеся на ней, бледное лицо, словно пытающееся нырнуть вглубь самого себя.
Ураган, который был ею, не останавливаясь, развернулся и начал заходить на новый виток.

Когда она подошла, Маня сосредоточенно копался во внутренностях «ягуара». Аватар с любопытством заглядывал за его плечо.
Девушка молча открыла заднюю дверь, забралась в салон. На нее навалилась опутывающая, вязкая усталость, километры жидкого стекла, отделившие ее от мира. Наверное, она больше никогда не сможет произнести ни единого слова. Кому, о чем? Смысл всего остался там, в эпицентре отшумевшего урагана. В том числе смысл, который делал ее тем, чем она успела побывать за свою недолгую жизнь. У нее даже не было сил подумать о том, что осталось...
Маня захлопнул капот и сел на водительское место. Аватар пристроился рядом с ним.
За всю дорогу никто не попытался нарушить ледяного, глубоководного молчания. Лишь когда въехали в город, Аватар тихо попросил высадить его возле развлекательного комплекса в центре.
- Тебя домой? – Избегая смотреть в зеркало заднего вида, Маня проверил, достаточно ли хорошо мальчик захлопнул за собой дверцу.
- Выгрузить на диван и не будить раньше, чем через сто лет. – Ей показалось, что кто-то другой произнес слова той, прежней Девушки.
- Что ты там видел, Старший? – Спросила та, прежняя, еще через пару минут.
- Где?
- Там, в эпицентре, когда на гараже стоял.
- А сама как думаешь?
- Я тебя спрашиваю. Что ты там видел?
- Тебя.
Мячик упал и откатился от бронированной стеночки. Маня сильнее ссутулился над рулем, прибавил скорость.
«Ладно, Маня, отмалчивайся. Но когда до меня дойдут сплетни по поводу меня и Миха, мы еще вернемся к этому разговору». Та, которая была ею, попробовала улыбнуться.

Когда фары красного «ягуара» скрылись за углом, она поняла, что, несмотря на страшную усталость, не сможет заставить себя подняться в пустую квартиру.
Раньше, как все люди, она боялась много чего: предательства, душевной и физической боли, неизвестности. Других. Себя. Смерти.
Теперь осталось только неприятное, сосущее чувство пустоты. И ничего страшного в этой пустоте не было, разве что нырять в нее страшно не хотелось.
Она спрятала сумку в подъезде и пошла, куда глаза глядят, вдоль струящейся автомагистрали.
Дошла до бетонного забора и таких же безрадостных параллелепипедов за ним. Она понятия не имела, что это было за предприятие, хотя его трубы такая же неотъемлемая часть пейзажа в ее окне, как небо и полоска шоссе.
Обычно серые громады навевали тоску. Но в нынешнее настроение унылый антропогенный ландшафт вписывался как нельзя лучше. В нем была мертвящая тишина, которую она ощущала внутри себя, и здесь ей неожиданно стало легче. Даже возникла мысль глянуть на привычный мир с противоположной точки. Через десять минут она устроилась за трубой на крыше одного из корпусов. В сером предрассветном свете безликая и спокойная масса города плыла, перекатываясь и не сдвигаясь с места.
- Ты не замерзла? – Спросил мелодичный голос Ангела.
«Замерзла? Кто здесь может замерзнуть? О ком он говорит?»
Она встала и улыбнулась. Ангелу и одновременно частичке урагана внутри себя. Или, может, воспоминанию себя как частички урагана. Оранжевому знаку радиационной опасности, всплывавшему над неверным городским горизонтом.