В августе 1957 года Светлана Аллилуева написала Илье Эренбургу: «Я была обыкновенной советской студенткой, такой, как и мои сверстницы, и мне - всем нам - для полного выражения наших чувств были совершенно необходимы и Маяковский, и Пушкин, и Пастернак, и Ахматова, и Тагор, которым мы увлекались на первом курсе. С юности я люблю точность слов у Ахматовой:
"Настоящую нежность не спутаешь
ни с чем, и она тиха...
Как можно сказать точнее?!"
В течение многих лет опальная Ахматова была любимым поэтом дочери Сталина.
Некоторые историки сходятся на том, что гнев вождя станет одной из роковых причин разгромного Постановления ЦК КПСС 1946 года. Для Сталина увлечение дочери было так же непереносимо, как ее роман с евреем Алексеем Каплером, а потом брак тоже с евреем Григорием Морозовым. Тогда он вдруг разом прозрел - любимая и единственная дочь - предательница, чуждый элемент. Аллилуевская непокорная кровь взяла свое. Каплера посадил, с мужем развел, на внука, названного в его честь Иосифом, даже не взглянул. Ахматову ошельмовал и запретил. «Акума была на волоске», - скажет Николай Николаевич Пунин, лучше других знавший ее ситуацию, сложившуюся к осени 1946 года. Впрочем, когда Абакумов, шеф КГБ, собственноручно принес Сталину досье АА и проект постановления об ее аресте, вождь разрешение не дал. Двух заложников, - а к тому времени уже отбыли за казенный счет в сторону Воркуты и сын Лев Гумилев, и бывший муж Николай Пунин - пока достаточно.
Позднее Ахматова напишет свой печально знаменитый стихотворный цикл «Слава миру» - мольбу о пощаде на Высочайшее имя.
«Где
Сталин, там Свобода, мир и величие земли».
Ее заставили прилюдно встать на колени и приложиться к руке своего палача. Иначе эти стихи воспринимать нельзя. Ради спасения сына она пошла на это, но никогда себе этих стихов не простит. Более того, когда Лев Николаевич вернется из лагеря с обидой и претензиями, что мать хлопотала о его освобождении мало и плохо, это тоже послужит одной из причин их нескончаемых страшных ссор, завершившихся полным разрывом. Можно предположить, что это была еще одна одна месть Сталина, которая спустя годы настигла ее. И даже то, что у них общий день смерти - 5 марта - в этом тоже видится сегодня знак судьбы. Говорим об Ахматовой, вспоминаем Сталина. И наоборот. Вечный сюжет русской литературы «Поэт и царь».
Со Светланой Аллилуевой они так и не встретятся, хотя у них были общие знакомые. Ахматова подолгу жила в Москве. И встреча такая была бы вполне закономерна. Им было о чем и о ком поговорить. Тем не менее не сложилось. Но остались стихи, помеченные 1958 годом.
Как в тридцать лет считалась стариком,
а в тридцать пять обманами и лестью
кого-то я в Москве уговорила
прийти послушать мой унылый бред,
как дочь вождя мои читала книги
и как отец был горько поражен.
