Спускаясь в подземный переход услышала знакомый мотив - одна из любимых песен ("Музыкант" К. Никольского).
В тусклом свете виднеется парень с гитарой в руках... он смотрит прохожим в глаза и поёт. Рядом лежит футляр от гитары, в нём какая-то мелочь...
"... о лютой ненависти и святой любви" - пел он...

Устала скрипка, хоть кого состарят боль и страх.
Устал скрипач, хлебнул вина - лишь горечь на губах.
И ушёл, не попрощавшись, позабыв немой футляр,
Словно был старик сегодня пьян,
А мелодия осталась ветерком в листве,
Среди людского шума еле уловима,
О несчастных и счастливых,
О добре и зле,
О лютой ненависти и святой любви... - прозвучало дуэтом...

- Спасибо...
- Приходите ещё...
- Удачи...
- И вам того же...

Петь в переходе... тяжело... теперь я знаю. Ты пытаешься обратиться к прохожим, а они просто мелькают перед глазами. Бегут, бросают беглые взгляды (всегда разные: добрые, надменные, понимающие,..).
Петь именно так, самому/самой.
Это разительно отличается от песен в Киевском переходе: там собралось много людей, подпевали практически все, да и музыкантов было трое. Час старых песен, услышанных когда-то в детстве.
А здесь совсем другое: ты один на один со стенами перехода, с его мраком, с его сиюминутными, немногочисленными посетителями...
Холодно, но ненадолго забываешь об этом. Просто поёшь, просто вглядываешься, просто становится лучше...