кто просил сказку, уже можно читать))
не знаю, насколько все будет понятно без предисловий и предысторий - попробуйте)


ТА, КОТОРАЯ

Они подходили к перекрестку, и двое молодых людей впереди постепенно замедляли шаг. Предвидя, что, дойдя до развилки, они совсем остановятся и, вероятно, простоят и проговорят еще не известно сколько, она остановилась первая. Подходить ближе не было смысла. Высокий, держащийся справа от своего спутника, и отсюда был виден, как на ладони.
Парни вышли из тени последнего на улице дома и остановились. Свет придорожных фонарей рассеял иллюзию некоторого сходства, возникавшую из-за почти одинаковой черной одежды.
«Камуфляж для города», - усмехнулась Девушка, не спуская глаз с головы правого. Из-за цвета волос он получил прозвище Рыж, давно ставшее его вторым именем.
Вот он беспокойно озирается по сторонам, явно не сосредоточиваясь на том, что говорит ему второй, несмотря на более низкий рост, словно нависающий сверху в расслабленной, вальяжной позе.
«Ну-ну, крутой наш Макс, посмотрим, что у тебя получится сегодня».
Конечно же, по большому счету все равно, куда на этот раз повернет судьба Рыжа и потребуется ли ему ее помощь. По большому счету. Но Макс даже на расстоянии невыносимо раздражал своими понтами. Типаж, не слишком аккуратно скопированный с какого-то голливудского красавчика: широкая, вызывающая улыбка, «застекленные» глаза, зализанные гелем волосы.
Размашисто жестикулируя, он случайно – а может, намеренно? – задел Рыжа по носу. Тот еще больше съежился, глянул на Макса исподлобья загнанным, воспаленным взглядом. Макс осклабился, небрежно кивнул в направлении улицы, которую они только что прошли.
«Вот козел!»
Девушка быстро скользнула в темноту, к стене. Рыжий, по идее, не должен ее видеть, но кто знает – ей частенько приходилось подходить к нему довольно близко. После стольких попыток суицида обостряется чутье подкрадывающейся смерти. Ей ли не знать…
Рыж посмотрел туда, куда указывал Макс. Карие глаза близоруко сощурились, обшаривая сумерки, но не обнаружили ничего примечательного. Тогда девушка неторопливо вышла на середину пустого тротуара и наглядно показала Максу и только ему: «FUCK YOU!!!».
Хипующий демон вздрогнул и заметно «сдулся», потеряв половину самоуверенности. Рыж глядел на него в недоумении.
Через секунду они, словно по команде, повернули направо и зашагали, руки в карманах, параллельно сверкающему огнями автомобильному потоку.
«В клуб покандыбали».
Она зевнула и двинулась следом за ними.

Выкурив сигарету, чтобы выждать некоторое время, Девушка проникла в клуб. Сотрудница, осуществлявшая фейс-контроль, и охрана ее попросту не заметили.
Девушка открыла внутреннюю дверь, ведущую в зал, и на нее резко налетела мощная волна музыки и дыма. Разноцветные щупы лазера подхватили и понесли ее вглубь танцпола.
Тело и мозг привычно расслабились и вновь напряглись, перенастраиваясь на другую частоту. Пульсирующее и пружинящее в мерцающем электронном ритме пространство клуба упруго, словно батут, электронный прилив вымывает из человеческой матрицы всякий мусор.
Только в этой пригибающей волне, в гуще раскрывающихся, словно анемоны, тел, она могла отключиться от всего, стать частицей в толще дрейфующего планктона, частью единого массива.
Здесь она не была ни девчонкой из прошлого, конфликтовавшей с родителями и школой и несколько раз пытавшейся вскрыть себе вены, ни исполнительницей особой миссии из настоящего. В потоке все это рассеивалось, как тяжелый сон, и она становилась легкой и упругой, свободной, безграничной – реальной.
