Приходишь домой, втягиваешь добрую часть никотина, выпускаешь в потолок дым, пьёшь кофе, говоришь, выпиваешь немного успокоительного, притупляешь восприятие, просто молчишь и разглядываешь давно изученные предметы. Пытаешься найти в них хоть что-нибудь, что, возможно, ускользнуло.
Затем идёшь в душ, горячий до жжения, и смываешь всю грязь, которую на тебя вылили... каплю за каплей. Смотришь как её затягивает в слив. Она уходит не сразу: сперва образуется воронка, она всё ещё стремится задержаться, зацепиться, прильнуть к ногам,..
Отходишь в сторону и наблюдаешь как её уносят потоки чистой воды.
Возвращаешься, смываешь очередной слой, продолжаешь наблюдать.
Утопаешь в тумане, образованным паром.
Думаешь.
Смотришь на бешенно колотящееся сердце.
Понимаешь, что ты много выше, гораздо чище, ты - Человек. Ты просто всегда такой была. Ты одержала победу. Ты не можешь вот так измениться. Ты не способна уничтожить другого. У тебя нет дерьма от которого необходимо избавиться. Ты не выливаешь его на других. Ты просто любишь чистоту, ты всего лишь не любишь экскременты, по крайней мере потому, что от них исходит неприятный запах; хотя бы потому, что они забирают тепло.
Вода струится по телу, согревает и уходит.
Ты выплёвываешь кровь, привкус которой преследовал тебя весь день. Ты избавляешься от неё ибо она испорчена. Ей нет места в твоих венах, её нужно слить. Она должна уйти вместе с грязью, вслед за тем, с чем тебя пытались смешать. В противном случае, она смешается с другой - тягуче чистой. Она будет растекаться по телу и отравлять душу.
Некоторое время просто стоишь.
Отгоняешь все мысли, но они преследуют.
Думаешь, что бы сделать ещё.
К горлу подкатывает очередной сгусток. Снова тот же мерзкий вкус.
Все старания и стремление к очищению летят к чертям собачьим.
Слишком много крови, достаточно боли и унижения.
Думаешь о том, что тупо и безропотно, спокойно и внимательно выслушала всё, что тебе причиталось.
Понимаешь, что это разъедает тебя изнутри.
Снова что-то сплёвываешь, снова неосознанно тянешься к гелю для душа, втираешь его в кожу и смываешь.
Вглядываешься: теперь просто мыльная вода. Тебе показалось, почудилось.
Улыбаешься сама себе, смотришь на смешное отражение лица в напоминающем телефонную трубку смесителе.
Хочешь чего-то, врубаешь холодную воду и она бьётся о разгорячённое тело.
Ужасно холодно, совсем как днём.
Вспоминаешь, что на днях День Рождения твоей мамы - человека, который пытался и пытается до сих пор убедить тебя в твоей уникальности и идеальности. У замечательной и сильной женщины, сила которой передалась и тебе. День Рождения мудрой, доброй, идеальной, возвышенной и в то же время земной Мамы и жены. Понимаешь, что никогда не будешь похожа на неё. Знаешь, что сделаешь всё возможное и невозможное для неё. Вытерпишь всё, не скажешь ничего лишнего, не омрачишь её бытия, признаешься, в конце концов, что ты её безумно любишь, попросишь прощения ни за что, или за всё. Будешь молиться за неё, ибо ей на себя времени просто не хватает, ибо она для себя ничего не просит. В заботе о нас она забыла, отреклась от себя.
Без труда подбираешь миллионы самых тёплых, нежных и высокопарных слов и понимаешь насколько скуден твой словарный запас, так как не можешь выразить все те чувства, которые питаешь к Ней.
Но оду омрачает брошенная тебе фраза о сомнении в твоих способностях выражаться на родном языке. Вспоминаешь как, в порыве гнева, прослыла дурой, ибо попыталась доказать обратное. Гнетёшь себя за это безумие; понимаешь, что была просто не в себе, перестала быть собой именно после этого порыва. Ведь ты никогда и никому не пыталась доказать свою правоту с пеной на губах. Ты просто удалялась и делала то, что нужно; делала так, как правильно, как умеешь. А ведь ты умеешь многое.
Ты не любишь лишние разговоры, ты на дух не переносишь объясняться и оправдываться. В тебе слишком много гордости, чтобы позволить себе такого рода низость.
А сегодня ты опустилась до того, что доказывала свои умственные способности, причём человеку, перед которым этого делать не стоило. Ты уподобилась ему. Он заставил на мгновение потерять веру в себя, он смог унизить и плюнуть в обращённое к нему лицо - твоё лицо. А ты всего навсего вытерла стекающую слюну белоснежным платком. Ты испортила и выбросила в урну для бумаг свой любимый платок, с вышитыми гладью инициалами
РНА