Это цитата сообщения ниссе Оригинальное сообщение

Тутаево


Нам очень в поездке повезло с погодой. В этом году март вообще замечательный. Настоящий весенний месяц с легким морозцем ночью, синим небом и плюсовой температурой днем.

Снег тает стремительно, поэтому были сомнения, как же одеться, чтобы и жарко не было, и не замерзнуть в то же время. Я, на всякий случай, кроссовки взяла, и не прогадала. Помятуя, как у меня после вечерней службы болели ноги, утром я засунула ноги в кроссовки и легко побежала к монастырю, почти взбрыкивая от переизбытка чувств.




Шли на утреннюю службу и любовались

Не скажу, что легко стоялось на Литургии, тем не менее стоялось. Кроссовки выручили. Причащалась вся наша группа. Вышли из храма благостные. Сытно накормленные, запрыгнули в машинку водителя Юры и рванули в Ярославль, в Казанский женский монастырь. Он расположен в центре города, прямо рядом с драматическим театром. Территория монастыря маленькая, но очень уютная.

И нам навстречу уже спешила экскурсовод, чтобы поведать об истории монастыря и его святынях. Экскурсовод почему-то не представилась, но, поскольку она была необычайно мила и приветлива, я ее так и назову - Мила.

Вначале экскурсовод Мила повела нас в музей монастыря, где подробно и обстоятельно рассказывала, показывала и отвечала на многочисленные вопросы.

Музей на самом деле очень маленький, но компактный. Особенно восхитили всех вышивки по льну, которые старательно делали монахини и послушницы, и которые сохранились еще с дореволюционных времен. Ну, мы же девочки, нам такое все интересно.

А вот паломница Ирина (у нас их две было, и они были сватьи) в музее немного чудила . Более разных по темпераменту и виду людей найти весьма сложно. Паломница Ирина московская - , абсолютно не воцерковленная, похожая на мужчину, и голос имеющая мужской - комментировала все, на все имела свое мнение. Экскурсовод Мила поглядывала на нее со священным трепетом. Мы сначала тоже так поглядывали, потом привыкли.

А паломница Ирина серпуховская - это пример настоящего интеллигента. Скромная, молчаливая, всегда готовая помочь. Под конец поездки, когда паломницу Ирину московскую мы выгрузили из машины в южном Бутово, даже машинка, мне кажется, вздохнула с облегчением.

После экскурсии в музее экскурсовод Мила повела нас в основной храм

В храме находится чудотворный список иконы Казанской Божией матери

Опять поток информации, и даже пение тропарей от лица нашей экскурсовода Милы. Ну, и мы подпевали в силу своих возможностей. Уж что-что, а петь-то я обожаю!
Проходя мимо окна как удержаться и на папараццировать? Да никак!

Повела нас в другой храм.

Там вообще очень интересно! По сторонам у солеи выгорожены стеночками небольшие пространства.

А внутри этих выгороженных пространств во время службы сидят или стоят в стасидиях монахини.

Очень разумно сделано, я считаю. Никто никому не мешает. Матушки не грешат, гоняя мирян. Миряне уж точно в огороженную таким образом территорию не полезут. Все чинно-мирно.

Очень понравилось над алтарем изображение древнего Иеруслима. Я такое нигде не видела!

Послушали колокольный звон, потом матушки монастыря нас щедро окропили святой водой и мы расстались с экскурсоводом Милой, весьма довольные друг другом.

Стали решать, куда направить свои стопы далее. Пошли за шоколадом. В фирменный магазин. Набрали там шоколада по достатку. Я купила всего лишь пакетик разнообразного ассорти для дочи . Шоколад в Ярославле очень вкусный. А девы набирали много и щедро. Мы с сестрой Галиной успели за это время сходить в соседнее кафе, где я, наконец, выпила кофе. Впервые за день. Без утреннего кофе я - никакая. А тут правильный кофе подали, с водичкой!

Затем разделились. Группа пошла на сырную биржу, а мы с сестрой Галиной рванули в Спасо-Афанасиевский мужской монастырь. Он маленький, очень скромный. Но, сестра Галина была упорна в желании его мне показать.
-Твой перечень монастырей, которые ты посетила, увеличится сегодня на два новых!- упирала она на этот факт.
Я не перечливая. Еще бы ноги всегда входили бы в положение и жаждали нового, как я.

Но ничего, перетерпели, зато воочию увидела тот памятник Минину и Пожарскому, который изображен на предыдущем магните. Памятник стоит во дворе монастыря, прямо напротив входа. И над всей красотой синее-синее небо.

Опять надо было поспешать. Зашли в храм, полюбовались на икону Спаса Нерукотворного, из-за которой, собственно, и мчались, теряя тапки.

Когда пришли к машине водителя Юры, все уже сидели, нас ждали, заливая в себя чай и кофе из термосов. По времени мы пришли тютель - в тютель, так что выговаривать нам, что мы задерживаем остальных никто не пытался. Все были благостны, сыты и добродушны.