Ей казалось, что это дыхание будущего. Того будущего, которое настанет, когда, наконец, закончится нынешний цикл. Она представляла окончание именно так: со счастливой улыбкой она входит в какой-то поток, похожий на тот, в котором она плыла сейчас, и медленно, с наслаждением растворяется в нем.
We just deep into the sound, life goes on,
Feeling strong,
So bring it on,
Bring it on!
Пел щемящий, нежный женский голос, словно внутри нее, словно голос ее атомов.
Она остановилась среди танцующих, подняла лицо к вращающемуся на потолке зеркальному шару, с наслаждением впитывая искусственный серебряный свет. Поток клубился, сгущаясь, набирая максимальные обороты. Электронный манометр, задававший единый ритм сердцам всех собравшихся людей, наращивал темп и внезапно замирал, чтобы начать новое восхождение.
I like to be connected,
I like to be affected,
The bright light back on me,
Back on me to you…
Она «растворялась». За ее закрытыми глазами, в поле внутреннего зрения проносились какие-то красивые, бессвязные всполохи, проносились свободно, не задерживаемые ее волей. Они были неизъяснимо прекрасны в своей неконкретизированности, лежащей выше любой области значений, и ей хотелось остаться с ними, но, к сожалению, цикл еще не был завершен.
Покачиваясь, она подплыла к барной стойке и села на высокий табурет. Оглядев помещение, нашла столик, за которым Макс и Рыж пили пиво с Маней и Гидом. Ангел не любил шумных вечеринок и в клубе появлялся крайне редко. Вообще, сейчас она предпочла бы поговорить именно с ним.
Кажется, Маня заметил ее, хотя, возможно, ей это только показалось.
- Отличная вечерина, точно?
Девушка вздрогнула. На соседнем табурете успел появиться незнакомый молодой человек, что-то лет двадцати пяти или около того на вид. Он заискивающе улыбался, выражая страшное желание пообщаться как можно продуктивнее.
«Что за черт?!»
Парень довольно беззастенчиво разглядывал ее, словно пытаясь увидеть сквозь одежду ее тело.
- Ничего.
Он кивнул и пододвинул ей один из двух больших бокалов пива. Девушка сосредоточилась, в свою очередь пытаясь увидеть сквозь тело парня его сущность.
«Нет, как ни странно, обычный человек… Так, понятно…»
Она взяла бокал.
Почти всю ауру молодого человека заполнял иероглиф смерти. Судя по его размерам, парню оставалось жить меньше часа. Какие-то чужеродные, обвивающие кокон полосы – лицо не спитое, так что, скорее всего, наркоман со стажем.
Парень внимательно изучал бандану, повязанную вокруг ее левого запястья. Подавив желание убрать руку, Девушка отхлебнула холодную янтарную жидкость.
«Прикалываемся, Манечка? Что ж…»

- Ну скажи чего-нибудь. – Нарушил затянувшееся молчание парень.
- Что же тебе сказать?
Она улыбнулась, и по спине парня пробежал озноб. Он удивился своей реакции: девушки уже, вроде, давно не оказывали на него такого сильного действия. Но в этой маленькой, хрупкой, с распущенными волосами до пояса и тяжелым взглядом было что-то патологически притягательное, словно угрожавшее разрушить его изнутри. Парень тряхнул головой, отгоняя глупые мысли.
- Я не видел тебя раньше. Я-то почти каждый вечер здесь.
Она равнодушно пожала плечами.
- Тебе здесь нравится? – Парень взглядом указал на извивающийся танцпол.
- Ну, в общем, да, - ответила она все так же равнодушно.
Похоже, она была не очень настроена разговаривать. Он и сам сбился с мысли, пойманный ее загадочным силовым полем. Кажется, ей нравится строить из себя «роковую» женщину, неэмоциональную внешне и одновременно переполненную страстями. Есть ли смысл тратить время на разговоры?
Он придвинулся совсем вплотную, положив руку на стойку так, что его пальцы чуть коснулись ее локтя. Она не шелохнулась, глаза были устремлены за его плечо, в зал. Тогда его ладонь скользнула вверх и вниз, поглаживая сквозь ткань худенькое плечо. Правое бедро вплотную прижалось к ее ноге.
