Вообще, зима, конечно, как будто убирала всё лишнее и человеческое в ландшафте, оставляя опять милую глазу перспективу и изначальный замысел архитектора...)))
/ Алексей Сальников /
Здесь отставали всякие часы,
И потому она не торопилась.
Стоял февраль, закончились чернила,
Сошли с ума напольные весы.
Ах, от рутины этой кто бы спас…
День становился длинным постепенно,
Отцовский свитер был ей по колено,
А мамины наряды – в самый раз.
Она любила тёплое питьё,
Большие чашки, запах кардамона,
Носила сапоги не по сезону,
И это не заботило её.
Он приезжал обычно в выходной –
Всё обнимал, взъерошивая чёлку,
Она тогда болтала без умолку,
И он всегда любил её такой.
О, как хотелось, чтобы ничего
Не нарушало этого порядка.
А волшебство – воровано и кратко,
Но всё равно, по сути, волшебство.
Он с ноября ни разу не звонил.
Она не хочет знать, что это значит.
О, как неспешно время стрелки тащит.
Достать чернил, сперва достать чернил…
/ Елена Касьян /
День за днём всё тягостно и безнадежно,
но вдруг просияет что-то прекрасное,
и на мгновение время станет другим.
Как будто звуки музыки взяли в скобки, обособили кусочек времени
и превратили его в частицу иного мира
посреди нашего обычного, частицу "всегда" в "никогда".
"Элегантность ежика" Мюриэль Барбери
|
|