Водитель Юра повез нас в город Тутаев, где огромная икона Всемилостивого Спаса в храме, в котором некоторое время перед своей кончиной служил архимандрит Павел (Груздев).

Оказывается, Тутаев - совсем недалеко от Ярославля. Мы пробыли там недолго, только зашли в храм,

Подивились размерам иконы.

А ведь ее крестным ходом несут много мужчин. До 7 часов этот ход длится, пока все храмы города не обойдут. Я думала, что икона Успения в Печорах тяжеленькая, а тут она тяжестью даже ни в какое сравнение не идет.

Сфотографировала икону, только потом увидела, что не благословляется в храме ее фотографировать. Ну, думаю, я же это сделала не умышленно, просто потрясенная ее размерами. Паломницы сразу поползли под иконой, чтобы сил и здоровья набраться. А мне и так у нее стоять было хорошо, душеполезно.

Налюбовавшись величием, пошли обозреть домик, в котором провел последние годы жизни архимандрит Павел (Груздев). Наверное, если с экскурсией приезжать, то и внутрь зайти позволяют. Но, мы вольные странники, постояли, посмотрели и пошли к машине.


Город Тутаев- обычный, русский город, простой и радушный. Я рада, что побывала там.

Весь обратный путь до Толги я продремала. А, приехав, надо опять было поспешать на вечернюю службу. Вот так все дни у нас прошли в службах, но каких! Душа поет, хоть ноги плачут. Вечером возвращались в монастырскую гостиницу, а небо было расцвечено ярко красным, которое телефон никогда не сможет точно передать.


Тихий покой монастырской гостиницы. Матушка Пелагия, которая принесла нам пакет печенек. Посетовала, что должна была еще к вечерней службе приехать группа, но не приехала, и не отзывается на ее звонки. Матушка Пелагия волновалась именно не за то, что останутся без оплаты заказанные паломниками келии, монастырь деньги потеряет. Она искренне волновалась за то, не случилось ли что с паломниками в дороге. Мы, как могли, утешили ее, ну мало ли : пробки, телефон разрядился, автобус сломался. Матушка Пелагия пожелала нам спокойной ночи, а сама пошла молиться о путешествующих.

Подъем опять был ранним. Нам надо было успеть на Литургию в Сольбу, в женский монастырь. Последний раз полюбовались на храмы за стенами

Попрощались с гостеприимной монастырской гостиницей и загрузились в машинку водителя Юры.

В Сольбу приехали гораздо загодя. У меня какие-то смутные уже воспоминания о посещении этого монастыря. После зимы организм никак не хочет входить в режим "бегом-бегом". Я устала, мой котелочек не мог уже переваривать весь поток той информации, который мне предлагало мироздание. Помню только, что вопреки всему монастырь строится. Но, не так активно, как раньше. Инфляция делает свое дело, паломников меньше, заботы о девочках, которых в Сольбинском монастыре готовят быть идеальными матушками - никто не отменял.
Но, потихоньку все движется в правильном направлении.

По аллее из туй мы двинулись в сторону храма, где должна была начаться Литургия.

Миряне проходили в левую часть придела, девочки воспитанницы и монахини располагались в правой. Служба началась, и пение, конечно, было просто ангельским, особенно антифонное. Я погрузилась в него по мукушечку и очнулась только к окончанию.

Желудок выдал мне, что, конечно все прекрасно вокруг, но если я сейчас что-то в него не закину, то опозорюсь по-полной, просто тупо упав в омморок. Я испугалась и побежала к машинке, где уже кучковались наши паломницы. Чашка чая из термоса и антушковский беляш привели меня в нормально-боевое настроение. А там еще часик потусили, к двенадцати часам нас вообще повели в кафе обедать. Нас провожала презрительным взглядом гладкая сольбинская кошечка.

Потом помню переругивание в кафе, где мы рассчитывали видеть уже накрытые столы, как всегда бывало в монастырях, когда мы заказывали трапезу. Но, почему-то нам предложили встать в очередь, которая была огромна и заняться самообслуживанием. Большинство нас хотело уже уходить, благо оплата не была проведена, но голодное меньшинство одержала победу, и жалостливая сестра Галина таки уговорила большинство быть более снисходительными к слабостям других. Я немного вызверилась в душе, но, потом, смирилась. Просто очень уже хотелось домой, да и еды в торбах было огромное количество. Нас в Толге столько всего из остатков насовали, что на два дня хватило бы питания.

Ну, смирение и терпение на все.

Домой приехали все равно достаточно рано. Паломница Ирина московская в дороге позвонила паломнице Ирине серпуховской и, с восторженным изумлением, поведала, что, наконец-то после операции почувствовала ногу. А у нее там все серьезно было, связанное с онкологией. Она такая смешная была, с всколоченными, отросшими после химиотерапии, волосами.

Мы дружно загудели: "Ну а что же она хотела, после посещения Годеновского Креста, да причастия, неведомо за сколько лет осуществленного." Паломница Ира серпуховская сдержанно ответила за всех нас:"Молись теперь почаще".

И все мы были счастливы и довольны.