Макс что-то увлеченно рассказывал остальным, размахивая полным стаканом. Пена капала на стол, Рыж недовольно покосился на рукав своего балахона.
Ангел, наверное, сидит сейчас где-нибудь на крыше, под небом, усеянным бесчисленными звездами, каждая из которых была душой, закончившей свой человеческий цикл…
Мягкие, рассчитанные на основании немалого опыта, поглаживания вызывали в теле рефлекторный отклик. Какая-то другая, незатронутая, девушка в ней иронично усмехалась, наблюдая это.
Она отодвинулась. Взгляд, и парень тут же невольно отвел глаза.
- Что-то не так, милая?
«Вот что бы тебе сказать, чтобы не обидеть напоследок? Что я, типа, как бы на работе и в мои обязанности, вроде, не входит секс с клиентами? Вредный ты тип, Маня!»
- Не так быстро… - Она загадочно улыбнулась в пространство.
«Еще минут десять, не больше. Его свечение уже начинает тускнеть».
- Как скажешь… Знаешь, ты такая… такая…
- Какая?
Интересно, какой он ее видит? Девушкой из ее прошлого, которую она сама помнит уже довольно смутно, или какой-то проекцией собственных фантазий? Учитывая всю химию, которую он сегодня принял…
- …волнующая, - наконец подобрал он подходящее слово. – С тобой как-то необычно. Нет, не подумай, мне нравится…
- А как обычно?
- Ну… раньше мне всегда казалось, что девушки летят… летят… как бабочки… на огонь… А с тобой я сам чувствую себя вроде бабочки, что ли…
- Боишься обжечься? – Она коснулась кончиком языка трещинки посередине нижней губы.
- Я ничего не боюсь. – С нажимом произнес он. – Запомни.
- О’кей, посмотрим. – Уклончиво ответила Девушка.
- Да хоть сейчас.
- Пойдем. – Она резко встала и посмотрела на него долгим, непонятным взглядом.
- Куда? – Он на мгновение заколебался, чувствуя обволакивающую его опасность.
Но сознание было слишком затуманено «колесами», чтобы мысль могла пробиться
на поверхность. Он буквально слабел с каждой секундой, глядя на нее. Кружилась голова.
- Я просто хочу выйти отсюда. Здесь слишком много людей. – Ласково пояснила Девушка.
- Как скажешь…
Когда они выходили из клуба, он прошел вперед. Едва успев перехватить левой рукой тяжелую дверь, правой она молниеносно вынула из сумочки маленький пистолет, поймала в прицел коротко стриженый затылок и нажала на курок. Без каких-либо видимых повреждений парень со стоном повалился на пол. К нему бросился один из охранников.
- Вызови «скорую»! – Крикнул он девушке, стоявшей на фейс-контроле.
С другой стороны появился Ангел и начал производить над бездыханным телом какие-то манипуляции руками. Успев кивнуть ему, Смерть прошла сквозь собиравшуюся толпу дальше, на пустынный ночной проспект.
В начале шестого в аэропорт прибывает пассажирский лайнер, который разобьется при посадке. Триста с лишним человек. В пять у справочного ее будут ждать двое коллег, которые помогут ей разобраться с этим делом. Так что где-то по сто человек на брата – потребуется аккумулировать побольше энергии. Очень хотелось перекинуться с Ангелом парой слов, но, пожалуй, уже нет времени.
«Домой. – Решила она. – А за рыжим пусть Маня и сечет, раз такой умный».

По дороге она раздумывала, что, вероятно, парень-наркоман смог видеть и даже осязать ее в результате какого-то «технического» сбоя. Может, из-за принятых им наркотиков, а может, так бывает, что человек начинает видеть свою Дверь преждевременно. Надо будет обсудить с Ангелом.
