Жила-была кошка Мурка.

Она тренировала балерин и была музой хореографа Джорджа Баланчина — человека, который научил Америку танцевать.

«По крови я грузин, по культуре русский, а по национальности петербуржец…» — писал он о себе.

В 1924 году Баланчин уехал на гастроли в Европу и в Советский Союз уже не вернулся. Травма колена поставила крест на карьере танцовщика — и именно тогда началась его настоящая судьба. В 1933 году он оказался в Америке.Его пригласил меценат Линкольн Кирстайн — человек, который мечтал создать в США собственный большой балет, независимый от Европы и России. Кирстайн писал: «Мы хотим хореографа, который будет не копировать прошлое, а изобретать будущее». Таким человеком стал Баланчин.

Первым делом Баланчин создал не спектакль, а школу. В 1934 году в Нью-Йорке он открыл School of American Ballet. Он считал: без собственной школы у страны не может быть собственного балета. Здесь он начал буквально изобретать нового танцовщика — быстрого, точного, музыкального, с иным, «американским» телом. Балет Баланчина стал стремительнее, резче, лишённым избыточной театральности. Это называли speed and attack — «скорость и атака».

Спектакли Serenade, The Four Temperaments, Agon стали манифестами балета XX века.

Параллельно Баланчин работал на Бродвее и в Голливуде — ставил танцы для мюзиклов, сотрудничал с Коулом Портером и Ричардом Роджерсом, сделав балетную технику частью американской массовой культуры.

В 1948 году он основал New York City Ballet — труппу, которой руководил более тридцати пяти лет. Для неё он создал около девяноста балетов.
Главным музыкальным союзником Баланчина в Америке стал Игорь Стравинский. Баланчин поставил более тридцати балетов на его музыку и считал Стравинского ключом к пониманию XX века.
Американский Баланчин окончательно поставил женщину в центр сцены.
«Балет — это женщина», — говорил он.
Мужчина у него чаще всего был партнёром, рамкой, опорой. Отсюда его внимание к кошачьей грации — независимой, точной, лишённой угодничества.

Но вернёмся к Мурке.

Любопытно, что ещё задолго до Америки Баланчин поставил балет «Кошка» по басне Эзопа «Венера и кошка» — для Русских сезонов Дягилева. Кошку танцевала Ольга Спесивцева, мужскую партию — Серж Лифарь.

В Нью-Йорке Баланчин обучал Мурку балетным трюкам и гордился её успехами. Когда Игорь Стравинский попросил показать номер в исполнении Мурки, очевидцы вспоминали: это было единственное выступление, перед которым великий Баланчин заметно волновался.

После того как фотография Баланчина, репетирующего с кошкой, появилась в журнале Life, Мурка стала американской знаменитостью. В какой-то момент Баланчина просто перестали фотографировать без неё.

На репетициях он требовал от балерин звериной, инстинктивной грации. А если не получалось, искренне недоумевал:
— У вас что, кошки дома нет?

В 2004 году Борис Эйфман поставил балет «Мусагет, или Предводитель муз», посвящённый Джорджу Баланчину. В этом спектакле на сцене появляется и кошка Мурка — как напоминание о том, что иногда именно кошка лучше всех понимает, что такое настоящий балет.

Джордж Баланчин
(22 января 1904 — 30 апреля 1983)

=========

"Вы знакомы с Джорджем Баланчиным? Если нет, то скажу вам, что он - грузин и его грузинское имя - Георгий Баланчивадзе. Он обладает личным шармом, он брюнет, гибкий отменный танцор и самый гениальный мастер балетной техники из тех, кого я знаю. Будущее за нами. И, ради Бога, не позволяйте нам потерять его!"

Линкольн Кирстайн

...