Вчера несколько часов просидела, оформляя курсовую по стандарту. Нет, народ, это просто маразм: столько различных моментов учитывать. Теперь меня тошнит от слова инфляция, так как вчера я весь текст (33 листа, между прочим!) перечитала раза три. И распечатала…
Все, теперь мне ее жалко отдавать. Первая курсовая в жизни… и что же? Я ее сдам, а потом она будет валяться на кафедре и разбираться по листочкам? Глупо это. И зачем ее тогда писать?… Baka hito….

Так вот, вчера весь вечер я над ней родимой просидела. Еще и Юлька прибегала – пару листиков распечатать. А я этот нормоконтроль едва ли не наизусть сейчас знаю. И как пошли мы с ней смотреть… Половина неправильно сделана. Бедный, бедный Юлька…

Японческого не было, так как последний четверг месяца у Сенсея всегда проблематичен. Ками-сама, ну когда же я Леську-то увижу?! Я уже нервная на этой почве как не знаю, кто! Почему так сложно дать нам встретиться? Нет, не понимаю я, не понимаю…

А еще наш физрук – больной на голову. Со всей силы причем. Как обычно, в среду вечером у нас пошел дождь. А утром в четверг – нифига. И значит, в этот холод, шквальный ветер и слякоть мы бороздили поле. Было весело аж до опупения – я хотела убить этого идиота. К тому же назначен день моей смерти – в следующий четверг у нас открытый урок по физ-ре. Прощай спокойная жизнь. Здравствуйте, километры, забеги и отсутствие ужинов. В среду я еще отстаиваю автомат по праву – для этого нужно всего-то всю тетрадь выучить. Короче, праздники будут вообще замечательные. А на позаследующей неделе у меня защита курсовика. Хотела взрослую жизнь? – Пожалуйста, кушать подано.

Но я, в принципе, рада. Правда, времени на творчество не остается, но зато мысли успеют набежать за это время. И, не дай Бог, я во вторник Леську не увижу…. Всех съем нафиг…