Она почему-то вспомнила одного старичка-профессора, который перед самым концом своего цикла сидел за письменным столом и, глядя поверх очков на потускневшую от времени фотографию, рассуждал вслух:
- Да, женщина в начале и женщина в конце. Та, которая…
Время вышло, больше нельзя было медлить ни секунды. Жаль, ей хотелось дослушать до конца…
Она отперла дверь сто тридцать первой квартиры на тринадцатом этаже дома тридцать один – опять же, манькины извращения, это он обеспечил ее жилплощадью после поступления на работу.
Момент перехода она помнила плохо. Только то, как Ангел терпеливо объяснял ей, что ее нежелание жить достигло критических показателей, и поэтому решено – он не уточнил, кем – перевести ее на особый уровень. На внешний круг, в пролонгированный цикл, где у нее будет возможность увидеть человеческие проблемы на расстоянии и пересмотреть свое отношение к ним. На этом уровне у каждого существа тоже есть своя миссия, хотя, конечно, эти миссии сильно отличаются от того, к чему она привыкла…
Ангел был, как всегда, прав. Норма – дело привычки, ничего больше. И со временем она привыкла. Сейчас уже давно не интересовалась, что происходило после ее выстрела на человеческом плане существования: сердечный приступ, падение с балкона, что-то еще.
Девушка сразу прошла на кухню, щелкнула по старой привычке выключателем, хотя сейчас свет ей был вовсе не нужен. Сидящий за столом Маня недовольно поморщился, и лампочка на потолке дрогнула и погасла. Девушка застыла в проеме.
- Какая приятная неожиданность... – Начала она подчеркнуто церемонно.
- Успокойся.
- Спокойнее не бывает.
Внезапно дверцы стенного шкафчика раскрылись, и из него начали стремительно вылетать разнокалиберные тарелки и чашки. Посуда пересекала помещение и смаху долбалась о противоположную стену прямо над Маниной головой. Осколки с шорохом скатывались по обоям. Оба, демон и девушка некоторое время оторопело наблюдали это шоу.
- За старое взялась, да? – Первым опомнился Маня.
Явно не без усилия он взглядом закрыл дверцы шкафа, внутри которого продолжало
глухо хрустеть и звякать. Вдобавок начала бешено раскачиваться перегоревшая лампочка на потолке.
- Я не хотела, - Девушка беспомощно посмотрела на Маню.
Такое действительно происходило впервые с тех пор, как ее переместили на внешний круг. И с чего бы…
- Успокойся, - повторил Маня мягче.
Она медленно вдохнула и выдохнула. Это все тот лох в клубе. Он-то уже давно отдыхает в буферной зоне, а она все еще чувствует остаточный заряд. А Маня… Она и так злилась на него за этот идиотский эпизод, так еще и заявился без предупреждения…
- Сам не парься, - огрызнулась Девушка. Колебания лампочки постепенно теряли амплитуду. Внезапно стало очень тихо.
- Тихо, как в могиле. – Серьезным голосом прокомментировал Маня.
Они рассмеялись.
- У меня вообще-то мало времени. К пяти в аэропорт, а я еще не подготовилась, - сказала Девушка. – Ты насчет этого рыжего?
- Ну, и его тоже.
Сердце подпрыгнуло, и лампочка на потолке снова медленно отклонилась от вертикали. Пытаясь взять себя в руки, Девушка села.
- Как там думают, не пора его на мое место? – Не удержалась, выдала она свою сокровенную мысль.
- Не знаю… - Протянул Маня. – Он, кажись, начинает иногда соображать верхней головой. Хотя бы через раз.
Девушка подавила вздох разочарования. Пол, тускло белеющий осколками фаянса. В окно протиснулась полоска лунного света. Возможно, где-то в вышине Ангел почувствовал ее грусть и решил немного рассеять темноту. Электронные часы высвечивали три. В нескольких тысячах километрах, в другом часовом поясе, авиалайнер с трехстами шестьюдесятью двумя пассажирами на борту получил разрешение на взлет.