Автобус в Чимкент отправлялся в 18:00. Дел до этого момента как обычно оставалось по горло: заплатить, сходить, отдать, оставить, рассказать, досушить, убрать, купить, погладить, сложить, собрать… Сами понимаете, на все времени не хватило. Список спонтанно сократился в 3 раза, когда до отправления автобуса оставался всего лишь 1 час. Нет, ну кое-что я сделать все-таки успела. Честное слово…
Автобус для нас дело привычное – дешево и сердито. Места удалось взять рядом. Распихали свои сумки между баулами местных челноков, потеснив огромные клетчатые сумки. Кстати, оказалось, что отправление перенесли на час и у нас оказалось еще время, чтобы попрощаться с поселком Тюра-Там. Мы побродили по вокзалу, проводили поезд и вернулись к автобусу с полным ощущением дороги.

Мы едем, едем, едем…

Автобус узнал много для себя нового: второй закон термодинамики, закон неубывания энтропии, последовательность Фибоначчи, золотое сечение, Леонардо Да Винчи…
Ликбез среди местного населения был проведен по полной программе. :-)
Сзади нас устроилось двое казахов, затаренных большим количеством спиртных напитков. К тому времени, когда мы успокоились, они начали друг другу рассказывать истории из своей однообразной жизни. На трех языках: казахском, русском и матерном они рассказали массу историй о том, кому, как и когда ни начистили фишку. Я, конечно, человек общительный, но иногда хочется и поспать. К сожалению, на все просьбы вести себя потише они громко и долго извинялись, но звук не убавляли. Под утро они уже перестали утруждать себя окончательно и начали курить, не сходя с места. Тут уж моя душа воспротивилась окончательно, и я предложила им не стесняться окружающих и сходить по большому прямо в проходе автобуса. Мы вступили в полемику относительно законности пребывания представителей России на территории Казахстана. Думаю, что подобный разговор себе представить нетрудно, поэтому я не буду приводить его здесь полностью. К счастью, автобус к тому времени уже частично освободился, мы пересели и уже издалека слушали, как наших бывших собеседников урезонивали уже их же собратья.